Глава 7. Ночь откровений (1-я часть)

Магнус вернулся с побережья один. Ребекка была осторожна, сказала, что им не стоит показываться вместе. И она была права, сейчас все следят за всеми, как никогда пристально.

Он прихватил фонарь и поднялся по ступеням до большой смотровой площадки на краю скалы. Днём отсюда был виден Птичий остров, но сейчас ночь поглотила всё, и лишь где-то внизу, в темноте, шумно вздыхало море у подножья. Это место было идеальным для размышлений. А Магнусу было над чем поразмышлять.

Он провёл ладонью по балюстраде, словно стирая невидимую пыль. Огонь в фонаре чуть подрагивал от движения воздуха, но сегодняшняя ночь была на удивление спокойной и тихой.

То, что предложила ему Ребекка — коварный и очень опасный план по свержению королевы. И, если что-то пойдёт не так, их в итоге ожидает неминуемая гибель. Но если ничего не делать… Ребекка права, королева их уничтожит. А скорая смерть магистра лишь подтолкнёт её к этому.

То, что Магнус узнал от Зефери Текла, и то, что рассказала Ребекка, теперь странным образом сплеталось в причудливый узор. До того, как убили Крэда, он успел выяснить и рассказать Магнусу о том, как много ашуманских хиттов успело за эти годы попасть Рокну. И не только на королевских кораблях. Патенты на торговлю, которые королева выдавала щедрой рукой, и её дружба с некоторыми прайдами дали ей возможность привозить нужных людей под видом купцов и негоциантов. А затем эти лжекупцы исчезали и растворялись на шумных улицах города. Наёмники — ичу, колдуны-хитты, не говоря уже о том, что разрешения на торговлю привлекли в город массу всякого отребья, которое любило щедрую королеву.

И если раньше Магнус думал, что рано или поздно чужачку отправят в монастырь или и вовсе казнят за колдовство, то лишь спустя какое-то время он понял, как сильно ошибся в этой женщине.

Всего за год, прошедший с момента свадьбы, и до гибели короля Рэндольфа, она успела добиться расположения в двух прайдах и поддержала магистра Торгового союза, который ратовал за расширение морской торговли с Ашуманом. Чуть позже открыла в городе две ночлежки для бедных, где они могли получить по куску хлеба и миске рыбного супа, и одобрила расширение университета, пожертвовав на это какие-то свои драгоценности.

Она вела себя скромно и даже отказалась от ашуманской веры, во всяком случае, напоказ она её нигде не выставляла. Никаких змей, колдовства или ашуманских одежд. Она носила светлые шелка и в тот же год родила королю наследника. Королева была терпеливой и умела ждать.

Восстание Чистой крови захлебнулось и было подавлено королём с особой жестокостью. Кого-то сожгли, кому-то отрубили голову. А затем королева сделала так, что даже имён участников восстания не осталось в летописях. Зато во дворце тут же появились новые фавориты. Семьи, которые раньше не стояли близко к трону, при поддержке новой королевы сразу расправили крылья. Альба, Вальфреды, Борас…

Бедняки славили королеву на улицах, торговцы деликатно молчали на совете, набивая карманы золотом от расширившейся торговли, и даже учёные мужи, получив свою подачку, строили новое здание университета, не кусая руку, которая их кормит. А Старшие дома молчали, помня историю падения Сивертов.

Ашуманка удержалась у власти, став регентом, хотя время тогда было смутное. А теперь она сильна, как никогда. И её единственное слабое место — это наследник. Потому что любому, кто видел принца Роланда, понятно, что он не сможет быть королём. Его совершеннолетие уже скоро. А значит, вот он, край пропасти, к которому все они снова подошли спустя восемнадцать лет…

Ребекка права. Они больше не могут сидеть и ждать. Королева шаг за шагом отвоёвывает себе пространство, усиливая свою власть. Ещё немного, и то, что хотел притворить в жизнь король Рэндольф, внеся послабление в Канон, сделает эта клятая ашуманка! И тогда Ордену точно придёт конец.

Магнус положил ладони на балюстраду и глянул вниз, в темноту.

Наверное, стоит рискнуть. И опять же, тут снова Ребекка права, никто не должен заподозрить, что за всем этим стоит Орден. Надо отдать должное его коварной союзнице, сделать всё чужими руками — это хороший план.

Пусть королева думает, что Орден сейчас озабочен лишь борьбой за место магистра. И если они хотят победить, то сейчас эту борьбу нужно изобразить так, чтобы шпионы королевы непременно донесли до Её величества эти вести. Королева должна думать, что ей нечего опасаться, что в банке скорпионов под названием Ирдион все заняты выживанием. Впрочем, можно не сомневаться, что в Ордене у королевы есть шпионы, которые донесут, уж слишком вовремя она узнаёт все новости…

Магнус потёр шрам на щеке, ощущая, как тот будто оживает под пальцами: зудит и мешает, стягивая кожу на лице.

— Магнус…

Голос Рошера вырвал его из раздумий так неожиданно, что даже заставил вздрогнуть.

— Доброй ночи, брат, — Рошер появился из темноты и приложил ладонь к плечу в приветствии.

— Доброй, брат.

Магнус ответил на приветствие сухо и в тот же момент подумал, что ничего доброго в этой ночи нет, судя по тому, как выглядит Страж Севера. От Рошера несло конским потом, а его плащ, кажется, уже давно не попадал в руки хорошей прачки. И хмурое лицо, и глаза, которые он тёр от усталости, всё говорило о том, что он провёл не один день в пути. А значит…

Это был снова дурной знак. Сколько же этих дурных знаков сегодня!

— Вижу ты с плохими вестями, — произнёс Магнус, оглядываясь.

Никого поблизости не было, а смотровая площадка позволяла надеяться, что в этот час здесь уже не окажется соглядатаев.

— С плохими. Если не сказать, с очень плохими, — сокрушённо произнёс Рошер, стягивая перчатки.

Он похлопал перчатками по ладони и начал издалека. А Магнус слушал, не перебивая, и понимал, что Зефери Текла, будь он неладен, оказался всё-таки прав!

Но как же так вышло?!

Рошер рассказал о том, как его люди видели Кэтриону по дороге в Таршан. И не просто видели, она путешествовала в компании ашуманского ичу. Рошер отправил свой отряд проследить за ней, когда она отправилась в Лааре. И они остались ждать её возвращения у границы. Всё же северные территории — вотчина Рошера, и он хотел чем-нибудь помочь. А, когда она возвращалась обратно, люди Рошера встретили её, и хотели сопроводить в Рокну, но их ожидал неприятный сюрприз.

Кэтриона возвращалась не одна. С ней был целый отряд наёмников, переодетых псами, и по повадкам было видно, что это люди из Ашумана. Произошла стычка. Рошеру удалось отбить Кэтриону, но, как оказалось, эти наёмники были для неё вовсе не враги…

— Что? Она убила твоих людей? Сожгла дом? И бежала с ашуманским ичу? — спросил Магнус, чувствуя, как перехватывает горло. — Она хочет отдать печать в Ашуман? Милостивые боги! Ты уверен?!

— Она сама мне это сказала, глядя прямо в глаза! — Рошер потёр лоб тыльной стороной ладони, он выглядел обескураженным. — И в ней таилась такая сила, ты бы только видел! Я бросил всех соколов на её поиски! Посты на всех дорогах, в тавернах… И как только я понял, что она окончательно ускользнула, я сразу же поехал сюда, чтобы тебя предупредить. Да она убить меня хотела! — воскликнул Рошер, взмахнув перчатками. — Я не ожидал, признаться. Один из моих людей, Руис, который выжил в пожаре, видел, как в доме повсюду появились змеи перед тем, как он загорелся. Он, кстати, приехал со мной, можешь посмотреть на его ожоги! Змеи, Магнус! — Рошер перешёл на шёпот. — Ашуманское колдовство!

— Но… она разве не сказала, почему? С чего вдруг всё это?!

— Она рассмеялась мне в лицо и сказала только, что мы все глупцы. Она была королевской шпионкой у нас под носом, и мы не знали об этом все эти годы. Она всё доносила королеве. Я понимаю, Магнус, что для тебя это потрясение, ведь ты был к ней добр. Но теперь мы должны во что бы то ни стало её найти.

Магнус и подумать не мог, как больно ему будет слушать все эти слова. Но они лишь подтверждали его догадки и выводы, сделанные после встречи с князем Теклу.

Кэтриона — шпионка королевы…

Рошер сочувствовал ему, и по всему было видно, что он тоже не ожидал такого поворота событий. И видеть это сочувствие на его лице Магнусу было неприятно. Клятый Страж Севера, хоть и выглядит расстроенным, в душе, наверное, торжествует. Ещё бы! Шпионка королевы под крылом старшего аладира, такое ему ещё не скоро забудут! И в борьбе за место магистра это позорное пятно на мантии Магнуса будет совсем некстати. Но Рошер мог и приукрасить свою историю…

— Ладно. Мне надо подумать, — Магнус коснулся пальцами шрама на лице. — Завтра утром соберём Совет Старших стражей, и ты всё это расскажешь там. И возьми своего человека на совет, нам понадобятся детали. Решение будем принимать там. А сейчас, извини, я хочу побыть один.

— Конечно! Да. Я понимаю. Доброй ночи, брат, — Рошер приложил пальцы к плечу и направился прочь.

Доброй ночи… Он понимает…

Да кто это может понять!

— Проклятье! — прорычал Магнус, когда шаги Рошера по гранитным ступеням совсем затихли.

Он схватил фонарь и изо всех сил швырнул его в пропасть, не зная, как ещё удовлетворить свою ярость. Она душила его и жгла изнутри, будто железный прут, которым ставят клеймо.

Как же так он ошибся?! Почему не видел всего этого?!

«Без любви. Без жалости. Без страха.»

Он пренебрёг главным правилом Ордена. Никаких чувств. А он позволил этой гадюке забраться в его душу. И что взамен?

Но даже сейчас, чувствуя острую боль от такого предательства, он не мог до конца поверить в то, что Кэтриона все эти годы его обманывала. Та девчонка, которую он подобрал на площади, шпионкой не была. В тот день он мог поехать тысячей разных дорог, он мог не оказаться в том месте… Это была чистая случайность. А значит, королева заприметила её позже. Но когда? Старая ведьма Эрионн ведь тоже ничего не увидела тогда в башне…

Эрионн!

Магнус взглянул вверх. Лестница в триста пятьдесят восемь ступеней терялась в темноте. Там, наверху, самый прекрасный сад в мире и башня, в которой живёт Эрионн — Оракул Ордена. Она должна знать ответ. И если Кэтриона хоть как-то связана с королевой — она обязательно это увидит. Вот тогда он и примет решение.

Потому что обвинения серьёзны. А за нарушение клятвы рыцарю полагается смерть.

Магнус быстрыми шагами пересёк смотровую площадку и, выхватив факел из кольца держателя, ринулся наверх по ступеням у самого края пропасти.