Глава 31

Как хорошо начинался сегодняшний вечер! Он хотел поговорить с Аленой по душам. Она бы смогла помочь ему разобраться в себе и в том, что с ним происходит.

А происходило нечто странное. Алекс понял, что неожиданно для себя влюбился по уши. Как в юности. Эта влюбленность не походила на обычное желание обладать красивой женщиной. Оно было тихим и уютным. Приятно щемило сердце, в голове бродили странные мысли.

Хотелось повести девушку гулять под луной по лугу, или забраться в развалины и пить там травяной чай при свечах. Хотелось слушать трели соловья до рассвета.

Держать Алену за руку и молча идти с ней по сельской дороге, вьющейся среди холмов. Вдыхать терпкий запах разнотравья. И любоваться бегущим по небу белыми облаками, похожими на барашков.

Гуров даже представить не мог, что ему понравится проводить время в деревне. Оказалось, тут живут очень разные люди — хорошие и не очень. Со своими проблемами и страстями. Селяне практически ничем не отличаются от горожан. И даже от небожителей, к коим причислял себя Гуров. Разве что сельские женщины перебарщивают с нарядами и косметикой. Но разве это большой грех?

Живя в башне из слоновой кости и взирая с нее вниз, на суетящихся у его ног людей, Гуров был уверен — он на вершине мира. Он не задумывался о тех, кто там, внизу. Их жизнь казалась ему серой и скучной. Но он ошибался.

Еще вопрос, кто суетился и занимался ерундой. Чего он достиг в жизни? Да, заработал много денег. Очень много. И что? Стал ли он от этого счастлив? Смотря что считать счастьем… Ни деньги, ни положение в обществе не гарантируют душевное равновесие и обычные добрые человеческие отношения.

Алекс относился к телохранителю как к наемному работнику, не более. Он платит — тот выполняет свою работу. Но, как оказалось, Олег, который неожиданно стал Василием, настоящий друг. Он не бросит в беде, готов помочь в любых мелочах и даже в организации романтичного свидания с девушкой.

Дело не в том, что ему хорошо платят за работу. Он просто надежный товарищ. В отличие от так называемого лучшего друга Кирилла. Кирилл едва дождался, когда Алекса засыплют землей. И тут же на могиле товарища поимел его вдову. Ну не вероломство ли это?

От досады на собственную глупость Гурову захотелось завыть на луну. Но она пряталась за пеленой дождя.

Где были его мозги все это время? О чем он думал? Разумеется, о бизнесе. О том, как заработать побольше.

И что дальше? Понтоваться перед такими же как он? Хвалиться успехом, коллекцией антиквариата, менять автомобили как перчатки и покупать яхты десятками? Ах, да, еще иметь роскошную стерву-жену. Которая будет закатывать истерики, капризничать по любому поводу и топать ногами на прислугу. Да уж, счастье просто бьет фонтаном через край!

За окном бушевала гроза. Сверкали молнии, оглушительно грохотал гром. Воды низвергались с небес нескончаемым потоком.

Чтобы произвести на Алену впечатление на надо осыпать ее бриллиантами. Для нее не это главное в жизни. Но Гуров все равно хочет подарить ей звезду. Ту, что светила им на заброшенной мельнице.

Не раздеваясь, Алекс упал на постель. Он смотрел в темное окно, за которым вспыхивали молнии и думал об Алене. Незаметно для себя он провалился в сон. Спокойный и глубокий…

Гуров проснулся от того, что Катя гремела на кухне посудой. Алекс посмотрел на часы. Двенадцатый час дня. Ничего себе, позднее доброе утро! Впрочем, это простительно — он не спал почти всю ночь.

Дождь продолжал дробно стучать по подоконнику. За окном лило как из ведра.

— Нам приказано завтра утром покинуть Лопуховку.

— Почему завтра, а не сегодня? — в кухню вошел Василий. В руках он держал мокрый букетик укропа.

— До Лопуховки раньше завтрашнего утра добраться из Москвы невозможно, — Катя, забрала укроп у Василия. — Мы в объезд ехали. Дорогу до сих пор не починили. А при таком ливне по грунтовке вообще сложно проехать. Если только на танке. Машина сопровождения придет только утром. Без нее велено никуда не выезжать и самодеятельностью не заниматься. Дополнительная охрана нам не помешает.

— Я пошел к Алене, — поспешно поднялся Алекс.

— Иди, только плащ накинь. Не хватало тебе простудиться, — заботливо проворчала Катерина.

Во дворе Гуров нарвал каких-то садовых цветов. Из них он узнал только ромашку. Названия других были ему неизвестны. Получился пестрый веселый букет. Правда, очень мокрый.

Алена открыла ему дверь и солнечно улыбнулась.

— Привет, Алекс, — она взяла букетик и окунула в него лицо. — Какой милый. Дождем пахнет.

Алекс скинул старомодные резиновые галоши и по вязаным половичкам босиком прошел в зал.

— Чай будешь или кофе? — Алена поставила букет в вазу и гордо водрузила ее посреди стола.

— Все равно. Что сама будешь, то и я попью.

— Болит рука? — кивнула Алена на забинтованное запястье Алекса.

— Нет.

— Врешь.

— Правда, не болит, — он поднялся и пошел за Аленой на кухню. — Я тебе помогу.

— Сама справлюсь. Ты у меня в гостях, — оглянулась она через плечо.

Алекс неловко обнял ее и поцеловал.

— Это надо было сделать раньше, — улыбнулся он.

Гуров понимал, что сегодня он все делает не так. Все у него получалось как-то несуразно. И букет мокрый, и поцеловать Алену надо было, как только вошел. Похоже, и с разговором получится полная ерунда. А ему так много надо ей сказать, так много объяснить.

— Что-то случилось? — подняла на него синие глаза Алена.

— Нет… Вернее, да. Ничего серьезного, — поспешил заверить ее Алекс. — Мелкие проблемы.

— Из-за вчерашнего? Но ты же ни в чем не виноват. Только меня защищал.

— Не из-за вчерашнего. Вернее… Тут все запутано. Я как раз об этом хотел с тобой поговорить, — давно Алекс не испытывал подобного замешательства при общении с девушкой. Последний раз это было в начальной школе. Тогда одноклассница безжалостно посмеялась над его чувствами. Милые детские воспоминания!

Алена заварила чай, отнесла посуду в зал. Они сели на диван.

— История долгая, — начал Алекс. — Я не могу тебе пока все рассказать. Мне надо уехать ненадолго.

— Понятно, — кивнула Алена и сникла. — Помирился с женой.

— Я же сказал — ненадолго. Не помирился я с ней и не помирюсь. Мой лучший друг — ее любовник. И вообще она теперь моя вдова.

— Вдова? Это как?

— Не перебивай, пожалуйста. Для начала — я не торгую этими гребаными резиновыми лодками.

— Это я давно поняла, — призналась Алена.

— Да? Почему?

— Потому что ты нес про них полную ахинею. Особенно про киль. Похоже, ты в яхтах намного лучше разбираешься, чем в надувных лодках.

— Ладно, промашка вышла. Яхтами я тоже не торгую. Не могу тебе пока сказать, чем я занимаюсь.

— Мне это неважно.

— Знаю, — Алекс взял Алену за руку, потеребил ее пальцы. — Я уехал в деревню потому, что меня пытались убить.

— Кто? Зачем? — испугалась Алена.

— Если бы знать. То ли конкуренты, то ли жена с любовничком. Полиция разбирается. Меня засунули в Лопуховку подальше от знакомых. Жена думает, что я погиб и на радостях пустилась во все тяжкие. Оказалось, она давно изменяла мне. А я был слепым бараном…

— Это ужасно! — выдохнула девушка. — Подло и низко.

— Да уж! После вчерашней драки мои фотографии могут просочиться в интернет. Возможно в мою гибель не поверили и меня ищут. Следователь предполагает — мои недоброжелатели захотят довести дело до конца. Поэтому мне надо ненадолго уехать из Лопуховки. Куда — решать не мне. И тебе надо поехать со мной.

— Что? — удивилась Алена.

— Вдруг те, кто охотятся на меня захотят тебя похитить и выпытать, где я? Они могут знать, что я встречался с тобой.

— Алекс, это так неожиданно, — опешила Алена. — Что я тете скажу? Да она с ума сойдет, когда узнает! А маме? Нет, не могу я уехать просто так. Да и кому я сдалась? Мало ли с кем ты общался? Не переживай за меня. Не накручивай и не фантазируй.

— Может, ты и права, и я просто себя накручиваю. Но я боюсь за тебя. Боюсь оставить одну.

— Так я не одна. Вокруг людей полно. Я же не в пустыне и не в глухой тайге. Езжай, и не придумывай страстей-мордастей. Не сочиняй страшных историй.

— Но…

— Никаких «но», — Алена положила ему на губы узкую ладошку. — Я буду ждать тебя. Когда ты решишь свои проблемы, мы обязательно встретимся.

— Я не смогу убедить тебя поехать со мной?

— Если честно, я бы с удовольствием поехала. Это было бы отличное приключение. Но не могу. Как я все брошу? Я же за тетиным домом и хозяйством присматриваю.

— Можно Оксану попросить.

— Нет, это будет неправильно, — тряхнула головой Алена. — Да и необходимости в моем бегстве нет.

— Хорошо, — нехотя согласился Алекс. — Будь по-твоему. Катя сказала, у тебя временно поселят двух оперативников.

— Не надо, — рассмеялась Алена.

— Считай, для моего спокойствия. И это не обсуждается. Так решил следователь.

— Вот видишь, ему виднее, как поступать. Тебе беспокоиться не о чем.

Теперь надо было сказать девушке самое главное. Алекс собрался с духом. Немного помолчал. Посмотрел в окно и наконец, решился:

— Я хочу, чтобы ты знала — я обязательно вернусь к тебе. Потому что ты мне очень нужна, — Алекс обнял Алену и притянул к себе. — Ты необыкновенная, добрая, милая, самая лучшая на свете. Ты научила меня смотреть на многие вещи по-другому.

Он замолчал. Взгляд Алены был напряженным и пытливым.

— Не хочу говорить банальных фраз, — Алекс коснулся ладонью ее щеки. — Я не смогу без тебя. Я тебя люблю…

Девушка улыбнулась.

— Да, я сказал банальность, — вздохнул Алекс. — Как оказалось, я не умею говорить красиво и искренне. Или одно, или другое. Вместе никак не получается.

Алена рассмеялась и уткнулась макушкой ему в плечо:

— Ты все отлично сказал. И я люблю тебя. Хотя это глупо в моем положении.

— Почему? Потому что мы мало знакомы?

— Нет. Потому что я решила больше не наступать на грабли и попыталась убедить себя, что все мужики — козлы. Но ты совсем другой, — поспешно добавила она.

— Ну да, не козел. Как я уже сказал, я наивный баран, — рассмеялся Гуров. — Странное у нес объяснение в любви получается.

— Зато искреннее, — Алена обняла Алекса за шею и коснулась его губ невесомым поцелуем. — Я буду тебя ждать. Сколько потребуется. Главное, чтобы негодяев нашли и обезвредили.

— Обезвредят, я уверен, — на душе у Алекса стало спокойно и хорошо. Впрочем, он и не сомневался, что Алена поймет его. Она же такая необыкновенная девушка!