Несколько месяцев спустя…

– А покажите, пожалуйста, вон те шторы, – попросила я.

Продавщица мило улыбнулась и полезла за золотистыми шторами. Я придирчиво рассматривала их. Симпатичные. Мне кажется, отлично будут смотреться на кухне.

– Давайте их.

Пару минут спустя я довольная шла домой. Зазвонил мой телефон.

– Привет! – улыбнулась в экран, глядя на Любу.

– Привет, Тата! Как дела?

– Все хорошо, а ты как?

– Тоже хорошо! Мы с мамой и Сережей в кафе ходили! Там были фломастеры, и я запачкала новое платье.

– Беда-то какая, платье она запачкала, – засмеялась я.

– Ой, с тобой мама поговорить хочет! Я пить чай!

– Люблю тебя, егоза.

– И я тебя, Тата.

– Привет, – в поле зрения появилось лицо Жанны.

– Привет! Как вы?

– Хорошо. Любочка быстро восстанавливается после операции.

– Самые лучшие новости, – искренне сказала я.

Малышку полтора месяца назад прооперировали, и с каждым днем ей все лучше. Я летала к ней на две недели, мне нужно было убедиться, что с ней все хорошо.

– Врач сказал, что она сможет пойти в сад. Думаю, она будет в восторге.

– Она очень общительная, сразу найдет друзей. Ей это нужно.

– Да, у нее должно быть нормальное детство.

– А ты как, Жанна?

Несколько недель назад девушка узнала о второй беременности. Я была рада за нее, она заслуживает счастья.

– Нормально. Немного мучает тошнота по утрам, но это ничего.

– Ты Любе рассказала?

– Да, она пришла в восторг, – засмеялась Жанна. – Ходит с важным видом и всем рассказывает, что она скоро станет старшей сестрой и придется взять воспитание в свои руки.

Я тоже засмеялась, представив эту картину.

– Где она только слов таких нахваталась?

– Я не знаю, мы с Сережей так смеялись. Она в магазине теперь покупает ни одну игрушку, а три!

– почему три? – удивилась я.

– Одну себе, а другую для братика или сестрички, она же не знает, кто родится.

– Какая хитрая попка.

– Это точно, как что-нибудь отчебучит, хоть стой, хоть падай. А ты как?

– Тоже хорошо. Получила диплом нутрициолога, и преподаватель взяла под свое крылышко. Я недавно вела группу интенсива через соцсети. Так стрессанула. Мне казалось, что я забыла все напрочь. Но все нормально прошло, все остались довольны. Я тоже. Поняла свои ошибки и пробелы. И главное – получила первые деньги!

– О, поздравляю, дорогая. Очень рада за тебя! А дальше что планируешь?

– Я хочу закончить вышку по этому направлению, мне очень нравится.

– Уверена, что все у тебя получится.

– Спасибо, хочется верить. Все, Жаннчик, я сейчас захожу в метро, потом созвонимся. Целую крепко, малую за меня обними, Сереже привет.

– И мы тебя все обнимаем, пока.

Когда вернулась домой, то сразу полезла вешать новую штору. Крутой ремонт и навороченная мебель – это хорошо, но ничто так не создает уют на кухне, как симпатичная шторка.

После я приступила к приготовлению ужина, хочется отметить свою первую зарплату. Решила приготовить курицу в апельсинах и легкий салат. Я только поставила еду в духовку, как услышала звук открываемой двери. Выбежала в коридор и увидела Руса. На губах расцвела улыбка, подбежала к мужчине и стряхнула снежинки с его волос, а потом поцеловала.

– Привет! Ты сегодня рано!

В последнее время Крестовский часто засиживается в офисе допоздна.

– Не успела спрятать любовника? – хмыкнул он.

– Двоих! Дурак, – легонько ударила его ладонью по груди. – Как прошел день?

– Нормально.

– Скоро ужин.

– Отлично.

Рус прошел мимо меня, чтобы вымыть руки. Я любовалась его широкой спиной и подтянутой задницей. Сердце замерло в груди и застучало с удвоенной силой. Как же я его люблю. Руслан сел на диван в гостиной и стал просматривать что-то в телефоне. Не долго думая, подошла к нему, опустилась на колени.

– Ты, наверное, сильно устал, да? – игриво спросила, поглаживая по ногам.

– Адски, – ответил, глядя на меня сверху вниз.

– Наверное, нужно тебя расслабить, м?

– Попробуй, – криво ухмыльнулся.

Отложил телефон и закинул руки на спинку дивана, давая мне полную свободу действий. Я стянула с себя платье и откинула подальше. Приподнялась и стала покрывать поцелуями его щеки, губы, шею. Расстегнула рубашку и припала губами к рельефному торсу. Обвела языком каждый кубик пресса. Оставляла долгие поцелуи внизу живота, а затем расстегнула ремень и молнию на брюках, освободила член.

Крестовский уже был в полной боевой готовности. Провела языком по всей длине, а затем взяла в рот головку, нежно пососала. Рус шумно выдохнул, я улыбнулась. Стала вбирать все больше его плоти в рот. Работала только ртом, ему так больше нравится. Минет всегда меня возбуждает. Вся эта власть, которую я ощущаю, хоть и нахожусь на коленях. Просунула руку между своих ног и убрала трусики в стороны, стала гладить себя. Я была уже чертовски влажной и чувствительной. Рус запустил пальцы в мои волосы и сам начал вколачиваться в мой рот, я ему позволила, я вообще разрешаю ему абсолютно все, полностью доверяю.

– Хочу другую дырочку, – прорычал мужчина и быстро поднял меня с пола.

Трясущимися руками сняла с себя трусики и залезла к нему на колени. Медленно стала опускаться на член. Я чувствовала каждый его миллиметр, кайф неописуемый. Схватилась за плечи Руслана и стала насаживаться на него в каком-то первобытном темпе.

– О, боже, Рус… – только и могла скулить.

Он опустил чашечки лифчика и впился ртом в мою грудь. Я прогнулась назад, чтобы дать больше доступа. Тишину квартиры заполнило наше рваное дыхание и шлепки тела о тело. Я чувствовала приближение оргазма, с ним всегда так, много времени не надо. Стала двигаться быстрее. И через пару минут увидела перед глазами яркие звезды. Огразм мощнейшей вспышкой снес все на свете. Я закричала, а Рус стал вдалбливаться в меня еще сильнее. Тело содрогалось от невероятного блаженства, к моей дрожи присоединилась и его, когда он излился в меня.

Я упала ему на грудь, пыталась восстановить дыхание.

– Хорошо, что диван кожаный, не нужно выводить пятна, – пробормотала через несколько минут.

Руслан засмеялся и поцеловал меня в губы.

Спустя час мы сидели на кухне и ужинали.

– Кстати, ты ничего не заметил? – спросила я.

Рус уставился на меня, искал что-то во внешности. Я засмеялась.

– На кухне, – дала подсказку.

Он осмотрел кухню и заметил занавески.

– С первой зарплаты купила! – гордо сказала я.

– Красиво, – хмыкнул он. – У меня тоже для тебя кое-что есть, – он достал из кармана бархатную коробочку и протянул мне.

Я тут же открыла ее. Там оказалась потрясающе красивая пара сережек с бриллиантами.

– Нравится?

– Я… Да, очень! Спасибо! – я обняла мужчину. – Я люблю тебя, – честно призналась.

Крестовский нахмурился и странно посмотрел на меня, а меня уже было не остановить. Признание и слова, которые я держала в себе столько месяцев, начали выходить наружу, я уже не могла остановить.

– Я очень-очень сильно тебя люблю, Руслан. Я не представляю своей жизни без тебя. Ты делаешь меня самой счастливой в мире. Я так рада, что мы встретились. Ты столько сделал для меня, столько дал… Ты самый хороший в мире. И я так сильно тебя люблю! – выпалила на одном дыхании.

А он…

Он просто продолжал есть.

Я несколько раз моргнула, сердце раненной птицей забилось в груди.

– Ты ничего не скажешь? На мое признание? – тихо спросила.

– Не надо, – сказал он.

– Чего не надо?

– Говорить, что любишь.

– Что?.. – я была просто в шоке.

Я смотрела на него и не верила своим ушам, неужели он ничего не понял?

– Руслан, но я лю…

– Нет, Агата, – жестко сказал и посмотрел на меня тяжелым взглядом.

– Рус…

– Не меня ты любишь.

– Что ты такое говоришь?

– Что я говорю? – он зло рассмеялся. – Оглянись вокруг, вот что ты любишь. Роскошь, цацки, шмотки, что я могу тебе купить. Если бы у меня ничего этого не было, ты бы не была со мной.

– Я хочу быть с тобой! Я люблю тебя.

– Я купил твою любовь, Агата! – поднимает на меня голос. – За деньги! Вот чего ты хочешь, вот что тебе нужно от меня. А это них*я не значит. Все твои чувства – суррогат.

Я холодею с головы до ног. Какая же я дура! Как вообще он мог подумать, что не нужен мне? Я же люблю его до потери пульса. Дышу им, живу им. Все делаю, чтобы он был счастлив. Окружаю заботой и любовью. Я вижу его настоящего. Мне не нужны ни деньги, ни подарки, только он рядом…

– Неправда! Я люблю ТЕБЯ! Может, изначально все касалось денег, но не сейчас, нет. Ты мне нужен, Руслан! Мне ничего от тебя не надо, – кидаю на пол серьги, что он подарил. – Я тебя люблю. Мне все равно, бедный ты или богатый! Не говори так!

– Хватит, Агата.

– Почему, Руслан? – на глазах выступают слезы. – Нам же было хорошо вместе. Я же чувствовала это. Ты был такой нежный, ласковый, внимательный. Я думала, что у нас по-настоящему. С самого начала! Не делай мне больно… Я… Я люблю тебя.

– Остановись. Скоро закончится контракт, и разойдемся.

– Контракт? – шепчу пересохшими губами, слезы катятся из глаз нескончаемым потоком.

– Да, контракт. Но, если хочешь, можешь разорвать его раньше. Но мне бы не хотелось.

Ему бы не хотелось.

Я для него никто.

Просто тело, которое он купил и которое он трахает…

Такое чувство, что кто-то вынул из меня душу и дырявит ее ржавыми гвоздями. Мне так больно, что я не могу дышать. Я истекаю кровью изнутри, меня не спасти, я умираю… Я смотрю в любимое лицо, и меня сносит волной холода исходящей от него.

Боже, как мне теперь жить дальше?