Глава 33

Музыка проходит сквозь меня, я чувствую ее душой. Поднимаю руки вверх и кручу бедрами, такое чувство, что я парю. Мне так легко-легко. Я улыбаюсь и отдаю всю себя на танцполе. А потом чувствую, как его взгляд ласкает тело. Тут же распахиваю глаза и вижу, что Руслан смотрит на меня неотрывно. Облизываю вмиг пересохшие губы, сердце гулко бьется в груди. Обожаю его. Он просто смотрит, а я вся горю, каждая частичка тела и души реагирует на него.

Провожу ладонями по груди, животу, бедрам, намеренно соблазняю. Знаю, что ему снесет крышу. Ему хорошо со мной, а мне с ним. Это ли не счастье. Поворачиваюсь к нему спиной, знаю, что скоро будет рядом… Несколько ударов сердца, и его ладони на моих бедрах. Проводит языком по шее, кусает мочку уха. Я смеюсь.

– Специально меня доводишь? – жарко шепчет на ухо.

– Я просто танцую, – говорю, а сама подаюсь попкой назад, трусь о его пах.

– Блть, карамелька. Сейчас отведу в туалет и отдеру.

– Веди, – поворачиваюсь к нему лицом и целую в губы. Грязно, пошло, как нам двоим нравится.

– Секс в туалете меня давно не прельщает. Хочу тебя дома.

– Тогда поехали? – смотрю в его глаза.

А там бездна, там обрыв, хочу спрыгнуть…

– Поехали, – берет за ладонь и тащит прочь от танцпола.

– Подожди, – смеюсь я. – Мне надо в туалет.

– Давай, я пока с Макаром попрощаюсь.

Я иду в сторону туалета, быстро делаю свои дела и в приподнятом настроении возвращаюсь обратно. Иду к столику. Макар и Рус сидят спиной ко мне. Они меня не видят, а я просто любуюсь своим мужчиной, какой же он красивый у меня. Подхожу ближе, но останавливаюсь, они о чем-то говорят, мне становится любопытно. Нет, я не любитель подслушивать, но сейчас внутри какое-то странное чувство, словно мне нужно быть незаметной и притаиться.

– Так вы что, типа вместе живете? Решил остепениться?

– Живем вместе, да.

– А другие бабы? Одной хватает?

Я вся превращаюсь во внимание. Мысль о том, что у Руслана может быть другая, просто кипятком шпарит мою душу. Я этого не переживу.

– Хватает, Макар.

Я улыбаюсь от уха до уха. Кусаю губы, чтобы от счастья не засмеяться в голос.

– Ну, Агатка твоя классная. Характер норм. Пздц красивая. Фигура просто отпад. Такая сочная, а эти ноги? К таким ногам весь мир прилагается, – тянет Макар в своей привычной манере.

Я закатываю глаза. Кто о чем, а он всегда о бабах.

Руслан хмыкает и делает глоток виски.

– Хочешь такие ноги, за пару тыщ сотен будут такие же, – произносит Крестовский.

Улыбка замирает на моем лице, а сердце просто перестает качать кровь. Я моргаю, а потом еще раз и еще. Мне не послышалось?

– В смысле? Она че, из этих? Эскортница?

– Слово-то какое, – смеется Рус. – Я х*р его знает, как таких называют.

– Шкурами их называют, – ржет Макар. – Нет, сука, нормальных. Всем что-то надо. Но твоя хоть ох*енная, не жалко тратить бабки. Один раз живем, брат.

Мне показалось, что мой мир просто перестал вращаться. Так больно и гадко на душе стало. Неужели… Неужели Руслан так считает? Боже, я думала, что между нами нечто большее… Как же невыносимо, мне дышать нечем. Я чувствую, как моя душа осыпалась мелким крошевом, не продохнуть. Перед глазами плывет, я обнимаю себя руками, чтобы не рассыпаться на кусочки.

Отхожу от их дивана, иду в самый конец зала и приваливаюсь спиной к стене. Реальность та еще стерва. Встретила меня пощечиной, отрезвляя. Я прокручиваю в голове все время, что мы были вместе. Да, начали не с того, но… Я думала, что у Руслана поменялось мнение обо мне. Зачем он так? Разве не понимает, что мне от этого больно. Разве не видит мою любовь к нему? А я люблю его! Каждой клеточкой своего естества. Мне крышу сносит от него. И дело же не в деньгах! В нем. Мне нужен только он… Я хочу быть с ним. Я же знаю, что он тоже ко мне что-то испытывает, чувствую это! Нельзя врать глазами. Он смотрит на меня с такой нежностью, с такой заботой…

– Вот ты где, – слышу голос Руслана и вздрагиваю.

Поднимаю голову и смотрю на него, словно впервые вижу. Мужчина хмурится.

– Все нормально?

– Да, – говорю спокойным голосом.

– Едем?

– Да.

Мы выходим на улицу, где уже ждет машина. Едем в тишине. Рука Крестовского рисует узоры на моей на ноге, а меня впервые его прикосновения не заводят, даже наоборот. Внутри такая грусть-тоска.

Поднимаемся на лифте домой. Рус тут же притягивает меня к себе. Трогает, пытается снять платье. А я не хочу… Мне хочется побыть наедине с собой. Но если он сейчас возьмет меня, может, пойдет спать, а я спущусь вниз и побуду со своими мыслями, попытаюсь понять, как жить дальше…

Русу удается снять с меня платье, я помогаю. Действую на автомате, ничего не чувствую. Я онемела. Он целует меня, щипает за соски, просовывает руку в трусики и замирает.

– Что случилось? – спрашивает, заглядывая в мои глаза.

– Все нормально, продолжай, – улыбаюсь я, а самой хочется плакать.

– Ты сухая.

– У меня просто болит голова… Сейчас пройдет. Хочешь, сделаю минет?

– Ты сейчас серьезно? – зло произносит.

Меня поражает его реакция. Не понимаю, что я сделала не так?

– Если тебе плохо, Агата, то просто скажи мне! Тебе нездоровится, а я кидаюсь на тебя, как одичалый.

Он уходит на кухню, а я стою и не могу понять, почему он злится. Через минуту он приходит со стаканом воды и таблеткой.

– Выпей и ложись спать. Если легче не станет, вызову скорую. Тебе помочь подняться?

– Нет… Я сама, – выпиваю таблетку.

Рус все же помогает мне подняться, даже надевает на меня свою футболку. Разве это не по-настоящему? Его забота, его нежность?

Я ложусь в кровать, а он целует меня в лоб.

– Спи, а я пойду поработаю.

Спускается вниз, а я больше не сдерживаю слез, рыдаю.

Клянусь, он изменит свое мнение и ему будет стыдно за те слова.

Руслан Крестовский, я хочу твою любовь и получу ее.