Глава 71

Севир встречает нас с привычной насмешкой, будто происходящее - всего лишь затянувшаяся шутка.

Он сидит на лавке, откинувшись к стене, руки скрещены на груди, хотя запястья стянуты, и выглядит не как заключённый, а слишком гордо. Взгляд дерзкий, упрямый, и в нём ни капли раскаяния.

- Ну что, уже решили, кого казнить первым? - усмехается он, переводя взгляд с меня на Эрвейна. – Почувствовали власть?

- Ты был в лекарской, - говорю прямо. - После тебя Емий выздоровел. А под его кроватью нашли это.

Бросаю браслет рядом с ним, и он глухо звякает о деревянную лавку.

Севир смотрит на него, приподнимает брови и пожимает плечами.

- Что это?

- Не притворяйся, ты знаешь и сам.

- Подозреваю, что артефакт, - лениво тянет он. – Не догадываюсь какой именно. Хочешь сказать, я его туда подбросил?

- Хочу сказать, что ты сорвал якорь, - говорю уверенно, потому что ни разу в этом не сомневаюсь. - И убил Хольц! Её смерть на твоей совести, Лоран. А она считала тебя за сына!

Он резко выпрямляется и кривит губы.

- Я её не трогал!

- Тогда кто?

- А вот это уже интересный вопрос, - с пренебрежением смотрит на меня, а потом на Блаквуда. – Дайте-ка подумать, - делает вид, что размышляет. – Кому это было выгодно… Может, вам?

Тишина.

- Ах, да, точно! Вам обоим, - продолжает он, глядя прямо на Эрвейна. - Удобно получилось, не находишь? Сперва появляется лекарка, втирается в доверие, каким-то образом заставляет написать завещание, а потом…Альта умирает - и вот ты уже сидишь на её троне, а кто-то стоит позади. Быстро же вы всё провернули.

Я делаю шаг вперёд, но Эрвейн останавливает меня, чуть коснувшись плеча.

- Осторожнее со словами, - спокойно произносит он.

- А то что? - Севир хмыкает. - Казнишь? Так давай. Только правда от этого не изменится. Все знали, что Хольц намерена назначить наместником меня. А тут начали происходить странности, сперва она появилась в Крепе, затем кто-то убил Хольц… Ну, конечно! Лекарке проще всего это сделать, а крайним решили выставить меня?!

- Ты виделся с Торвеллом, - не отступаю я. - Я видела вас.

- Видела? - он прищуривается. - Значит, шпионила?

- Это произошло случайно. Не уходи от ответа.

- Да, говорил, - вдруг бросает он. - И что? Думаешь, я настолько опустился, чтобы договариваться с этим ублюдком?

- Тогда о чём шла речь?

- Кто ты такая, чтобы я перед тобой отчитывался?

- Если не желаешь рассказывать, выходит, есть что скрывать, - вступает в разговор Эрвейн.

- Как это по-детски, Блаквуд, но я вырос. Правда, так и быть, сделаю вид, что купился. Я говорил с эрдом о том, как он мне противен, - фыркает Севир. - Я его ненавижу сильнее, чем вас всех вместе взятых.

Я видела их первое общение, тогда между ними летали молнии, а потом уже не было подобной неприязни. Но я не готова утверждать, что Лоран лжёт.

Пока мы не выясним говорит он правду или обманывает, Севир должен оставаться под присмотром.

- Идём, - обращается ко мне Эрвейн, - парню следует побыть одному.

- Конечно, - Севир откидывается обратно. - Заприте меня, повесьте. Что угодно. Только не забудьте, что иногда враг не тот, на кого вы думаете.

Мы уходим, оставляя его в камере. И почему-то его последние слова цепляются, как заноза.

Ночь опускается на Креп тяжело. Я почти засыпаю, когда слышу резкий, нервный стук в дверь.

Эрвейн поднимается первым, мгновенно проснувшись, и идёт открывать.

На пороге - служанка. Лицо бледное, глаза расширены от страха. Она что-то быстро шепчет ему почти неразборчиво.

- Что случилось? – испуганно спрашиваю, когда за ней закрывается дверь.

- Какие-то люди у стен крепости, я должен проверить.

- Почему не дозорные?

- Они жду моих указаний.

Он быстро собирается и уходит, а я остаюсь, понимая, что уснуть не смогу.

Выбираюсь из постели, кутаюсь в халат, когда снова стучат в дверь. Подхожу, прислушиваясь.

- Кто?

- Там одному из пациентов плохо, лекарка. У него кровь изо рта.

- Иду, - отзываюсь, набрасывая накидку, и отпираю дверь.

Тут же меня толкают внутрь так, что падаю. Мужская рука накрывает мне рот, чтобы не удалось закричать.

- Тихо, пташка, - шепчет чужой голос прямо в ухо. - Попалась.

Сердце проваливается куда-то вниз. Это наёмник Торвелла.

Я дёргаюсь, пытаюсь вырваться, но он держит крепко, железной хваткой.

- Сейчас полетим домой, - усмехается он, утаскивая меня к окну.

Полетим? Он намерен выбросить меня с третьего этажа?

Сопротивляюсь, пытаясь вырваться, но силы неравные. Он распахивает створки, и в комнату врывается ледяной ветер.

Теперь я уже не уверена, что существовали какие-то люди за стенами крепости. Думаю, всё это сделано, чтобы выманить Эрвейна из комнаты.

Мычу своё «нет», которое тонет в чужой ладони.

- Не дёргайся, - шепчет наёмник. - А то упадёшь раньше времени.

Это уже прямая угроза, и я замираю в его руках. Всё же хочется оставаться живой, как можно дольше.

Он ставит меня на подоконник, затем забирается сам. Приходится согнуться, чтобы протиснуться в окно.

Я видела, как обращаются драконы, но никогда, чтобы они спрыгивали с окон и призывали вторую ипостась в падении. Или он просто намерен броситься в снег?

«Ашкай, да сделай что-нибудь».

Буду молиться, чтобы мы не разбились.

- Держись крепче, - снова мужской голос, и он отталкивается от твёрдой земли, прыгая в пугающую пустоту.