Глава 66
И хотя кадетам крайне не рекомендуется формировать романтические отношения во время обучения в квадранте, лейтенанты вольны жениться или выходить замуж по своему усмотрению сразу же после выпуска.
ВАЙОЛЕТ
– Вайолет! – вскричал Бреннан, сбегая по ступенькам дома Риорсонов на залитый лунным светом двор.
В открытые двери доносились звуки празднования.
Я неуверенно поднялась на ноги рядом с Имоджен. В тенях справа нарисовался какой-то силуэт.
«Я не позволю им сжечь тебя», – пообещала Андарна.
«Что? – Я резко повернулась в ее сторону. – Зачем Бреннану меня сжигать?»
И почему я, во имя Данн, сидела на гравии во дворе? Мои мысли… словно тормозили. Что-то было не так.
Что-то было совершенно не так.
– С тобой все в порядке? – поинтересовалась я у Бреннана, когда он подошел к нам.
– Со мной ли все в порядке? – Бреннан выпучил глаза и оглядел меня на предмет травм. – Сейчас три часа ночи! Где ты была?
В ворота слева от нас вошла группа незнакомых мне всадников.
– Вайльсен! – рявкнул мой брат, и тот, что повыше, свернул в нашу сторону. – Докладывай. – Бреннан покосился через плечо. – Только тихо.
Я молча открыла и закрыла рот. Где я была?
– Мы… – Офицер покосился на меня.
– Все нормально, – заверил его Бреннан.
– По официальным данным, за последние несколько часов в долине убиты четыре всадника вместе с их драконами, а также трое старейшин, – доложил Вайльсен. – Пятеро всадников числятся пропавшими без вести… Теперь уже четверо, – поправился он, глядя на меня. Затем поджал губы. – Но после этого представления никто не сомневается, что это сделал Риорсон. Готов поспорить, остальные трое всадников мертвы.
Мой желудок скрутило в узел, а Имоджен словно окаменела.
Секундочку, это что, сон?
Я сжала руку в кулак и впилась ногтями в ладонь с достаточной силой, чтобы почувствовать боль… но не проснулась.
– По последним данным, чары над Дрейтусом держатся, но кто знает, сколько этих усыханий за время битвы на самом деле его рук дело, – продолжил Вайльсен. – И последний подсчет показывает, что из мест гнездовий пропало шесть яиц. Но они перепроверяют эти данные.
Пропали яйца?
Я потянулась к Тэйрну, но связь казалась нечеткой, словно он спал.
«Ему требуется отдохнуть и восстановиться», – пояснила Андарна.
«Восстановиться после чего?»
Он был в полном порядке, когда я видела его в последний раз – примерно пять минут назад, в лесу на краю поля…
Где я убила Теофанию.
Ксейден.
Буря теней… Мое сердце замерло.
Блядь, что происходит? Как я сюда попала? Почему в голове какой-то туман? У меня сотрясение?
– Свободен, – распорядился Бреннан. – Держи все в секрете, пока у нас не будет полного отчета…
– Пусть она твоя сестра, но это не меняет того факта, что она – самый быстрый способ…
– Свободен! – рявкнул Бреннан, и всадник отступил.
– Ты знаешь, где он? – шепотом поинтересовался у меня Бреннан, когда Вайльсен покинул пределы слышимости. – Риорсон. Ты слышала, что сказал Вайльсен. У нас тут мертвые драконы, убитые всадники и пропавшие яйца. Вайолет, если ты видела Риорсона, мне нужно об этом знать.
– Я…
У меня не было слов. Почему мне так тяжело думать?
– Я не знаю…
Я поднесла руки ко рту, и лежавший в переднем кармане сложенный кусок пергамента зацепился за рукав и вывалился наружу.
Бреннан подхватил его:
– Кардуло?
Он перевел взгляд на Имоджен.
– Я не видела его со вчерашнего дня, – тихим, почти монотонным голосом отозвалась она. – Лейтенант Тэвис?
– Среди пропавших, – мягко ответил Бреннан, мельком взглянул на меня, а затем откровенно уставился. – Проклятье, Вайолет…
– Что?
Я опустила руки. Гаррик тоже пропал? Кто еще был в числе тех четырех всадников, о которых упомянул Вайльсен?
– Твой палец, – произнесла Имоджен, опустив взгляд в землю.
Мой палец? Помнится, что-то хрустело…
Точно!
– Кажется, я сломала руку.
Моя левая рука была забинтована… а еще на пальце красовалось великолепное золотое кольцо с огромным изумрудом размером с мой ноготь.
О боги, я знала этот камень. Точь-в-точь как те изумруды, которым был инкрустирован клинок Аретии. Так это что, пропавший камень?
– Что происходит? – медленно поинтересовалась я.
– Ты не знаешь? – шепотом спросил Бреннан.
Я покачала головой.
Бреннан перевел взгляд на клочок пергамента в своей руке.
– На нем печать Данн, – произнес он. – Могу я открыть его?
Я кивнула, уставившись на кольцо. Это было не просто кольцо на пальце, это было кольцо на безымянном пальце.
Но как? Я же была в поле сегодня днем, сражалась с Теофанией, а затем она усохла, а я выгорела до бессознательного состояния. А сейчас уже три часа ночи, и я в Аретии, а еще были убитые драконы и всадники, пропавшие всадники и украденные яйца. Ксейден бы всего этого не сделал.
Ведь не сделал бы?
Буря теней. Кровь застыла у меня в жилах. Как далеко он зашел? Я обратилась к нашей связи, но на ее месте царила пустота. Наша связь исчезла.
Или же Ксейден был слишком далеко, чтобы почувствовать мой призыв, напомнила я себе, чтобы не поддаваться панике. Когда он успел надеть мне на палец это кольцо?
– Это официальное благословение вашего законного брака, – ошеломленно прошептал Бреннан, затем быстро свернул пергамент. – Подписанное верховной жрицей храма Данн.
– С Ксейденом?
Мир вокруг меня поплыл, и поплыло все то, что, как я думала, знаю в этой реальности.
Бреннан кивнул.
Мои глаза вспыхнули.
Мы женаты?
Тысячи эмоций пытались пробиться сквозь мои путаные мысли, но мгновенный прилив благоговения сбил с толку логику произошедшего. Я бы ни за что не забыла нашу свадьбу. Почему он не здесь? Куда он ушел? И почему?
– Полагаю, слова на обороте предназначаются тебе, – произнес Бреннан, протягивая мне пергамент.
Я перевернула документ и увидела два предложения, написанные рукой Ксейдена.
Не ищи меня. Теперь все принадлежит тебе.
Он правда обернулся.
Я попыталась пробиться сквозь туман в моем мозгу, но все еще не могла мыслить здраво. Словно кто-то покопался, сука, в моих…
Нет.
Мое сердце сжалось.
– Сколько меня не было?
– Двенадцать часов, – ответил Бреннан.
– Что ты сделала?! – резко повернулась я к Имоджен, и глубокое и очень нехорошее предчувствие зародилось в моей груди.
Она медленно подняла на меня глаза:
– То, о чем ты меня попросила.