Глав 17. Нежданный гость

Месяц спустя

Я медленно шагала к машине, держа в опустившейся руке свидетельство о расторжении брака.

Артем в ЗАГС так и не приехал.

Вчера вечером он написал в сообщении, что вернется в Москву только через неделю. Тогда и заберет свое свидетельство.

― Вот и все… ― сев за руль, сказала я и около минуты с тоской смотрела через лобовое стекло на то, как ветер играется с желтыми листьями.

Гоняет их по асфальту, кружит в воздухе.

Сегодня восемнадцатое октября. Хм… как символично. Прямо ирония судьбы, иначе даже и не скажешь.

Тронувшись с места, вспоминала:

Ровно в этот день четыре года назад мы познакомились с Темой. По-хорошему, давно пора забыть тот день, как страшный сон. Но не могла. Ведь он принес в мою жизнь и отчаяние, и большую радость.

Тогда мне было двадцать три, прошло ровно два месяца, как я окончательно порвала с Иваном. На словах-то порвала, а вот в душе все никак не могла отпустить его. Любила безумно, страдала еще безумней. Особенно, когда встречала их с Маринкой идущих в обнимку.

Дианке нужно памятник поставить при жизни за ее старания вывести меня из депрессии. Чего только подруга не предпринимала: чуть ли не каждый день водила меня то в кино, то в кафе, то в парк развлечений ― лишь бы я не оставалась один на один со своими печальными мыслями.

И вот в один прекрасный день подруга радостно сообщила, что ей подарили два билета на концерт российских звезд, который вскоре пройдет в Москве.

Ну и я, конечно же, стала счастливой обладательницей второго билета.

Накануне договорились, что выедем в Москву после обеда. Решили тогда: погуляем по столице, пройдемся по магазинам, а там и на концерт к семи.

Но утром Дианка позвонила и вялым голосом сообщила, что у нее ангина.

Свой билет она пристроила сестре, а мне скомандовала.

― И ты с ней езжай! Не пропадать же билету!

С ее сестрой Любой я почти не общалась. Та старше нас на пять лет, и характерок у нее ― мама не горюй, стерва высшей категории!

Мне не особо хотелось проводить время в ее компании, но, немного поразмыслив, решила: ладно, доберемся вместе до Москвы, пройдем в концертный зал, а там и общаться не нужно, знай да танцуй.

Отправились туда на ее машине.

Весь концерт я теряла Любу из виду. Она то тут потанцевала, то там, то к сцене протиснулась. А после концерта и вообще пропала. Трубку не брала, на СМС не отвечала. Я все глаза проглядела, пока стояла в очереди в гардероб.

А стоило только подойти к парковке, как на телефон пришло СМС:

«Алис, я уехала в клуб. Доберись в Королев на электричке, плиз».

Вот так-то…

И это меня нисколько не удивило, от Любы можно ожидать чего угодно. Вот только предупредила бы заранее о своих дальнейших планах, тогда я бы оделась потеплее, а не в платье и тонюсенькие капронки. Да и плащик был совсем не под стать холодной погоде.

― Девушка, вас подвезти? ― раздался за спиной басистый голос.

Обернувшись, впилась взглядом в высокого крепкого парня. На вид ему было лет тридцать, и мне сразу не понравился его противный прищур, и пиранья улыбка.

― Нет, я… Я жду такси, ― соврала я.

Но он и не думал отступать.

― А зачем такси? Давай подброшу. Куда тебе? ― И он напористо взял меня под руку.

Я тут же отдернула руку, стиснула в руке ремень сумочки и попятилась.

― Испугалась что ли? ― усмехнулся громила и похотливым взглядом обвел мои ноги.

А затем размял плечи и вмиг посерьезнел.

― Ну так что, сама пойдешь в машину, или донести?

Я растерянно посмотрела по сторонам. Заметила вдалеке двух парней и крикнула, что есть мочи:

― Помогите, пожалуйста! Молодые люди! ― помахала руками. ― На помощь!

Один из них обернулся, замер на пару секунд, я только открыла рот, чтобы снова крикнуть, как громила, загородив собой обзор на них, прошипел в лицо.

― Закрой свой ротик, лапуля. Пока я сам не заткнул его чем-нибудь, ― схватил меня за руку, до боли сжал запястье, и толкнул к черному джипу.

― Пошла, пошла, я сказал!

«Беги, Алиса!» ― скомандовала я себе и, резко вырвав руку из его лапы, бросилась вперед.

Но разве тут убежишь на высоченных каблуках?

Уже через несколько секунд меня дернули за волосы так больно, будто в голову разом воткнулись тысячи иголок.

Я даже не успела пикнуть, как рядом с нами послышался быстрый топот. А громкий крик «лежать!» отскочил эхом в воздухе.

Быстро дыша и положив руку к груди, из которой выпрыгивало сердце, обернулась, и наблюдала картину:

Парень в темной форме с надписью ОМОН прижал того гада лицом к асфальту и поставил ногу на спину. Тот застонал.

«Больно, больно!»

Кажется, я даже услышала, как хрустнули его кости.

Из автобуса, который стоял неподалеку от нас, выскочили еще несколько ребят в форме. Они в два счета скрутили того гада и отвели в автобус. А тот, что прибежал на помощь первым, задержался.

― Девушка, ничего не бойтесь, ― он выставил передо мной ладони, сделал шаг вперед. ― Он вас ударил? Вызвать скорую?

Его глаза с тревогой смотрели на меня, а я от шока не могла вымолвить ни слова. Как будто немая мотала головой и держалась за ноющую голову.

― Так, давайте отвезем вас в больницу! ― решительно сказал он, приглашающе кивнул на автобус и добавил: ― А потом поедем в полицию давать показания.

Эта была наша первая встреча с Артемом.

В тот вечер я все же отказалась ехать в больницу, но заявление на того типа написала.

Артем давал показания вместе со мной, выступая свидетелем. Из его слов я поняла, что они дежурили на том концерте.

Поблагодарив своего спасителя, уже глубокой ночью я вызвала такси и в растрепанных чувствах отправилась в Королев.

Помню, как меня несколько дней трясло от страха, я даже боялась выходить на улицу.

И надо признать: тот ОМОНовец раз за разом украдкой закрадывался в мою голову.

Высокий, симпатичный, крепкий, широкий в плечах. А главное ― смелый. Ну, еще бы, с такой-то службой.

«Наверное, с таким как он ничего не страшно», ― думала тогда я.

И даже не могла надеяться, что вскоре снова его увижу.

Вторая наша встреча произошла в моем дворе.

До сих пор помню, каким было мое удивление, когда, возвращаясь из магазина, издалека заметила парня очень похожего на него. На этот раз на нем была светлая рубашка и темные джинсы. Стоял напротив моего подъезда и, притопывая ногой, смотрел вверх, как раз примерно на мои окна.

― Здравствуйте, ― криво улыбнулась я, подходя ближе.

И парень, обернувшись, аж растерялся. Быстро собрался и прочистил горло.

― Привет, Алиса! ― Он двинулся навстречу.

Первая мысль, что пришла в голову: наверняка он ищет меня по делу о нападении. Может, приехал сообщить какую-то важную информацию?

Но все оказалась иначе.

― Признаюсь честно, я подслушал твой адрес, когда ты вызывала такси, ― голубые глаза пристально смотрели на меня, губы растянулись в виноватой улыбке.

― Та-а-ак… ― растерянно заморгала я. ― А зачем?

― Чтобы увидеться снова, ― развел он руками. ― Давай пакеты.

И он по-хозяйски взял из моих рук два увесистых пакета.

― Как себя чувствуешь после случившегося?

― Слава богу, начинаю отходить. Вот, даже вышла на улицу, ― скромно ответила я, до ужаса смущаясь его.

― Вот и отлично! Тогда не успел сказать, так сейчас скажу: ты давай-ка прекращай гулять одна по ночам. На улице полно отморозков, так что в легкую окажешься в чужой машине.

― Да я и не гуляю.

Вздохнув, рассказала ему о том, как потеряла Любу, как отправилась на парковку искать ее машину. А закончив, еще раз поблагодарила его за то, что спас тогда.

В какой-то момент я заметила, как Артем бросил взгляд на мою правую руку, я сделала то же самое. И на душе внезапно потеплело: кольцо не обнаружено.

Кажется, он это заметил и даже слегка улыбнулся.

Потом Артем спросил:

― Почему твой парень не помогает такой хрупкой девушке донести тяжелые пакеты?

Я подумала: таким образом, он решил вынюхать есть ли у меня парень?

И мой ответ явно его порадовал.

― Был бы парень, то наверняка помог бы.

Тем же вечером мы отправились с ним в кафе. Он показался довольно интересным собеседником, любил шутить, вел разговор, говорил интересными выражениями. Я слушала его с открытым ртом, даже кое-какие фразочки пыталась запомнить для себя.

И тот вечер закончился безобидным поцелуем в щеку, когда он проводил меня до подъезда.

На следующий день он уехал в командировку. Все две недели мы созванивались, переписывались, добавились друг к другу в соцсетях. А наша следующая встреча была уже приукрашена букетом красных роз, ужином в московском ресторане и благополучно продолжилась у него дома.

Из которого я уехала только через два дня.

Артему удалось одним махом поставить крест на болезненном расставании с Иваном. Я растворилась в нем, влюбилась в его глаза, голос, смех, улыбку, заботу. Мне нравилось в нем абсолютно все, до каждой мелочи.

Наша свадьба была громкой. С моей стороны пришли только две школьные подруги, Дианка, тетя с мужем и отец, а с его ― весь его отряд, около полсотни друзей, и не меньше родни.

Я была самой счастливой невестой. И потом всегда думала, что сорвала большой куш, встретив его ― мужчину мечты.

Он был для меня идеальным. И, главное, я всегда считала его надежным.

«Как я тогда ошибалась», ― горько усмехнулась я, подъезжая к дому.

Снова вспомнила, как рассказала ему про измену Ивана, и как он отвечал, что был бы полным кретином, если бы позволил себе потерять такую девушку.

Заглушив машину, перевела взгляд на свидетельство о расторжении брака, лежавшее в файлике на соседнем сиденье, и души коснулось отчаянье.

― Грош цена твоим словам, грош цена…

По пути к подъезду меня застал телефонный звонок.

«Кирилл», ― светилось на экране.

― Привет, я как разу подхожу к дому, ― сказала я, выдергивая ключи из сумки.

― Отлично! Тогда я буду примерно через час.

После того, как я ляпнула, что он отец моего ребенка, я объяснилась перед ним и попросила прощения. На что Кирилл ответил:

― Можешь не извиняться. Если тебе в тот момент так было нужно, то я не против подыграть.

А потом спросил:

― Так ты вообще не собираешься рассказывать ему о ребенке?

И на этот вопрос я до сих пор не знала однозначного ответа.

С одной стороны, Артем должен знать, что станет отцом. А с другой…

А ему самому это надо? У него вскоре родится ребенок, там будет полноценная семья. Может, и не следует ничего говорить?

Не знаю… Пока что не знаю…

Родить для себя и стать счастливой мамой или все же сообщить ему? И тогда всякий раз моему малышу придется делить папу с другим его ребенком. Он будет забирать его в гости, а там Маша, там… там совсем другая папина семья… Где папа всегда живет со своим сыном или дочкой, а нашего будет брать только по выходным… Там папа общается с другой тетей, а с мамой ― нет. Он маму не целует, не обнимает, а тетю ― да…

Ох… Пока что мне слишком тяжело принять решение.

Но как бы там ни было, слава богу, есть возможность и без его помощи поставить ребенка на ноги. Если что, никогда не поздно обратиться за помощью к отцу.

Которого я не так давно отчитала как непослушного подростка.

«Алис, ну я ж старался как лучше для вас обоих. Ну, негоже матери одной ребенка воспитывать, он должен расти в полной семье, ― оправдывался тогда он. ― Вы ж так мечтали о детях, а тут ― на тебе ― как только забеременела, вдруг решила подать на развод».

А когда я рассказала папе всю правду, он не находил себе места от злости. Артем тут же из идеального зятя превратился в сукиного сына, который будет кусать локти, когда поймет на кого променял его дочь.

― Вот блин… ― заглянув в кухонный шкафчик, я схватилась за голову и поторопилась набрать Кирилла.

― Слушай, я только опомнилась, что не написала в списке продуктов ванильный сахар. Захвати, пожалуйста. И да, еще не забудь привезти коробки для пирожных, это очень важно.

Кирилл сказал «добро», и скинул вызов.

Я приступила к работе чуть больше недели назад, когда поняла, что без отвращения могу переносить вид и запах еды.

Сейчас мой малыш остро реагирует лишь на запах жареного и копченого, а все остальное ему потихоньку начинает нравится. Что меня очень радовало. Иначе думала, что так и не приступлю к готовке.

Я безумно скучала по украшению пирожных и тортиков. Это всегда отвлекало меня от дурных мыслей, и даже успокаивали что ли.

В прошлый поход к гинекологу мне поставили точный срок ― девять недель. И, слава богу, беременность протекала нормально.

Даже не смотря на то, что поводов для расстройств было более чем достаточно.

Как ни крути, но я не могла не думать об Артеме. Четыре года не вырвешь из сердца так просто. Воспоминания о нашем счастливом времени в какие-то моменты буквально начинали сводить с ума, я готова была лезть на стены от душевной боли, выть волком.

Мы ни разу не говорили с ним за этот месяц. Судя по фотографиям его сослуживцев в соцсетях, они все это время были на Кавказе. А вот у Артема с момента нашей последней встречи не было ни одной новой публикации. Зато Маша продолжала выставлять посты со стихами о беременности.

Как бы я не старалась обходить стороной ее соцсети, любопытство упорно толкало меня на ее страницы.

Порой просто долгими мучительными минутами смотрела на нее и задавалась вопросами: а чем я хуже тебя? Почему он ушел к тебе? Зачем ты его у меня забрала?

Давилась слезами, кусала до крови губу, изматывала себя грустными мыслями о том, как он бегал к ней, пока я ждала его дома.

И так продолжалось до тех пор, пока я наконец-то не приступила к работе.

Вот и сейчас, вместо того чтобы следить за его любовницей, или пытаться привыкнуть к статусу «разведена», я стояла на кухне, завязывала фартук и обдумывала меню для кафе на завтра.

Раздался звонок в домофон.

― Кирилл, дерни сильнее, там что-то дверь заклинивает, ― сказала я в трубку.

Обычно я забирала у него пакет с продуктами внизу. Но сегодня утром написала ему огромный список, и он сам предложил занести все прямо в квартиру.

В дверь постучали, я поторопилась открыть, а когда открыла, кажется, утратила дар речи…

― Саша?