Глава 17

Мой ярчайший свет, я хотел тебя подготовить, но успел преподать только половину уроков, которые тебе нужны, только половину истории, половину истины, – а время уже на исходе. Я подвел Бреннана в день, когда смотрел, как он идет по парапету, подвел Миру, когда не смог остановить ее от того, чтобы последовать за ним, но теперь, боюсь, я подведу и тебя, умерев не вовремя. Мы с твоей матерью не верим никому – не должна и ты.

Найденное письмо подполковника Эшера Сорренгейла для Вайолет Сорренгейл

– Тадеуш Нетьен, – прочитал капитан Фитцгиббонс с помоста следующим утром. Его голос разносился над построением на заснеженном дворе, пока он держал перед собой свиток с именами погибших. – Надя Аксель. Каресса Томни.

Слушать имена всех погибших за вчерашний день приходилось дольше, чем это обстояло с обычным списком погибших квадранта, но я была рада этой перемене. Это было правильно – почитать тех, кто потерял свои жизни. А еще это напоминало, что, хоть майор Девера и наложила мораторий на убийства в Басгиате, за его стенами поджидает враг, которого моратории не касаются.

Враг, который думает, что я приду к ней.

– Мелина Чалстон, – продолжал капитан Фитцгиббонс. Ледяные порывы ветра рвали список из его рук и жалили кончик моего носа и уши. – Руфорд Шарна.

Я моргнула:

– Из Третьего крыла?

Ридок, Квинн и Имоджен повернули ко мне головы.

– Выпал вчера из седла во время учений, – пояснил сзади нас Аарик. – В их секции Хвоста говорят, Хаем не разглядел его в снегопаде и не успел поймать.

Несчастный случай. Отчего-то так даже хуже.

– Мы предаем их души Малеку, – сказал капитан Фитцгиббонс, и наконец после еще нескольких объявлений нас отпустили.

Мы все направились в общежитие, и там, уже у двери, Слоун схватила меня за локоть.

– Мне нужно кое-что тебе передать. – сказала она, уставившись в землю. – Пойдешь со мной?

– Конечно.

То, что она со мной заговорила, уже неплохо для начала.

Слоун провела меня через ротонду в общие помещения, а затем – в нашу маленькую библиотеку квадранта. Так рано утром в ней было пусто, и я ждала у крайних учебных столов, в то время как Слоун быстро нырнула за высокие шкафы и начала что-то там искать.

– Ты можешь смотреть мне в глаза. – Я расстегнула летную куртку. – Моя мама сделала свой выбор. Ты – нет.

– Не совсем. – Слоун выкатила из прохода нагруженную библиотечную тележку. – Я чувствовала ее силу. Я могла бы ее отвергнуть. Даже остановить. – Она толкнула тележку ко мне. – Но я хотела поставить чары, хотела жить и позволила всему случиться, – закончила она шепотом.

– И это вполне обоснованные чувства. – Особенно учитывая, что моя мать руководила казнью ее матери. – И я не в обиде…

– Ты знала, что я дежурю в Архивах? – перебила Слоун, присев к нижней полке тележки. – Я думала, это даже правильно, учитывая, что, когда в Архивах дежурила ты, с тобой всегда ходил Лиам.

– Тебе там нравится? – смогла выдавить я сквозь ком в горле.

– Ну, этим утром я столкнулась с Есинией. – Она встала, поднимая большой черный матерчатый рюкзак.

– Спасибо. – Я накинула его на плечо, отметив, какой он тяжелый.

Она кивнула, потом наконец заставила себя поднять глаза и посмотреть мне в лицо.

– Это не месть, клянусь. Прости, что не смогла ее остановить.

Мои руки сжались на толстых лямках. Я знала, что она говорит не о Есинии.

– И я рада, что не остановила. Чтобы зарядить камень, нужна была чья-то жизнь. Если бы у меня самой все получилось, то Ксейден, Тэйрн, Сгаэль и я были бы мертвы. Миру нужен Бреннан, Аарик… он незаменим, а тебя бы я не променяла ни на какие чары, Слоун. Моя мама сделала выбор, который должна была сделать. Ты – лишь орудие, но свою жизнь отдала она сама.

Слоун рвано выдохнула.

– В общем, Есиния просила передать, что два тома – ее выбор, а остальные ей вручило руководство этим утром.

Даин. У меня на лице расплылась улыбка. Он не только сдержал слово, но и сделал так, что никто, кто мог бы за мной следить, ни о чем не заподозрит. Я сжала лямки еще сильнее. Здесь может быть последняя работа моего отца.

– Спасибо.

– Ходят слухи, что вы направляетесь на север. – Слоун сложила руки на груди.

– К сожалению, слухи могут оказаться правдивыми. – Я скривилась.

Слоун тоже поморщилась:

– Странное место для поисков, там же так холодно. Насчет Тэйрна не знаю, но Тойрт ненавидит холод.

Я кивнула:

– Логично, ведь он красный. Многие гнезда их рода находились на известняковых утесах на краю реки Даннес. Чутье мне подсказывает, что лететь на север – это ошибка, но Тэйрн не против холода, а большинство коричневых его даже предпочитают, а значит, Грейди может быть в чем-то и прав.

Андарна тоже не большая любительница снега, но, может, она не типична для своего вида.

– Ради нас всех надеюсь, что он прав, – сказала Слоун.

– Я тоже.

И все-таки я не могла заткнуть голос интуиции, требующий лететь на юг.

Когда я принесла книги к себе, все мои надежды получить мудрость, изучив записи отца, сменились досадой. Когда я развернула пергамент, то обнаружила, что толстая книга в кожаном переплете закрыта запорным механизмом. Это был ключ с шестью поворотными дисками, и на случай, если бы я не угадала, по краям располагались шесть капсул с чернилами, готовые уничтожить все, что писал папа. Хуже того: руна в центре обложки тоже выглядела подозрительно – руна из тех, из-за которых все кончается плохо, если попытаешься вскрыть замок магией.

Так. Надо явно подучить руны.

Я достала клочок пергамента, который папа вложил рядом с замком, и снова прочитала его четкий почерк.

Первая любовь незаменима.

Проклятье. Папа никогда и ничего не писал просто так. И какого все это значит?

* * *

– А мы не зря ломаем голову? Это же явно Лилит, да? – спросил Ридок, когда через несколько дней мы спускались по ступенькам амфитеатра.

– Папа хотел бы, чтобы я поломала голову. И если я ошибусь, мы испортим все, что там есть. – Я сунула куртку под мышку и окинула взглядом арену в надежде увидеть Ксейдена.

– А может, мы думаем недостаточно по-отечески, – размышляла Ри.

– Тоже мысль. Тогда это может быть Брен… – Ридок посчитал по пальцам. – Нет, забудьте, слишком много букв. Мира – слишком мало, но что насчет Вайолет?

– Если честно, не в духе папы все сводить к себе. И Лилит, и Вайолет – это слишком очевидно.

Мы прошли мимо уже сидевшей на средних рядах пехоты и заметили Кельвина – командира одного из отрядов, с которым мы однажды были поставлены в паре. Я кивнула, он ответил тем же.

– Ладно, тогда кто был первой любовью Бреннана? – спросил Ридок, когда мы спустились.

– У нас разница в девять лет. Он меня в свои романтические похождения не посвящал… – Я замолчала, пока Ридок садился на свое место рядом с Марен. – Хотя припоминаю, как Мира говорила, будто у него отношения с всадницей на год-два старше его.

– Видать, у вас это семейное. – Ридок снял куртку.

– Вы все еще разгадываете пароль, чтобы открыть эту проклятую книжку? – спросила Кэт, наклонившись вперед и заработав недоуменные взгляды первокурсников, сидевших перед нами.

– Очевидно, иначе зачем им об этом говорить, – сказал Трегер, закинув локоть на ступень у себя за спиной и откинувшись назад.

– Места не хватает? – Нив спихнула его руку сапогом. – Что за книга?

– Та, которую для Вайолет оставил ее отец и в которой могут быть ответы, куда отправился род Андарны, – сказала Кэт.

Я пронзила ее взглядом, но она только пожала плечами:

– А что? Никто в отряде тебя не сдаст, а тебе, очевидно, не помешает побольше мнений перед тем, как ты наконец наберешься духу и введешь пароль.

Справедливо. И все-таки…

– Ну ладно, а кто первая любовь Миры? – спросила Ри, переводя взгляд между Авалин, Каем и Бэйлором, севшими как можно дальше друг от друга.

Я задумалась, склонив голову и пристегивая петельку проводника к кожаному браслету на запястье. Час практики магии в день явно помогал направлять удары точнее, но вот мой организм уже был сыт по горло.

– Не уверена, что она вообще влюблялась. А если и влюблялась, мне ничего об этом не рассказывала.

– А ты даже еще не видела Ксейдена, когда твой отец встретил Малека… – Ридок уставился на меня и театрально вздохнул: – Эй. Кто твоя первая любовь?

О нет, не может быть.

Я положила руки на колени и заметила, что над нами приходит и рассаживается еще пехота. Нет ничего лучше позора, чем позор на публике.

– Отец терпеть не мог первого парня, с которым я встречалась, а о втором так и не узнал.

Аарик развернулся ко мне всем телом:

– Сколько букв?

Я прищурилась:

– Шесть.

Он поднял светлые брови:

– Ну… как минимум подходит.

– Ни в коем случае! – Кровь прилила и так и обожгла мои щеки.

– Погоди. – Ридок нахмурился. – Почему это первокурсник знает то, чего не знаем мы?

– Добрый день, – разнесся по амфитеатру голос Ксейдена.

Он был в спортивной форме, тут же приковавшей все мое внимание. На удивление, рядом с ним шел Гаррик.

– О-о, Имоджен понравится сегодняшний урок… ай! – Ридок потянулся к затылку.

– Всадники, займите те же позиции, что и на прошлом уроке. – Ксейден показал на брусчатку вокруг мата. – Надеюсь, ни у кого нет страха сцены, потому что, как видите, – он обвел рукой амфитеатр, – сегодня у нас аншлаг.

«Плохо спишь?» – спросила я, заметив круги под глазами.

Мой отряд, сбросив куртки, направился к краю мата, вставая напротив Первого крыла.

«Одна кареглазая всадница всю ночь не давала уснуть разговорами. – Ксейден повернулся, что-то сказал Гаррику, и тот кивнул. – И я не против, потому что в моей постели слишком холодно без тебя и слишком тихо, когда ты не кричишь мое имя».

А, он хочет поиграть? У меня приподнялся уголок рта. Тогда поиграем.

«Я скучаю по Аретии, скучаю по твоей постели. Придумай, как меня привезти туда, и я буду поддерживать в ней самую подходящую температуру для того, чтобы ты… отдохнул».

Я размяла плечи и руки, как мои товарищи.

«Если я найду тебя в моей постели, никакого отдыха уже не будет, можешь мне поверить».

Ксейден повернулся к нам, широко расставив ноги и сложив на груди свои красивые мускулистые руки.

– Лейтенант Тэвис – невероятно сильный заклинатель ветра…

«Не забывай, что я отлично знаю, как вырубить тебя на ночь…»

Я опустила руки, и Ксейден бросил на меня предупредительный взгляд, но у самого уголки рта уже пошли вверх.

– …И согласился дать вам попробовать отправить его… – Он ухмыльнулся во весь рот. – «Вырубить меня? Обычно это ты молишь о пощаде после пары оргазмов…»

«Хочешь посмотреть, как кто-то умоляет? Мне достаточно только провести языком по твоему…»

Ксейден закашлялся так, будто ему в рот залетел жук, и Гаррик покосился на него.

– …В нокаут, – наконец договорил Ксейден. – Лейтенант Тэвис согласен побыть вашим манекеном для тренировок. – Он размял шею и бросил взгляд на меня. Я же просто улыбнулась:

«Ты первый начал».

«И я бы отдал все, чтобы это закончить. – Ксейден сжал кулаки. – Ты меня до смерти доведешь».

«В какой уже раз это повторяешь».

Я старалась не думать о том, как еще можно понимать его слова.

Первой вышла заклинательница огня, и Гаррик повернул ее пламя против нее самой.

– Это… пугает, – пробормотал Ридок, и Имоджен справа от меня скрыла улыбку.

– Пошли всей командой, – тихо сказала Рианнон. – Никто не говорил, что обязательно драться один на один.

Я кивнула:

– Хорошая мысль.

Рианнон тихо передала приказ.

Металлург Лоран сделал выводы после первого урока, и уже через пару секунд Гаррик расстегнул ремень на груди, чтобы ножны со спины упали на землю, а потом сдул Лорана назад, и тот шлепнулся на задницу.

– Готовы, Второй отряд? – спросил Гаррик, поманив Имоджен.

– Вот с этим тебе связываться не захочется. – Она подняла руки.

– Может, сперва хотя бы дотронешься, а там посмотрим? – Уголок его рта приподнялся, и на щеке появилась очаровательная ямочка.

– Ой, хватит уже флиртовать, и идите потрахайтесь, – сказал Ридок. Все головы медленно повернулись в его сторону. – Упс, это я что, произнес вслух? – спросил он у меня нарочитым шепотом.

– О да, еще как. – Я похлопала его по спине. – Теперь Гаррик положит тебя на обе лопатки.

– Мне это может даже понравиться, смотря какой метод он выберет… – Ридок поморщился. – Фу, все, я замолкаю.

– Пока мы на арене, уж пожалуйста, заткни свой внутренний голос, – согласилась я, выходя на мат за Рианнон, Кэт и Квинн и потащив за собой замявшегося Ридока.

– И это, по-вашему, честно? – спросил Гаррик.

– Мы никогда не одни на поле боя, правильно? – Я склонила голову набок.

Он напрягся – очевидно, понял мой намек.

– Мы сражаемся всем отрядом, – сказала Рианнон, стоявшая посередине, и Ридок занял место слева от меня.

– Справедливо. – Ксейден отступил в конец мата. – Начинайте.

Ридок вскинул руки вперед, выбросив стену льда, в которую мгновенно ударил шквал такой же сильный, как торнадо, в который затянуло нас с Тэйрном.

Кромка льда обломилась от напора, и осколки понеслись в мою сторону.

Я развернулась к отряду и сбила с ног Ри, прижав ее к земле. Осколки пролетели так близко над головой, что я слышала их свист.

– Слишком опасно! – проревел Ксейден, и я, вскинув глаза, увидела, как он шагнул к Гаррику с лицом, искаженным от гнева.

«Нет! Я в порядке!»

Я с трудом поднялась на ноги, а в это время Квинн прищурилась и подняла руки к солнцу.

«Он тебе чуть башку не оторвал!»

Ксейден смотрел на Гаррика взглядом, которого я у него еще не видела, – будто его лучший друг вдруг превратился в добычу, – и от холода в его глазах у меня встали дыбом волосы.

В ответ у меня подскочил уровень энергии, и я встретила ее с распростертыми объятиями, наслаждаясь приливом тепла и гудением силы в венах.

«Голова у меня еще на месте».

Сквозь прозрачный лед я увидела, как по бокам от Гаррика появились две Квинн.

– Дай его оружие. – Я развернулась к Ри и подняла правую руку, в которую она тут же перенесла кинжал Гаррика.

К моему изумлению, Гаррик взглянул на одну Квинн, потом на другую, а затем его голова быстро завертелась между ними двумя.

Кэт.

– Только действуй быстро, – предупредила Ри.

– На этот счет не волнуйся.

Как только угас ветер, я вышла из-за льда Ридока и бросила кинжал Гаррика так, чтобы напугать его, но не причинять вред. Жар обжигал мою кожу, требуя высвобождения.

Гаррик выбросил вперед руку, и порыв ветра сбил кинжал, так что тот воткнулся шагах в пяти в стороне.

Ладно, сойдет.

Гаррик сменил цель, переведя руку перед собой, но моя уже была направлена к небу. Проводник снимал достаточно излишка, чтобы я удерживала контроль, и я выпустила остальное, притянув энергию с неба точным мановением кисти.

Молния обожгла воздух, разорвала его с яркой вспышкой и ударила точно в цель, спикировав с небес и пропав так же быстро, как появилась. Гром заглушил возгласы и крики на рядах справа, но я не отводила глаз от Гаррика и не опускала руку.

У него распахнулись глаза.

– Ты правда это сделала.

– Правда.

– Жаль тебе говорить, Сорренгейл, но ты не только раскрылась, но и промазала. – Он усмехнулся.

– Неужели? – Я показала немного в сторону, и он проследил за моим взглядом. В пяти шагах от него дымился расплавившийся кинжал, и Гаррик заметно напрягся. – Если бы я хотела, ты был бы мертв.

«Малеком клянусь, я тебя обожаю», – сказал Ксейден.

– И если я раскрылась – ничего страшного. Зато весь мой отряд жив. – Я пожала плечами.

Взгляд Ксейдена метнулся к моим глазам.

Гаррик повернулся обратно ко мне со слегка приоткрытым ртом, а наверху амфитеатра кто-то медленно зааплодировал.

Я подняла глаза – вместе почти со всеми – и чуть не упала. Нет. Нет. Нет.

Рыжевато-русая челка прикрывала левый глаз – все так же, как и много лет назад, – того, кто шагал вниз по лестнице, и я знала, что это нереалистично, невозможно, но могла поклясться, будто даже с такого расстояния различила цвет радужки правого глаза. Зеленый.

«Помоги Аарику спрятаться. – сказала я Ксейдену. – Живо».

«Уже».

Королевский вестник, стоя у заднего ряда, приосанился.

– Его королевское высочество принц Холанд!

Все кадеты вскочили на ноги.

– Сядьте, – сказал принц достаточно громко, чтобы его голос разнесся по амфитеатру, и небрежно повел руками.

Я слишком хорошо знала это его выражение лица и жесты. Он довел до совершенства демонстрацию раздражения от фанфар, хотя на самом деле ими упивался.

– Впечатляет, – кивнул он мне, минуя первый ряд и каменную ограду, отделяющую сиденья от арены.

«Дыши. Просто дыши».

– Ваше высочество, на рядах повыше будет безопаснее… – начал Гаррик.

– Зато отсюда вид намного лучше. – Холанд опустил руки в карманы пошитой на заказ темно-синей пехотной формы и улыбнулся. – Прошу, не отвлекайтесь из-за меня.

Гаррик оглянулся – видимо, на Ксейдена, – но я слишком старалась не отрывать глаз от Холанда, чтобы ненароком не посмотреть на Аарика и не привлечь к нему внимания.

Гаррик кивнул и взглянул на ряд всадников:

– Следующий.

Наш отряд ушел с арены, но вместо того, чтобы смешаться с остальными второкурсниками, я заняла пустое место рядом с Холандом, заметив, что одна из двух охранников за его спиной – капитан Анна Уиншир.

Так она не просто представитель пехоты в поисковой партии: она – представитель Холанда. Я наивно думала, что принц отстранился от поисков, и если он узнает, что Ксейден – это та самая причина, по которой его близнец уже не дышит… Что ж, он не будет таким же понимающим, как Аарик. Все плохо.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, покосившись на Холанда.

Он был не таким высоким, как мне запомнилось, – явно на пару-тройку дюймов ниже Аарика, – но все таким же поразительно красивым. Высокие скулы, губы в вечной усмешке, идеальные пропорции лица – все это так и притягивало взгляды, но по-настоящему задерживались они на его глазах. Зеленые, как летняя листва. Но, боги, какой же грязный у него был взгляд.

– Учусь, конечно же, как и все остальные на этой арене. – Холанд сверкнул улыбкой, и у его глаз даже пролегли лукавые морщинки. – Никогда не считал тебя истинной всадницей, но сила тебе к лицу.

– Не начинай. – Я покачала головой и отвернулась к арене.

Гаррик сдул остатки стены Ридока, и на мат вышла Кэролайн Эштон вместе с заклинателем огня.

Прищуренный взгляд Ксейдена метался между мной и Холандом, потом все же вернулся к спарринг-партнерам.

– Я имею в виду не арену. – Я сняла проводник с запястья. – Что ты делаешь в Басгиате? Сейчас ведь не день открытых дверей.

«Пожалуйста… не говори, что летишь с нами на север».

– Сразу к делу? – Я почувствовала взгляд Холанда, изучающий мой профиль. – И не спросишь, где я был? У меня, знаешь, брат пропал без вести. – В его голосе слышался ровно ноль эмоций. Или волнения.

– Неужели? – Я сложила руки на груди. – Или Кэму просто стало тесно от твоего эго?

Кэролайн и заклинатель огня отлетели назад, приземлившись на задницы и соскользнув с мата.

– Атака Второго отряда была эффективна благодаря воздействию на разум, – напомнил Гаррик отряду Первого крыла. – Квинн и Кэт сработали вместе, чтобы влезть мне в башку, и Сорренгейл успела нанести в это время удар.

– Будто ей это было так уж надо, – перебил его Трегер – и был прав: я могла ударить когда угодно, просто дождалась нужного момента, чтобы быть уверенной в точности.

На губах Ксейдена заиграла улыбка.

– Но серьезно, – покачал головой Холанд. – Ни здравствуй? Ни комплимента фасону моей формы? Или новой прическе? Мое сердце разбито, Ви.

– Для начала надо иметь сердце, – тут же парировала я. – А если какая прическа и приходит мне на ум, так это волосы той профессорши на твоем лице, когда вы трахались, а я вас застала. Рыжие, если память меня не подводит, верно?

Вышла следующая партия, на этот раз укрепленная летунами, а Ксейден передвинулся чуть левее.

– Ай. Ты меня ранишь. – Холанд положил руку на грудь. – Ну да, я изменил тебе, но помни: я тогда страдал от утраты своего близнеца. Я был…

– Идиотом? Жестокой сволочью? – подсказала я. – Траур все это не оправдывает. Это так не работает.

Он вздохнул:

– А я-то думал, ты меня поблагодаришь за то, что я за тебя вступился касательно твоей скорой миссии.

– В каком смысле? – Я нахмурилась.

Холанд достал из кармана письмо с надломанной сургучной печатью виконта Текаруса:

– Прошу. Грейди слишком долго тянет и все еще не представил четкий курс действий, способный удовлетворить моего отца. Мне нравится этот вариант.

Я взяла письмо и широко распахнула глаза.

– Это же мне.

– Не отвлекайся на мелочи. – Холанд бесстыже пожал плечами.

Я поджала губы и развернула пергамент.

Кадету Сорренгейл.

Вот запрошенные книги, согласно нашему уговору. Также я прислал выборку из личной библиотеки – надеюсь, вы найдете ее полезной. Что касается ваших поисков, король Кортлин из Деверелли согласился на одну аудиенцию – и только с участием знати – по разумной цене в виде амелийского цитрина. Королева Марайя согласилась подарить ему драгоценный камень, однако, к сожалению, он находится в Анке.

Прошу, дайте знать, когда вы получите цитрин, чтобы я мог договориться о вашей аудиенции.

Преданный слуга

виконт Текарус.

– Обмениваешься книжками с первым преемником поромиэльского трона? Похоже, ты так и не оставила писцов в прошлом, – размышлял вслух Холанд, пока я дочитывала.

– Ты не должен читать мои письма. – Я сложила лист и убрала в пустые ножны у себя на боку.

– Тебе повезло, что читаю. И не только их.

– Повезло? Шутишь? – Я фыркнула, в то время как Гаррик отправил в воздух очередного летуна.

– Разве я стал бы шутить о твоей миссии? Или о тебе. – Он посмотрел на меня. – Я тут кое-что почитал…

– Имеешь в виду, кто-то почитал за тебя? – поддела я.

– Это одно и то же, – хмыкнул принц. – Амелийский цитрин – усилитель малой магии, который носил один из первой стаи. Если ты готова его добыть, я прикажу Грейди сменить маршрут поисков.

– Все не так просто. Анка находится на захваченной территории.

И я не знала, город просто захвачен или уже высосан досуха и брошен. Так или иначе, а он за пределами чар, и для Ксейдена туда опасно даже просто слетать ненадолго.

– Как я уже сказал, если ты хочешь, я за тебя заступлюсь. Хотя бы это я тебе должен, и к тому же титул все-таки перевешивает военный чин. – Он кашлянул. – Скажи, о тебе правду говорят? О тебе… и Риорсоне. – Его чуть не перекосило от этого имени.

– Если ты о том, что я его люблю, то ответ – категорическое да. – Я взглянула на Ксейдена и увидела, что он уже смотрит на меня. – Если проверяешь, вместе ли мы, то позволь заверить: мы, в отличие от некоторых, соблюдаем Кодекс. Можешь так и передать своему отцу.

– Я спрашивал не для отца, Ви. Я спрашивал для себя.

– Что? – Я забыла о том, как делала вид, будто внимательно наблюдаю за спаррингом, и повернулась к Холанду всем телом.

– Я так и не извинился. – Его лицо смягчилось, глаза скользили по моему лицу, словно отмечали каждую тень чувства. – А должен был. Если ты не с Риорсоном…

– Я люблю его. – Я ощетинилась. – Я тебя даже не вспоминала уже много лет. Не гоняйся за мной только потому, что любишь сложности. Проиграешь.

Холанд хмыкнул:

– Любой, кто встречался с всадником, знает, что их главный приоритет – их первая любовь – это их дракон. Когда смиряешься с этим, другой мужчина не кажется сложностью.

У меня раскрылся рот. А он же прав. Наш главный приоритет – драконы. Они незаменимы.

– К тому же у нас будет столько времени вместе в этой миссии… Я решил, может, ты хотя бы согласишься скромно со мной поужинать? – Его улыбка пропала. – Скажи, что не даешь своему парню тобой командовать. Разреши извиниться как полагается – как надо было три года назад.

Холанд поднял руку к выбившимся прядям моей косы, но прикоснуться так и не успел. Тени прорвались через чары и врезались ему в грудь, как таран, впечатав коронованного принца Наварры в каменную стену.

Блядь.