Глава 72

Рэйнар

Ну вот и кто поймет этих женщин? Другая бы на её месте радовалась, что я ей внимание оказываю, в симпатии признаюсь, а эта… эта тут же крутанула хвостом и ушла в закат, оставив меня сомневаться в том, что я хоть что-то понимаю в женщинах…

Обычно стоило просто посмотреть на красавицу, может намекнуть что-то и она уже вся растекается лужицей и старается мне угодить. Также было и с Эжени…

Но Женя каждый раз рвет все шаблоны и ставит меня в ситуацию, когда я не знаю, что дальше делать…

Нравилась мне эта чертовка, особенно сейчас, когда перестала изображать местную и стала сама собой.

И чем больше я с ней общался, тем больше понимал, что влип…

Первый раз мне хотелось не просто уложить женщину в постель, а еще и просто общаться с ней… Мне не нужно было её тело, вернее не так, её тело меня манило и притягивало, но мне хотелось не только его, мне хотелось получить и её душу, её сердце…

Чтобы она раскрылась и тянулась ко мне также, как и я к ней…

Что я потом с этим буду делать? Я так далеко не задумывался, хотя…планы, конечно, были… Да и эта моя одержимость кем-то была для меня в новинку…

И я был полностью уверен, что Женя останется довольной… Я же мог ей многое дать и был готов это сделать.

Да, отец будет рвать и метать, но я планировал ему все рассказать. И о том, кто на самом деле сейчас в теле Эжени, и кто его вылечил… А еще спас меня своим появлением в этом мире именно в тот момент.

А потому, решил сменить тактику и дать ей время успокоиться.

Ей — успокоиться, а мне — разобраться в своем отношении к ней…

Когда она на следующий день пришла ко мне и отдала достаточно внушительный список того, что нужно для их лазарета, я пообещал все выполнить и в тот же день, взяв список и от моих лекарей, отправил депешу в столицу, приказав доставить все требуемое как можно быстрее.

И оставалось только ждать, когда все доставят.

Подходить к этой чертовке и пытаться опять с ней пообщаться, я больше не стал, хотя постоянно ловил себя на мысли, что провожаю её фигурку взглядом, как только Женя выходит из лазарета.

Что касается нашей военной операции, то тут у нас было временное затишье… Разведчики доложили, что наши враги отступили ближе к границе, но преследовать их сейчас было бы глупым с нашей стороны.

И в этом со мной был полностью согласен Шуйский.

В последней стычке мы потеряли много бойцов и нам требовалось время, чтобы дождаться подкрепления, да и разработать новую операцию.

А тут еще и разговор с Савойским…

Он со своим отрядом выиграл сражение под Бронницей и сейчас продолжал преследовать остатки вражеского отряда, который отступал именно в наше сторону.

Судя по всему, весть о том, что иланцев в Ольховке больше нет, еще не дошла до наших врагов и они собирались тут объединиться со своими и дать отряду Даниэля отпор.

Сначала он хотел остановить преследование, так как и его отряд сильно поредел, но, узнав, что мы с Шуйским тут, решил продолжить преследование.

А нам предстояло подготовиться к встрече с врагом. Сделать некую ловушку и покончить с этим отрядом.

Этими вопросами и занялись.

Переместили наш лагерь в лесок, чтобы он не бросался в глаза и подготовили для врага ловушку.

А когда Даниэль сообщил, что они в дне пути от нас, выдвинулись на позиции.

Но уйти просто так, не поговорив, я все-таки не смог.

Да, мы оставляли достаточно бойцов охранять лагерь, но я все равно беспокоился.

Эта пигалица ведь вновь полезет на поле боя, а сражаться и смотреть по сторонам, высматривая её и то, не подвергается ли она опасности, мне не хотелось.

Поговорил с Шуйским, ведь именно он являлся её командиром, попросил приказать Жене остаться сегодня в лагере, но он только пожал плечами и сказал, что у него тут все равны и что приказывать Жене остаться в стороне, когда она может помочь раненым, он не будет.

Единственно что сообщил, что уже переговорил с ней, приказал не рисковать понапрасну и не высовываться из укрытия до поры до времени… Действовать как обычно они и действовали до последнего сражения.

Услышав его ответ, я даже немного завис…

Ведь Шуйский искренне заботился и переживал за Женю… Да, он не знал, кто она на самом деле, почему-то я был в этом уверен, но при всем при этом хорошо к ней относился.

Но, выйдя от него и пораскинув мозгами, я понял, что он абсолютно прав… Просто у меня мозг размягчается, как только я о ней думаю…

Окинул взглядом территорию лагеря и увидел хрупкую фигурку в штанах, которая сидела и перебирала что-то в своей сумке.

Понятно, тоже готовится к вылазке.

Подошел и встал рядом.

Женя подняла на меня свои прекрасные глаза и встала, чтобы поприветствовать, но я остановил её и сел рядом.

— Женя, мы сегодня выдвигаемся на позиции…

— Да, я знаю, Ваше Высочество…

— Я хотел тебя попросить… Да, приказывать я тебе не могу остаться в лагере, ты не в моем отряде, да и понимаю, что ваша с парнями помощь раненым бесценна, но… просто прошу, будь осторожней… Не рискуй зря, ладно?

Она рассмеялась и ответила:

— Обещаю, Ваше Высочество… Мне уже мой командир головомойку устроил и моим парням приказал, что если увидят, что я нарушаю его приказ, скрутить меня и вернуть в лагерь… А дальше запретить вообще покидать территорию лазарета… Так что я буду очень осторожна…

Я тоже улыбнулся и меня немного отпустило. Встал, кивнул ей на прощание и пошел в сторону своих людей, которые собирались выступать.

Но, отойдя от девушки на несколько шагов, услышал в спину:

— Ваше Высочество!

Обернулся, а Женя встала и серьёзно смотрела мне вслед.

— Если мне будет позволено, я бы тоже попросила Вас быть осторожным…

Улыбнулся.

— Переживаешь?

— Я за каждого нашего бойца переживаю, когда они уходят на поле боя, а Вы… Вы нужны нашей Империи, Вы за неё в ответе…

Молча выслушал и кивнул в ответ.

— Я всегда помню об этом, Женя… И именно поэтому я тут… Потому что это моя Империя и я должен сделать все, что могу, чтобы по нашей территории больше не топтался ни один враг, и чтобы жители моей Империи могли спокойно жить и ничего не бояться… Понимаешь?

Она медленно кивнула головой, а я улыбнулся на прощание и пошел прочь, очень надеясь, что пройдет день и мы вновь встретимся…