Глава 22

Надя

Я держала на руках крохотный сверток и внутри все замирало. Какой же он… маленький. Мой милый малыш-племяш, беззащитный и нежный.

Катя счастливо прижималась к плечу Сашки, который едва не потерял сознание от полноты чувств. Вадик караулил у двери, словно нам нужна была охрана: надежный, уверенный в себе, невозмутимый.

Почему-то вспомнилась наша первая встреча: сени и кляп во рту. Его яростный взгляд. Да-а-а, нехорошо вышло тогда, друзья перестарались, унизили при мне. Но от того Вадика не осталось и тени. И эта новая версия мне нравилась все больше.

Я покачивала младенца на руках и откуда-то пришло странное желание — вот бы и мне вот так, своего родить. Даже удивилась этому порыву. Раньше я себя мамой как-то слабо представляла. Неужели время пришло? Созрела для материнства?

Осторожно, чтобы не разбудить, я вернула кроху сестре и поцеловала ее в лоб:

— Отдыхай, завтра еще приеду. Нам пора.

Катюшка махнула рукой, отпуская меня. Саша сконцентрировался на сыне, не отводя глаз.

Я вышла в коридор и тронула Вадика за рукав.

— Поедем? Сейчас мы тут лишние.

— Да. Пусть семейство приходит в себя. Ты, наверное, тоже устала, Надь? Есть вариант остаться на ночь где-нибудь поблизости. Можем снять номер в гостинице.

— Нет, у меня ведь…

— Куры. Да, помню, — Вадик мягко рассмеялся и легонько щелкнул меня по носу. — Хозяюшка. Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь? Я бы увез тебя на Мальдивы, запер у бассейна с баром и заставил отдыхать, пока из глаз не исчезнет это выражение вечной тревожности и занятости.

И смотрел при этом он на меня так, будто я была чем-то невероятным. От этого внутри все переворачивалось. Я не привыкла к такому вниманию, к мужской нежности и заботе. Все мои предыдущие отношения были либо «я тебя использую», либо «я тебя терплю». А здесь получалось что-то совершенно другое, настоящее. И Вадику хотелось верить.

— Мальдивы? — переспросила, чтобы скрыть смущение. — Ты бы там умер от скуки через два дня, Вадь. Там же ни кур, ни забора, ни гвоздей в ноге… Никаких развлечений.

— А ты бы таскала меня по пляжу и учила чему-то новому и полезному, — он подхватил меня под руку. — Пойдем. Куры подождут до завтра, и машину заберем потом. А я предлагаю тебе ужин, вино и немного покоя.

— Вино? — я вскинула бровь. На секунду сердце настороженно екнуло.

— Безалкогольное, — широко улыбнулся Вадик. — Я же теперь правильный мальчик.

Фыркнула, но руку не отняла. Идти с ним рядом, чувствовать его тепло через ткань пиджака, ощущать его пальцы на своей талии… Это было странно волнительно и приятно одновременно.

***

В ресторане царила своя атмосфера: медленная тягучая музыка, полумрак. Мы сидели за столиком у больших панорамных окон, и город зажигался огнями. Я смотрела на улицу, но видела в отражении стекла его лицо. Вадик неотрывно смотрел на меня. Постоянно. И это не раздражало, скорее согревало.

— О чем думаешь? — спросил, пододвигая ко мне бокал с соком.

— О том, как странно все повернулось, — призналась с улыбкой. — Полгода назад я даже представить не могла, что буду сидеть в ресторане с настоящим олигархом, а он будет смотреть на меня так, будто я — самый дорогой его актив.

Конечно, это была шутка. Но Вадик отреагировал самым серьезным образом.

— Ты и есть самый дорогой актив и даже больше. Ты — человек, который подарил мне вторую жизнь. Я не знаю, как это объяснить, Надь. Просто... смотрю на тебя и не хочу отпускать.

Я опустила глаза. Сердце колотилось где-то в горле, и я боялась, что он услышит этот предательский стук. Ведь мне тоже не хотелось расставаться со своим подопечным, который внезапно стал так дорог.

— Я не знаю, что будет завтра, — нашла в себе смелость и посмотрела прямо ему в лицо. — Но сегодня... я хочу быть с тобой.

Глаза Вадика чуть потемнели, и он встал, протягивая мне руку:

— Тогда поехали.

Ночной город проплывал за окнами такси. Вадим молчал, но его рука по-хозяйски лежала на моей коленке, и это прикосновение говорило куда больше любых слов.

В номере отеля было тихо. Огромная кровать выделялась светлым пятном на темном интерьере комнаты, и я вдруг струсила. Стало неловко, что мы приехали сюда с одной определенной целью. Мне не хватало слов, чтобы выразить это. Замерла испуганным кроликом по центру комнаты, а в горле пересохло.

Вадик подошел сзади. Я почувствовала его дыхание на своей шее.

— Надь, — позвал тихо. — Если ты не готова, я все понимаю. Мы можем просто посидеть на балконе, посмотреть на звезды.

Я развернулась в кольце из его объятий. В его взгляде не было давления. Только вопрос и готовность отступить, если я скажу «нет». И я знала, что хочу сказать «да». Бежать от своих чувств нелепо.

— Я готова, — голос немного дрогнул. — Я хочу этого. Хочу тебя.

Вадим наклонился. Губы осторожно коснулись моего виска, спустились к скулам. Он будто пробовал меня на вкус, неторопливо и медленно смаковал каждое мгновение. И, наверное, именно эта его неспешность подействовала на меня расслабляюще и одновременно будоража желание.

Мои руки сами скользнули по широким плечам, по накаченной груди. Я давно хотела это сделать, прикоснуться к стальным мышцам.

Хотела и боялась этого шага. Внутренне обмирала, что могу все испортить. Но сейчас, плавясь в его руках, ощущала себя цельной, на своем месте. И даже стало смешно, что я так боялась своих желаний.

Платье упало к моим ногам, и Вадик чуть отступил, любуясь мной. Захотелось прикрыться руками, но на это он лишь качнул головой:

— Надя, ты прекрасна, прекращай себя стесняться. И можно я уберу заколки из твоих волос?

Под его горящим взглядом я просто кивнула. Видеть, что большой сильный мужчина сходит с ума от меня — это невероятное ощущение.

Волосы рассыпались по плечам, спустившись почти до талии. Вадим восхищенно выдохнул:

— Моя лесная нимфа…

Секунда и я оказываюсь у него на руках. Вадик осторожно относит меня к кровати, опускает на простыни. В каждом движении — исключительная нежность и трепет. Словно я у него первая, и эта ночь создана только для нас одних.

Мягкие и плавные прикосновения становятся все жарче и требовательнее, Вадим тяжело дышит, и я знаю, что хочу продолжения. Одних поцелуев и прикосновений мне уже мало.

— Вадик, пожалуйста…

Мой голос охрип, на спине Вадима оставила отметины от ногтей. Но он словно не замечает боли. Входит в меня плавным, быстрым движением, помогая рукой. Выгибаю спину: боже, как же хорошо!

Он задает ритм. То быстрый и нетерпеливый, как его губы и руки, которые буквально везде на моем теле. То замедляется, заставляя меня выпрашивать продолжение и постыдно постанывать в его плечо.

Пахнет Вадик мужчиной. Терпко, пряно, приятно. На каждое движение его рук и тела, мое отзывается приятной истомой. Она концентрируется, собирается внизу живота. Я хочу разрядки, но Вадик не дает мне сорваться слишком быстро: дразнит и тянет, доводит до неистовства.

Когда, казалось, что сейчас взорвусь от полноты эмоций, он нажимает пальцем на чувствительную точку и я рассыпаюсь от оргазма. Плавлюсь под ним, прижимаюсь плотнее. Вот он, тот самый момент.

Позже, когда мы лежали в темноте, переводя дыхания, в голове крутилась одна мысль: «Боюсь, что это всего лишь сон. Боюсь, что проснусь утром в своей постели, а его не будет рядом. Потому что это было слишком хорошо, чтобы быть правдой».

— Ты чего затихла? — Вадик поцеловал меня в плечо и потерся подбородком. Голос прозвучал довольно и сыто.

— Думаю о нас. Боюсь, что это все ненастоящее и ты мне просто приснился.

Он приподнялся на локте и заглянул в лицо. Даже в темноте я видела блеск его глаз.

— Надя, — сказал серьезно, даже немного строго, — ты больше никогда не будешь просыпаться одна. Поверь, от меня не так-то просто будет теперь избавиться. Я уже пустил корни на твоей ферме, так и знай.

Я закрыла глаза и улыбнулась. Впервые за долгое время можно было отпустить контроль и просто насладиться счастьем.

А Вадим еще долго гладил мои волосы, пока мы оба не уснули.