Глава 13

Рейн так сильно вошел в роль заботливого мужчины, что после того как мы силком выпроводили Веронику, он даже посуду вымыл! Ну как вымыл… постарался это сделать…

— Рейн! — закричала, когда очередная тарелка разбилась об пол. — У тебя колец не хватит, что бы расплатиться!

Я подошла к нему и попыталась выдернуть тарелку из крепких рук. Но подумать было проще, чем сделать…

— Ты… просто в воде моешь? — удивилась, заметив что средство для посуды он так и не открыл.

— У тебя нет глины и песка, а огнем ты запретила пользоваться, — невозмутимо ответил, подставляя тарелку под струю теплой воды.

— Я же сказала, вот тебе глина! — тыкнула в него бутылочкой с моющим средством.

— От него пузыри идут и пахнет клубникой. Разве можно клубничной настойкой мыть посуду? — он искренне удивился.

"Он нарочно меня злит! — думала про себя, смотря в его необыкновенные глаза, наполненные искренностью. — Ну не может человек быть таким, даже потеряв память!"

Драгондерейн

Стояла передо мной и шумно сопела, сверля меня своими красивыми глазами. Я бы залюбовался ими, если бы она не схватила прозрачный пузырек и плеснула на желтую, мягкую… ах, она сказала это губка. Плеснула на губку розовую жидкость и снова попыталась отнять у меня тарелку, которую я почти вымыл…

— Дай сюда! — недовольно выкрикнула, пытаясь забрать почти чистую тарелку. — Надо со средством мыть! — громко говорила и тянула низкокачественный фарфор на себя. — Да отдай же ты! — я улыбнулся.

"Интересно, а она знает, насколько сейчас забавна и даже, привлекательна?" — подумал я, не отпуская почти чистую посуду.

— Ладно, держи! — со злостью согласилась она и добавила: — Учись!

Она крепче схватила край тарелки и стала водить губкой по ней, создавая пышную пену и погружая нас в клубничный аромат. Ее пальцы были приятными на ощупь. А ее интенсивные движения в воздушной пене, позволяли мне ненадолго касаться ее.

— Видишь?! Вот так надо мыть! — еще раз провела по тарелке вспененной губкой, и я решил повторить, раз она так настаивает.

Александра

Он слегка улыбнулся и за секунду оказался позади меня. Его рука плавно спустилась по моей и сжала мои пальцы с тарелкой, а другой, он сжал мою руку с губкой и начал водить ею по тарелке. Плавно погружая наши руки в пенную воду и с каплями вынимая их, он снова медленно погружал.

Я спиной чувствовала твердые изгибы его тела, его дыхание на ухо и тепло, переходящее в жар. У меня во рту пересохло, и я уже не могла спокойно думать о посуде, а он все продолжал плавно водить по тарелке и погружать наши руки в теплую пенную воду.

— Я правильно делаю? — прошептал в самое ухо и вызвал целый табун мурашек. С моих губ чуть не сорвался стон, от его жаркого шепота. — Александра… — вновь прошептал низким голосом. — так… правильно? — его дыхание прошлось по моей шее к ключицам. Этот дурман обволакивал меня, расслаблял и…

— Правильно! — выкрикнула, резко выдернув свои руки. Тарелка выпала из рук, ударившись об дно раковины, но не разбилась, благодаря воде. — Теперь сам делай! — локтем толкнула его и вырвалась из горячего заточения.

Я быстро ушла с кухни, не оборачиваясь, не дыша, пытаясь остановить внезапно нахлынувшие чувства, бешеное биение сердца и горячую бурю в себе. Оставила его на кухне одного, одного…

До самого выхода на работу он маячил перед глазами с предложениями еще что-нибудь сделать, но делать было нечего, ломать нечего. И я сказала ему сидеть, и он сел. На диван. Рядом со мной. И пока я смотрела фильм, Рейн смотрел на меня, но стоило мне повернуться, он сразу же отводил взгляд. Так и пришло наше напряженное время до вечера…

— Ты точно не хочешь идти? — одеваясь, спросила у него и получила тот же ответ:

— Там слишком шумно. Я дома останусь, — спокойно отозвался, а я почувствовала облегчение, что хоть на время он не будет маячить перед глазами.

"Дома он будет… это не его дом!" — с недовольством я застегнула молнию на куртке, прокручивая его слова и, бросив такой же недовольный взгляд на него, дернула ручку двери.

— Ты точно не можешь остаться? — настойчиво спросил. — Мне не нравится твоя работа, — серьезно произнес и получил серьезный ответ:

— Устройся на работу. Принеси денег в дом. И тогда, я подумаю над твоими словами, — оставив его с этими мыслями, я вышла, плотно закрыв за собой дверь.

Он был прав, на работе действительно шумно, но бывает довольно интересно…

После нескольких часов сменяющейся музыки, сумбурных мыслей, у меня наступил обед. Я спустилась на первый этаж, что бы пройти в комнату для персонала, но не дойдя, встретила в коридоре красивого мужчину, совсем непохожего на клубного парня…

Он был одет в дорогой костюм, идеально сидящий на атлетичной фигуре. Прическа была аккуратно уложена, как у мужчины с обложки бизнес глянца. По нему было сразу видно — элита. Мужчина из высшего и недосягаемого общества. Я переместила фокус на его лицо и увидела цепкий взгляд, который не сочетался с его чарующей улыбкой.

— Вы ДиДжей? — нежно спросил, лаская слух бархатной интонацией, и я по инерции кивнула. — У вас очень хорошо получатся совмещать музыку, вы могли бы научить этому меня? Я готов платить за индивидуальные уроки, — с мягкой улыбкой произнес.

— Вы можете записаться на курсы, там лучше учат, — я попробовала обойти его, но мужчина преградил дорогу.

— Я хочу учиться у вас, — пронзительным взглядом он смотрел на меня, словно пытаясь загипнотизировать.

— Я не учу. Мне вообще не до этого… — мужчина не дал закончить и перебил.

— Вы мне понравились, — мягко сказал, с ощутимой твердостью в голосе, и сделал плавный уверенный шаг в мою сторону, сокращая и без того короткую дистанцию между нами.