Глава 48. Возвращение домой

6, 5 месяцев спустя

— О, ну наконец-то!

— Мы вообще-то заждались! Неужели такие пробки?

— Привет милая! Да ты вся в снегу!

— С Наступающим!

Стоило мне только перешагнуть порог дома родителей, как на меня накинулись обнимающие, и каждый считал своим долгом одарить меня порцией крепких медвежьих объятий.

— Ух, дайте вздохнуть! — прошептала я, чувствуя, что Мама, Папа и сестра явно устроили соревнование, у кого получится быстрее раздавить Веронике ребра.

Шучу.

На самом деле я была неописуемо рада видеть членов моей семьи, пребывающих в отличном расположении духа, и горячо приветствуя всех, во мне даже зародилось некое чувство вины, что я так давно отсутствовала, и не появлялась в этих стенах уже четыре месяца.

Только я успела снять обувь, как заметила Витю с детьми. С мужчиной мы обменялись тактичными мимолетными улыбками, а вот своих племянничков я, по очереди подняв на руки, приветственно покружила.

Повод, чтобы купить билет на Сапсан и, наконец, примчаться к родным был существенный.

Та-дам! Новый год, что наступит уже через шесть часов.

Дом родителей был украшен просто потрясающе. Гостиная буквально сияла от яркой новогодней иллюминации. Все вокруг было пропитано уютом и безмятежным предвкушением праздника.

— А где же твой новый парень? Не привезла его знакомиться? — спрашивает меня Алена с прищуром, беря на руки младшего Колю.

Назвать парня, с которым я познакомилась в «Тиндере», моим парнем было можно уж очень с натяжкой. Да, последние полгода я ходила на свидания. Пыталась развеяться. Надеялась, что со мной произойдет чудо, и я втрескаюсь в какого-нибудь красавчика, а тот пренепременно будет свободен, а при этом умен, галантен, с чувством юмора, щедрый и еще сто пунктов по списку, и, потеряв с первого взгляда от меня голову, бросит к моим ногам весь мир.

Увы, этого со мной не случилось. А с Артемом, тем самым, которого Алена уже умудрилась грозно назвать моим парнем, я действительно виделась три раза. А в последнюю встречу, не успев увернуться, почувствовала на своих губах вкус его холодных, невкусных губ. После этого свидания я полностью себя заверила, что дальше наши отношения продвигаться не будут. Не стоило мучать ни себя, ни его. Химии не было. Да и как такового интереса к нему тоже. Он был просто повод как-то скрасить свое одиночество.

— Что у Вероники появился парень? — подключилась Мама застывая в дверях с подносом в руках. Все присутствующие обернулись и нацелились на меня взглядами, как на мишень.

Я скептически вздернула брови, мысленно посылая сестре «Болтушка!».

— Не привезла. — сухо ответила я, пожимая плечами. Потопталась с ноги на ногу, думая, что надо срочно перевести тему. Говорить по поводу неудач в личной жизни — не хотелось. Ни с кем. Я, вдруг, дико запаниковала. Что бы такое придумать?

— Ух ты какая красавица! — восхищенно взмахнула руками, делая вид, что полностью заинтересовалась большой наряженной елью, что заняла половину гостиной.

В течении последующих двадцати минут, я, удобненько рассевшись на мягком диване и попивая ароматный зеленый чай рассказываю о последних произошедших событиях в моей жизни — после трех месяцев испытательного срока меня, наконец, взяли в крупную компанию, занимающуюся продажей металлов зарубеж (горжусь собой — всего шесть месяцев и устроилась на работу сама, так то!) показываю фото с прошедшего новогоднего корпоратива и делюсь впечатлениями о своей новой соседке (потянуть жилье в одиночку оказалось розовой мечтой, с которой пришлось распрощаться еще в первый же месяц).

Исчерпав свой ресурс историй, с чувством выполненного долга, подхватываю свою сумку и смело двигаюсь наверх, в комнату. Слегка освежившись в ванной, нахожу в старом шкафу домашнюю одежду — хлопковые штаны и футболку, и снова отправляюсь на первый этаж.

Мужчины с детьми ушли во двор лепить праздничного снеговика, так что на кухне я обнаруживаю только Алену, что в красном фартуке стоит у плиты, собираясь отправить фаршированную курицу в духовку, и Маму, что с идеальным маникюром не спешно нарезает овощи. Я, взяв еще один нож и разделочную доску, присоединяюсь к приготовлению салата.

Мы, по девчачьи, начинаем безмятежно болтать, перекидываемся свежими сплетнями, обсуждаем прогноз погоды на предстоящие праздники, как, вдруг, Мама заводит диалог в более серьезное русло.

— Дорогая, я тут хотела сказать… — неуверенно начала она, — Знаешь, насчет Рафаэля Рекардо…

И стоило маме произнести это сочетание букв, в висках начало сильно пульсировать, а виток запретных мыслей словно прорывается через умело построенную плотину. Сердце пропустило удар. Как я пыталась забыть это имя уже полгода, старалась испепелить все дурацкие воспоминания, которые не давали мне покоя!

— Пожалуйста, не стоит. — неожиданно яростно прошипела я, — Не хочу о нем ничего слышать. Не надо.

— Да нет же, молчать не собираюсь! Я скажу! — пресекла меня Мама, — Не знаю, дорогуша, почему ты вбила себе это в голову. Но ему действительно никто не платил ни копейки! Платить какому-то мужчине, чтобы он за тобой побегал? Я что по-твоему совсем из ума выжила? — отчеканила женщина, стукнув для эффекта и полнейшей убедительности ладонью по столу.

— Хорошо, просто интересно, каков был тогда твой план? — спросила только ради того, чтобы раз и навсегда закончить эту неподобающую многострадальную тему.

— Ну… — вполне по театральному Мама выдержала задумчивую паузу, закатывая глаза- Я рассчитывала, что в твой день рождение одно кольцо сменится на другое. Побольше и поэффектнее.

— Что? — на это заявление к моему удивлению, бурно отреагировала не только я, но почему-то и Алена, что мгновенно развернулась от своей курицы, к нашему овощному столу. Лицо сестры исказилось, и слегка помрачнело, словно сама мысль, что кто-то может сделать мне предложение, казалась ей очень непристойной.

Мама в ответ лишь пожала плечами, и продолжила безмятежно говорить, начиная при этом с силой нарезать ничем неповинный сочный красный помидор.

— Я, конечно, догадывалась, что моя дочь обладает определенными талантами, но пока не увидела, как он смотрит на тебя в тот далекий понедельник, на завтраке, не верила до конца в успех этой идеи. По-серьезному заинтересовать такого мужчину, как Рафаэль — это ведь искусство. Выдать меньше, чем он хочет. Уходить раньше, чем он запланировал. Убегать быстрее, чем он может догнать. И ты все делала правильно! Четко! От тебя требовалось, лишь чуть-чуть его дожать.

— О нет. Ты преувеличиваешь. Ха-ха. Уверена он бы ни за что этого не сделал… — нервно затараторила я, пытаясь разуверить всех присутствующих в этой идеи, однако, на последнем слове мой голос резко опустился на пол октавы ниже.

В голове отчетливо всплывает подарочная коробочка Tiffani&Co с белой атласной лентой. Которая до сих пор лежит не расскрытая в первом ящике моего стола, куда я ее забросила в свой скверный День рождения. Неужели Мама права, и там внутри — КОЛЬЦО?! Быть не может! Он бы не решился!

— Да что ты говоришь?! — с вызовом заявляет Мама. — Мужчины Рекардо очень импульсивны! Роман, отец Рафаэля, сделал предложение Татьяне через три дня после знакомства. Представляешь? Три дня! А у тебя было пять месяцев. Да! Я действительно верила в то, что он решится отбить тебя от Кирилла самым смелым способом.

Женщина задумалась и недоуменно покачала головой, отчего ее янтарные свисающие серьги в негодовании закачались.

— А теперь твоя очередь откровенничать, скажи, как тебе удалось все разрушить? Я до сих пор не понимаю, где случился прокол? Что же ты такого сделала? — укоризненно посмотрела на меня Мама, ожидая ответ.

— Я… я… — тяжело вздохнув, положила нож и хотела было начать изливать повествование о своем «Самом глупом поступке года».

Однако меня неожиданно перебил ледяной голос сестры

— Это я сделала, Ника.

В груди что-то неприятно кольнуло.

— О чем ты? — я уставилась на Алену. Ее интонация, меня честно сказать, испугала. Безмятежно хорошее праздничное настроение, которое еще не совсем разрушилось от темы «Бывший босс Рафаэль Рекардо», вдруг с сильной скорость начало скатываться вниз.

Ловя наши с Мамой недоуменные взгляды, Алена медленно отошла от плиты. Сняла через голову фартук. Целую минуту сворачивала его, будто ей было очень важно разгладить на этой вещи все складочки, прежде чем снова нацепить его на себя и перепачкать в соусе. Затем положила вещь на барный стул и, тяжело вздохнув, наконец, подошла ближе. Не поднимая глаз от паркета, она тихо выдавила.

— Я полагала, что такие как Рафаэль, не женятся. Они только разрушают. Поэтому я написала ему сообщение, — руки сестры предательски дрогнули, сжимаясь в кулаки.

— Сообщение? — удивилась я, начиная быстро моргать. Признаться, даже тогда, я не совсем поняла, что она имеет ввиду…

— Ты забыла телефон в моей машине и пошла к Кириллу. А я ответила ему с твоей страницы. Рекардо до сих пор думает, что писала ты. — голос Алены с каждым произнесенным словом становился все печальнее и тише. — А это была я.

У меня внутри что-то неприятно резко оборвалось. Не может быть…

Тошнота подкатила к горлу. Смотрю на обескураженный вид сестры и покрываюсь ледяным панцирем. Правда. Она говорит правду, но какого хх… она это сделала?! Делаю глубокий вздох пытаясь не сорваться и не наговорить гадостей, а выслушать все объяснения до конца.

— Зачем? — мой голос прозвучал резче, чем я хотела.

— Чтобы как-то оправдаться, мне придется раскрыть свой маленький секрет. — напряженно произнесла сестра, и некрасиво сгорбила плечи, словно от тяжелой ноши. — Ник, ты, знаешь кто был мой первый мужчина?

— Мм… Витя? Твой муж? — сдвинув брови холодно произнесла я, совершенно не понимая, какое это имеет вообще сейчас значение. Реально, вот какое?! Зачем мне сейчас эта лишня информация?!

Алена громко вздохнула и отрицательно покачала головой.

— Это был Эрик. Ох, Мама не смотри на меня так! Да, черт возьми, Эрик Рекардо! — пылко произнесла Алена.

— Чегооо?! — протянула я, слыша грохот собственной челюсти.

— Брат… Его брат?! Брат Рафаэля? — заикаясь, ошарашенно воскликнула Мама и от удивления поспешно присела на стоящий рядом с ней стул.

Нет…это просто НЕВЕРОЯТНО!

— Это юмор такой, да? Таких совпадений не бывает! — покачала я головой, все еще не веря в такой абсурд.

— Нет, такое бывает. — пожимая плечами, заверила Алена.

— Еще как бывает! — зеркально ответила ей Мама. — Они же учились вместе. В университете.

— Да. Он был симпатичный старшекурсник, а я наивная первокурсница. — Алена закрыла лицо руками отчего ее голос стал звучать глухо. — Один раз. Я с ним была всего один раз. Само собой разумеющиеся стало и то, что потом он просто стал делать вид, что ничего не было.

Я с трудом подавила жуткое прямо неконтролируемое желание побиться головой об стол. У нас что семейный радар на Рекардо стоит? Групповая паранойя? Не можем пройти мимо черноволосых полуитальянцев и устоять?!

— Эрик женился прошлым летом. На свадьбу нас еще они звали. Это значит, что такие как он все-таки женятся. — сурово отчеканила Мама, нервно постукивая пальцами по столу. — Просто не на таких как ты, Алена. — имя сестры женщина произнесла с нескрываемым раздражением.

— Прости, Ник, я не думала, что у вас с Рафаэлем все серьезно. — сестра снова обратилась ко мне и поднесла руку ко рту, начиная жалобно скулить.

— Что ты ему написала? — сухо спросила я, один единственный вопрос, что стоял с самого начала этого разговора в моей голове.

В кухне повисла тишина, а потом Алена, изрядно хлюпая носом, продолжила.

— Ты написала, что очень любишь Кирилла и его не бросишь. Никогда. Ну и у вас будет самая лучшая свадьба. — сестра наконец, осмелилась поднять на меня виноватый взгляд. — А Рекардо — просто слабак, что был для тебя приятной игрой, и было очень смешно, смотреть как он все больше и больше унижается и встает перед тобой на колени. Ты же сама мне это говорила, помнишь?

Я фыркнула. Теперь то пазл окончательно сложился. Недостающие детали нашли свое место и мне куда яснее стало поведение Рафаэля. Его холодность, злость, взвинченность в тот день. Суровый взгляд, подтолкнувшей меня к дурацким действиям.

Конечно, он стал считать меня двуличной — сначала признаюсь в любви, потом пишу оскорбительные сообщения, а затем, вообще, на его глазах целуюсь с коллегой. Ну просто девушка — мечты!

— Я просто не хотела, чтобы еще один из Рекардо получил тебя также просто, как и меня, — растерянно продолжила сестра. — Написала ему, а потом посчитала, все произошло к лучшему, а теперь…. Мне стало стыдно! Мне нет оправдания. Я не должна была лезть.

— Да как ты могла? — затрубила на всю кухню Ма, вскакивая с места прямо с ножом, — Сколько я приложила усилий, чтобы они познакомились! Чтобы работали вместе! Из тебя надо всю дурь выбить!

— А почему ты со мной не поделилась, что хочешь их свести? — остервенело крикнула Алена в ответ, убегая на другой конец кухни в более безопасное место.

— Да этого никто не должен был знать! В этом был весь смысл!

— Я шесть лет уже сижу в декрете с детьми, я схожу с ума! Я привыкла все за всех решать! Извините, что залезла! Но и ты тоже мама!

— Да я счастья ей желала! Счастья! А ты…?!

— И я тоже!

Скандал все больше и больше начал набирать обороты, женщины стали кричать друг на друга как взвинченные истерички, и я испугалась, что сейчас в ход пойдут тарелки и уже приготовленные к праздничному столу салаты.

Я была дико подавлена. Со стороны Алены это было самое настоящее предательство. Однако… удивительно, что спустя пару секунд наблюдения за криками близких, я поняла, что не держу зла на сестру. Зная ее слегка скрытный, но во всех сферах правильный характер, она действительно поступила, как чувствовала.

Да и посмотрим правде в глаза — разве она все испортила? Разве Алена целовалась с Денисом? Разве она потом наговорила Рафаэлю глупостей? Разве она все это время его игриво отталкивала? Нет. Все я. И надо самой отвечать за свои поступки.

— Не ссорьтесь! Подождите! Дайте я скажу. — замахала руками, прерывая нешуточные баталии, и когда, мне удается перекричать всех обезумевших, желающих мне счастья, то встаю между ними, словно стена. — Весьма вероятное, что мы с вами все-таки родственники. Мы любим сначала делать, а потом думать. А еще… Еще мы западаем на красавчиков Рекардо. — подмигнула Алене. — Хорошо, что хотя бы на разных.

— Можешь меня побить, правда. — Алена подойдя ко мне наклонила свою голову.

— Я конечно очень недовольна твой изобретательностью, но, возможно, ты была права. Тогда бы ничего не вышло. Мы с ним оба были слишком на эмоциях, и сломали бы отношения, едва преступив, превратив друг друга в однодневок. Мне он нравился. Но он однозначно был в меня влюблен больше. И мне нужна была пауза, чтобы убедиться.

— В чем?

— Что ты права, Мама. С ним было классно. Я хочу с собой рядом видеть именно такого, как Рафаэль… За последние три месяца я ходила на свидания с тремя разными людьми! С одним из них даже четыре раза, и что? Пустота. Скука. Банальность. Ничего не чувствую. Другие не такие. Не интересные для меня. Спасибо, что устроила встречу с Рафаэлем. Правда, не смотря на то, что мне потом было больно, я многое поняла. Я повзрослела. И теперь не опущу планку ниже.

— Ох, девочка моя! — всплеснула руками женщина.

— В любом случае виновата я одна… На меня тогда так много новостей навалилось — Кирилл с его изменой, Мама с ее сводничеством, мой день рождение, излишние внимание и… я все испортила. Не вы. Я обложалась.

— И я. — поддакнула Алена.

— Да это вообще я все начала. — подтвердила Ма и потянула к нам с Аленой руки. Мы все втроём встали в импровизированный кружок, тепло обняли друг друга за плечи и прослезились.

— Простите меня.

— И меня простите.

— И я тоже была хороша.

— Что это за потоп? Не успели мы вас оставить, как они все строем ревут! — Папа Игорь застыл в дверях и недоуменно уставился на нашу троицу.

— Он мне действительно кое-что подарил, — выговорила я, отстраняясь из примирительного круга первая. — И самое время, проверить, была ли ты, Мама, права.

Вытерев слезы тыльной стороной ладони, мгновенно лечу к лестнице. Поднимаюсь наверх, оказываюсь в своей комнате. Коробочка мятного цвета, повязанная атласным белым бантом лежала на том же самом место, где я оставила ее перед тем, как уехала из родительского дома.

Меня пробирает какое-то жуткое нетерпение, любопытство. Я быстро достала подарок Рафа из первого ящика стола и торопливо спустилась к стоящим женщинам, которые, скрестив руки на груди ожидали моего возвращения.

— Ника, давай не томи нас, открывай, дай посмотреть! — с возбуждением в голосе поторопила меня Ма.

Просить дважды не стоило. Я и сама находилась в предвкушении. Неужели в тот день он собирался мне делать предложение? Черт возьми, как все могло сложиться по-другому, если бы я выпроводила всех поздравляющих мужчин и поговорила бы с ним наедине.

Затаив дыхание, быстро развязала ленту и с щелчком распахнула коробочку.

Открыла и закрыла рот, а затем машинально поднесла к губам ладонь, чувствуя, как сердце внутри сделало сальто и запустило череду печальных фейерверков.

— Кулон? — облегченно протянула Алена.

— Кулон. — тихо вторила ей Мама и в ее голосе послышалось разочарование.

А я почувствовала боль. Не от того, что там не было кольца. Нет. Я бы, наверное, даже слегка огорчилась в Рекардо, если бы там действительно было кольцо. Это было бы реально чересчур.

На белоснежной подушечке лежала тонкая золотая цепочка с объемным кулоном, выполненным в форме сердца, с правой стороны которого был маленький розовый камушек. Украшение было просто шикарным, и однозначно, сто процентов, как и тот не забываемый букет пионов, в моем вкусе.

— Ну что ж мерей теперь, Ника! — легко подтолкнули слева и справа меня локти.

Достав цепочку из ее домика, я подошла к висящему на стене зеркалу и дрожащими руками застегнула замочек на шее. Кулон сел прямо под ключицей, и я, невольно погладила гладкую поверхность золотого сердечка.

— Потрясающе! Не кольцо, однако, он оправдал мои ожидания. Хорошего все-таки мужчину упустила, Ника. — цокнув языком, Мама поспешно ушла из комнаты, отвечать на зазвонивший в коридоре телефон.

— Может тебе тоже… стоит написать или позвонить ему? — не смело произнесла Алена, подходя ко мне на шаг ближе.

— И что я скажу? — с усмешкой спросила, не отрывая взгляд от зеркала, где все еще разглядывала восхитительную цепочку и кулон.

— Ну, например, пригласишь встретиться и поговорить. На крайний случай, можно просто поздравить. Сегодня ведь Новый год. У тебя ведь остался его номер?

— Остался. — выдохнула я, переводя взгляд на свой смартфон. — Но он меня заблокировал.

— Можешь позвонить с моего, — невозмутимо предлагает Алена, протягивая телефон. — Хватит уже бегать. У тебя это не прошло. Он тебе до сих пор не безразличен. И если ты когда нибудь меня простишь за мой поступок, я буду счастлива. Правда.

Я смотрю на протянутый телефон и на меня внезапно нападает какая-то отчаянная смелость. Не думая ни секунды, я принимаю предложение сестры. Разблокировав свой смартфон уверенно нахожу у себя в контактах Р.Р. и перепечатываю увиденные цифры на соседний экран айфона.

А что сказать?

Спасибо за подарок? Спустя полгода наконец-то его открыла? С Новым годом? Ты еще не женился? Тогда, может встретимся?

Да, впрочем, без разницы. Мне просто хочется его услышать. Снова.

Быстрее, чем следовало, я с легкость. нажимаю зеленую кнопку, и отворачиваюсь к стене.

Пошли гудки. Один, второй, третий.

Я потерялась, растворилась, перестала существовать и твердо стоять на земле.

Только эти гудки разделяют меня и Рафаэля, и, кажется, сейчас состоится наш первый разговор после шести месяцев молчания.