Глава 31
Несколько лет назад
Прием был скучным.
Или ему так просто казалось? Он столь часто стал бывать на подобных мероприятиях, что уже относился к ним, как к неминуемой обязанности. Его поначалу скромный бизнес, стартовавший с обычной автомастерской, где он долгое время лично занимался каждой машиной, теперь перерос в сеть салонов по продаже автомобилей и Кирилл прекрасно сознавал: для дальнейшего продвижения вперед ему нужны связи. А это – идеальное место для их заведения.
Он поднес к губам бокал, лениво обвел глазами окружающих… и сердце вдруг замерло, пропустило удар, когда он поймал на себе взгляд серых глаз: они были похожи на гладь озера, отражающую на своей поверхности грозовое небо…
Он невольно хмыкнул, скрывая усмешку за кромкой бокала. И откуда только в его практичной голове вообще взялись такие глупые сравнения?
Но глаза незнакомки действительно притягивали к себе, приковывали, как магнит… Глубокие, чистые, в них хотелось раствориться и не жаль было даже утонуть…
Кирилл удивленно приподнял брови, когда вдруг увидел, что она направляется к нему.
Когда они поравнялись, она улыбнулась. Всего одна улыбка! – а он в тот же миг ощутил, что его мир уже не будет прежним. Что внутри все безвозвратно перевернулось, переменилось, переиначилось…
– Я – Юля, – произнесла она и улыбка ее стала еще шире, как и то неясное чувство в его груди, которому страшно было искать название.
– Кирилл.
Возможно, стоило сказать что-то еще, но все слова пропали. Хотелось лишь смотреть на нее, впитывать в себя этот образ… Как будто он мог его когда-либо забыть! Нет, Кирилл уже ясно осознавал: этот взгляд он запомнит навсегда.
– Просто Кирилл? – тем временем, уточнила она и глаза ее лукаво, кокетливо блеснули.
– Баженов.
Она рассмеялась: красиво, мелодично, не громко и не тихо… Идеально. А он ощутил, как его сердце неотвратимо летит в какую-то бездну, а в голове мелькнуло лишь: вот так просто?..
Да, вот так просто. Он, закоренелый холостяк, пал под действием всего лишь одного взгляда и пары слов…
– Очень информативно, – заметила Юля, явно намекая на его немногословность. А он готов был сказать ей что угодно, лишь бы она осталась рядом, только не понимал, что именно она хочет слышать.
– Чем вы занимаетесь, Кирилл? – наконец спросила она прямо, а ее глаза смеялись, затягивая его еще сильнее, глубже…
– Я – владелец нескольких автосалонов и мастерских, – ответил он.
В ее взгляде промелькнуло что-то новое.
– Успешных, полагаю?
– Вполне.
Наверно, его еще тогда должны были насторожить эти вопросы, но способность думать куда-то вдруг улетучилась. С того момента и уже окончательно…
Прозрел он лишь много лет спустя.
* * *
Кирилл поднял глаза, еще раз осмотрел стоявшую напротив женщину.
Так что же у них было? Сейчас он знал ответ на этот вопрос. Впервые за много лет сумел взглянуть на прошлое беспристрастно и трезво…
Была его болезненная зависимость. Она строилась на отчаянии одинокой души, впервые за много лет решившей кому-то довериться, несмотря на все установки и принципы. Была его забота на грани опеки: обусловленная тем прошлым, в котором он и по сей день себя винил. И твердо знал: ему ни за что не пережить еще одной потери.
Он хранил жену, как самое редкое сокровище, как источник своей собственной жизни. Он давал ей все, чего бы она ни попросила и ни пожелала, охотно бросал к ее красивым ногам все, что у него было – в том числе и свое сердце.
И только теперь понимал, насколько ей все это было не нужно. Увидел, как внезапно прозревший человек, что с ее стороны никогда не было ничего в ответ. Она охотно принимала все, что он предлагал, но что отдавала ему самому, помимо своего тела?
И даже оно, похоже, не принадлежало ему полностью.
Он был настолько ей не нужен, а его чувства – настолько в тягость, что она предпочла сбежать, инсценировав собственную смерть. И совсем не думала в тот момент, как он переживет это. Как сумеет встать на ноги после того, как не уберег ее – самое дорогое, что у него было?
А теперь она стояла напротив и чего-то хотела, чего-то ждала от него…
Но ему больше нечего было ей дать.
– Ради всего, что у нас было… – повторил задумчиво ее слова. – Было что, Юль? То, как ты пользовалась мной и хочешь пользоваться вновь?
Она задрожала – от холода ли, от страха ли? Он стянул с себя пиджак, бросил ей со словами:
– Прикройся и уходи.
И немного удивленно наблюдал, как два серых озера вдруг вышли из берегов. Как тонкие струйки стекают по ее лицу, но даже в этот момент оно было безукоризненно прекрасно. Словно она от рождения обладала талантом красиво смеяться и плакать.
– Кирюша, как ты можешь… так? Со мной?
Ее рука вцепилась в его локоть, глаза – впились в его лицо…
– Ты ведь знаешь, это неправда. Ты ведь знаешь, что то, что у нас было… не прошло. Ты ведь приходил ко мне… хотел меня…
Он поморщился, как от неприятной, досадливой боли. Каким идиотом он был, когда вновь потащился к ней, готовый, как жалкий бродяга, радоваться хоть капле ее любви…
Желающий сравнить двух женщин, которых сравнивать было просто кощунственно.
Внутри снова заныло. Софи… она ушла, но осталась в его груди бесконечной болью, неугасающим напоминанием о том, что он имел и потерял…
– Это была ошибка, – отрезал сухо, с презрением отцепляя чужие пальцы от своего рукава.
– Нет… нет!
Она жалобно шмыгнула носом, вдруг в один момент растеряв всю эстетику, с которой преподносила ему свои эмоции. Лицо ее исказилось в отчаянии, в нежелании сдаваться и верить…
Так же, как он когда-то не желал верить в ее гибель. Как забавно, что они теперь поменялись местами: она добивается его внимания, но ему это больше не нужно.
– Я тебя провожу.
Он твердой рукой развернул ее к выходу, довел до ворот и… просто закрыл за ней дверь.
Дом смотрел на него черными, печальными провалами окон… Вновь наставшая тишина сдавила виски, повисла на душе непередаваемой тяжестью…
Но это было то, чего он полностью заслужил.