39 глава. О том, как соблазнить оборотня, и о другом не менее важном...

- Заклятие забвения, определенно, - произнес доктор Месси, отнимая пенсне от лица. -Этого стоило ожидать.

Виктория осведомилась, что за заклятье такое, и доктор вздохнул.

- Что-то вроде лоботомии, принцесса: человек как будто возвращается в детство или... в фантазию, что лелеял когда-то. Он совершенно забывает себя! Становится все равно что другим человеком.

- Это можно исправить?

- О да, если только знать как. - И добавил задумавшись: - Наложивший заклятие знает. Но нам не известно, кто он...

И Брегер то ли спросил, то ли все же ответил:

- Ведьма Скрытого леса?

Месси головой покачал:

- Она наша союзница, разве нет? Король прибег к ее помощи в деле с порталом. Сам знаешь, такие вещи без магии не случаются...

- Знаю, - подтвердил собеседник, - но что, если она... играет нечестно. На две стороны... И Демиан... - он потер подбородок, - отправился прямо в ловушку...

Тут уж Полина снова вмешалась:

- Вы знаете, где сейчас принц?! - удивилась она.

Брегер с доктором Месси переглянулись. В явном смущении...

- Знали, по крайней мере, - ответил маленький доктор. - В самом начале. Теперь не уверены...

А Брегер взялся ей пояснить:

- Он отправился к ведьме Скрытого леса. Хотел выяснить у нее, что сводит с ума его будущих жен... Полагал, только она и может ответить. - Задумался на мгновение: - В тот момент мы не знали о королевской идее с порталом и иномирной принцессе. Король Люциус почему-то решил, что девушка не из наших пяти королевств будет устойчивей к местным зловредным флюидам... Принцу о том не сказали: знали, он сразу же воспротивится. Не захочет лишить еще одну девушку разума... в самом прямом, неромантическом смысле. Он очень мучился от всего этого, понимаешь? Раз за разом следить, как красивая, умная девушка угасает... Он не мог это видеть. Хотел прекратить попытки женить себя, только было нельзя. В тридцать любой правитель Аспарии законом обязан быть при жене и стать соправителем государства. Женитьба - обязательное условие...

- То есть у принца критический возраст? Он долго тянул...

- Просто хотел найти ту единственную... - Брегер кашлянул в кулак. - Все надеялся...

- Это он зря, - в сердцах сказала Полина. - Принцам... как и принцессам законом предписан брак без любви. - И вздохнула.

Месси решил, что стоит вмешаться и произнес:

- Если это проделки Исидоры, было б неплохо, выяснить где она и что... с принцем. К тому же в замке есть кто-то, симпатизирующий анархии... Тот, кто, быть может, и заплатил ведьме за это, - он указал на тюбик помады. - Такой был вряд ли один, а значит, колдунья давно помогала заговорщикам в замке...

Брегер прошелся по комнате и вдруг скривился от боли. Кажется, снова требовалось лекарство... Но он от этого отмахнулся. Были дела поважнее его самочувствия...

- Завтра в столицу прибудет Мракас со своей свитой и завтра же станет понятно, что ждет наши пять королевств: война или мир. - Мужчина кивнул своим мыслям. - Мракас сразу проявит себя - юлить он не станет. И нам нужен принц... При любом из раскладов. Мне следовало бы давно отправиться за ним следом, просто... - он мимоходом глянул на девушку, - мне приказали беречь нашу последнюю «карту».

- И береги, - согласился с ним Месси. - Принцесса наш, пусть и призрачный, все-таки шанс. Ты головой за нее отвечаешь!

- Я знаю.

И доктор засуетился у стола с колбами и ретортами, словно что-то искал. Так и было: вложил девушке в руку зеленую склянку («Позаботьтесь о Брегере, рану нужно снова намазать»), сам же вынул пинцетом жука из колбы попроще («Отправлю жука-передатчика, вдруг принц отзовется»).

Брегер взял девушку за руку.

- Нам лучше вернуться. Я не в том состоянии, чтобы рыскать по замку...

- Боишься, на нас нападут? - спросила Полина.

И мужчина не стал скрывать правду:

- Это последняя ночь, когда можно избавиться от тебя. Если кто-то хочет войны, ты должна...

- ... Умереть.

- Или сойти с ума.

У девушки сжалось сердце, стало размером с колибри и трепыхалось на самом пределе.

- Пойдем скорее. - Она стиснула его пальцы. - Ты пугаешь меня.

Они шли полутемными коридорами, чуть подсвеченными арабесками на стенах, и молчали. Прислушивались к каждому шороху, к каждому звуку... Не хотели отпускать руки, казалось, это делало их уязвимыми, разделяло, только было нельзя... демонстрировать чувства друг к другу...

Было опасно.

- Запри эту дверь, умоляю, - взмолилась Полина, когда они вошли в ее спальню. - У меня мурашки по коже. Брегер, мне страшно!

- Не бойся. - Он взял кочергу и вдел ее в ручки двери. Ответил на безмолвный вопрос: -В королевских покоях не ставят замков. Разве ты не заметила? - И коснулся ее холодной щеки.

Полина заметила... знала... просто забыла... от страха...

Умирать не хотелось.

Совсем...

Она прильнула к теплой ладони и замерла на мгновенье. Прикрыла глаза...

- Я никого сюда не пущу. Обещаю! - Брегер вытащил меч и сел на стул у стены.

Положил его на колени...

Полина, пытаясь взять себя в руки, залезла с ногами на покрывало и подтянула колени к груди.

Неужели все сказки такие? Заканчиваются, едва лишь начавшись... И кажутся вовсе не сказкой, а драмой. С дурным... Нехорошим концом.

Мысли лезли, как одна, мрачные и гнетущие...

А тут еще Брегер скривился, и девушка вспомнила о наставлении доктора Месси.

- Мне нужно позаботиться о тебе, так доктор сказал, - сказала она и похлопала по покрывалу.

Мужчина покорности не проявил:

- Не стоит, мне уже лучше.

- Но доктор сказал... - Девушка улыбнулась. - Я ведь все равно не отстану. К тому же мне нужен здоровый защитник. - И снова похлопала по покрывалу. - Ну, иди же сюда... Боишься?

Брегер боялся.

... Всего, что может случиться, и даже себя.

Но все-таки встал и присел на самом краю. Полина обняла его со спины... Крепко-крепко. Даже дыхание перехватило...

- Снимай рубашку. Я сделаю все сама!

И он решил отшутиться, просто, чтобы развеять повисшее напряжение.

- Похоже, у тебя входит в привычку, заниматься мужским гардеробом! -Наэлектризованный воздух колол при каждом сделанном вдохе...

- В данном случае я не против. Очень даже наоборот...

Полина сама расстегнула колет и рубашку, распахнула ее и поглядела на рану. Брегер даже не шелохнулся, он и дышал-то едва ли раз через три... Что-то дикое и подспудное, подавляемое день ото дня, билось под кожей как пульс. Он даже чувствовал это: мускусный аромат женской кожи, смешанный то ли с желанием, то ли со страхом...

Нет, первого все-таки больше.

И он невольно сглотнул.

- Рана хорошо затянулась, - сказала Полина и провела по зарубцованной плоти кончиком пальца. - Ты сказал правду...

Брегер и отозвался:

- На моей родине говорят, «заживает как на оборотне».

- А у нас говорят, - Полина наклонилась над раной и коснулась кожи губами, - если болит - поцелуй. Боль сразу уймется!

Аромат мускуса стал совсем нестерпимым, разлился по комнате, удушающий, плотный, и Брегер совсем забыл, как дышать. В глазах как-то враз потемнело...

Он мотнул головой.

- Перестань.

Но девушка обмакнула палец в пахучую мазь и пожала плечами:

- Доктор мне прописал заботу о вас, мастер Брегер. - Она принялась втирать мазь в чуть воспаленную кожу, а сама глядела мужчине в глаза. И продолжила: - Кто его знает, что завтра случится! Может быть, это моя последняя ночь перед казнью... - И попросила: - Не отказывай мне.

- Ты не знаешь.

- И ты.

Пальцы ее стали настойчивей и прошлись до самой груди, пробежались по ней, заставляя покрыться мурашками удовольствия, снова вернулись назад.

- Ты невеста нашего принца.

- Но люблю я тебя. И хочу тебя одного!

Пальцы снова скользнули по коже, очерчивая мышцы упругого живота, лаская нежную кожу ключицы. Брегер перехватил ее руку, стиснул, едва дыша от желания...

- Боги, что ты творишь? Я не могу.

- Можешь...

- Это неправильно.

И Полина чуть наклонилась вперед, прошептала в самые губы:

- У меня есть право на последнее из желаний... А я желаю тебя! - Брегер задыхался от жара и запаха ее кожи. Казалось, волосы на загривке стояли торчком, как в грозу... Перед глазами поплыло, он плохо соображал. - Мы даже раны не потревожим, - звучал тихий голос сквозь пелену пред глазами. - Я сделаю все сама... Ты главное... не кусайся! - И кажется, она улыбнулась.

Он больше не мог себя контролировать... что-то прорвалось, рвануло разжатой пружиной и потянулось к терпкому аромату.

Он втянул его полной грудью и... опрокинулся с девушкой на матрац. Подмял ее под себя и, кажется, принялся целовать... а может, сдирать зубами одежду. Он плохо помнил, что было в тот первый раз, только желание обладать, острое, словно игла, воткнутая в кожу, и столь же мучительное. Кажется, он даже рычал...

Не от боли.

Он действовал интуитивно... Древний танец из самых простых и понятных движений превратился для Брегера в ритуал, очищающий душу и сердце.

Он проклинал себя, когда это закончилось...

Он проклинал свою животную сущность, прорвавшуюся наружу.

И даже смотреть на нее не хотел...

- Это было чудесно, - услышал он словно во сне. И рука легла ему на живот...

Брегер ждал чего-то другого и сразу напрягся...

- Извини, - произнес через силу.

Полина прижалась к нему и улыбнулась

- А ни за что, - сказала она. - Это было самое лучшее, что случалось со мной за долгие годы...

Брегер сглотнул: издевается или...

Осмелился посмотреть прямо в глаза.

- Теперь не страшно и умереть, - улыбалась Полина. - Но лучше бы повторить... Мне кажется, ты был чуточку не в себе... что и понятно: долгое воздержание и...

Он сграбастал ее и прижал к себе со всей силы, зарылся лицом в светлые волосы, выдохнул полной грудью.

Она его не боялась...

Совсем. Ни на йоту!

Первая, что не бежала, уступив его страсти...

И Брегер окончательно понял, что это начало конца.