Глава 36. Ваш кофе, босс

Так, так, что у нас здесь…

Нежное кружевное белье из Intimisimi пудрового цвета с черными вставками. Отличный новый комплект, одеваем!

Чулки?!

Да, пожалуй. Объявим день — мисс провокации. Где они там у меня были?

Сказать по правде, на чулки я решилась второй раз в жизни, все время отдавала предпочтения колготкам, но вчера Мама неожиданно подарила мне новую пару. Сказала, что она заказала прямиком из Франции для всех нас, девочек. Так что одна пара в картонной упаковке оказалась весьма кстати в моей комнате.

Пока я одевала эту непередаваемую словами гладкость на себя, то уже тогда поняла, что это полный отпад, и я их ни за что не сниму! Чулки были нежнейшего телесного цвета с кружевной каймой и силиконовой резиночкой, которая хорошо закрепилась на моих тонких и длинных ножках.

Увидев себя в полный рост в большом зеркале, встроенным в шкаф, сама себе улыбнулась. Захотелось замурлыкать. Вроде просто мелочь, кружево вокруг ноги, но ты уже чувствуешь себя на тысячу процентов женственнее и соблазнительнее. Другие люди все равно не увидят таких подробностей, а мне будет приятно чувствовать себя в очередной раз сексуальной.

Накинув на себя свое домашнее платье-рубашку в красно-черную клетку, я, сидя на мягком пуфике у столика с зеркалом, наложила макияж — выровняла тон лица, хайлайтером добавила сияние, чуть подвела карандашом брови и используя удлиняющую тушь накрасила ресницы.

Вообще-то мне надо было дважды, или трижды подумать, прежде, чем переезжать в загородный дом родителей. Добираться до работы стало сущей проблемой, и пока я плавно спускалась по лестнице со второго этажа на кухню, то уже предвкушала поездочку в переполненном автобусе, электричке, а напоследок и в метро.

Все прелести общественного транспорта и Вероника, десятая серия.

На то чтобы покушать мне оставалось минут 15, но я решила, что сегодня я позволю себе опоздать (не в первый раз же). Раз я так красиво оделась и даже успела наложить легкий Nude макияж, то и еда у меня на завтрак должна быть такая же красивая.

Не долго думая, сварила себе кофе, ванильный, добавив палочку корицы, а на закуску решила смастерить горячие бутерброды. Бутерброды вообще отличная вещь. Ветчину и сыр заворачиваем в нарезанный тоненькими ломтиками хлеб, обмакиваем в яйцо, и поджариваем минуты три на сковороде. Опыт жизни с Кириллом научил меня быстро и сносно сотворить что-то с едой, чтобы она стала еще вкуснее и аппетитнее.

У родителей в отличии от квартиры, где я провела последние полтора года готовить было одно удовольствие. Если у меня когда-нибудь появится собственная жил. площадь, то я бы пренепременно хотела бы точно такую же кухню — большие пространства, светлая панель, множество встроенной техники.

Выгрузив свой сытный хрустящий завтрак на большую белую тарелку, я хотела уже выдвинуться к барной стойке (на кухне только барная стойка, а большой овальный стол для компании и ужинов находится в соседней столовой-гостиной), как вдруг, услышала звук закрывающийся входной двери и голоса.

— Спасибо, ты нас так выручил, — радостно сказала кому-то Мама, — Ты, что уже уезжаешь? Постой, постой. Проходи, хоть кофе попей. Мы должны тебя чем-то отблагодарить.

Приближающиеся к кухне шаги раздались все отчетливее. Судя по-всему еще надо будет кормить какого-то сотрудника, что приехал из Папиной фирмы. С полнейшим безразличием я повернулась к двери. И..

Эээ…

Мир сжался до пределов одной комнаты. Из звуков осталось лишь собственное сердце, удары которого стали резко причинять боль потому что…

Сначала на кухне показалась Мама, а следом за ней Рафаэль Рекардо, который тут же заметив меня, резко сбавил скорость, и с абсолютно пришибленным выражением лица затормозил у порога.

Рафаэль в моем доме.

В доме моих родителей, если быть точнее, но это не имеет никакого значения.

В 6.20 утра.

ЧТО?!!?!

Это было настолько неправдоподобно, что я уставилась на него абсолютно ничего не соображая. Захотелось ущипнуть или ударить. Не только себя, но и его, для того, чтобы убедиться, что все происходящее не плод моего воображения, которое назойливо искало черты Рафаэля во всех проходящих черноволосых парнях, а самая настоящая абсурдная правда.

Его ответная реакция на меня слегка приободрила. Отрицание…. Удивление… Замешательство…

А, ну да-да, понимаю… судя по-всему, он тоже не ожидал меня встретить здесь. Конечно, ведь Рафаэль и не в курсе, что мы с Кириллом разъехались… Был не в курсе. Судя по всему, сейчас станет.

Еще несколько остро ощущаемых секунд, и я взяла себя в руки, пытаясь изо всех сил, чтобы сделать непроницаемое выражение лица, и выглядеть черт возьми, как настоящая леди.

На кухне. Со сковородкой в руке. В платье-рубашке и в чулках.

— Э… привет. — открываю первая рот и премило здороваюсь, ведь с гостями принято вести себя вежливо.

Рафаэль слегка усмехнувшись, тоже взял ситуацию под контроль.

— Доброе утро, Вероника. — взмахнув бровями, терпко произносит мистер идеально-сидящая рубашка и приблизившись к барной стойке, к которой приглашает Мама, нагло устраивается на одном из стульев.

— Не ожидала?

— Не ожидал?

— Мило выглядишь. Халатик?

Отчетливо прочитали по лицам друг друга, хотя вслух не произнесли ни слова.

Он вообще не особо-то скрывался, и пока моя Мама развернувшись к нам спиной, доставала из закромов шкафа круасаны, печенья и какие-то еще вредные вкусности, выкладывая их на тарелку для дорогого гостя, Рафаэль хорошенько проехался по мне взглядом сверху вниз, снизу вверх. Пристально и внимательно, как он черт возьми умеет лучше всех сделать, чтобы, моя до этого мирно спящая энергия женственность пробудилась и завелась с пол оборота.

Хорошо, что я хотя бы в платье, а не в своей розовой пижаме. Медленно, но верно начинают меня посещать правильные мысли.

— Ника, Рафаэль завез нам оригинал доверенности Романа. Ты ведь знаешь, что Игорь и Роман работают вместе над винным проектом. Новая помощница все перепутала, а у Игоря самолет уже через два часа. Он бы без этой доверенности ничего не смог сделать. — попыталась Маму объяснить, с чего это вдруг мой босс волшебным образом возник на нашей кухне, — Налей Рафаэлю кофе, поухаживай за гостем.

— Да, поухаживай за мной Вероника, — самоуверенно отобразилось на лице Рафаэля, а на его губах, заиграла веселенькая улыбочка.

И тут я смутилась по-настоящему. И вовсе не от того, что я должна была кормить Рафаэля, который, сидя за барной стойкой, наслаждается ситуацией, а то, что его образ, который сложился у меня в голове за это время — красавчик, ловелас, умный босс, который делает мне комплименты и стреляет в меня глазками, полностью разрушился.

Потому что..

Я увидела в нем мужчину, которого должна накормить.

Согласитесь, это совсем не образ, а бытовая правда, которая и рядом никогда не была с Рафаэлем. Он сам того не желая и не зная, вдруг приблизился ко мне ближе, чем за все эти месяцы, став в одно это мгновение таким… более реальным что ли.

— Ты хочешь горячий бутерброд? — почему-то начиная смущаться спросила я.

— Прости что? — он как будто не расслышал, хотя я уверена, что последние 10 секунд он смотрел только на меня. Хотя нет, смотрел мягко сказано. Пялился.

— Да, бутерброды, я их поджарила на сковородке. — нервно начала объяснять я, словно недоделанный кулинарный эксперт из «МастерШефа» — Хлеб, ветчина, зелень, сыр, все это мелко нарезается и на разогретую сковородку.

— Хочу. — пожав плечом мягко ответил он.

— Хорошо, — выдохнула и развернулась спиной к Рафаэлю, и лицом к кухне понимая, что у меня начинают трястись руки.

— Мне тоже дорогая, положи. — сказала мама, которая уже отошла от шкафа, и судя по звуку поставила на барную стойку, рядом с Рекардо большую тарелку с печеньями.

Пока разливала по кружкам кофе, чувствовала, что меня все сейчас разорвет от переполняемых эмоций, и я начну либо дико истерично смеяться на всю кухню, либо рыдать от безысходности.

Вся таинственность, весь построенный мною за этот месяц образ неприступной дивы разрушен. Я только что свалилась с пьедестала, на который сама себя возвела. Какая холодная высокомерная особа будет подавать кофе и завтрак парню, которого день за днем игриво отталкивает? Никакая.

Превращение произошло. У него из таинственного красавчика — в обычного голодного мужчину, а у меня из гордой королевы в домашнюю девочку, которая живет с родителями и ест на завтрак жареные бутерброды.

Мама, между тем, не теряя ни минуты, внесла равновесие в затянувшуюся паузу, начав у Рафаэля расспрос, да не просто расспрос, а целый допрос с пристрастием. Какая погода в Италии, как перелет, как здоровье у родственников?

— Кстати, чуть не забыл. Эрик женится. Родители передают вам приглашения на свадьбу. — И Рафаэль достал из внутреннего кармана пиджака, (который висел на спинке стула), плотный кремовый конверт.

— О правда? — не скрывая своего удивления воскликнула Мама, взмахивая руками. — У вас в семье, что не год, то свадьба. Кажется, судя по всему в следующем году будет твоя очередь, да, Рафаэль?

— Эээ… — что-то невнятное произнес Рекардо.

— Вероника, а ты приготовила для семьи Рафаэля свои приглашения?

— Мм… — протянула я, какие там приглашения, у меня еще и платья-то нет, — Еще нет, Мам.

— О они все так затягивают, — покачала головой Мама, словно со мной все было понятно, и я самый неправильно действующий человек на Земле, посмотрела снова на Рафаэля. — Передай большое спасибо родителям и поздравления Эрику с предстоящей свадьбой. Когда она состоится?

— Через месяц.

— Ах, какая красота, приглашения в виде масок! Ты это видишь Вероника? — помахала Мама в воздухе бордово-золотой открыткой.

— Да, интересно придумано. — пробубнила я.

— Свадьба будет в стиле Венецианского карнавала. — спокойно пояснил Рафаэль.

— Чудесно, просто чудесно!

Я тем временем покорно, словно официантка из закусочной, поставила тарелку с бутербродами по центру барной стойки и поднесла горячий кофе — сначала Маме, а потом моего боссу.

— Спасибо. — благодарно отозвался Рафаэль, принимая из моих рук кружку, и я уверенна, что намеренно, дотронулся до кончиков моих пальцев…

И нас ударило током. Мы оба вздохнули, но в остальном никак не выдали, что почувствовали этот разряд.

— Аккуратно горячее, — уперто решила поставить кружку на стол сама, дабы избежать нечаянного опрокидывания кипятка. В итоге, мы вдвоем, словно чашка весит тонну, и одному никак не справиться, соприкасаясь кистями рук поставили кофе Рафаэля на отполированную барную стойку.

Фух. Прекрасно. Это было сложно.

Отойдя от стойки обратно к кухне, попыталась унять волнение, налила остатки кофе и себе, и в этот момент поняла, что ситуация вообще огонь. Потому что у нас, черт возьми только три стула! Мама и Рафаэль сидят напротив друг друга. Свободен только один единственный именно тот, что рядом с Рекардо.

Миссия для Вероники — заползти на барный стул, не споткнуться, ничего не разлить и при этом выглядеть весьма элегантно. Получилось. Спокойно выдохнула, только когда оказалась сидя.

— Очень вкусно. — вдруг мягко произнес Рафаэль и посмотрел на меня таким странно-изучающе взглядом, как будто впервые в жизни меня увидел. — Ты сама варила?

— Да. Оно с ванилью и корицей. — мило ответила я, чувствуя, как внутри начинает разливаться тепло.

— Правда, и этот… сэндвич, он такой аппетитный.

Я усмехнулась и загородившись своей кружкой попыталась спрятать довольную улыбку, что так и норовила появиться на моих губах. Я уже привыкла к тому, что Рафаэль постоянно делает комплименты по поводу моей внешности, но комплименты по поводу моих кулинарных умений, это еще круче, почти высший пилотаж.

Меня саму радуют, что я сделала такие маленькие жареные бутерброды. Их удобно держать в руке, они не особо крошатся, и никто за этим столом не выглядит как забивающей щеки хомяк.

— А во сколько лет ты переехал к ним жить? — я потеряла нить разговора и упустила пару вопросов Мамы, как и предшествующие ответа Рафаэля, но теперь поглощая завтрак, стала слушать куда-более внимательно.

— В шестнадцать. После ссоры с отцом. — было видно, что Рафаэль напрягся, словно не особо доволен обсуждать эту тему, но перешагивая через себя продолжил. — У отца очень тяжелый характер. Он хотел, чтобы я пошел по его стопам и стал химиком, но у меня было совсем другое видение жизни, а я был тогда юным и излишне упертым максималистом. Поэтому решил, что лучшим способом сбежать от отца и стать свободным будет переехать к его же родителям в Тревизо. — Рафаэль замолчал, и сделав еще один глоток из своей кружки, посмотрев на Маму продолжил, — Мы с ним после этого пять лет не разговаривали, но с Nonni, мои итальянскими бабушкой и дедушкой мы очень близки.

— Но сейчас все нормально? Вы помирились? Роман хороший человек, правда, но весьма экспрессивный и сложный. К нему надо найти подход — понимающе закивала Мама.

— Да, мы общаемся. Сейчас уже лучше. — кивнул головой Рафаэль, — Как видите, я даже ему помогаю, и временами исполняю обязанности курьера.

— Славно, когда в семье есть мир. — сказала Мама и неожиданно поставив свою кружку стала выходить из-за стола!

Я смутилась, потому что я была уверена, раз она пригласила Рафаэля, то и развлекать его будет сама, а она сматывалась, оставляя меня с ним один на один.

— Надо собираться, я провожу Игоря. Но вы завтракайте. Приятного аппетита Рафаэль, спасибо, что помог. Заезжай, когда захочешь, будем всегда рады.

— Спасибо. — вежливо ответил Рекардо.

— И ты ведь подвезешь Нику? — спросила Мама уже у самого выхода кухни, одной ногой находясь в коридоре.

— Что? — воскликнула я, не ожидая такой подставы. — Не надо, я сама!

Но Мама слушать ответы не стала, а быстро испарилась из зоны видимости.

— Конечно, нам по пути. — пожимая плечами спокойно ответил Рафаэль, и неожиданно его взгляд абсолютно случайно упал вниз.

Черты его лица вдруг резко напряглись, а глаза, не моргая, замерли на одной единственной точке. В полном непонимании я проследила за направлением его взора, который на минуточку, был прикован к моим ногам, и с замиранием сердца поняла… что

Он увидел.

Черт возьми, пока я сидела, платье-предатель натянулось слишком высоко, до того самого момента, когда отчетливо стала видна красивая сексуальная ажурная полоска чулок.

Легким движение руки, я моментально подтянула недостающий кусок красно-черной ткани платья на его законное место, и почувствовала, как по телу пробежала дрожь, словно от внезапно проснувшегося возбуждения.

Почему-то только сейчас до меня доходит, что места за нашей барной стойкой у нас очень мало, и мы сидим как-то чересчур близко.

— Э… Ты будешь доедать? — решив, что самой лучшей перспективой унять свое напряженное состояние и разбушивавшиеся гармоны, будет резко сменить тему, и я, вскинув одну бровь, повернула голову к Рафаэлю.