Глава 27
Маша
До сих пор я находилась будто во сне.
Мама моего докторишки оказалась очень заботливой и крайне болтливой дамой, но меня это больше умиляло, чем раздражало. В отличие от её сына, который бил копытом и пускал пар через ноздри, когда наши посиделки «за чаем с тортиком» превратились в ужин.
А когда Ирина Валерьевна всё-таки нас покинула в ранее забронированный номер отеля, то Усманов отвёл душу и всё на мне прекрасной и счастливой.
На следующий день мы выползли на улицу, решив, что будущему малышу, как и его маме, полезны прогулки на свежем воздухе и килограмм мороженого, которое в меня с лёгкостью уместилось.
А печалька нагрянула вечером - реальный мир и мой шеф. Иннокентий Борисович сначала требовал, потом умолял выйти меня на работу хотя бы на пару дней. Оказалось, что я практически незаменимый сотрудник. И как бы не было приятно принятие истины твоим руководством, но расставаться с Лёшкой совсем не хотелось. Вдруг я утром уйду, а вечером вернусь, и всё станет как было до той мной неправильно отправленной фотки своего нового бюстика - хорошо, но уже без него. Не хочу!
Поэтому впервые работа, которую я люблю, не вызвала должной радости. И хотя, оказавшись на своём рабочем месте, в душе приятно ёкнуло, но весь день я промаялась в ожидании заветных цифр окончания рабочего времени. Можно и не уточнять, что первой на выход из офиса была именно я.
- Сорокина, погоди! – в спину прилетел громкий окрик, а за локоть уцепились красивые с красным лаком пальцы Анжелы.
- Не могу. Спешу, - попыталась оторваться от неожиданной пылкой привязанности ко мне коллеги.
Но Анж в упорстве не откажешь, она держала меня крепко, и мы этаким составом в два вагончика вывалились на крыльцо.
А там традиционно на первой ступени лестницы стоял Усманов. От радости и резко усилившегося пульса у меня на несколько секунд отключился слух, что едва не пропустила приглушённый ладонью шёпот Анжелы.
- Сорокина, давайте выкладывай! Как ты такого мачо со своими-то исходными данными охомутала. Смотрит на тебя как на божество! Аж противно и глаз режет.
Мне бы, наверное, надо было обидеться, но я слышу лишь то, что хочу. Мой доктор Кровь смотрит на меня как на божество! Что может быть прекраснее?!
- Сорокина, ну колись!
- Анж, как обычно, всё просто. Любовью.
Девушка от неожиданности моего признания или, может, просто её пальцы на моём локте устали, но меня отпустила, и я поспешила к радостно улыбающемуся докторишку.
- Анжела, добрый вечер! – громко поприветствовал он, плотно обхватывая ладонью мою талию. – И это не она мне, а я ей плачу, чтобы Мария терпела меня, вышла замуж и родила ребёнка.
- Боже мой, Усманов! – прошипела я, пытаясь двинуть эту каланчу в сторону парковки. – Мне вообще-то ещё здесь работать.
Тот как ни в чём не бывало махнул Анжеле и наконец-то сдвинулся с места.
- Работай, работай, мой сладкий бюстик! Я же не против.
- Вот с ТАКИМИ сплетнями?!
Алексей мгновенно затормозил в паре метров от машины и, обхватив моё лицо ладонями, жарко поцеловал. Кажется, планета остановилась и перевернулась. Я до жути соскучилась по этому негоднику и его губам.
- Решил разбавить твои сплетни элементами эротики, - прошептал, едва оторвался от моего рта. – Или ты снова против?
Отрицательно качнула головой. Говорить пока не могла или не хотелось, не знаю. Мне больше нравилось купаться в нежности серых глаз напротив, чем думать о ком-то с работы.
- Замечательно! Тогда поехали. У нас плотный график. И да, я сразу каюсь, что не согласовал его с тобой, Мась, но придётся нам найти в этом компромисс. Я как мужчина привык решать всё сам, но это не значит, что твоё мнение или твои желания для меня пустой звук.
Усманов отвёл взгляд и, намертво вцепившись в мою ладонь, потащил к машине.
- Лёш, ты сейчас психуешь что ли?
- Нет, Маш. Когда я начну психовать, ты сразу поймёшь. Пока я только нервничаю.
- Почему?
Докторишка не ответил, галантно открывая передо мной пассажирскую дверь. Прежде, чем усадить свою пятую точку на сиденье, не удержалась и бросила короткий взгляд на родимое трудовое крыльцо. Анжела так там и стояла, рассматривая нас. М-да! Завтра офис будет жужжать от новостей о Сорокиной.
Но привычного страха и неудобства в душе не было. Пусть жужжат, а мне-то хорошо.
- Так почему? – опомнилась я, когда Алексей уже сел за руль.
- Потому что в последний раз за меньшее самоуправство ты предложила нам расстаться.
Усманов нахмурил брови и с серьёзным лицом начал выруливать с парковки.
- Лёш, признаю, что тогда я перегнула палку, но на то были причины. Я стараюсь учиться на ошибках, а не повторять их.
- И значит, что я был ошибкой? – не унимался доктор Кровь, решая разом вскрыть все старые раны. Мои.
- Значит, что моя поспешность серьёзных отношений с мужчиной могла сыграть плохую роль. Именно ты, Алексей, здесь ни при чём, как говорится, опыт дело такое.
- Расскажешь? – мягко уточнил Усманов, бросая на меня короткий взгляд. – Я не требую, но дорога дальняя, а сейчас как раз пробки.
Ох, как не хотелось подробностей моей большой глупости, но именно из-за неё я уже раз чуть не разрушила новые отношения и не потеряла любимого человека.
- Мне на начало моей первой любви было всего семнадцать. Я сирота, незнающая любви и ласки, парила на небесах, уже решив, что у нас будет двое детей Миша и Катя, а жить мы будем в маленьком домике у пруда с уточками. А Глеб, он просто… любил трахаться с невинными овечками вроде меня и заодно пользовать их по надобности и до определённого момента. Но этот факт его увлечения я узнала уже гораздо позже, а вначале он намертво прилип ко мне. Мы познакомились в магазине, где я подрабатывала в отделе оформления полок, а он был менеджером. На тот момент Глеб показался мне серьёзным молодым человеком, что был старше на целых четыре года. Он водил на свидания, встречал после работы и был такой милый, что спустя две недели я осталась у него на съёмной квартире.
Задохнулась от воспоминаний, что потоком хлынули в меня. Я ещё тогда плотно запечатала вход и запретила самой себе соваться в это дерьмо.
- Он тебя бил? – скрипучим голосом спросил Лёша, что меня, зависшую в прошлом, передернуло.
- Не физически, но всеми остальными способами. После первой ночи на утро он решил, что, как только мне исполнится восемнадцать, жить я буду с ним, а пока буду ухаживать за его жилищем. Я, радостная как слон, только кивала головой. Секс с ним у нас не ладился, точнее, у меня, но тогда я решила, что это неважно. Главное ведь, что он меня любит и хочет жить вместе. До моего совершеннолетия все два месяца так и продолжалось – я, планирующая нашу совместную жизнь, готовила, стирала, убирала днём в перерывах между учёбой и работой, а вечером таскала тапочки и терпела сексуальные тренировки Глеба со словами «Не парься, Машка, у девственниц всегда так поначалу, потом наладится, когда разработается».
В машине что-то громко треснуло. Перевела взгляд от бокового окна на Усманова. Лёша смотрел чётко перед собой, а в его руке и передней были куски чёрного пластика. Присмотревшись, поняла, что это остатки от стационарного держателя для мобильного.
Чёрт! Куда меня, дуру, понесло!
- Прости, Лёш! Я думаю, что уже мною сказанного достаточно, чтобы оценить степень моей тогдашней наивности.
- Нет. Продолжай, - ровным могильным голосом поведал мне, стряхивая остатки пластика на коврик к себе под ноги.
- Лёш…
- Хорошо, только по сути.
Вздохнула, но с упрямством моего гематолога я знакома лично.
- По сути, вернулась в не то время и застала его с другой, как мне казалось, в нашей постели. Девушка ушла, а на меня Глеб вывернул тонну помоев обо мне совсем не прекрасной. Пнул из своей жизни под зад и посоветовал больше не попадаться ему на глаза. Я была эмоционально раздавлена и меня заново собирала Вероника. Вот и всё.
Выдохнула, чувствуя, как крупная дрожь бьёт по телу. Прямо как тогда.
- Значит, своим поведением я тебе напомнил этого гондона?
- Лёш, перестань! Только от части. В душе я чувствовала, что в этот раз всё по-другому, но решила перестраховаться. Тем более сам факт нашего знакомства вызывал много сомнений.
- Это ещё почему?
- Потому что ладно я умудрилась не проверить, что именно отправляю врачу, по сути незнакомому человеку, но твой интерес ко мне вообще из ряда фантастики. Ну, если только ты любитель знакомства через интернет, и вместо фотографии лица просишь прислать снимок груди?
Усманов, кажется, отошёл от моей истории о Глебушке и даже улыбнулся.
- Нет, Мари, ты первая и последняя, с кем я умудрился познакомиться не лично. Почти не лично. И вопреки законам медицинской этики.
Даже забыла, что хотела сказать ему дальше. Что это значит его «почти не лично»?! Уставилась в мужское лицо самым требовательным взглядом, на который была способна.
- Мася, не смотри ты так! Я же за рулём.
- Алексей Дмитриевич!
- Скажем так, я знал тебя до того, как ты прислала фото бюстика вместе со своими анализами, - сдался он.
Мои глаза против воли удивлённо распахнулись. Это же когда и как я умудрилась проворонить встречу с таким мужчиной?!
- Я была в этот момент без сознания? Ну, иначе я не знаю, как смогла тебя не заметить.
Лёша коротко просмеялся, отрицательно качая головой.
- В сознании. И прекрасна.
Не смогла сдержать смущённой улыбки, особенно когда в душе порхали бабочки от радости, что на самом деле Доктор Кровь запал не на мою полуголую грудь, учитывая, что кружева там прикрывали ещё меньше, чем через них просвечивало.
- Ну, не томи, Усманов! Сказал «а», говори теперь и «б».
- Ничего сверхъестественного- ты приходила на консультацию с Вероникой.
Я нахмурилась, так как точно помню, что не ходила, а только забрала подругу от клиники на моей тогда ещё работающей машинке.
- Да-да. Я вышел на свежий воздух, а ты выскочила из авто к подруге. Всего несколько мгновений, но мне хватило, чтобы полезть в социальные сети и через Веронику, данные которой я знал из медицинской карты, найти тебя.
- Ну, у нас с ней в друзьях там три калеки. Это точно было несложно. А дальше?
- А дальше я задумался, как с тобой познакомиться, не показавшись придурком или сталкером. Пока думал и мотался в Питер на недельку по учёбе, ты сама ко мне пришла. Судьба, одним словом.
И действительно, очень на неё похоже. Хотелось расцеловать эту судьбу и её подарок заодно.
- Лёша, а нам ещё долго ехать?
- Нет, почти приехали. А что?
Отрицательно качнула головой, не собираясь признаваться в своих эротических фантазиях.
Мы остановились, и докторишка заглушил машину.
- Вот смотри… - Усманов махнул рукой, привлекая моё внимание.
Озеро. На берегу кирпичный двухэтажный дом, что скрывался в зарослях кустов и частично забором. Всё немного запущено и обветшало. Чуть вдали продолжался коттеджный посёлок.
- Смотрю. Мы в гости? И к кому?
- Всё зависит от тебя, Маш. Если понравится, то в гости к нам.
Дом у озера, как в моих детских местах! Но ведь так не бывает?!
Выдохнуть полноценно не получилось. Медленно вышла из машины, всматриваясь более тщательно. Алексей меня не торопил, просто обнял со спины и терпеливо ждал. Хотя я была бы согласна, не раздумывая, и даже если тут вместо дома была бы лачуга, но были не озвученные «но».
- Лёша, но у нас с тобой есть, где жить. У тебя или у меня. Ладно, моя квартира ужасна, но мы с Вероникой как раз собирались её менять. Я и средства подкопила для этого. Через ипотеку новостройку в приличном районе.
- Маш, ты же сама в машине рассказала, что когда-то мечтала о доме с прудиком и утками, двоих детях… а я люблю рыбалку, и потому тут наши желания полностью совпали. Уток нет, но мы их разведём.
Прикрыла глаза, наслаждаясь счастьем и надёжным теплом за моей спиной.
- А твоя дача?
- Она не подходит. Я её продам. Там далеко от города и нет никакой инфраструктуры. А тут рядом торговый центр, школа и детский сад. Подальше даже небольшой парк имеется.
- Ты всё продумал.
- Конечно. Ведь у меня семья, которой должно быть удобно.
- Усманов, ты точно настоящий? Может быть, ты мне только снишься?
- Самый настоящий среди настоящих, - прошептал мне на ухо, оставляя на шее горячий поцелуй. – Чувствуешь?
Кивнула. Его широкие ладони медленно переместились с моей талии на плоский живот, в защитном жесте охватили его, словно лаская того, кто там совсем ещё маленький.
- Иногда мне не верится, Лёш.
- Верь. Мне верь. Я так хронически болен тобой, что избавиться от меня теперь можно только оперативным путём. И не факт, что я снова не приползу.
- И у нас всё будет хорошо?
- Нет. У нас всё будет восхитительно.
Закрыла глаза, окончательно растворяясь в таких родных и крепких объятиях. Ведь действительно верю! Как себе или даже чуть больше.
- Я люблю тебя, Лёш, - прошептала то, что тогда при его маме сказала сгоряча, но так и не повторила лично ему, а сейчас меня буквально распирало от этого чувства.
- Помню, мой сладкий бюстик. И то, что если бы не любила, то никакого ребёнка. Я тогда дар речи потерял.
- От шока?
- От радости, Мася. Боялся, что мне ещё долго придётся потеть ради этого признания.
- Я не против. Потей,- лукаво прошептала ему, чувствуя уверенность в нас и наших чувствах.
- Обязательно, Маша.
Его тихое «люблю» я почувствовала уже на своих губах. Как в сказке.