Глава 39

Очередной отель, куда поселили Гурова в ближнем Подмосковье, был более чем приличен.

Теперь Алекса прятали только от Дианы и Кирилла.

Бандиты с легкостью сдали заказчиков и были готовы сотрудничать, ради смягчения приговора. Главарь согласился на встречу с заказчиками. Как только они передадут деньги за работу, можно будет брать вдову и ее любовника с поличным. Гуров считал часы до этого радостного момента. Он сразу же уедет в Лопуховку, к Алене.

Алексу выделили двухкомнатный номер. По соседству поселили Олега. Алекс поймал себя на мысли, что продолжает звать телохранителя Василием.

Олег пригласил Катю в кафе. Звал он и Гурова, но тот отказался. Очевидно, что он будет третьим лишним. Олег глаз не мог отвести от Катерины, а когда говорил о ней, голос брутального телохранителя менялся и становился нежным.

Наверное, так же со стороны выглядит и Гуров. И это прекрасно! Алекс улыбнулся своим мыслям.

Интересно, что сейчас делает Алена? Жаль, что связь с Лопуховкой такая паршивая. Мощную аппаратуру из конспиративной квартиры полицейские вывезли быстро. Алекс даже не успел попросить оставить ее на время. Тогда Алена могла бы связываться с ним. Как было бы здорово проболтать полночи, вспоминая о деревенских приключениях и строя грандиозные планы!

Алекс всю дорогу пытался дозвониться Алене, но их разговор обрывался на полуслове. Не общение, а сплошное мучение!

Вечер наступил неожиданно быстро. Алекс упал на постель и в очередной раз попытался позвонить Алене. Сигнал не проходил. Он с досадой швырнул мобильник на прикроватную тумбочку. Тот неожиданно зазвонил. Звонила Алена.

— Привет, — услышал он радостный голос. — Слышишь меня?

— Привет, малыш, — Алекс засунул под спину подушку и поудобнее уселся на кровати. — Отлично слышу. Как тебе это удалось?

— Забыл, как это работает в Лопуховке? Сижу на березе.

— Слазь немедленно! — потребовал Алекс. — Ты упадешь.

— Не слезу, у меня богатый опыт.

— Помню я, как ты на меня свалилась, — рассмеялся Гуров.

— Потому что ты меня испугал своими воплями, — припомнила ему Алена.

Алекс был бы рад проговорить с Аленой всю ночь, но он не мог позволить девушке сидеть в темноте на дереве. Еще неизвестно, как высоко она забралась.

— Пожалуйста, я тебя очень прошу, спускайся с этой березы, — мягко прорычал Гуров. — Я уже скучаю по тебе, хочу тебя слышать, еще больше хочу видеть. Но мне будет спокойнее, когда ты окажешься дома.

— Я тоже скучаю, — вздохнула Алена.

— Тогда напиши мне письмо, — попросил ее Алекс. — Я сто лет не получал бумажных писем. В конверте. Раньше хоть из налоговой присылали, теперь и они по электронке шлют.

— Хорошая идея, — согласилась девушка. — Мы в школе друг другу посылали. И еще глупые приписки на конверте делали. Типа «Лети с приветом, вернись с ответом». Не знаю, чья это была идея. Но было интересно.

— Вот и пришли мне такое. Как только все завершится, и следователь снимет с меня показания, я немедленно примчусь к тебе. А пока иди домой, — уговаривал Алену Гуров. — Иди, отдыхай. И думай обо мне. А я буду думать о тебе.

Алена еще немного поворчала, но в конце концов согласилась с Алексом и выключила мобильник. Алекс надеялся, что девушка благополучно спустилась на землю.

В комнате было тихо. Вдруг за окном в небольшом парке отеля неожиданно запел соловей. Раньше Алекс не обратил бы на него внимания. Возможно, принял бы сладкие трели за чириканье воробья.

Гуров выключил свет, тихо подошел к окну и распахнул его. Прохлада наполнила комнату. Соловей пел самозабвенно, то щелкал, то выводил замысловатые трели. Алекс стоял у раскрытого окна, слушал соловья и вспоминал, как они с Аленой сидели ночью на мельнице при свечах. Это ж надо до такого додуматься! Вот это настоящая романтика.

Никакая ночная Ницца с ее очаровательными ресторанами на набережной, никакая Филадельфия с роскошной природой не могли затмить милых деревенских воспоминаний.

Скажи кто об этом Гурову еще месяц назад, он бы счел его умалишенным. Какая деревня? Какие сельские пейзажи? Какие руины? Неужели в деревне вообще можно жить? Там только со скуки помирать хорошо!

Как же он ошибался. Алекс упал на широкую двуспальную постель и закинул руки за голову. Скорее бы Семенов завершил расследование.

Алена, наверное, сидит у ноутбука и правит статьи. А завтра утром снова полезет не березу отправлять электронные письма. И позвонит ему.

А может она болтает с соседкой Оксаной. И та грузит ее вопросами об Алексе и его товарищах.

Зойка, наверное, скучает по хозяину, смотрит укоризненно желтыми глазами вдаль и обиженно блеет.

Козу Алекс временно оставил в Лопуховке. Для нее нужно сделать хороший вольер — сухой и теплый. За козой пока присматривает Алена.

На следующий день Алексу позвонил Семенов:

— Приезжайте, Александр Петрович, операция благополучно завершилась, — обрадовал он Гурова.

До Москвы доехали быстро. Олег всю дорогу болтал с Катей. Смеялись надо одним им понятными шутками.

— Я вроде тоже тут, — насупился Алекс.

— Простите, Александр Петрович, — обернулся к нему Олег. — Мы вчера отлично посидели в кафе. Зря вы к нам не присоединились.

— Вася, — Гуров осекся, — Олег, — поправился он. — Ты кончай мне выкать. Мы же договорились.

— Ну, мало ли, — неопределенно протянул Олег. — Мы снова в Москве, а тут совсем другая жизнь.

— За время, проведенное в Лопуховке, я многое понял. И надеюсь, мы трое останемся друзьями.

— Однозначно, — энергично кивнула Катя. — Это правильное решение. Кстати, хотим тебя немного удивить, — она замялась, и Гуров понял — сейчас его огорошат неожиданным известием.

— Короче, Саша, — Олег не без труда обратился к Гурову как раньше. — Я сделал Кате предложение. И она его приняла.

— Какое? — не понял Алекс.

— Как какое? — рассмеялась Катерина. — Руки и сердца, разумеется, — она продемонстрировала золотое кольцо с россыпью бриллиантов. Они были не слишком крупны, но современный дизайн кольца полностью компенсировал этот недостаток. Бриллианты сверкали как снежинки в морозную пору. — Вот такую красоту подарил мне Олег.

— Поздравляю! — от души произнес Алекс.

— Будете с Аленой почетными гостями на свадьбе, — потребовала Катя.

— С огромным удовольствием. И когда свадьба?

— Подадим заявление на днях. Надеюсь, через месяц распишемся, — Олег свернул к отделу полиции и припарковал машину.

— А успеете?

— Успеем. Мы не планируем роскошную. Все по-домашнему, только близкие родственники и друзья. Мы хотим тоже купить дом в Лопуховке и приезжать туда на выходные и в отпуска. А еще, Саша, уйду я от тебя, уж не обижайся, — смущенно произнес Олег.

— Ну, вольному воля. Я тебя держать насильно не могу. Хотя мне было с тобой спокойно.

— Мне у тебя тоже работать было хорошо, — признался Олег.

— И чем займешься? — поинтересовался Гуров.

— К нам поступит. В полицию. Тут Олегу самое место, — Катя положила руку на плечо Олега. — Я уже поговорила с руководством. А тебе мы найдем отличного телохранителя, обещаю.

— Ну, спасибо тебе, Катя, — рассмеялся Алекс. — Украла ты у меня Олега. Ладно, отпускаю тебя, друг мой. Живите в любви и согласии. Надеюсь, на новом месте у тебя все сложится отлично.

Они прошли через проходную. У кабинета Семенова дежурный попросил их подождать.

— Вас вызовут, — строго произнес он.

В полиции все очень серьезно. Гуров невольно напрягался. Что скажет ему Семенов? Разумеется, все прошло как надо, раз Алекса вызвали в Москву.

Гуров поймал себя на мысли, что ему не интересна судьба его некогда лучшего друга и коварной жены. Или вдовы? Как ее правильнее называть? Не все ли равно. Она ему больше не жена.

Жесткие, обтянутые серым дерматином скамьи стояли вдоль стен. Гуров опустился на ту, что ближе к двери кабинета следователя. Катя и Олег отошли к окну и тихо беседовали. Отличная из них получится пара. Алекс давно заметил, что они неравнодушны друг к другу. Похоже, пока он ухаживал за Аленой, эта парочка тоже решила соединить свои судьбы.

— Господин Гуров, проходите, — распахнул дверь дежурный.

От его резкого возгласа Гуров едва не подскочил на месте.

Алекс вошел в кабинет.

— Саша? — со стула, стоящего у стола следователя, вскочила Диана. Ее лицо передернула судорога. — Ты? Живой? Но как? — она ловила ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег.

— Живой, как видишь, — усмехнулся Алекс.