Онри, скажи "Да"!

Зима пришла в Аттарию неожиданно: просто в один прекрасный день всю академию засыпало толстым слоем пушистого снега. Онри поднялся на верхнюю площадку и зажмурился: адское солнце этого мира зимой вовсе не желало тонуть за серой пеленой облаков, а вовсю слепило глаза, отражаясь от снежного покрова. Он сделал шаг, другой. Сапоги утонули в сугробах, и за голенища просыпался рыхлый снег. Онри поморщился. Прицелился и открыл серию порталов. Снег провалился в них и тут же высыпался рядом. Он удовлетворенно охлопал ладони и прошел по свежерасчищенной тропинке к перилам — полюбоваться зимним пейзажем.

Долина сверкала. Острые вершины скал царапали бесцветное небо. Воздух был чист и прозрачен, но дышалось тяжело. Онри дохнул и полюбовался клубами пара, что вылетели из его рта. А потом поежился: здесь, на верхней площадке убежища морского принца было еще холоднее, чем во внутреннем дворе академии.

— С днем рождения, — голос Ки, как всегда, прокатился по всем косточкам, заставив их вибрировать, а затем на плечи Онри мягко легли длинные и бледные пальцы.

— Как ты узнал? — поморщился он.

— Делал уборку в покоях Джебба и едва не замочил пирог с восемнадцатью свечками. Джебб прочитал мне очень красочную и не очень цензурную лекцию. Вот где-то в этой лекции и промелькнула фраза про твой день рождения. Поздравляю.

Он нежно поцеловал Онри в шею. Тот вздрогнул и обернулся.

— Ки, у тебя губы ледяные. И вообще, вернись, скорее, в помещение: мне на тебя смотреть холодно!

Княжич неловко переступил босыми ступнями: он вышел на мороз как был — в тонкой шелковой хламиде без рукавов и воротника, и ледяной ветер трепал его одежды.

— В сосульку не замерзну, — отмахнулся он. — А если и замерзну, ты всегда можешь отправить меня порталом в свою ванную — там вода горячая, я оттаю.

— Лучше б ты просто оделся, — сказал Онри, поправляя воротник теплого мехового плаща — отпечаток ледяного поцелуя еще горел на коже.

— А смысл? — удивился Ки. — Я практически хладнокровный.

— Оно и видно, — Онри потер шею, все никак не желавшую согреться. — Ну, ты купайся тогда почаще в своих горячих источниках. — А то ведь как мертвец.

— Хм, — княжич задумался. — У меня как раз на эту тему идея была... Хочешь вместе искупаемся?

Вместо ответа Онри сложил руки на груди и многозначительно посмотрел на княжича. Залезть вместе с ним в тесную мраморную чашу, омываемую горячим источником, было чревато вполне предсказуемыми последствиями.

— Нет, правда, просто искупаемся, — сказал княжич, невинно похлопав ресницами.

— Ки? — с нажимом сказал Онри, на всякий случай отступая назад.

— Ну, может, обниму разок, — признался тот в своих тайных планах. — Хочешь — массаж сделаю? Даже не руками, просто струями воды. Ты только представь: ледяные горы, снег кругом, воздух морозный, а ты лежишь в горячей воде, и волны ласкают тебя.

Ки мечтательно прикрыл глаза.

— Так ты прямо здесь предлагаешь это устроить? — сообразил Онри и задумался: в отличие от довольно опасного предложения остаться наедине с влюбленным княжичем в одной из тесных ванных комнат, идея понежиться в открытом водоеме и полюбоваться пейзажем звучала гораздо интереснее. Хотя, конечно, приставаний Ки это не отменяло.

Продолжительное задумчивое молчание Онри княжич принял как положительный ответ и тут же развернул активную магическую деятельность. Спустя десять минут то, что некогда было заснеженной смотровой площадкой, превратилось в приличных размеров бассейн с подводными ступенями. Сугробы вокруг остались сугробами, с горами тоже ничего не случилось, а вот воздух наполнился густым паром. Онри вдохнул его и закашлялся от неожиданности — пар пощекотал ему гортань.

— Помочь тебе раздеться? — спросил Ки. Ну почти без намека.

— Сам как-нибудь. Отвернись, — потребовал Онри, прикидывая, как бы так быстрее скинуть вещи, чтобы самому поменьше мерзнуть в зимнем воздухе и княжича не вводить в искушение.

— Но я ведь уже видел тебя без одежды, — напомнил Ки.

— Это была случайность! — тут же вспыхнул Онри. — Нечего было вламываться в мои покои. Отвернись, или я отказываюсь в этом участвовать и немедленно спущусь к себе.

— Ну хорошо, хорошо, — сказал Ки и послушно отвернулся. Затем подумал немного, скинул одежду и исчез под водой, совершенно слившись с нею. Онри зашипел: теперь нельзя было точно сказать, смотрит на него Ки из воды или нет. Пришлось поверить княжичу на слово. Онри разделся, ежась от холода: может, вода была и горячей, а вот воздух над ней — нет. Подумал и вернул на голову меховую шапку — уж больно мороз кусал за уши. И только потом осторожно вошел в воду.

— А-ах, — с наслаждением протянул он, скрываясь в горячем источнике по самый подбородок. Вода слева вдруг всколыхнулась и приняла форму головы Ки — пока еще прозрачной и будто отлитой из стекла с вкраплением неясных пятнышек и пузырьков.

— Ну как тебе? — спросил он.

— Шикарно, — искренне ответил Онри. — Еще б ты на меня не пялился.

— Я не пялюсь, — сказал Ки, прозрачность которого после купания мешала определить направление взгляда.

— Врешь, — уверенно постановил Онри. — Я чувствую себя неловко, значит, пялишься.

— Вру, — с едва слышной в голосе улыбкой признался княжич. — Но я так — лишь немного любуюсь. Не присматриваюсь, честное слово.

Онри вздохнул. Бороться с новым Ки было бесполезно. Можно было устроить скандал, можно было даже залепить пощечину. Но это никак не сказывалось на упорстве Мэстре Ки.

Княжич подсел ближе и коснулся его плечом.

— Ки, ну… — начал Онри, вздрагивая от этого скользкого прикосновения — под водой Ки становился скользким, как налим.

— Да брось, — шепнул княжич так, будто шептала вся вода в округе. — Я ведь знаю, что тоже нравлюсь тебе.

Онри почувствовал, как по его бедру скользнула едва ощутимая ладонь — будто просто водяная струя прокатилась. Вот только движение было осмысленным.

— Это не означает, что меня можно лапать, — нахмурился он и перехватил чужую руку. Ки послушно ее убрал.

— Ладно, — сказал он. — Тогда полапай меня сам.

— Что?! — возмутился Онри, оборачиваясь к нему так быстро, что даже вода выплеснулась за бортик. — Ты совсем сбрендил?

— А что такого? — пожал плечами постепенно проявляющийся Ки. — Тебя лапать нельзя — это я понимаю: ты стесняешься. Но я-то — нет. Тебя, по крайней мере.

— Со времен того признания ты стал невыносим, — проворчал Онри, поглубже погружаясь в горячий источник. — Проходу не даешь.

— Если я так тебе неприятен, ты мог бы убегать активнее, — пожал плечами Ки. — Но ты остаешься со мной, хотя давно уже вернул свои способности. Даже когда я позволяю себе лишнее. Может, пришло время поговорить об этом?

— Я пришел сюда полюбоваться зимой, — нахмурился Онри.

— А я — тобой, — улыбнулся княжич.

— Ки, мне нужно личное пространство, — вздохнул Онри. — Для работы, для ухода за собой. Ну и просто иногда хочется одному побыть, понимаешь?

— Не уводи тему в сторону, — Ки сдвинул брови. — Если ты четко скажешь, когда к тебе можно приходить, а когда нельзя, я к тебе прислушаюсь. Но дело ведь не в этом. А дело в том, что…

Он придвинулся вплотную и прошептал Онри на ухо три слова. Тот вспыхнул и погрузился в воду по самые губы.

— Я не хочу об этом говорить, — булькнул Онри.

— Хорошо, — Ки скрылся под водой, а затем вынырнул прямо перед Онри — уже снова прозрачным. — Давай тогда я выскажусь.

Он подплыл ближе, обхватил колени Онри своими, а ладонями обнял его за талию. Онри попытался выскочить из воды, но не преуспел в этом.

— Ки, нас могут увидеть, — пробормотал он, густо покраснев и одновременно перехватив запястья княжича, чтобы тому не пришло в голову что-нибудь еще более откровенное.

— Вот, — удовлетворенно кивнул княжич. — А будь на моем месте кто-то другой, ты бы уже отправил его серией порталов по частям в ближайшую пропасть. Или, по крайней мере, слинял бы сам отсюда. А меня терпишь. Почему? Ну же, скажи это хоть раз.

— Даже не подумаю, — буркнул Онри.

— Ну ведь все равно же практически признался, — улыбнулся Ки. — Скажи, прошу тебя.

Он приблизился еще и мягко коснулся губами щеки Онри.

— Ки, пожалуйста… — тихо попросил тот, вяло пытаясь оттолкнуть княжича. Но Ки не делал ничего дурного: более того, он отпустил его и сейчас просто лежал на воде, дожидаясь ответа. Онри в любой момент мог встать и уйти, не прибегая к опасному созданию порталов в воде. Правда, продемонстрировав себя княжичу обнаженным.

— Ну что я делаю не так? — прошептал Ки, пытаясь перехватить его взгляд. — Мне посвататься к тебе? Но ты предпочитаешь быть парнем. Мне овладеть тобой против воли? Сомневаюсь, что ты оценишь такой порыв. Может, мне тогда просто уйти?

Онри не ответил. Повернул голову в сторону, чтобы не смотреть на княжича и прикусил губу. Ки вздохнул — так шумно, словно вздохнул весь источник. И вода вокруг стала ощутимо холоднее.

— Хорошо, я уйду, — сказал он, тоже опустив глаза. — Позови, когда созреешь. Если созреешь…

Княжич поник плечами и уныло начал подниматься, но Онри схватил его за плечо и потопил обратно.

— Я… — начал он, неловко оглянувшись по сторонам. — Я тут парень, понимаешь? У меня дела и большие планы. Если мы… Если… В общем…

Он смутился и окончательно запутался в словах. Ки едва заметно хмыкнул: видимо, прекрасно знал, что за речи не идут ему на язык.

— Онри, ты опять заглядываешь слишком далеко, — сказал он. — Я просто хочу услышать, что нравлюсь тебе.

— Ты ведь это и так знаешь, — Онри снова отвел взгляд.

— Тебе так трудно сказать? — Ки коснулся его подбородка, чуть приподняв.

— Да, трудно, — упрямо сказал тот и дернул головой, вырываясь. — Ки, не дави на меня.

— Если я не буду давить, то ничего и не изменится, — упрямо сказал княжич.

— А если будешь, я уйду к Джа! — выпалил Онри.

— Эй! — деланно возмутился княжич. Онри было известно, что брат Ки сейчас пребывает во власти чар зеленоволосой красавицы Маори, но в глубине души княжич опасался, что вид Онри, соблазнительно раскинувшегося на диванчике в женском платье и чулках прошлой осенью, оставил неизгладимое впечатление не только в его разуме. И уже не раз ревновал его к брату.

— Онри, пожалуйста, не говори такого, — попросил Ки, огладив плечи Онри. — Даже в шутку. Мне страшно.

— Мне, между прочим — тоже, — выпалил Онри, снова краснея: образы, которые послал в его разум Ки в тот день, были далеко не невинными. А некоторые — довольно жесткими: глубины души водяного принца скрывали многие темные течения.

— Так ты поэтому меня отталкиваешь? — изумился Ки. — Думаешь, я сделаю тебе больно?

— Отстань, Ки, — смутился Онри и снова попытался вывернуться, но княжич держал крепко.

— Клянусь, что всегда буду нежен с тобой, — серьезно пообещал княжич. — Как вода.

Он шевельнул пальцами, и Онри окутало теплое круговое течение. Княжич приблизился вплотную.

— Я сейчас не прошу ни о чем таком, — сказал он. — Тебе не нужно бояться. Я просто хочу услышать, что нравлюсь тебе. Не догадываться, а убедиться, понимаешь? Мне ведь тоже страшно — страшно, что я могу быть одинок в своем чувстве.

Онри поднял глаза. Ки был на редкость серьезен. И ждал. Светлые до прозрачности глаза смотрели, не мигая.

— Хорошо, — сказал Онри хрипло, потому что в горле отчего-то пересохло вопреки обилию влаги в воздухе. — Но только один раз.

Уголок губ княжича чуть дрогнул, намечая улыбку. Его напитанная водой кожа сейчас казалась стеклянной. Цепочки пятнышек под ней не светились, а казались застывшими в этом стекле крошечными жемчужинами. Однако при каждом маломальском движении лица эти узоры приходили в движение. Ки едва заметно облизал пересохшую губу. Невыносимая привычка. Невыносимо привлекательная.

Онри подался вперед и сделал то, о чем грезил каждую ночь — поцеловал его.

— Ты в своем репертуаре, — с неприкрытым восторгом шепнул Ки, когда их губы разомкнулись.

— Какой есть, — смущенно ответил Онри и прикусил губу, на которой остался горький вкус моря.

— Ну хоть обнять-то тебя можно? — Ки осторожно скользнул ладонью вниз по плечу Онри. — Ты сейчас так привлекателен…

— Давай как-нибудь в другой раз, — осторожно сказал Онри, останавливая его руку.

— Вечером? — понизил голос Ки и вопросительно глянул ему в глаза. Онри вздрогнул от этого многообещающего взгляда. Черта с два. Именно сегодня вечером он закроется на все засовы. И выставит стационарные порталы везде, где только есть вода.

— О, вот они где! — раздался от входа на площадку звучный голос Куна. — Джебб, ты только глянь, что тут Ки наворотил. Теперь ясно, куда они пропали. Эй, поберегись народ!

Кун разбежался и как был — в теплой меховой одежде — бомбочкой плюхнулся в горячий источник, явно ожидая, что Ки его потом высушит. Не успел Онри, которого с головой накрыло волной, протереть глаза, как следом в воду ухнул и толстяк Джебб, выплеснув в сугроб, наверное, треть бассейна.

— Ки! — на грани истерики одернул Онри растерявшегося княжича, едва обретя зрение.

— Не переживай, они не разбились: я их поддержал, — отозвался княжич, который явно переживал, что друзья приложатся о ступеньки в слишком мелком для ныряния бассейне.

— Ки, дурная твоя башка: я без одежды! — прошипел Онри этому недогадливому недотепе.

— А, точно! — спохватился княжич, подумал секунду, и вода вокруг них вскипела мириадами пузырьков, став белесой.

— Эй, ты нас сварить решил? — испугался Кун, приняв пузыри за закипание.

— Чище будешь, — хмыкнул Джебб, вынырнув и сняв с головы промокшую насквозь шапку. — Ки, не поможешь?

— Да, конечно, — княжич повел пальцами, и Джебб удовлетворенно натянул на уже сухую голову совершенно сухую шапку.

— Вы раздеваться перед купанием не пробовали? — спросил княжич.

— В такой мороз? — ужаснулся Джебб. — Я не такой псих, как вы с Онри.

— Так неудобно же в одежде купаться, — удивился Ки.

— Это да, — согласился Джебб и принялся стаскивать с себя мокрый полушубок, не выходя из воды. Кун сделал то же самое, и оба друга вольготно расположились на подводных ступенях на другой стороне бассейна. Пар немного затуманивал их лица, но все равно было ясно, что парни довольны.

— Ки! — прошипел Онри, делая княжичу страшные глаза. Тот нервно дернул щекой, но не ответил — поздно было брать свои слова назад, так как двое друзей уже разоблачились донага. В бассейне теперь обреталось четыре совершенно голых тела.

— Эх, хорошо, — простонал Джебб, складывая дымящиеся паром руки на бортик бассейна. — Водичка — огонь! Ты раньше не мог такую штуку сделать?

— Это подарок на день рождения Онри, — сказал княжич, укоризненно глянув на нарушителей, но те не оценили укора.

— Да, кстати: с днем рождения, Онри, — сказал Кун. — Мы там уже стол накрыли, ждем-ждем. А вы вон где воркуете.

— Вор… — непроизвольно начал повторять Онри, а потом уставился на Куна взглядом, полным ужаса, сообразив, что тот был свидетелем как минимум одного эпизода, когда Ки не смог сдержаться, и сейчас наверняка если и не увидел, то догадался о еще одном.

— Ты посмотри на его лицо, — захихикал Джебб, пихнув Куна локтем в бок. — Нет, вы двое правда думаете, что ваши друзья слепы и ничего не замечают?

Онри и Ки неловко переглянулись: до этого момента они так и думали. Джебб и Кун захихикали. Онри захотелось провалиться сквозь бассейн, сквозь все этажи норы Ки и низвергнуться в подземные реки. Они. Все. Знали.

— И… вы не против? — осторожно спросил Ки, переводя взгляд с одного на другого.

— А нас спрашивают? — удивился Джебб, отсмеявшись. — Вы, Мэстре, вольны в своих желаниях. А мы, может, и друзья, но также и Ваша свита. Так что молчим и держим свое мнение при себе. Правда ведь, Вам повезло с друзьями?

Он подмигнул.

— И давно вы знаете? — хмуро уточнил Онри, прячась по подбородок в белесую от пузырей воду.

— Я — с самого начала, — сказал Джебб. — Когда вы целовались тут после турнира.

— Мы не целовались, — вспыхнул Онри.

— Ну, обнимались, — пожал плечами Джебб.

— И не обнимались! — чуть истерично продолжил стоять на своем Онри под сочувственным взглядом Куна.

— Ой, да как хочешь, — махнул рукой Джебб. — Целовались-обнимались-миловались — какая разница, как это называть? Да и раньше было ясно, что все к тому идет: вы ж друг от друга не отходили, как приклеенные. Ну а после возвращения в Аттарию только и делаете, что обмениваетесь молчаливыми взглядами. В общем, хватит уже. От нас можете не прятаться. Торжественно и тайно объявляем вас мужем… и мужем.

Джебб мерзко захихикал, а Кун смущенно отвел глаза.

— Идите вы в… — грязно выругался Онри.

— Да ладно тебе, — отмахнулся Джебб. — Это уже ханжество какое-то — делать вид, что ничего не происходит, когда вас на этом уже не раз ловили. Я-то знаю, как неудобно, когда даже за ручку не возьмешь у всех на виду: моя Майрали тоже в стенах академии ни-ни. Но у нас с ней хоть есть, где от всех закрыться. А вы с Ки в собственной норе от своих же друзей прячетесь. Хватит ныкаться по углам, будьте дома как дома. Кто-то ж должен вам помочь. Обещаем притворяться слепыми здесь и в случае чего одергивать вас на людях.

— Ребят, вы серьезно? — дрогнувшим голосом спросил Ки.

— Более, чем, — подтвердил Кун. — Мне этого не понять, конечно. Но раз так случилось, то… Ну…

— В общем, целуйтесь давайте, в знак единения душ, мы отвернемся, — подытожил Джебб с широкой улыбкой. — А потом за стол, пока все не остыло.

Парни с ушлым хихиканьем демонстративно повернулись к друзьям спинами и принялись намеренно громко обсуждать открывшийся с края бассейна потрясающий пейзаж на заснеженную долину.

Ки повернулся к Онри, нащупал под водой его ладонь, поцеловал ее и смущенно спросил:

— Ты будешь моей… парой?

— Это ужасно звучит, — скрипнул зубами тот, не зная, куда деться от неловкости.

— Онри, просто скажи «Да»! — кинул ему через плечо Джебб. — Хватит издеваться над Мэстре. Ты либо любишь его, и тогда соглашайся, либо вали из его жизни на все четыре стороны и не рви человеку душу. Достал уже.

Онри поднял глаза на Ки. Тот снова напряженно ждал и, похоже, боялся ответа. Онри понял, что просто не сможет еще раз увильнуть.

— Д… да, — густо покраснев, наконец, сказал он, отрезая себе путь к отступлению.