Глава 26

Мне очень хотелось продлить то ощущение спокойствия, в которое я погрузилась, когда мы с Никиткой немного обустроились в нашем новом жилище. Зоя Владимировна окружила нас такой заботой и таким вниманием, что мне порой становилось не по себе от того, что мы доставили этой милой старушке столько хлопот. И только одно меня успокаивало — она делала это исключительно потому, что ей самой этого желалось.

— Настенька! Тебе звонят, — кивнула Зоя Владимировна на мой телефон.

Экран его светился от входящего вызова. Яркими буквами горело имя Олега. С того момента, как я позвонила Ларину и сообщила ему свои новые координаты, мы не «слышались». Потому данный звонок стал неожиданностью.

— Алло? — ответила я и едва не поморщилась от того, сколько затаенной надежды послышалось в голосе.

— Настя? Это Олег, — ответил Ларин.

Я не успела сболтнуть что-то вроде: «Можешь не представляться, я знаю, что это ты», когда он продолжил:

— Сможешь подъехать в ресторан сегодня вечером?

Покосившись на сына, который восседал на руках у Зои Владимировны, я кивнула и, сообразив, что Олег уж точно не мог этого видеть, сказала:

— Конечно, смогу. Только пока на пару часов, не больше.

Тут же обругала себя за сказанное. Вроде бы Никитка и Зоя Владимировна очень хорошо чувствовали себя в компании друг друга. За пару дней, что прошли с того момента, как мы с сыном сбежали из дома, стало ясно — у меня появилась та, кому я могу доверить ребенка. Но все же нет-нет, а тревоги давали о себе знать и я, повинуясь своим ощущениям, не могла вот так сразу с ними совладать.

— Пару часов нам точно хватит, — ответил Ларин и прежде, чем положить трубку, добавил: — До встречи, Настя.

— До встречи, Олег, — ответила я и, отключив связь, отправилась собираться.

От предстоящей поездки зависело очень многое.

— Сможешь сделать три блюда?

Ларин, который провел меня на огромную кухню, наполированную до блеска, оперся бедром на столешницу и сложил руки на груди.

Я невольно застыла взглядом на его предплечьях. Закатанные рукава рубашки давали возможность рассмотреть, как напрягаются мышцы под кожей.

— Три блюда? — переспросила, окинув глазами гору продуктов, лежащих на хромированной поверхности.

Здесь были ветчина, лук, сливки, паста, мука, яйца… И еще много того, что можно было пустить в ход.

— Дай угадаю, — постучала я пальцем по губам, обозревая заготовленную провизию. — Карбонара в этот список входит?

На лице Ларина появилась улыбка. Все ясно, он рассчитывал на то, что у нас будет своего рода серия «Адской кухни», когда ведущим станет Олег, а я пройду через все круги кулинарной преисподней.

— Входит, — кивнул он.

— Но сливки нам для нее совершенно не понадобятся, — сказала в ответ.

Пожав плечами, я взяла то, что мне могло понадобиться — пасту, яйца, черный перец и прекрасный копченый окорок. Включила плиту и, обернувшись к Олегу, присовокупила к сказанному:

— Буду готовить аутентичную Карбонару, а ты пока расскажешь, чего же еще от меня хочешь увидеть.

Через два часа у меня было место повара в ресторане Ларина. Разумеется, претендовать на какие-то высокие должности пока я точно не могла, но и этот трамплин в новую жизнь был тем шансом, за который очень многие готовы были отдать если не все, то очень многое.

И я собиралась воспользоваться шансом, который мне подарила судьба.

— Ну же! Рассказывай все! — велела мне Даринка, к которой я забежала в гости еще через пару дней.

На эту встречу решилась далеко не сразу. Все казалось, что Коля поджидает меня возле квартиры подруги, и мое прибытие к Дарине станет для него подарком небес.

— Что рассказывать? — улыбнулась, присаживаясь на диван. — Мы с Никитой, как я уже говорила, нашли себе жилье. Сейчас за сыном присматривает хозяйка квартиры, Зоя Владимировна. Ей очень нравится возиться с Никиткой, она даже говорит, что считает его едва ли не внуком. С Колей мы с первого января не виделись. В детский сад поеду вот-вот… нужно будет забрать трудовую. Ну и… Олег Владиславович дал мне работу, поэтому теперь я могу более-менее выдохнуть спокойно.

Я закончила свою тираду и рассмеялась — вон сколько новостей накопилось за несколько дней. А вот Даринка выглядела как-то загадочно.

— У тебя что интересного? — спросила у подруги.

Та наморщила хорошенький носик.

— Да интересного ничего. Сашка что-то лютует, ревнивый стал — просто ужас. Неужели не понимает, что мне свобода нужна?

Она задала ставший риторическим вопрос и пожала плечами.

— Может, хочет серьезных отношений? — осторожно предположила я. — Да и ты вполне уже можешь обзавестись мужем и потомством. Вроде говорила, что твой босс не против, если танцовщицы в клубе в декрет уходят.

Я посмотрела на подругу со значением во взгляде. Была целиком и полностью за то, чтобы Дарина остепенилась и перестала уже быть такой вертихвосткой. Но, с другой стороны, если ей нравилась такая жизнь — я была последней, кто мог давать советы. Особенно учитывая обстоятельства, в которых сама оказалась.

— Может и хочет, — растягивая гласные, ответила Дарина.

Больше прибавлять ничего не стала, да и нам стало не до этого. На телефон подруге пришло сообщение. Прочитав его, она сначала округлила глаза, а я сидела и ждала, что же скажет Дарина.

Подняв на меня взгляд, она приоткрыла губы и застыла так, словно превратилась в статую.

— Что там? — нахмурила я брови, перебирая в голове разные варианты того, что могло настолько поразить подругу.

Правда, ни одно из предположений не оказалось приближенным к правде.

— Твоя свекровь… умерла, — выдохнула Дарина, и изо рта моего помимо воли вырвался стон.

Только не это… пожалуйста…