Глава 37. В шаге от хэппи энда

— Коллеги, сегодня мы отвлеклись от протоколов и сроков, чтобы сделать то, что в наши времена приходится делать нечасто – порадоваться, — сказал Брагин, поднимая бокал. — Сегодня Анна Львовна показала комитету, что архив и наш институт — это не склад пыли, а живая ткань истории. И, признаюсь, у меня было ощущение, что она не просто работала с письмами Вороновой… она вжилась в историю ее жизни так, будто писала их сама.

Кто-то засмеялся, кто-то одобрительно закивал. Анна тоже улыбнулась, хотя внутри у неё всё ещё держалось напряжение прошедшей защиты, как после долгого бега.

— Несмотря на то, что прямых фактов, объясняющих тайну смерти Екатерины, нам обнаружить не удалось, — продолжал Брагин, — Анна Львовна выстроила исследование так, что у членов комитета загорелись глаза. Поэтому я считаю, что шансы на грант у нас… — он сделал паузу, оглядел всех с чуть театральной важностью, — вполне реальные.

Аплодисменты вышли немного нестройные, но искренние. Кто-то уже тянулся к торту, кто-то наливал шампанское. На столе стояли тарелки с нарезками сыра и колбасы, пластиковые вилки и салфетки, которые разлетались от каждого неловкого движения.

— Ну всё, теперь можно официально сказать, что мы работаем не зря, — добавил Брагин, чокаясь сначала с Анной, потом с коллегами.

Анна отпила глоток и почувствовала, как пузырьки щекочут горло. Всё закончилось. Она справилась. И даже лучше, чем ожидала. Благодаря этому ящику с письмами она обрела любовь и покой. Они с Андреем были счастливы. Это могло закончиться трагедией, но кошмар, с которого все начиналось, остался позади. Кошмары закончились, и теперь Анна была уверена, что душа Екатерины успокоилась.

Дверь кабинета приоткрылась, и в проёме показался Юра.

— Юрий, проходите, — Брагин тут же оживился, — не хватает только вас. Вы ведь тоже помогали Анне в работе.

Юра чуть смутился от общего внимания, но всё-таки вошёл.

— Да я там совсем ненадолго подключался, — сказал он, снимая куртку.

— Скромность украшает, но не в рабочее время, — отмахнулся Брагин. — Проходите, проходите.

Кто-то уже наливал ему шампанское, кто-то протягивал тарелку с тортом.

— За Трофимовых! — предложил кто-то с заднего стола.

— За Трофимовых, — подхватил Брагин.

Все снова зазвенели бокалами. Юра улыбнулся, но взгляд его почти сразу нашёл Анну. Он подошёл ближе, принял бокал, сделал вид, что слушает очередную шутку, а потом легко коснулся её локтя.

— Можно тебя на минуту? — тихо сказал он.

Анна кивнула.

— Сейчас вернусь, — бросила она Брагину, и тот махнул рукой, не отвлекаясь от разговора.

Они вышли в коридор. Здесь было прохладнее и тише, только где-то в конце гудел старый кондиционер.

— Что случилось? — спросила Анна.

— У меня получилось, — сказал он взволнованно.

Она сразу поняла, о чём он.

— Сон?

Юра кивнул.

— Я видел не просто обрывки. Я был там. Смотрел его глазами.

— Чьими?

— Николая.

Анна чуть нахмурилась, но ничего не сказала.

— Я слышал разговор, — продолжил Юра. — Старший Вяземский и Полозов. То есть, Алексей. Они были в кабинете, а я подслушивал за дверью.

— Это не обязательно было на самом деле, — сказала Анна. — Сны часто бывают метафорическими.

Юра покачал головой.

— Нет, все было слишком реально. Отец говорил, что Вороновы опозорены и помолвку нужно расторгнуть. Алексей…не соглашался сразу, спорил.

Он заметил, как у Анны блеснули глаза, будто она услышала то, что хотела услышать.

— Но потом отец задавил его аргументами о чести, имени… В общем, мне показалось, что он его дожал. И сказал, что знает выход, как сорвать помолвку, сохранив при этом лицо.

— И? — с тревогой спросила Анна.

— На этом все оборвалось. Начался пожар и я проснулся.

Анна пожала плечами с безразличием, которое Юре показалось напускным.

— Это пока еще ничего не значит.

Юра усмехнулся.

— Ань, я даю руку на отсечение, что отец предложил ему устроить поджог. Здесь все сходится: помолвки не будет, при этом Вяземскому удастся избежать славы ненадежного и жестокого жениха, который отказывается от невесты накануне свадьбы. И если бы Екатерина выжила, ничего хорошего ее все равно не ждало.

Анна раздраженно вздохнула.

— Я все это понимаю. Но это совершенно не значит, что Андрей эту идею одобрил. Он мог отвергнуть эту версию, а отец все равно устроить пожар в театре без его согласия.

Юра чуть покачал головой.

— Если бы этот разговор ничего не значил, я бы его не увидел, — сказал он. — Ань, мы не сериал смотрим. У всего происходящего есть причина.

— Ты просто хочешь видеть в нём виноватого, — добавила Анна. — Ты ищешь подтверждение.

— Я ищу, что там было на самом деле.

— И находишь это в снах.

Она сказала это мягче, чем собиралась. Она ощутила, как смертельно устала от этих загадок и от Юриной охоты на ведьм, поэтому ей просто хотелось вернуться из мира снов и временных петель обратно в их скучную и понятную жизнь.

Юра посмотрел на неё внимательно.

— А ты — наоборот, — сказал он. — Ты смотришь сны, но не хочешь видеть их смысл.

Анна усмехнулась, но без веселья.

— Потому что я не считаю сны доказательствами убийства, — ответила она.

— Я не говорил про убийство.

— Но ты к этому ведёшь.

Он чуть сжал губы, как будто хотел что-то возразить, но передумал.

Несколько секунд они стояли молча. Из-за двери донёсся смех, чей-то громкий голос, звон посуды.

— Ладно, — сказала Анна. — Допустим, разговор был. Допустим, отец предложил поджог. Это ничего не меняет.

— Меняет, — тихо ответил Юра. — Ты сама это знаешь.

Анна сразу хотела возразить, но слова не сложились. Она только покачала головой.

— Мы ничего не знаем, — сказала она. — Ни что именно он имел в виду, ни что произошло дальше. И ты сам сказал — ты не видел конца.

— Я видел достаточно.

— Для гипотезы, — поправила она. — Не для выводов.

Юра вздохнул.

— Хорошо, — сказал он. — Я просто хотел, чтобы ты это знала.

Он сказал это спокойно, и от этого стало ещё сложнее отмахнуться. Анна кивнула.

— Я знаю.

Они ещё немного постояли, потом она первой потянулась к двери.

— Пойдём, — сказала она. — А то нас там уже, наверное, делят на куски без нас.

Юра усмехнулся, но в глазах у него всё ещё оставалась тень того, что он принёс с собой из сна.

Когда они вернулись в кабинет, разговоры не стихли ни на секунду. Кто-то уже включил музыку с телефона, кто-то спорил о формулировках заявки на грант, Брагин, размахивая вилкой, рассказывал очередную историю из своей практики.

— Вот, возвращаются герои дня! — заметил он. — Анна Львовна, мы тут уже мечтаем о новой экранизации истории Вороновой в жанре мистического триллера. В духе этих безумных писем Екатерины.

— Неплохая идея, — улыбнулась Анна. — Например, что-нибудь про временную петлю.

Коллеги продолжили развивать тему экранизации, запивая идеи игристым. Анна заняла своё место у стола, взяла бокал и поддерживала беседу вежливыми улыбками, но глаза выдавали, что она была уже не здесь. Юра это заметил, но не подавал виду.

Неужели Андрей действительно знал больше, чем говорил? И если знал — почему не рассказал? Что еще он мог от нее скрыть?

Анна подняла бокал, чокнулась с кем-то из коллег, сделала глоток и снова улыбнулась, вовремя кивнув в ответ на очередную реплику.

Снаружи всё оставалось на своих местах. Внутри — уже нет.