Глава 24 Кровавое небо — предвестник беды…

Время пластично,

для кого-то прошел всего один час,

для других — целый год.

Столица королевства. Спустя несколько дней.

С площадки Ветра был виден весь город — необъятный, многоуровневый, утопающий в зелени. Обычно улочки кипели жизнью, хотя и в этот день они не опустели, ведь повсюду ходили солдаты, а жители шептались, не зная наверняка, но чувствуя, что близится что-то зловещее и жестокое. Бойня. В которой невинные падут первыми…

Советом было принято решение не эвакуировать народ. В отличие от малонаселенных селений у границы, в столице проживало слишком много людей. Места, способного вместить их всех, просто не существовало, да и все отряды привели в боевую готовность лишь с утра.

Появление смешанной крови заставило действовать в тайне, скрыть их подготовку к грядущему нападению. Удалось или нет? Неминуемо близившаяся ночь обещала это показать.

Изольда стояла на краю площадки Ветра, крепко сцепив зубы и пристально наблюдая за движением отрядов по улочкам. Скольких врагов она сможет остановить? Скольких повергнет и принесет гибель? И скольких испепелит, обратившись?

— Все идет по плану, — сказал Агний, подходя к девушке.

Мужчина задумчиво посмотрел на прямую, напряженную спину драконицы. Прикоснулся к ней ладонью, и Изольда вздрогнула, будто очнувшись.

— По какому плану, запасному? — выдавила она, плотно сжимая губы. — Златан тоже вечно строил планы. И не удивительно, что один из них дал осечку.

— Иза… — позвал огневик. — Они могут быть живы. Возможно, Златан сам отправил Цефея в замок.

Изольда резко обернулась. Ее лицо было искажено раздражением, злостью и скорбью.

— Ты сам-то в это веришь?! Сколько дней прошло? Почти неделя? — яростно прошипела она. — Они давно должны были вернуться. Он бы никогда не оставил нас. Был бы жив — приполз бы. Я знаю Залевира.

Драконица шумно выдохнула, переводя дыхание, и с большей сдержанностью произнесла, обращаясь к самой себе и опустив голову:

— По крайне мере ты не умрешь за него.

— Я могу умереть за тебя, — раздался спокойный, безмятежный голос.

Изольда вздрогнула, словно от пощечины.

— Идиот, — прошептала девушка, не позволяя слезам появиться на глазах.

Она будет сильной, жестокой, беспощадной, несмотря ни на что. Убьет стольких, скольких сможет. Совершит чудо, если оно потребуется. Даже без Златана они переживут эту ночь и грядущую битву.

В своих мыслях и намерениях Изольда была всесильной. И она знала, что если поверит в это всей душой, то так и произойдет.

Агний наблюдал за ней в полном молчании, но когда она отвернулась, неожиданно обнял ее, сплетя пальцы на талии, а подбородок положив на плечо. Девушка дернулась было, пытаясь оттолкнуть, — он слишком разозлил ее своим безразличием к собственной жизни, — но потом тревожно замерла.

— Ты снова был в подземелье? У реки? От тебя сыростью несет, — сказала она слабым голосом.

— Вблизи реки. Разговаривал с пленниками, — отозвался Агний, и оба замолчали. В этом молчании было все: и их отношения — тихие, невидимые для всех, но такие уютные, и чувства, что они хранили в тайне даже друг от друга, хотя и без слов все было понятно.

***

Златан

Уже долгое время мы шли по подземному ходу. Усталости я не ощущал, меня гнала вперед тревога и неясное предчувствие. Но Алена, следовавшая рядом, дышала все тяжелее — ей пора было отдохнуть. И когда мы вновь набрели на небольшую подземную комнату, я объявил несколько минут отдыха.

— Хорошо, что нам не встретилось развилок, — пробормотала девушка, садясь на выступающий камень и наклоняясь, чтобы помять руками ноги.

— Да, хорошо, — отстраненно согласился я.

В воздухе появились отголоски аромата смолы. Возможно, пещера выходит на поверхность неподалеку от хвойных деревьев. Рядом с Небосколом растет островок высоких старых елей, как раз возле уступа скал. Может, нам повезет оказаться именно там.

— Златан, это место безумно странное. Двигаться и дышать тяжело, словно постоянно прорываешься через что-то, — неожиданно сказала Алена, перестав разминать ноги и просто вытянув их перед собой.

Я ничего подобного не ощутил, но слова девушки взволновали меня. Запустив руку в карман, я достал часы.

— Что там? Что-то не так? — спросила Алена, заметив недоумение на моем лице.

— Что-то не так, — эхом откликнулся я, наблюдая за минутной стрелкой, мчавшейся по циферблату так, словно за ней кто-то гнался. Вот только кто? И что бы это значило?

— Они сломаны? — удивленно вымолвила девушка, приблизившись и взглянув на часы, нутро которых словно жило своей собственной жизнью.

— Им лет двести. Да, они могут быть сломаны… — протянул я, подтверждая слова кивком, но по-настоящему так и не веря, что вещь с наговорами могла меня подвести. Собравшись с духом, я озвучил другую догадку, что промелькнула в моем сознании: — …Или время в этом месте течет совершенно иначе, чем на поверхности. А это значит, что мы здесь гораздо дольше, чем думаем.

***

Алена

Несколько секунд Златан стоял недвижимо, точно статуя. Мужская рука крепко сжимала круглые часы-медальон в тонкой металлической оправе. Держал он их так сильно, что костяшки пальцев побелели, и мне почудилось, что вещица вот-вот рассыплется, не выдержав давления.

Все время, пока мы шли по этому чертовому подземелью, здешний воздух казался мне тяжелым, он словно замедлял наше движение. И звон бесследно пропал, будто, нашутившись со мной, решил вернуться домой.

Что это было? Кто заманил нас в эту ловушку? И если время правда течет иначе, то сколько же часов прошло на самом деле?

— Идем, нам надо как можно скорее выбраться на поверхность. — Дракон убрал часы в карман, взглянул на меня. В глазах его царила буря, казалось, я вот-вот услышу раскаты грома.

Я решительно кивнула, готовая идти куда угодно и сколько угодно, даже потратив на это все свои силы. Сейчас, как никогда, меня накрыло чувство вины. Если бы не я, мы бы не попали в эту ловушку.

Мы пустились по подземелью, почти переходя на бег. Ход то сужался, то становился шире. Сердце билось в висках, а панические мысли с неистовой силой атаковали сознание.

«Я должна была остаться на месте ночевки, я должна была сопротивляться зову», — как мантра раз за разом повторялось в моей голове.

Боже, вдруг прошло несколько дней? Вдруг все в замке подумали, что мы погибли? Может ли быть такое, что затмение двух лун уже минуло?

В момент, когда пещерный ход стал казаться нескончаемым, а пагубные мысли о том, что мы никогда отсюда не выберемся, окончательно обосновались в голове, вдруг произошло чудо: за поворотом, на другом конце коридора, забрезжил неяркий розоватый свет, свидетельствующий то ли о восходе, то ли о закате солнца.

Мы со Златаном переглянулись. Он быстро осмотрел меня с ног до головы, будто убеждаясь, что я в порядке, и протянул руку, чтобы я не упала. Ход поднимался вверх, и нам пришлось взбираться по груде камней.

«Возможно, мы провели под землей не так уж и много времени…» — подумала я, чувствуя напряжение в ногах. Устала. Но не так, чтобы вот-вот свалиться. Адреналина в крови было столько, что казалось, я еще сутки могу провести без отдыха.

Мы выбрались на поверхность, щурясь от непривычно яркого света, но драконьи глаза быстро приспосабливались даже к перепадам.

Златан застыл, глядя на линию горизонта, проглядывающуюся сквозь ветви елей, что росли на покатом склоне горы. Спустя мгновение и я поняла, что так насторожило его.

— Это ведь не восход, — прошептала пересохшими губами.

Огненный диск солнца клонился к закату. Мы пробыли в пещере поразительно долго. Одна из аномалий, о которой предупреждал меня Златан? Искажение времени?

Но не конец светового дня внес окончательную смуту в сознание, вовсе нет. Две луны, уже поднявшиеся на небосвод, были полными и идеально круглыми, как серебряные монетки, которые внезапно, против всех законов химии, атаковала ржавчина — их края оказались обагрены красным. Совсем чуть-чуть, почти незаметно, но этого хватало, чтобы осознать: затмение сегодня, мы потеряли под землей целую неделю.

Изумление и открывшаяся правда, словно пощечина, хлестнули по лицу.

— Нам надо спешить, — бросил Златан, отмирая и направляясь сквозь деревья. — Мы рядом с Небосколом. Осмотрим защитную стену.

— А что потом? — спросила я, оставив плащ, что порядком мне надоел, у пещеры и кинувшись следом за мужчиной. Кровь стучала в висках, но я не чувствовала паники. Я готова была действовать, сделать все от меня зависящее.

Новая жизнь меня закалила. Вряд ли я бы стала настолько сильной в своем прошлом мире. И я вовсе не о физической силе, а о моральной. Порой она куда важнее.

— Потом? — повторил король, используя это время, чтобы подумать. — Если наговоры на защитной стене нам ничего не дадут, ты вернешься в пещеру, а я обращусь и полечу в столицу. После того как все закончится, я вернусь за тобой. Для тебя пройдет совсем немного времени, не успеешь соскучиться.

— Златан, я меньше всего думаю о том, что буду скучать. Главное — вернись. Целый и невредимый. А я буду ждать столько, сколько потребуется. Найду способ о себе позаботиться, — жестко сказала я. На плечах Залевира судьба целого королевства, и наименее всего надо, чтобы он беспокоился еще и обо мне в такой сложный момент.

Дракон меня ни в чем не обвинял. Но мое собственное чувство вины когтями кошки скребло на сердце.

Мы быстро преодолели небольшой кусочек леса. Высокие раскидистые ели расступились, являя взгляду пологий склон, покрытый лишь зеленой травой. Где-то вдалеке она резко меняла цвет. Если зрение меня не подводило, то растительность приобретала неестественный бежево-желтый оттенок. Я бы решила, что это сухостой, если бы она не поблескивала в лучах заходящего солнца.

— Мы вышли прямо к Небосколу. Мы у подножья горы, и лес за защитной стеной загораживает башни, но если обратиться, их видно издалека. Золотые купола отражают свет и слепят, — не останавливаясь ни на миг, сообщил Златан.

— И засияют башни Небоскола… — повторила я последнюю строчку предсказания. Она эхом сорвалась с моих губ вместе с хриплым выдохом, и в этот миг вдалеке замерцала преграда. Она выросла прямо из земли — необъятная, поднимающаяся прямо в небо и пересекающая поле пополам. В месте, где она касалась зелени, трава золотилась.

Я изумленно остановилась, не в силах отвести взгляд от сверкающей поверхности. Дух перехватило, а в лицо ударила волна энергии. Сила чувствовалась повсюду и всегда здесь присутствовала, просто раньше я ее не ощущала. Была слепа и глуха.

— Златан, я ее вижу, — прошептала я, остановившись, и дракон тоже нетерпеливо замер.

Магия давила на мои плечи, но оно не приносило дискомфорта.

— Хорошо. Надо чтобы ты изучила наговоры, — напряженно отозвался король, все так же сжимая рукоять Люциара.

Сумерки настигали землю, торопили, нагоняли тревогу, нам и правда необходимо было спешить. Не сговариваясь, мы побежали вверх по склону. По ту сторону колдовской преграды начинался лес, и его листва имела совершенно обычный зеленый оттенок. А я все неотрывно смотрела на стену, понимая, что меня влечет в ее сторону. Ощущалось почти то же притяжение, что заставило войти меня в пещеру. За одним только существенным отличием — я могла здраво мыслить.

От адреналина у ладоней стал собираться алый туман, красным облаком оставаясь позади. Мой дар давно так не бесновался.

Стук сердца и глухой звук шагов — на несколько минут это стало моим миром. А когда мы достигли защитного поля, то замерли как вкопанные. Я уставилась на полупрозрачную стену, что мерцала, иногда выплескивая на поверхность слова. Они мелькали одно за другим.

— Златан, я вижу наговоры и могу их прочитать, — с облегчением и уверенностью выдохнула я. — Мне просто надо немного времени. Они слишком мельтешат.

Буквы были начертаны непривычно — изящные, с завитками, словно произведение искусства, и прежде чем я успевала их прочитать, одно слово исчезало, заменяясь другим.

Я беззвучно шевелила губами, пытаясь сложить фразу воедино. Златан стоял позади, осматривая округу. Склон казался безмятежным и пустынным, тень накрыла землю, ведь солнце уже скрылось за горизонтом, посылая свои последние лучи.

К замку… колдов… К замку колдовскому.

«Опять какая-то загадка! Почему нельзя написать прямо?!» — параллельно анализировала я. Каждое слово требовало нескольких минут, знаки расплывались, будто намеренно запутывая, играя со мной и беззвучно насмехаясь.

— К замку колдовскому не спеши напролом, — произнесла я наконец вслух, радуясь малой победе.

— Дальше, — будто приказал Златан.

— Я разбираю! — огрызнулась невольно. Напряжение и так было на пределе. Темная ржавчина сильнее заползла на обе луны, а солнечный свет почти окончательно исчез. — Это правда тяжело…

Замок — это защитная стена? Или замок — Небоскол?

Впрочем, какая разница?

Жертва… верной души… станет…

— Алена… — Дракон вдруг потянул меня за плечо.

— Еще чуть-чуть!

— Алена, у нас гости, — хлестнул холодный голос, будто скинув меня в бездну.

— Что? — Я порывисто обернулась.

Но склон оказался пустынен, вселяя обманчивое спокойствие.

— Они скоро появятся. Беги к пещере, — прошипел Залевир.

— Нет. Я не успею, — бросила я, возвращаясь к надписи. — Осталось одно слово, я должна его разобрать.

— Алена! — Голос Златана дрожал от гнева. А я вновь услышала звон.

Колокола. Такие громкие.

Я на мгновение зажмурилась, чтобы, открыв глаза, использовать последнюю попытку разобрать предсказание.

— К замку колдовскому не спеши напролом, жертва верной души к нему станет ключом, — произнесла я и поняла, что эти строчки ровным счетом ничего нам не дают. — И это все? И это все?!

Свистящий шепот передавал мое разочарование не хуже крика. Но уже понятые наговоры продолжили мелькать, а новых не появлялось. Может, они есть на другой стороне магической стены?

Златан дернул меня за руку. Развернул к себе, прижимая и заглядывая плавящимся золотом в душу.

— Идем к деревьям. Если понадобится, убегаешь и прячешься без меня, — сказал он, вкладывая в мою руку свой меч. — Я обращусь, он мне не понадобится.

Я кивнула, пытаясь вытеснить звон в своих ушах.

— Как трогательно, — раздался вдруг смутно знакомый голос, и стало ясно, что бежать поздно.

Человек, наполовину сотканный из тьмы, с темными линиями вздувшихся вен, заползавшими на его лицо, и черным дымом, завитками отделявшимся от кожи, появился из ниоткуда. Я узнала его — именно он забрал Дарину из окна замка.

Мы не успели… Они уже были здесь. Еще шестеро шагали с другой стороны поля, видимо, уступая в скорости своему собрату.

Лицо Златана ожесточилось, показывая холодную решимость. Он неспешно повернулся к врагу, оставляя меня за спиной. А незнакомец лишь усмехнулся, всплеснув руками и махнув черным зазубренным кинжалом:

— Какая забота!.. А ведь ты знаешь о ее происхождении, король драконов. — Видимо, этот факт его очень веселил.

Я же медленно отступала, чтобы развязать Златану руки, — пока я так близко, ему не обратиться. Шаг за шагом я осторожно увеличивала расстояние между нами, попутно проверяя свой дар, — тот откликнулся с готовностью.

— Но больше всего меня волнует, где вы пропадали все это время? Что за уловка? Мы искали вас больше недели. Это настолько осточертело, что стало даже любопытно, где вы укрылись? — продолжал враг.

От кромки леса внизу склона отделились еще две тени. Всего за нами прибыло девять существ смешанной крови. Есть ли у нас шанс на победу?

«Да. Если только мы будем сражаться вместе… Или Златан может улететь, отправиться в столицу, ведь наверняка не все из их маленького отряда могут летать», — хладнокровно просчитывал варианты разум. И успех последней идеи казался вероятнее всего.

Готова ли я к новой смерти? Нет, к ней в принципе никогда не будешь готов. Оставалось лишь попытаться спастись, выжить, но своими силами.

Незнакомец из тени не спешил нападать, дожидаясь остальных. Думаю, он все же не рассчитывал справиться в одиночку с золотым драконом.

— Златан… Ты можешь улететь, — предложила я, даже не зная до конца, сочту ли это предательством. Скорее нет, ведь выбрать свой народ — совсем не преступление.

— О, как благородно! — Враг ухмыльнулся, глянул на меня остро, будто ища что-то. — В тебе что-то изменилось. Значит, Июнь не ошиблась…

Я вздохнула, почувствовав аромат темного шоколада. Слегка кисловатый. Залевир разозлился — ясно говорил он.

За все это время король не проронил ни слова, видимо, не видя смысла в разговоре с врагами.

Момент, когда надо отбежать, я почувствовала внезапно. Словно молния пронзила все естество, и я пустилась прочь вдоль защитной стены, призывая свою магию. Десятки бабочек, сотни мотыльков вырастали позади меня, словно флер, сгущались и летели следом. Я ощущала их движение, будто крохотную частичку самой себя.

Крики и громкие голоса сливались с нарастающим звоном. Он заглушал их, оставляя лишь звук моего хриплого дыхания. Часть моего маленького войска взорвалась, предупредив попытку меня схватить.

«Надо отбежать, — пульсировала в голове мысль. — Этим я смогу ему помочь».

Вспышка золота озарила ночь, на миг обратив ее в день, и по склону промчался грозный раскатистый рык. Я развернулась на бегу и задрала голову, тут же задохнувшись от наслаждения и трепета. Дракон был великолепен, как солнце, и так же сиял и ослеплял. Невероятное создание…

Но все очарование исчезло, стоило мне почувствовать на своем горле сталь.

— Тихо. Иначе я перережу тебе горло, — предупредил мужской голос. — Прыткая какая!

Чужой влажный язык коснулся моей щеки. Черный туман соприкоснулся с моим алым.

«Он слишком быстр…» — осознала я. Враг за доли секунды обогнул меня, минув облако бабочек. Панический взгляд метнулся к небу, сразу уткнувшись в ночные светила, что уже наполовину закрыла тень. И даже эта половина добавила врагам сил и укрепив магию.

Мой дар тоже вырос, но не настолько, чтобы спасти от клинка.

***

Столица королевства.

Солнце село, а луны почти полностью закрыла темно-красная тень. Еще никогда Колояр не видел столь темной ночи. Красный дракон опустил взгляд, прошел мимо отряда солдат, что выставили в одном из мест, где световые колонны оказались разрушены предателями.

— Пора их активировать, — сказал мужчина новому начальнику стражи, назначенному спешно, но, по заверениям Агния, весьма подходящему на эту должность.

— Будет исполнено, командор, — отозвался он, направляясь к одной из центральных колонн. Таких возле столицы было больше десятка, они равномерно распределялись по всей территории, и через каждую можно было активировать защиту. Главное — иметь ключ, что требовалось провернуть в скважине прямо в основании каменной вышки.

Новый начальник оказался зрелым мужчиной, которому уже перевалило за четвертый десяток. Он большую часть своей жизни провел на границе, пару раз попадал на больничную койку, но каждый раз выживал. Лишь последний год он служил в замке, и чувствовалось: дракон чуть заскучал по сражениям. Если, конечно, по ним можно скучать.

В мужчине ощущалась внутренняя энергия, что была собрана в тугой узел, но он знал, как справляться с самим собой.

Раздался треск, словно где-то запалили костер, а потом колонны зажглись — одна за другой, по цепочке. Свет огня расходился в обе стороны от окраин города и был столь ярким, что заместил собой все звезды, вмиг потерявшиеся в сиянии.

Колояр засмотрелся на это пламя. Он не страшился, но на душе было тяжело. Вспомнился Златан, последняя ночь перед их путешествием. Младший брат всегда казался слишком самоуверенным, но лишь потому, что старался внушить эту уверенность остальным. Красный дракон же порой замечал его так умело скрываемые сомнения. Когда вернулся Цефей, в глазах всех посвященных промелькнул ужас от осознания того, что, скорее всего, произошло. Но они бы были кучкой некомпетентных идиотов, если бы не смогли взять себя в руки.

Колояру пришлось остаться в замке, исполнять роль правителя и уничтожать слухи на корню. Огневик отправился вслед за конем Златана, который привел его на место последней ночевки короля.

Никаких следов борьбы не было. Только брошенные вещи, словно путники рассчитывали вернуться. Их запах успел выветриться, и даже все следы исчезали за пределами лагеря. Словно их намеренно уничтожили, сделав все, чтобы пропавших невозможно было найти.

Загадка. Зловещая тайна. Но все же лучше это, чем мертвые тела на земле. Как говорят, надежда умирает последней. Вот и красный дракон, с несвойственной ему мягкостью, продолжал надеяться.

«Остается лишь ждать», — только подумал он и замер, услышав далекий, едва различимый гул. И с каждой минутой он становился чуть громче.

Среди солдат прошел шепот. О панике не могло быть и речи, но все же звук неизвестного происхождения заставил насторожиться. Он смешивался с тяжелыми взмахами крыльев тех драконов, что парили неподалеку от столицы.

«Будто что-то движется», — возникла неуверенная мысль в голове Колояра.

— Командор, мы получили донесение с одного из приграничных городов, — подбежал к нему запыхавшийся солдат. На его лбу выступили капельки пота. — Возьмите. Это очень важно.

Залевир нахмурился, забирая листок с выжженными на нем буквами. В каждом из эвакуированных поселений оставалось несколько солдат с заговоренным предметом для поддержания связи.

«На нас надвигается тьма. Звучит невообразимый гул. Если это тенийцы, то они перемещаются очень быстро. Готовьтесь. Да помогут боги нам пережить эту ночь. Пусть Хора сжалится над нами».

Начертанные слова пронзал чужой страх. Он пропитал каждую строчку, но тем не менее некто, писавший их, готов был сражаться до конца. Колояр четко уловил эту границу между трусостью и храбростью.

«Какая превратность, стоило оказаться на краю пропасти, и все наши мольбы обращены к божеству судьбы, а не к Ведану, которому мы поклонялись долгие годы», — мрачно усмехнулся красный дракон и сунул записку новому начальнику охраны.

— Отдайте приказ о полной боевой готовности. Пусть солдаты выпьют укрепляющее зелье. Враг на подходе, — процедил Залевир-старший. Теперь ему не надо было прислушиваться, чтобы различить зловещий шум, доносившийся сразу отовсюду. И даже редкие облака закручивались, гонимые ветром, и сообщали об опасности.

Вдруг в памяти всплыл отрывок песни-страшилки, что напевали порой вечерами люди:

Теперь эти строчки приобретали смысл и даже в детстве никогда не вызывали той тревоги, что несли теперь.

Время мира неминуемо истекало, им оставалось лишь бороться. На жизнь и смерть, схлестнуться в битве, которой, возможно, предстоит стать последней, раз и навсегда завершив многовековое противостояние.