12

Алиса

Пролетела ещё одна неделя, и я получила мою первую зарплату в «Монолите». Мне перечислили на карту гораздо больше, чем я рассчитывала. Проработала в компании всего три недели, а тут такой крутой денежный бонус. Чудеса!

— Здесь точно нет никакой ошибки? — спросила на всякий случай в бухгалтерии. Вдруг истрачу, а потом придётся возвращать.

— Нет, Алиса Михайловна, не волнуйтесь, всё в порядке. Степан Андреевич распорядился премировать вас за договор с «Интарисом».

Странно… Да, я готовила презентацию и документы для «Интариса», но разве это не входит в мои прямые обязанности?

Я потопталась у стола бухгалтера, недоумённо моргая.

— Директору виднее, Алиса Михайловна, — многозначительно усмехнулась бухгалтерша. — Если Степан Андреевич выписал вам бонус, значит, вы это заслужили.

— Ой, как приятно…

— Ещё бы. Я бы тоже не отказалась от такого довеска к зарплате, — язвительно заметила дама. В её глазах сияло жгучее любопытство. Наверное, ей и самой было интересно, за какие такие заслуги директор с места в карьер начал премировать новенькую сотрудницу.

Я пожала плечами и отправилась в приёмную. Прикидывала, как распоряжусь деньгами, и думала о том, что мой босс — просто прелесть.

Беременность протекала нормально, токсикоз был терпимым, по утрам тошнило, но несильно. В физическом плане я чувствовала себя очень даже неплохо. Если вдруг возникала мысль о муже и свекрови, тут же гнала от себя эти образы. Тем не менее, постоянно разрывало сердце осознание того, что я столько времени провела с недостойным мужчиной.

Ну, теперь уже ничего не исправишь, поэтому нечего и горевать.

Врач-репродуктолог передала меня акушеру-гинекологу, и теперь я наблюдалась в женской консультации по месту жительства. Что мне понравилось больше всего — это то, что гинеколог в своих расчётах тут же добавила две недели к эмбриональному сроку, так положено. А мне это только в радость, ведь получалось, что теперь у меня восемь полных акушерских недель беременности. Глазом моргнуть не успею — уже пора в роддом.

— А у нас и приданое готово, — сказала Настя. — Ничего не покупай. Завалю тебя распашонками, ползунками и комбинезончиками. Коляску тоже отдам, через семь месяцев Матвейка в неё уже не влезет. Если ты не против. Или ты хочешь всё новое?

— Настя, мы всё берём. Уж коляску точно, — твёрдо заявила Татьяна, будущая крёстная мать. — Она стоит дороже «феррари». Да, Алис? Ну, новеньких одёжек мы, конечно, тоже прикупим, без этого никак. Шопинг — наше всё.

— Девочки, вы такие милые, — едва не прослезилась я. — Спасибо, что вы у меня есть.

— Только не плачь! — замахали руками подруги. — Нет! Алярм! Нет!

— Боже, Лисёнок, ты опять ревёшь, — вздохнула Таня.

— Так беременная же, — засмеялась Настя. — Что с неё взять.

…Благодаря щедрому бонусу за «Интарис» я смогла избавиться от кредиток и вздохнула с облегчением. Всё-таки, кредиты — настоящее зло, засасывает невероятно. Распланировала бюджет: выделила на еду и проезд, а за квартиру и коммуналку мне платить не нужно. Это что-то потрясающее, подумать только, как удачно я устроилась.

На неделе раздался звонок в дверь, и на пороге я увидела незнакомую женщину.

— Пришла делать уборку, — сообщила она. — Добрый вечер!

— Ой… А мне и не надо.

— По графику у меня этот объект, — официальным тоном заявила дама.

Она по-хозяйски вошла в прихожую, осмотрелась и… призадумалась. Видимо, поняла, что я не преувеличиваю, уборка действительно не требуется.

— Давайте хоть санузел вам надраю?

— Так я уже.

Женщина тут же заглянула в мою сверкающую ванную комнату и горестно вздохнула:

— М-да, тут мне явно делать нечего.

— Когда живёшь один, поддерживать чистоту совсем нетрудно, — виновато пояснила я. Надо же, лишила человека работы.

— Может, хотя бы окошко помою?

— Какое окошко! Того гляди снег пойдёт!

— Так у нас он и в июне иногда идёт. Что ж, совсем окна не мыть?

— Но в начале апреля уж точно их мыть не стоит. Холодно, — отрезала я.

— Что же тогда? — Женщина совсем приуныла. — Мне эту уборку не засчитают.

— А вы отметьте, что вы убрали.

— Ой, правда? Вы не против? Спасибо! Вы хотя бы мусор мне отдайте, я вынесу.

Пришлось вручить клинерше маленький пакетик с двумя баночками из-под йогурта. А больше у меня ничего и не накопилось.

…Менеджер Дима продолжал оказывать мне знаки внимания. В понедельник он пришёл с известием, что в соседнем здании открылась столовая самообслуживания, и мы решили отправиться туда на разведку.

Стояли в холле и ждали лифт. В обеденный час спуститься вниз было настоящим квестом из-за большого количества желающих покинуть здание.

— Вы с директором благотворно влияете друг на друга, — улыбнулся Дима.

— Почему ты так решил?

— Ты хорошеешь с каждым днём. Пришла к нам скромной девочкой — коса, платье до пят, как у монашки. А теперь превратилась в настоящую топ-модель. Выглядишь сногсшибательно, Алиса. И отдельная тебе благодарность, что больше не заплетаешь косу. У меня постоянно руки чесались за неё дёрнуть. Как в школе.

Я засмеялась. И сразу же подумала, что у Дианы Фёдоровны упала бы челюсть, если бы она увидела, как я стою у лифта с симпатичным молодым человеком и хихикаю. Яркая, с макияжем и распущенными волосами, в чудесном настроении… И в новой одежде — с зарплаты прикупила себе несколько красивых вещичек.

Да моя свекровь зашипела бы от злости, как кобра!

Мы спустились на лифте в вестибюль.

— Так, со мной разобрались, — сказала я. — А что со Степаном Андреевичем? Он тоже хорошеет с каждым днём?

— Ага. Знаешь, какой он раньше был бука? Вечно хмурый, всегда с недовольным взглядом. Нас к земле пригибало, когда он проходил по опен-спейсу. Мрачный, нелюдимый… Медведь-шатун, лучше на глаза ему не попадаться. А уж если вызовет к себе в кабинет — это капец. Зато сейчас…

— Что сейчас?

— Босс очень изменился. Иногда даже вроде бы пытается улыбнуться. Не припомню такого раньше. В пятницу выцепил меня в коридоре и похвалил мой отчёт. Я едва не лишился чувств от счастья.

— Поздравляю.

Мы с Димой вышли на крыльцо. Обманчивое апрельское солнце ярко светило, но не грело, всё вокруг было мокрым, таяли сугробы и сосульки. Я затянула пояс пальто, поёжилась от холода и полезла в сумку за перчатками.

— Куда это вы собрались? — раздался сзади недовольный голос директора.

Степан Андреевич собственной персоной вышел вслед за нами из здания и поймал нас на крыльце. Его лицо приняло такое выражение, что Дмитрий, вероятно, взял назад все свои слова об положительных изменениях в характере босса.

Сейчас Демидов одним взглядом мог выжечь весь паркинг.

— Мы с Димой шли пообедать, — испуганно промямлила я.

А чего мне бояться? Непонятно. Но всё равно страшно.

— И куда вы шли?

— Тут столовая новая открылась, Степан Андреевич, все очень хвалят. Мы тоже решили проверить, — засуетился Дима.

— Топай туда один, — распорядился босс. — Алиса, ты пойдёшь со мной.

Можно было бы напомнить начальнику, что сейчас обеденный перерыв, а это моё личное время, и поэтому я могу делать, что хочу, и идти, куда хочу.

Но Демидов взял меня под локоть и без лишних разговоров повёл за собой. Как оказалось — к служебному автомобилю. Мы молча уселись на заднее сиденье машины, шеф ничего не объяснил.

Вскоре чёрный седан премиум-класса остановился перед рестораном, а когда мы высадились, поехал дальше и скрылся из виду. Парковаться ему было негде, все парковочные места в центре города были забиты.

Таким образом, вместо столовой я очутилась в жутко дорогом ресторане. Метнула взгляд на меню, выставленное на пюпитре в небольшом холле, и едва не поперхнулась. Наверное, специально его здесь разместили, чтобы сразу отсеивать несостоятельных клиентов.

Я очень несостоятельный клиент. Но сейчас я была с Демидовым. К нам с радостной улыбкой бросился парень-администратор:

— Здравствуйте! Степан Андреевич, а мы вас ждём, проходите. Обед уже почти готов, я распоряжусь, чтобы накрыли на две персоны.

В небольшом зале ресторана в обеденный час были заняты почти все столы, но сразу же становилось ясно, что публика здесь обедает непростая. Я заметила, что в сторону моего босса устремились заинтересованные женские взгляды. На меня тоже смотрели — оценивающе.

Нас провели вглубь зала, и мы устроились на мягких кожаных диванах. Интерьер, выдержанный в сине-чёрно-белой гамме, был очень эффектным. Посуда явно делалась на заказ — я с интересом принялась рассматривать тёмно-синюю тарелку неправильной формы.

Официант принёс салаты, я вдруг ощутила невероятный голод и взяла вилку. Еле удержалась, чтобы немедленно не накинуться на еду.

— Начинай, Алиса. Мы с тобой сегодня как белки в колесе с самого утра.

Да, это точно, денёк выдался суматошный, даже подсчитать трудно, сколько поручений босса я уже успела выполнить и сколько ещё предстоит.

— Степан Андреевич, всё не успеваю у вас кое-что уточнить. Я получила бонус за «Интарис», но…

— Что не так, Алиса? Считаешь, что ты его не заслужила?

— Вроде бы я не сделала ничего сверхъестественного.

Правда, я десять раз проконсультировалась у Насти. Закидала подругу вопросами, так как знала, что Вадим Туранов плотно сотрудничает с этой фирмой. Настя, когда она ещё работала у Вадима личной ассистенткой, подготовила массу материалов по «Интарису».

— Ты отлично справилась и честно заработала этот бонус. Кроме того, мне нравится твоя пунктуальность и ответственность. Так что перестань волноваться, не переплатил ли я тебе.

— Спасибо, Степан Андреевич.

Следующим блюдом стали стейки с овощами, и когда официант поставил передо мной сковородку, думаю, мои глаза загорелись вожделением. Я всё ещё была голодной.

Демидов перехватил мой взгляд:

— Совсем я тебя заэксплуатировал, Алиса. Ты даже перекусить не успеваешь. А тебе, наверное, это просто необходимо, учитывая твоё состояние.

— О, да. Пару недель меня сильно тошнило, а сейчас уже гораздо меньше, и теперь я постоянно хочу есть, — призналась я и тут же мысленно постучала себя по голове: ну зачем, зачем выкладывать директору все эти физиологические подробности!

Вот дура. Надо держать дистанцию, соблюдать субординацию.

Мы бодро расправились с едой. Сначала я немного комплексовала в присутствии босса, но потом освоилась. Мне было приятно смотреть, как ест шеф, как режет мясо. Некоторые люди ужасно раздражают, когда жуют, убить их хочется. А вот обедать в компании шефа было сплошным удовольствием.

Ещё и такой вкуснятиной накормил.

— Я не заказывал десерт, Алиса, но ты, наверное, хочешь? — Демидов поднял руку, и рядом с нашим столиком, как по волшебству, материализовался официант с меню.

Господи, спасибо тебе огромное за такого начальника!

Выбрала манговое пирожное, и всё время, пока я им занималась, Демидов наблюдал за мной, поставив локоть на стол и подперев подбородок ладонью. Удивительно, но при этом у него было такое умиротворённое выражение лица, будто ему тоже нравилось смотреть, как я ем.

— Ну и как? — поинтересовался босс.

— Вкуснятина! Хотите попробовать? — предложила я на автомате. И сразу запылала от стыда. Что я делаю? Демидов сейчас подумает, что я с ним флиртую…

А может, я действительно флиртую?

— Хочу, — прозвучал неожиданный ответ.

Вот уж не думала, что директор согласится.

— Только много не берите! — тут же брякнула я и совсем смутилась. — Ой, нет, берите, конечно, сколько угодно.

— Поздно каяться. Ну и жадина ты, Алиса, — вдруг рассмеялся Демидов.

Я замерла, потрясённая его улыбкой. Это было настолько неожиданно и непривычно… Лицо шефа расцвело, серо-зелёные глаза вспыхнули, и в этот миг мрачное каменное изваяние превратилось в обаятельного белозубого красавца, покорителя женских сердец. Любая девушка не устояла бы перед такой потрясающей улыбкой.

Волшебство продлилось всего мгновение, но я тут же начала мечтать о том, чтобы снова увидеть, как улыбается шеф.

— Так угостишь или нет, Алиса, своим драгоценным пирожным?

— Конечно, Степан Андреевич!

Думала, шеф возьмёт со своего блюдца ложку и отколупает кусочек бисквита, но Демидов не двигался, ждал.

— Давай уж сама, Алиса, — язвительно сказал он. — Вдруг много возьму, объем тебя нечаянно.

Я нерешительно через стол протянула ему ложку. Босс наклонился к ней и мгновенно смёл десерт. Ам, и всё, как и не было.

— Ой, да вы прямо акула, Степан Андреевич!

— Акула бизнеса, ты хотела сказать? — насмешливо усмехнулся шеф.

— И это тоже.

Ну, чудесно… Сидим тут, как влюблённая парочка, едим вдвоём одно пирожное. Красота.

И чем всё это закончится?

Наша идиллия была нарушена звонком моего мобильного. Я удивилась, увидев на экране имя врача-репродуктолога. Да, Светлана Максимовна сделала для меня невозможное, и я ей была за это безумно благодарна. Однако наше сотрудничество закончилось, репродуктолог не могла повлиять на течение беременности, и теперь я наблюдалась у другого врача.

Наверное, милая Светлана Максимовна волнуется за меня и хочет узнать, как идут дела.

Я нерешительно взглянула на шефа:

— Степан Андреевич, мне звонят из клиники, можно я быстренько отвечу?

— Да, конечно.

Расслабленное выражение молниеносно слетело с лица моего босса, он вернулся в своё обычное хмурое состояние.

— Здравствуйте, Светлана Максимовна! Рада вас слышать.

— Алиса, здравствуй, солнышко! Как ты себя чувствуешь?

— Отлично. У меня всё хорошо.

— Ты умница. Послушай… Алиса, а ты не сможешь сегодня подъехать в клинику?

Голос врача звучал как-то безрадостно, даже напряжённо. Мне это не понравилось. Что произошло?

— Нам надо кое-что обсудить. С тобой хочет встретиться директор клиники.

Директор клиники?!

Это плохо. Наверное, возникли какие-то проблемы с документами или оплатой. В этот дорогой и престижный медцентр я попала только потому, что получила государственную квоту. Но даже по квоте не все процедуры были бесплатными, на что-то приходилось раскошеливаться. Например, криозаморозка одного эмбриона входила в программу, но его хранение до следующей подсадки я должна была оплатить сама. Для меня это было довольно накладно.

Неужели сейчас мне объявят, что они неправильно посчитали и теперь я задолжала клинике кучу денег? Вот засада!

— Что случилось, Светлана Максимовна?

— Ты не пугайся, Алисочка. Разговор, конечно, нетелефонный. А у тебя случайно нет возможности приехать прямо сейчас?

Ну, ясно. Дела мои плохи. Сейчас как выкатят счёт тысяч на тридцать, и что я буду делать? Снова залезать в долги?

Прикрыв мобильник ладонью, спросила у босса:

— Степан Андреевич, вы меня не отпустите ненадолго в клинику? Очень надо. У них там срочный вопрос, но подробности не сообщают.

Демидов набычился, превратился в грозовую тучу. Однако не отказал.

— Хорошо, Алиса. Скажи, что сейчас приедешь.

— Огромное спасибо!

Наверное, шеф разозлился, что придётся меня отпустить. Всё-таки, сегодня мы завалены работой, а я отпрашиваюсь. Но ведь он сам сказал, что отпустит меня по медицинским делам в любое время.

— Светлана Максимовна, ждите, сейчас приеду.

— Буду ждать, Алисочка.

Я отбила звонок врача и виновато взглянула на Демидова.

— Я тебя отвезу, — неожиданно сказал он.

— Ой… Степан Андреевич!

— Что ой? Поехали.

Мой босс, как обычно, не принимал возражений. Сегодня он решил стать для меня доброй феей — сначала накормил в дорогом ресторане, потом вызвался подвезти до клиники.

…Служебный автомобиль подплыл к зданию, как только мы вышли на крыльцо. Дорога до центра репродуктивного здоровья заняла полчаса. Конечно, на машине гораздо удобнее. Сейчас бежала бы я на остановку, а потом ждала бы маршрутку.

От души поблагодарив директора, я высадилась у клиники. Светлана Максимовна встречала меня в вестибюле. Уже одно это свидетельствовало о том, что разговор предстоит серьёзный. У меня резко испортилось настроение. Я угадала, речь точно пойдёт о деньгах, возможно, даже о крупной сумме.

Ну вот, пожалуйста… А я только разделалась с кредитными картами. Зря радовалась.

— Алиса… — восхищённо пробормотала врач. — Как ты изменилась! Да ты шикарная! Первый раз вижу тебя в таком образе.

— Рассталась с мужем, — горько улыбнулась я.

— Кхм… Надо же… Совсем-совсем рассталась? Или просто поссорились?

— Совсем.

— Но выглядишь изумительно. Макияж, новый наряд. Я и не знала, что у тебя такие роскошные волосы. Ты же постоянно заплетала косу.

— Больше не буду.

— Ясно. — Врач помедлила, а потом ласково взяла меня за руку. — Алисочка, пойдём. Наше руководство тебя уже ждёт.

— Да что случилось-то?!

— Сейчас всё узнаешь. — Врач тяжело вздохнула. — Ты только сильно не волнуйся, тебе нельзя.

Как будто после такого предупреждения можно остаться спокойной! Я шла за врачом по коридору и понимала, что меня уже начинает трясти от страха…