Глава 7

Просто друг

Катя

Открываю глаза: ага, знакомые стены, знакомая кровать, я в одежде. Это плюс. Могла бы обнаружить себя после вчерашнего и в местах, трудно узнаваемых либо вовсе неизведанных. Повернула голову — рядом Линка, тоже в одежде. Это уже второй плюс.

А вот голова болит так, как будто меня били этой самой головой прямо о стену… Так, а что было-то вчера? Почему я в таком виде? Вроде бы, что-то такое припоминается… Хотя нет, перед глазами как будто фотография чёрно-белая из шестидесятых, сделанная начинающим фотографом на старенькую «Смену»: серое пятно, на котором при сильном вглядывании можно обнаружить парочку расплывчатых пятен, чуточку светлее всего фона. Человек с хорошо развитой фантазией может сказать, что видит только что приземлившихся драконов, а индивидуум с чёткой памятью докажет, что это он сам с другом. В общем, понятно, что ничего не понятно.

Ладно, отставить лирику. Итак, что я помню из вчерашних событий? Во-первых, всплывает эпизод распития виски. Это вот прям чётко и ясно. Потом помню, что нам захотелось танцев. Я сначала вроде бы пыталась отговорить Лину, но как-то вяло, безынициативно, как сказала бы моя мама. Далее… Так, мы собираемся в клуб. Затем помню танцы там, какие-то коктейли… много коктейлей! А потом всё разом — бац! И темнота.

Ну, хотя бы что-то восстановилось. Это плюс. Хотя вот во рту, как в Сахаре, где прошёл львиный прайд — это минус.

Посмотрела на часы — ого! Почти полдень! Вот это мы даванули подушки!

— Лин, — толкаю подругу в бок. — Лин, вставай!

Подруга еле-еле открыла глаза.

— Кать, ты хоть что-нибудь помнишь?

— Нет, — честно сознаюсь. — Вернее, совсем немного.

— И я нет… Но мы в одежде и дома. Это главное! Последнее, что я помню — это коктейли в клубе. Мда, подруга, отожгли мы с тобой, так отожгли.

Наши раскаянные речи прервал стук в дверь

— Ну что, начинающие пьяньчужки-самоучки, проснулись? Можно войти-то?

Это Кир.

— Входи уже, — Линка умеет, даже будучи виноватой, держаться королевой.

Кир зашел, держа в руках предусмотрительно захваченную бутылку с водой и блистер с таблетками.

— Ну что, бабоньки-алкоголички, как самочувствие после грандиозной попойки?

— А то, можно подумать, по нам не видно. Кир, а как мы дома-то оказались? Ты-то хотя бы в курсе? Мы вот вообще ничегошеньки не помним, — я пытаюсь произнести всё это ровным голосов, чтобы дрожание голосовых связок не выстукивало сильно в мозгу.

— Неудивительно! Зато вас, девочки, в клубе точно все запомнили. И долго ещё не забудут! — Кир многозначительно прищурил один глаз, кивая головой.

А дальше излюбленный мною жест «рука-лицо». Насмешничает ещё…

— Всё так плохо, Кир? Да?

— Так, барышни-алкоголички, давайте в душ, смывайте с себя боевой раскрас, а то видок у вас, конечно, ещё тот… А я вам пока поздний завтрак организую. Потом вы мне расскажите, в честь чего вчера гуляли, — и со словами из известной песни «Несмотря на милое личико» Кир покинул наши апартаменты.

— Ну что, Кать, мыться, а потом дальше краснеть?

— Ага, — прохрипела я севшим, видимо, от караоке голосом.

Войдя в ванную и взглянув на себя в зеркало, я ужаснулась: оттуда на меня смотрела жуткая девица с гнездом на голове вместо волос, тушь потекла, а остатки красной помады размазались по лицу. Просто полный писец собственной персоной! Красотка, ничего не скажешь. На скорую руку приняла душ, освободив место Лине.

На кухне нас ожидала уже традиционная яичница с беконом, кофе и круасаны. Кир же сидел и смотрел какое-то видео на телефоне. И в голос ржал. Нда… Что-то мне подсказывает, что на том видео были запечатлены мы с подругой.

— Кир? — я коснулась его плеча пальцем.

— Ну что, подружки, слушайте, — Кир остановил видос и отложил телефон. — Когда мне позвонила Лина, я уже ехал домой. По её заплетающемуся языку я понял, что вас пора забирать. Звонили вы уже из клуба, хорошо, хоть более-менее понятно объяснили, куда ехать. Приехал я, кстати, вовремя.

— А что значит «вовремя»?

— А то, что вы как раз к тому моменту только что согнали с пилонов девушек-танцовщиц, вопя в две глотки, что они не профессионалки, а просто мимокрокодилы, и что вы можете показать им настоящий мастер-класс, — Кир снова хрюкнул, пытаясь подавить смешком. — И пока я к вам пробирался через толпу пьяных мужиков, вы упорно доказывали свое мастерство. Я даже и не знал, что вы так умеете, — товарищ кивнул на телефон.

Так вот что он там смотрел… Наверное, собрали мы с подругой «лайков» и перепостов столько, что в магазины ходить и ездить общественным транспортом ближайшие пару месяцев нам не стоит…

— Да мы и сами не знали, что так умеем…

Вот позорище-то…

— Да, а я ведь не один вас забирал! Со мной ещё Макар был. Я как раз к клубу подъехал, когда он мне позвонил. Тебя спрашивал, сказал, что не смог дозвониться. В общем, хорошо, что он позвонил, а потом и приехал. Один я бы точно не справился!

— С чем не справился?

— С вами! Вдвоем мы кое-как стащили вас с этих пилонов. Но и это еще не конец представлению. Некоторым представителям мужского пола не понравилось, что мы вас забираем, и они попытались отстоять ваши права на самоопределение, но, увы, пали в неравном бою с охраной этого клуба. Дальше мы не без усилий и некоторых потерь (Кир вздёрнул рукав, продемонстрировав две глубокие царапины и один укус, явно человечий) затолкали вас в машину к Макару. Но и тут вы не остановились! Оказывается, вам хотелось ещё попеть в караоке, но, на счастье всех караоке-баров, они были уже закрыты. Зато нам с Макаром повезло меньше, потому что вы решили, что раз все закрыто, то петь можно и в машине. И не знаю, что бы вы ещё решили, только, к счастью, после третьей песни мы уже приехали домой. У меня была мысль окунуть вас прям сразу же в холодную воду, но Макар отговорил. Пожалел. А когда я решил увести Лину в нашу спальню, ты не дала, сказала, что вы как сиамские близнецы, и разлучать вас нельзя. А потом, как были в одежде, так и легли спать. Вырубились сразу. Ну, что скажите в свое оправдание?

Первой отреагировала я. Линка так и осталась сидеть с выпученными от изумления глазами. Похоже, она не могла поверить, что всё сказанное каким-то боком относится к ней.

— Кир, скажи, что это неправда! Ты же сейчас просто шутишь?

Но Кир покачал отрицательно головой и протянул нам свой телефон. Чем больше видосов с нашим участием мы смотрели, тем больше интересных фраз слетало с наших губ.

— Кир, я надеюсь это всё? — спросила я после ролика, на котором Макар нёс меня, перекинув через плечо, а я, изогнувшись, взывала к толпе с речью о попранном достоинстве женщины, о законе о равноправии, который в данный момент грубо нарушается, и о праве на отдых, записанном в Конституции. Ржущая толпа помощь нам не особо оказывала, зато радостно снимала на свои телефоны мой горячий спич.

— Ну, ты ещё порывалась взять мой айфон и позвонить Денису.

— А зачем я хотела ему позвонить, я тебе там случайно не сказала?

— А как же, обязательно! Ты вопила, что хочешь ему высказать, как он тебе жизнь испортил, но, несмотря ни на что, ты его до сих пор любишь, потому что «любовь бессмертна, хоть жизнь инертна».

— Пипец… Я надеюсь, ты мне не дал этого сделать?

— Нет, конечно.

— Спасибо, друг! — с души один камень свалился. — А это… Макар тоже слышал? Как я про любовь кричала?

— Слышал… Ты вот мне объясни, что вас сподвигло на всё это?

— Я вчера встречалась с ним. С Денисом.

Я рассказала всё Киру.

— Ну вот, а после той встречи я приехала к вам.

Кир вздохнул. Его лицо вдруг стало серьёзным:

— Ладно, с этим вы сами разберетесь. У меня к тебе другой разговор… Кать, я вчера не просто так к мотобратьям мотался.

— Проблемы? — спросила я, поднимая одну бровь вверх. Это простое движение отозвалось в голове тупой болью.

— Ну, как тебе сказать… В общем, один из участников мотогонки решил взять реванш. Ему твоя победа поперёк горла встала. Хотел, говорит, раньше с тобой «зарубиться», но у него не получилось, потому что ты была в отъезде.

— Ну и? В чём проблема-то? Организаторы в курсе?

— В том-то и дело, что в курсе. Сама знаешь, им такое только на руку. Гонку назначили на завтра. Меня попросили тебе сообщить.

— Хорошо, поедем. Ты тоже участвуешь?

— Да. Только, Кать, ты поосторожней с ним. Я вчера у пацанов поспрашивал насчёт него. Они говорят, что он совсем отбитый. На всё пойдет, лишь бы выиграть, — Кир бросил на меня настороженный взгляд.

— Я тебя поняла, Кир, спасибо. Не знаешь, почему он напрямую не вышел на меня?

— С тобой напрямую — значит, рисковать бесплатно, а на гонках — это уже хорошие деньги. Кать, ставки на этот заезд просто огромные, в два раза больше, чем в прошлый раз!

Я присвистнула.

— Трасса та же?

— Да, та же. Но именно поэтому, Кать, будь внимательна и аккуратна.

— Я тебя поняла, Кир. Спасибо тебе ещё раз! Так, ребят, всё, конечно, здорово, но мне нужно ехать. Ещё и с Макаром встретиться нужно… До завтра. Кстати, во сколько сбор? — я спросила это, уже подходя к двери.

— В восемнадцать ноль-ноль.

— Отлично. Встретимся там.

Уже на улице я созвонилась с Макаром, договорились встретиться вечером у меня на квартире. Осталось самое сложное — поговорить с родителями о моем переезде.

Когда я приехала, Макар был уже в на месте. Я просто была в шоке! В квартире (моей квартире, Карл!) было всё так, как я хотела, даже частично мебель присутствовала. Надо начинать разговор, а я волнуюсь. Не хочу обижать его. Он на самом деле хороший, надежный, но… не моё это. Не могу я так.

— Макар, спасибо тебе… — я не успела ничего больше сказать, как парень перебил меня.

— Кать, прежде, чем ты скажешь то, что я уже понял… — он запнулся. — Чёрт, волнуюсь, как пацан.

Макар взял меня за руки.

— Кать, я вчера многое понял. Ты всё ещё любишь Дениса. Честно, я не знаю, как всё дальше сложится у вас, просто знай, что я всегда буду рядом и ты можешь в любой момент обратиться ко мне за помощью. Давай останемся хотя бы просто друзьями.

У меня не было слов, одни эмоции.

— Макар, я… — голос предательски задрожал.

— Тише, малышка, не плачь, сердцу не прикажешь ведь.

Парень меня обнял.

— Спасибо тебе большое за всё. Мне очень жаль, что так получилось, я и сама не понимаю, что происходит, — последние слова я просто-таки прошептала.

— Ты просто всё ещё его любишь. И он тебя любит. Очень. Вам нужно дать ещё один шанс друг другу. А хочешь, мы его подстегнём на действия?

— Это как?

— Ну, я побуду немного твоим фиктивным парнем.

— Думаешь, сработает?

— А то! Он, когда нас вместе видит, тааак психует! Ты разве не заметила?

— Нет, Макар, так не нужно… Он должен сам до всего дойти. Ладно, твое предложение о дружбе принимается. И я на правах друга приглашаю тебя завтра на гонку. Приедешь?

— Конечно! Кстати, после наших совместных фоток в соцсетях меня везде просто атакуют вопросами о тебе! Но я молчу, как партизан.

— Вот и молчи, держи интригу.

Мы уже выходили из подъезда, когда увидели Дена, он как раз входил туда с какой-то девушкой. Я, конечно, поздоровалась, но опустила голову так, чтобы волосы по максимуму прикрыли лицо и он не увидел моих слез, а Макар просто покачал головой, давая ему понять, что он опять неправильно поступает. Реакцию Дениса я не видела, а лишь опустила голову еще ниже и быстрее пошла к мотоциклу. Макар догнал меня уже возле байка. И я не сдержалась.

— Любит он меня, говоришь? Ну-ну, — слёзы сдерживать уже сил не осталось.

— Эй, малышка! А ну-ка, посмотри на меня. Ты это чего расклеилась-то? Ну… Слёзы какие-то… Ты же большая девочка. Байкерша. Боец…

Макар взял меня одной рукой за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза, а другой рукой стал вытирать слезы.

— Он дурак, Кать. Услышь меня сейчас, пожалуйста, и запомни раз и навсегда: ты самая красивая, самая сексуальная, самая крутая девушка из всех, которых я знаю. Тебя не возможно не любить.

На этих словах парень поднял меня на руки и закружил, отчего я засмеялась. Нет, ну всё-таки он хороший! Такой молодец, что всё правильно понял. Не хотелось бы терять такого друга, как он.

— Ладно, хватит, поставь меня уже, я всё поняла и больше не плачу.

Со стороны это, наверное, выглядело так, как будто мы влюбленная парочка. Но я не знала, что в этот миг за нами наблюдал Денис, сжав подоконник руками так, что тот хрустнул…