Глава 27

Телефон постоянно звонил, а я сидела будто в трансе.

Артем проснулся через час.

— Дина? — смотрел словно приведение перед ним.

— Артем, что произошло?

— Позже. Дай мне еще обезболивающее, тело ломит.

— Нет, мы поедем в клинику, приезжала врач и сказала нужен срочно рентген и УЗИ. И плевать, что ты мне скажешь, я вызову бригаду скорой, чтобы они тебе вкололи снотворное.

Улыбнулся и кивнул, закрыв глаза.

Мы приехали туда же, где лежал Владимир. У него сейчас была восстанавливающая терапия, потому что был задет позвоночник. Благо что ходить он сможет, просто нужно немного времени.

Анна Борисовна оказалась права, и на паре ребер, с одной стороны, были трещины.

Органы в порядке. Так что, по сути, все оказалось не так уж плохо.

От лечения в больнице Артем отказался, поэтому осталось отвезти его домой.

— Вызвать тебе такси? — спросила аккуратно. На самом деле, мне сейчас не хотелось оставаться одной, тем более нужно решать вопрос с Юлей.

— Да, спасибо. Но нам многое нужно обсудить, поэтому завезем сначала тебя.

— Хорошо.

Всю дорогу мы молчали, потому что мне пришлось сесть спереди, чтобы Артем лег сзади.

Стали подниматься наверх и меня начало потряхивать от воспоминаний о том, что было здесь пару часов назад.

На пороге квартиры я замерла и ключи оказались зажаты в моей ладони впиваясь в кожу.

— Давай я, — помог он и сам открыл двери.

Я слышала ее крик, стоило мне войти. Я видела ее заплаканное лицо. Я чувствовала ее боль и страх.

Всхлипнула и села на мягкую скамью в прихожей.

Артем аккуратно сел рядом и обнял меня.

— Я так боюсь. Она сейчас в его доме, а этот подонок… он такие вещи говорил, что мне страшно за нее. Почему мы не можем просто поехать туда?

— Потому что это ничего не даст, и вдобавок окажемся в тюрьме.

— Я не могу… не могу вот так просто взять и сидеть в ожидании, Артем, — слова то тихо, то громко разлетались по квартире, но исчезали в пустоте, а секунды таяли, безвозвратно уходя, пока моя дочка была где-то там.

— Сделаешь мне чай?

— Конечно.

Вошли в кухню, где осталась недоеденная каша Юли и маленькая кружка молока, сердце сжалось в комок, и я дрожащими руками убрала со стола посуду.

Закипятила воду и села за стол. Мы не произносили ни слова.

Артем молча стучал ложечкой о стенки кружки, которую Юля окрестила «кружкой дяди Артема». Оба тихие, непривычно «убитые» мыслями.

Он не казался далеким или чужим, просто сейчас я и сама себе не принадлежала.

Как начать этот разговор, с чего и о чем… Вопросы, вопросы…

Мама говорила, что, если не знаешь с чего начать разговор, просто извинись.

— Артем, извини меня. Я не планировала скрывать ее от тебя долго. Просто сейчас… в тот момент всего так много навалилось, и я подумала, что пока не время.

— Я не хочу тебя обвинять, Дина, но скажи ты раньше мне о Юле, всего этого не было бы. Вообще ничего. Понимаешь?

«Он не обвинял, он был прав, а давила на меня в эту секунду именно правда моей глупости».

— Когда избили Владимира я испугалась и решила всех остальных обезопасить от той же участи… тебя тоже… Ведь это я виновата во всем, а не ты или кто-то другой…

Выдыхает со стоном.

— Пойдем ляжешь?

— Собралась за мной ухаживать?

Улыбается.

— Почему нет? Если ты не против.

Встает и я помогаю ему дойти до моей кровати.

Помогаю снять одежду и укрываю одеялом.

— Насколько я знаю, в твоей квартире есть гостевая комната?

— Что? Я… но я…

Вводит меня в ступор, и я чувствую себя настолько глупо.

— Дина, расслабься пожалуйста. Я просто пошутил. Принеси мой телефон, мне могут позвонить в любой момент.

Возвращаюсь назад, а Артем уже спит.

Кладу его сотовый на тумбочку и выхожу из комнаты, потому что не смогу заснуть.

Брожу по квартире, а она словно калейдоскоп воспоминаний. Я слышу смех моей девочки, вижу ее то там, то тут.

Вот она играет в лего на полу и показывает мне очередной замок.

Поворот головы и она уже готовит кушать около игрушечной мебели кухонной. И везде счастливая. Везде только моя.

Боль разрывает грудную клетку до крови, до проклятой агонии, но этого мало… слишком мало, когда готов все отдать, но никто не просит ничего взамен.

А ты все ждешь этой сделки с дьяволом, но он молчит.

Голова болит, а на часах уже слишком поздно.

Порывалась несколько раз поехать к его особняку, но Артем прав. Вот только сидеть и думать о том, что же с ней там происходит, плачет, спит?

— Я сойду с ума.

Вновь набираю Костю и вновь без ответа.

Хочу вернуть это утро назад, вчерашний день, хочу все вернуть… или же перемотать время туда, где я вновь смогу смеяться с моей дочкой, вдали от этого всего… от этого города.

Делаю себе чай с лавандой и мой телефон оживает.

«Костя»

Быстро поднимаю трубку и слышу в нем Аню.

— Долго будешь наяривать?

— Анна, здравствуй. Пожалуйста, прошу скажи, я только узнать хочу, как Юля. Прошу тебя…

— Да ты погляди, прямо просишь?

— Аня, ты и сама станешь мамой. Она же просто маленькая девочка, моя дочка, — всхлипываю, размазывая слезы по щекам. — Просто ответь, как она?

— Да нормально с ней все. Фыркает на меня, даже от игрушки новой отказалась. Спит сейчас.

Давлюсь воздухом, потому что кажется только сейчас начала дышать полной грудью.

— Спасибо тебе большое. Спасибо.

— Ой хватит. В моих интересах, чтобы она была с тобой, а не с нами. Я знаю, что она не от Кости. Поэтому мне насрать как ты это сделаешь, но, чтобы забрала ее. У нас своя семья.

— Думаешь, мне сейчас радостно от того, что я не рядом с моим ребенком? Думаешь, у меня не едет чертова крыша, от мысли, что она одна, там куда никогда не хотела ехать, с теми, кого не желает рядом видеть? Это он все затеял, а не я.

— Он? Ты серьезно? Да ему нафиг не нужна ни твоя дочь, ни ты сама. Это дегенерат папаша. Ты и сама знаешь, что это он. И мне плевать, если ты записываешь разговор. Ненавижу этого козла.

Ее слова стали неожиданностью. Не сразу смогла ответить, но этот разговор был в некоторой степени полезен.

— Конечно знаю, что это он. Но на такого управы не найти.

— Какая ты правильная, Дина. Аж зубы от тебя сводит, вот честно. На любого есть управа. Запомни это. Все давай.

— Пока.

Замираю с телефоном возле уха.

Быть может, Аня мне поможет? На нее нет никакой надежды, но все-таки вдруг…

Прихожу в комнату к Артему, проверяю температуру и успокоившись ухожу в гостевую. У меня кровать не очень широкая, и я просто боюсь, что могу травмировать его во сне.

Просыпаюсь от прикосновения к щеке горячей ладони.

Открываю глаза, а на меня смотрит Раиса Ивановна.

Пару секунд привыкаю к видению и начинаю плакать, поцеловав ее ладонь и приложив к щеке.

— Ну-ну, дочка, все будет хорошо, — гладит по голове, а я скручиваюсь в комок и не могу наплакаться, высказать свою боль ей, лишь тихо завываю. — Мы им покажем, милая. Они ответят, — шепчет, даря силы и вселяя надежду в сердце.

— Я так скучаю по ней… Так скучаю…

— Знаю, дорогая, знаю. Сейчас немного поговорим и я поеду к Косте.

Вскакиваю на постели и обнимаю ее, заметив на голове женщины платок.

Немного отстраняюсь, чтобы понять, показалось или нет, но нет…

Она никогда их не надевала, даже не смотря на возраст и моду.

— Раиса Ивановна, — слова застревают в горле от понимания… осознания…

Заглядывает устало в мои глаза и улыбнувшись повторяет одно и тоже: «Все будет хорошо!», а я заливаюсь слезами и вновь обнимаю женщину, которая подобно солнцу освещает жизнь каждого, кто хоть как-то с ней соприкасается.