Глава 51. Влад Каверин

— Какой приступ? Зоя Викторовна дома, жива и здорова. Постой… Куда Марина поехала? — уточняю ошеломленно, а у самого все холодеет от нехорошего предчувствия.

— Ей позвонили с мобильного телефона бабушки Зои. Сказали, что она упала в банке прямо у стойки. Сердце прихватило. Ее везли на Скорой в БСМП. Попросили Марину как можно скорее приехать, — поясняет мама.

— Мама, а ты где сейчас?

— У вас на съемной квартире. С Тимой. Марина попросила с ним побыть.

— Мама, с Тимы глаз не спускай и никому не открывай дверь!

— А что случилось, сынок? Я не понимаю…

— Мама, меня слушай! Дверь никому не открывай, ясно?

— Хорошо, хорошо, ты только не волнуйся, Влад…

Я обрываю связь. Начинаю набирать номер Марины - снова и снова. А в ответ – длинные гудки и тишина.

— Виталик! — хватаю за плечо Лосева. — Надо срочно выяснить, была ли белая «веста» у БСМП? Возможно, Марину похитили. Давай, срочно объявляем в розыск белую «Весту» с теми номерами, что дала бабушка Марины.

— Да что ж такое творится сегодня?! — Лосев размахивает руками и достает из кармана лист из записной книжки с номерами, что дала бабушка Марины.

Полковник Ежов напряженно меряет шагами дорожку у сосен.

— Как же так? Такая красивая женщина, и так много неприятностей! — начинает прозревать он.

Я отмахиваюсь. Сейчас не до его сердечных драм.

Снова и снова звоню Марине.

— Алло? — внезапно отвечает незнакомый голос на другом конце.

У меня замирает сердце.

— Бабу свою не получишь, понял, мент? Можешь с ней попрощаться навсегда, мы ей работу у себя в Турции найдем, — слышится мужской голос с акцентом. Связь обрывается.

Я молчу. Чувствую, как по спине ползут капли липкого, холодного пота.

Полковник застывает рядом со мной.

— Была «веста» у БСМП! — выкрикивает Лосев. — Уехала полчаса назад.

— Локацию, по номеру телефона, живо! — орет Ежов. — Хотя бы направление выясним, куда они двигаются! А там ДПС подключится…

Я срываюсь с места. Ежов оборачивается.

— Ты куда, Каверин?

— Я их найду, — произношу четко, а у самого темнеет в глазах от ярости. — Я знаю, кто ее похитил. Тот урод со шрамом на шее.

— Судя по геолокации, преступники движутся к выезду из города. Только что пересекли мост, — цедит Лосев.

— За ними! — толкаю его в плечо. — В машину, быстро!

Мы бежим к полицейской машине. Лосев ныряет за руль, я сажусь рядом с ним. Полковник ныряет на заднее сиденье в последний момент.

— Я с вами. Это… это же не просто скандал! Это международный скандал! Баба Валя, чтоб ее…

Я молчу. Пытаюсь выровнять дыхание, но от напряжения потеют ладони и дико колотится пульс. Сжимаю и разжимаю кулаки. Попадись мне, иностранный гад. Узнаешь, что бывает с теми, кто ворует у ментов жен.

Полицейская машина несется к выезду из города. По левую и правую сторону моста раскинулся Дон. Тихо склонились к воде уставшие от жары ивы. Чинно движутся по воде огромные баржи. Торопятся маленькие катера. Через мост напротив несется поезд. Все, как всегда.

По рации идут сообщения от полицейских постов. В городе и области объявлен план-перехват.

— Если повезет, сможем перехватить машину с преступниками через пару километров, — устремив взгляд вперед, предполагает Лосев. — Там в ДПС знакомые ребята на подхвате.

— Каверин, ты там не жести, слышишь? — трогает меня за плечо с заднего сиденья полковник. — Это дело международное! Не нужны нам скандалы.

Я ухмыляюсь. Нашелся советчик.

Через пару километров показывается пост ДПС. Ребята наши хорошо сработали, прижали к обочине «Весту», стоят с автоматами наперевес, не дернешься.

Мы тоже съезжаем на обочину. Лосев едва успевает нажать на тормоз, как я вырываюсь из машины.

В глазах темнеет. Да, есть у меня такое. Свое не отдам. А жену, тем более.

Полковник Ежов что-то кричит мне вслед, но я его не слышу. Вытаскиваю из машины Арслана Кая за грудки. Швыряю лицом о капот, бью под дых. За ним вытаскиваю за шиворот из машины второго иностранного гостя…

Ежов и Лосев бегут за мной следом, оттаскивают от турецких гостей.

— Каверин, я сказал, хватит! — рычит полковник. — Жену свою забирай и давай, проваливай уже с глаз долой. Чтобы до завтра духу твоего в отделении не было! Мы сами все оформим.

Из машины с опаской выглядывает Марина. Всхлипывает.

— Влад… — шепчет испуганно.

Я хватаю ее за руки, прижимаю к своей груди.

— Они тебе что-нибудь сделали? — с дикой тревогой заглядываю ей в глаза.

Она отрицательно качает головой.

— Нет, ничего. Не успели…

— Испугалась?

— Да…

И плачет навзрыд.

Я прижимаю ее к себе. Целую в макушку, глажу по спине.

— Т-с-с, все, маленькая моя, все хорошо… Бабушка твоя молодец, машину запомнила и номер записала. Иначе бы мы тебя не смогли найти. Вот что значит внимательность, — приговариваю спокойно.

— Каверин, я серьезно! — угрожающе посматривает на меня Ежов. — Поезжай домой и до завтра не появляйся. Иначе отстраню от дела! Вон, ребята из ДПС тебя подбросят до города.

…Мы с Мариной сидим в кафе на заправке. Пьем кофе и молчим. Просто таращимся на неказистый пейзаж за стеклом. А там – бурьян по обочинам дороги, бездомные собаки и трасса М-4.

— Да уж, не задалось сегодня утро, — произношу мрачно.

— Боже, Кемаля убили? И Зину? Как же… как это случилось? — шепчет Марина, и я замечаю, что у нее дрожат руки.

— Скоро узнаем. Думаю, гости нашей страны не станут долго упираться, на допросе расколются.

— Ты же… не думаешь, что с моей мамой случилось что-то плохое?

— Я даже не знаю, что тебе сказать, Марина. Убиты две ее подруги и любимый Кемаль. Посмотрим, что расскажут на допросе Кая и его подельники.

И мы снова молчим. Думаем каждый о своем.

— Мне надо припудрить носик, — Марина поднимается из-за стола.

— Давай, — киваю согласно.

Она идет в сторону уборной, а я неотрывно слежу за ней взглядом. Не отпущу больше от себя ни на шаг! Красивая она, моя жена. Вот и чешутся руки у всяких уродов ее похитить.

На столе оживает вызовом мой мобильный телефон. На связи Пичугин.

Я криво улыбаюсь. Отвечаю на звонок.

— Влад, ты там как? — в голосе друга звучит тревога. — С Мариной все в порядке?

— В порядке, да.

— Хорошо. Заедешь сегодня в отделение?

— Не, меня полковник домой выгнал. Сказал, отстранит, если я сегодня на работе появлюсь.

— А, да, там же дело международное, а ты превышаешь полномочия.

— Знаешь, у меня вообще-то жену хотели украсть! — рычу возмущенно.

— Ладно, ладно, что ты так кипятишься? Кая на допросе сказал, что Марину они хотели похитить, чтобы на мать ее выйти. Сказали, что она у них деньги украла.

— А саму Валентину вы не нашли?

— Пока нет. Хорошо прячется, видимо, жареным запахло. Ладно, давай. Отдохните там с Мариной.

— Обязательно отдохнем.

Я отключаю мобильник.

Марина возвращается к столику.

— Мариш, а поехали на нашу с тобой квартиру? — приглашаю. — Посмотрим, как там ремонт, обсудим, чего еще не хватает?

Она растерянно улыбается.

— Поехали.

Стоит у столика. Растерянно теребит салфетку. Обручалка на безымянном пальце правой руки сверкает напоминанием, что мы вчера поженились.

Я прячу улыбку. Моя жена, надо же. Я снова женат.

Собираю стаканчики из-под кофе со стола и выбрасываю в урну.

Взгляды встречаются.

— Все будет хорошо, — обещаю Марине. — Веришь?

Она кивает.

— Верю, Влад.

Я крепко ее обнимаю и целую в губы. Взгляд жадно скользит по ее фигуре.

Беру ее за руку и веду за собой к выходу. Оторвемся у нас на квартире, пока моя мама сидит с Тимой. А что? Имеем право, у нас медовый месяц.