Глава 2
Анвар подъехал к шикарной входной группе резиденции Увейдатов. Он любил этот дом и с самого детства испытывал благоговейный трепет, когда приезжал сюда, сколько лета все одно и то же чувство. И хотя он никогда не был частью семьи, незримо ощущал себя вместе с ними… Все-таки странная штука-судьба. Нарочно не придумаешь, какие замысловатые, запутанные сюжеты подкидывает она целым поколениям. Знала ли хозяйка этого дома, неподражаемая, вызывающая всеобщее восхищение и обожание супруга премьер-министра Сирии, известная во всем мире писательница, чьи книги издавались миллионными тиражами на нескольких языках мира, что окажется здесь, на вершине властной пирамиды опасного и жестокого, чужого и не очень понятного Ближнего Востока. Она приехала в Сирию молодой двадцатитрехлетней девочкой из холодной России, только недавно окончив журналистский факультет по арабскому направлению Московского института. Худенькая, неопытная, неотразимая в своей естественности. Всего через пару месяцев она попала в водоворот страстей, затянувший ее не только в пучину драматизма болезненного любовного треугольника, но и в самую гущу политических процессов в стране, в эпицентр революционной лихорадки, сотрясавшей Сирию. Она познакомилась с отцом Анвара в охваченном боестолкновениями Хомре, сердце сирийской революции. И стоял за этой революцией именно Карим Диб, отец Анвара. Никто не любил распространяться про подробности их знакомства. Знал только одно- их знакомство навсегда перевернуло жизни всех троих из них. Карим и Васель были друзьями детства, но судьба их разделила, поставив по разные стороны баррикад. А к идеологическому разлому со временем прибавился и разлом сердечный- так они и жили, давясь своей ревностью. Удушая Владу своим соперничеством, своей одержимой страстью. История их взаимоотношений была очень драматичной и сложной. Много там всего было. И за этим «много» стояло все то, чем никто из них не хотел распространяться, но о чем всегда задумывался, глядя в даль. Он знал лишь то, что Влада и Карим были женаты. У них был сын Микаэл. Когда Микаэлу было четыре, Карима убили. А потом вдруг оказалось, что настоящий отец Микаэла-Васель, мужчина, с которым Владу связывала гораздо более сложная, драматичная и вымученная история, чем с его отцом. Много там всего было. Неудачный брак Васеля на Мирне Лейс, которая тоже погибла при неясных обстоятельствах и от которой у него осталась дочь Мадлен. А еще был он, неизвестный до поры до времени бастард Карима Диба, плод его мимолетной связи на стороне… От мыслей о сложных перипетиях жизни их семьи Анвара отвлекла приближающаяся со стороны дома фигура.
Встречать его вышел сам Васель. Невиданная честь. Странно было в принципе в это время застать его дома.
– Еще больше возмужал, Анвар. Выше меня, – они обнялись, прошли в дом.
–Спасибо, амму (араб.-дядюшка), как дела? Что нового?
–Да что может быть нового? На работе- проблемы нон- стопом, дома тоже, как на минном поле. Вот, опять твой дружок Микаэл выкинул очередную выходку.
Анвар знающе улыбнулся. Он уже был в курсе планов Микаэла и собрался сразу после разговора с Васелем ехать к нему.
–Амаль с Мадлен прилетают из Парижа, наконец-то. Сколько вы с ней не виделись? Как она в Париж на учебу улетела ведь, да? Года четыре, не меньше… Ты вообще у нас теперь редкий гость, Анвар. Совсем нас позабыл…. Очень жаль…
–Ты же знаешь, амму, я сам не ожидал всего этого… Свалился на меня этот семейный бизнес Дибов… Я же не знал, что унаследую контрольный пакет акций… Вмиг пришлось превращаться из расслабленного плейбоя в приличного, серьезного человека,– усмехнулся немного горько.
Васель посмотрел на него внимательно.
–Отец бы тобой гордился, Анвар… И я горжусь… Ты молодец, не боишься ответственности, не побоялся взвалить на себя ношу, которая, возможно, была тебе и не по нутру… Не то, что этот засранец Микаэл…
Анвар ничего не ответил. Он и сам до сих пор не знал, правильно ли поступил, что в свое время, всего в двадцать четыре года, взял на себя управление огромной ближневосточной корпорацией. Конечно, поддержка правящей семьи Эмиратов Макдиси, имеющая долю бизнеса в их семейном деле, существенно помогала, но все равно, в один день Анвар проснулся другим человеком. Да, пусть богатейшим, пусть купающимся в достатке и изобилии, которого, в целом ему и так в жизни хватало как представителю влиятельной семьи, но в то же время, повязанным по рукам и ногам, без права выбора того, что хотел бы в жизни сам… А Микаэл выбрал свободу… Он всегда выбирал свободу… И этим страшно привлекал Анвара…
– Какие планы по приезду? На пятницу ничего не планируй- будешь у нас на ужине. Принимаем Макдиси.
–Да, я в курсе, амму. Я же прилетел с ними.
Точно, Васель совсем забыл, что именно Анвар и привел в их семью сына Шерифа Фахда. Они дружили с детства. Покойный отец Анвара Карим был другом и бизнес-партерном наследного принца Эмиратов, коим тогда являлся отец Фахда Шериф. Васель стал вспоминать те страницы из книги своей памяти, и лицо его помрачнело… Не самые приятные моменты в жизни ассоциировались у него с Шерифом и отцом Анвара, но… жизнь есть жизнь… Он дорого заплатил за свое счастье… И теперь не хотел ворошить те страницы.
–Где Влада?-спросил Анвар.
–Отдыхает в спальне. Спроси служанку, может она не спит. Зайди, поздоровайся, она осень ждала тебя.
И хотя внутренне Увейдат непроизвольно напрягался всякий раз, когда Анвар общался тет-а-тет с Владой, называя ее вот так просто, без всяких формализмов и расшаркиваний, сам понимал, что это глупо… Даже ненормально… ревность? Смешно… Он был ровесником ее старшего сына… Но ведь всему виной – те самые пресловутые тени прошлого… Если и были в Сирии отец и сын, так же похожие, как Микаэл и Васель, то Карим и Анвар могли с легкостью составить им конкуренцию… Когда Анвар достиг половозрелого возраста, Васель невольно испытал шокирующее чувство дежа вю, увидев перед собой почти точную копию своего друга, судьба с которым его в первый раз свела как раз в том возрасте, в котором был Анвар на тот момент. Сейчас, когда Анвару было двадцать шесть, это сходство стало еще более заметным. И хотя черты лица Диба младшего были более мягкими благодаря смешению греческой крови его матери, хотя он одевался и выглядел в совершенно ином стиле, все, знавшие покойного Карима Диба, видели это разительное сходство. Видела его и Влада, что так сильно и беспокоило Васеля… Говорят, тяжелее всего конкурировать. Теми, кого уже нет… сколько раз Васель чувствовал на губах горечь этой фразы, ловя в глазах жены чуть уловимую тоску по бывшему, безвременно ушедшему в результате теракта муж Кариму… И хотя он ни на миг не сомневался в любви Влады к нему, мысль о том, что он делает что- то в из семейной жизни хуже, что он менее внимателен, более эгоистичен, не давали покоя… Этот любовный треугольник, непростой и в свое время высосавший из них много, заставивший пойти на жуткие жертвы, ставший огромной драмой, неизменно вошел в жизнь их семьи, став ее реальностью… Правдой, которой пришлось всем принять, чтобы жить счастливо вместе дальше…
Анвар был внебрачным сыном Карима, о существовании которого Влада узнала уже после гибели мужа, в безукоризненности репутации которого и верности к ней раньше сомнений у нее не было… Случайная связь с греческой секретаршей Диба в конечном итоге вылилась в рождение малыша. Карим слишком дорожил браком с Владой, чтобы в какой бы то ни было форме интегрировать плод своей интрижки на стороне в семью, но финансово помогал. Когда Влада узнала шокирующую правду, боли от предательства она не почувствовала… Слишком сложно все было в ее собственном сердце. И она с радостью интегрировала маленького Анвара в клан Дибов, который так и не обзавелся на тот момент мужскими наследниками. А сам малыш так сильно тянулся к общению с Владой и ее новой семье, что неизбежно стал частым гостем в доме Увейдатов. К тому же, они оказались очень близки с Микаэлом, до пяти лет считавшим своим настоящим отцом именно Карима и сохранившим любовь к этому мужчине даже спустя много лет… Фух, как же сложно все это было, как запутано…
В дверь Влады постучались, она разрешила открыть. На пороге появился двухметровый красавец, в полумраке комнаты показавшийся ей живым воплощением Карима. Каждый раз, стоит ей посмотреть на Анвара, она невольно охает- так сильно они похожи… Один рост, одно строение тела, одна харизма… Невольно вздрогнула.
–Анвар?– испуганно проговорила она, отогнав тени прошлого, как наваждение.-Рада тебя видеть.
Попыталась было встать.
–Нет, не вставай, ты что,– поспешил подойти к ней молодой мужчина, сам присев на край кровати и поцеловав в лоб.
–Совсем тебя доконали эти Увейдаты?– с улыбкой на губах спросил.
Она хмыкнула, молча кивнув
– Как ты, красавец? Как родные?– обняла широкие плечи парня, который, казалось, еще вчера был маленьким мальчиком вот так же точно робко стучавшим в ее спальню, когда нужно было зайти и что- то попросить…
– Все хорошо, ади ( араб.– как обычно). Дубайская суета, ты же знаешь… Вы здесь как? Уже наслышан про очередные сегодняшние семейные боестолкновения…
–Поговори с Микой, Анвар. Только ты имеешь на него власть. Он действительно ведет себя слишком эксцентрично. Отец не такой монстр, как он это рисует в своем воображении. Устала уже от их постоянных конфликтов… Все-таки Васелю не двадцать лет. Ему не нужно нервничать…
Анвар нежно взял руку Влады в свою и поцеловал. Он любил эту женщину если не как мать, то как абсолютный и непререкаемый женский авторитет, богиню. Идеальную женщину.. Восхищался ею. Даже был период в детстве, лет в десять-тринадцать, когда он был в нее влюблен. Мальчишки и юноши часто находят себе вот такой вот предмет платонического обожания в лице какой-нибудь яркой взрослой женщины в своем окружении. Это нормально. Для Анвара им стала Влада.
Огляделся по сторонам. Он помнил эту спальню. Помнил один выглядевший сейчас забавным, а тогда-не очень курьез. Анвару было одиннадцать. Он любил тайком подкрасться сюда, в мир Влады. Любил слушать ее духи, трогать ее платья, смотреть на ее косметику и украшения. Он не позволял себе ничего выходящего за пределы этого немого детского восторга, да и не знал, что такое возможно, но вот эта скрытая природная тяга к предмету своего обожания в нем неизбежно была. В один из таких разов, услышав приближающиеся к комнате шаги и быстро спрятавшись в шкафу, он стал свидетелем картины, на несколько лет перевернувшей его сознание.
В комнату буквально влетела Влада, а за ней Васель. Оба нарядно одетые. В доме был какой-то банкет, поэтому женщина была в красивом синем бархатном платье в пол с разрезом, а Васель в смокинге.
-Нет, Васель, нет, не сейчас,– зашептала Влада, но ее слова остались без внимания. Муж с силой прижал ее к себе, яростно впиваясь в губы.
-Еще как сейчас. Хочу сейчас- значит будет сейчас.– прорычал в ответ Увейдат.
Она со стоном попыталась увернуться, но он лишь припечатал ее своим телом к кровати, резко задрал платье, оголив ее ноги.
-Слишком большой разрез. Выглядишь как шлюха, а не как жена премьер-министра,– снова накрыл ее рот грубым поцелуем,– значит и трахну тебя, как шлюху.
Анвар не понимал, что происходит, но явно что- то дикое, страшное, животное. Видел, как Васель силком раздвинул ноги Владе, буквально закидывая их на плечи и толкаясь, от чего женщина издала странный, какой- то болезненный стон и выгнулась.
– Вот так, намного лучше… Покорная девочка, как я люблю…– снова болезненные, судя по всему толчки, каждый из которых выбивает болезненный стон из Влады… она вроде как сопротивляется, а вроде и нет… с силой сжимает плечи мужа через белую рубашку, вонзаясь в него ногтями через ткань, выгибается…
Васель напоминал какого- то хищного зверя из передачи «Национальной географии». И дело было даже не в его зверином рыке при каждом толчке, не в том, как сильно он сжимал тело Влады, словно свою добычу, как кусал красивую грудь, небрежно опустив лиф платья к поясу… дело было в его глазах. В них Владе уже давно был выписан приговор… тогда Анвар не понимал синей темноты его глаз, обращенных в самое сердце женщины, распластанной под ним. Потом, с годами, он и сам узнает, что означает такой вот взгляд…
– Чтобы больше не смела флиртовать с этим ливанским мудаком!– шепчет сквозь зубы Васель, вбиваясь в нее все сильнее,– Зубы повыбиваю ему прямо при тебе, а потом заставлю при нем мне отсосать, поняла?
– Что ты несешь, Васель?!– она выдыхает полу раздражённо, полу самозабвенно.– Мы говорили о текущем кабинете министров и моей книге…аааах- ее слова прерываются очередным неконтролируемым всхлипом..,
Анвар больше не выдерживает. Нет сил смотреть на то, как Васель делает плохо и больно столь боготворимой им, Анваром, женщине. Выскакивает из своего тайного убежища и накидывается с кулаками на ошалевшего Васеля.
– Пусти ее, амму! Не делай ей больно, она хорошая!– кричит, а у самого слезы из глаз.
Лежащие друг на друге мужчина и женщина не сразу понимают, что к чему. Влада быстро группируется, прикрывая оголенные участки тела. Откатывается, как ошпаренная, от мужа.
– Малыш, ты что здесь делаешь?!– говорит с изрядной толикой стеснения и удивления.– все хорошо, это не то, о чем ты подумал…
-Хватит его защищать! Вечно ты его защищаешь! Он делает тебе больно! Он все время так смотрит на тебя, словно не доволен, словно ты его рабыня! Зачем тебе такой муж?!
В этот момент уже не выдерживает Васель и начинает истошно хохотать, тоже пытаясь собрать себя в более- менее приличный вид…
– По ходу не к тому ревновал… даа, не ожидал такой засады…– снова срывается на хохот, вызывая тем самым только больше гнева маленького Анвара,– если ч такой плохой, может тебе самому жениться на тете Владе?
Откровенное снисходительное глумление Васеля над Анваром вызывают в последнем лишь еще больше обиды и агрессии. Он как ершистый зверек… ему страшно и больно одновременно.
– А что?! И женюсь! Вырасту и женюсь! И не буду с ней так плохо обращаться! Она не заслуживает такого, амму!– кричит ершисто в ответ.
А Васель снова начинает истошно хохотать.
– О, нет, братец! Ты даже не представляешь, как она заслуживает!
– Васель!– раздраженно сверкает своими глазами на мужа женщина.
С минуту мальчик снова бросает острые взгляды попеременно то на Владу, то на Васеля, а потом из глаз брызгают предательские слезы и он несется из комнаты прочь.
Васель снова прыскает, откидываясь на кровать.
-Очередной Ромео у твоих ног, куколка! Иди сюда,– шепчет, снова расстегивая ширинку.
Влада раздраженно фыркает.
– Бедный мальчик! Сейчас же пойди и объясни ему все, поговори…
Васель полу раздражённо выдыхает. Член все еще зудит… Он давно зудит, потому что в последнюю неделю его почти не было дома… Надо бы, как уедет эта проклятая ливанская делегация, вплотную заняться семьей… И женой… Увезти их в дом на побережье, провести там хотя бы уик-энд вдали от всей этой политической суеты…
-Что мне ему говорить, Влада? Пусть взрослеет! Не он первый, не он последний… В его возрасте я уже знал, что нельзя подкрадываться в спальни к чужим женам…
-У него нет отца, Васель…-смотрит на него теперь призывно-умоляюще… Вечно она переживает из-за этого сопляка. Он и сам его страсть как любил… Но вот эта его нахрапистость и действительно какая-то нездоровая одержимость Владой, которую в шутку стали примечать уже даже люди в их окружении, начинала вызывать глупое чувство дежа вю… Раздражающее…
-Хорошо, -отвечает сухо, – вставая и застегивая ширинку, – за это сегодня ночью хочу…– сделал паузу, присвистывая, типа думая, что хочет…-хотя к черту только сегодня ночью… Завтра у меня визит в Грецию… Летишь со мной, но не как первая леди, а как эскортница… Инкогнито…-лукаво улыбается, приподняв бровь.
-Васель, что опять за ерунда? Какая эскортница? Все знают, что я твоя жена. Визит с женой- это отдельная песня для протокола. Зачем так мучать людей…
-Поэтому и говорю, полетишь как эскортница, инкогнито. После официальной встречи в аэропорту тебя заберут на частной машине и перевезут в отель. А там… Там исполнишь свое прямое предназначение- удовлетворишь своего премьер-министра как истинная патриотка…
Влада невольно сама усмехается…
– Увейдат, мне за сорок лет… Какая с меня эскортница?
Подходит к ней вплотную, целует глубоко в губы.
-Самая высокооплачиваемая, куколка… Опытная… То, что нужно для дядюшки Васеля…-сам себе смеется…
Он все-таки переговорил с Анваром… Ему и самому было немного не по себе от ситуации. По-мужски его понимал… В жизни юноши всегда бывает тот самый период, когда гормоны опережают мозг… А еще когда влюбляешься в кого-то, кто старше… Нашел его прячущимся под лестницей в старой части дома.
-Привет, пацан. Ну что, остыл?-садится рядом.
Анвар все еще надутый, не смотрит на него…
-Послушай, парень…– продирает горло, пытается подобрать слова,– не всегда все то, что ты видишь, на самом деле так, как кажется… Знаешь, вот ты ведь любишь играть в игры с друзьями… Почему ты играешь? Потому что это приносит тебе удовольствие и радость, как и твоим друзьям… Муж и жена тоже играют в игры… Иногда тебе может со стороны показаться, что это какая-то странная, жестокая игра, но на самом деле это по обоюдному согласию. И это обоим приносит радость и удовольствие… Я люблю Владу. Больше себя люблю. Поверь мне, я никогда не сделаю ей плохо или больно… Мы просто играли… Придет время, ты подрастешь, и ты тоже будешь играть в такие игры… Помяни мое слово…
-Кажется, я ее люблю!– выдает Васелю малец искренне. И это даже подкупает… Ему правда скверно на душе.
Он знающе выдыхает.
-Очень даже тебя понимаю… Я бы тоже ее любил на твоем месте… В этом нет ничего постыдного…
-Когда я вырасту, дядя Васель, я женюсь на ней!– поворачивается на мужчину и выдает резко на одном дыхании…
Васель хлопает его по плечу. Смысл ему сейчас что-то доказывать этому засранцу. Пройдет время, и он сам будет с иронией и даже с умилением вспоминать эти моменты…
Анвар с легкой ностальгией и неизменной иронией вспоминал теперь, сидя в той самой комнате, этот эпизод, который, действительно, не раз заставил его еще покраснеть про себя. Микаэл названивал уже пятый раз. Впереди было много дел, хотя наверняка они найдут время и поразвлечься, как всегда…
–Звонит твой сын, Влада. Что ж, пойду его уговаривать не писать отказ от вашей фамилии,– усмехается, встречая скромную улыбку Влады в ответ. Для нее все это не шутки… Микаэл и правда та еще заноза для всей семьи… Что ж, от осинки не родятся апельсинки…