3

Алиса

За полтора дня в обществе свекрови я едва не сошла с ума. Она вынесла мне весь мозг. В среду и четверг лекций в институте у неё не было, поэтому Диана Фёдоровна сидела дома и оттачивала своё ораторское мастерство на мне. Мало того, что она бесцеремонно выселила меня из спальни, так ещё и комментировала каждое моё движение.

«Ты ходишь на собеседования вот в этом костюме? Кхм… Неудивительно, что ты до сих пор не нашла работу»

«Скажи, а когда ты последний раз мыла в спальне шкафы сверху? Кажется, там накопилось много пыли. Ночью мне было трудно дышать, я едва не задохнулась!»

«Как вы могли купить такую кровать! Она ужасно неудобная, у меня разболелась спина!»

«Что это за сыр? Он отвратительный, никогда больше такой не покупай»

«Вам лучше передвинуть стол к стене, а комод и тумбочки поставить у окна»

— Алиса… Ты уверена, что тебе нужно завтра идти на процедуру в клинику? — заявила свекровушка в среду вечером. — Подумай хорошенько. Может, хватит себя мучить? Сколько можно упорствовать? Ты ведь знаешь, всё равно ничего не получится. Мне тебя искренне жаль, детка, но… Не всем женщинам дано родить.

И тут я не выдержала:

— Диана Фёдоровна! — заорала я. — Прекратите немедленно меня накручивать! Я не откажусь от своей цели!

— Не ори! Держи себя в руках. Какая же ты упрямая, — фыркнула свекровь. — И нервная. Ну хорошо, предположим, на этот раз эмбрион приживётся, ты родишь. И бедного ребёнка будет растить мать-истеричка. Чудесно!

Я ничего не ответила — просто ушла на кухню и принялась грохотать кастрюлями. Больше спрятаться было негде, ведь нашу спальню заняли.

Каждую минуту ждала, что в двери повернётся ключ и войдёт муж. Скажет: «Малышка, прости, наворотил я дел! Но я понял, что никак не могу без тебя». И мы заживём по-прежнему.

Нет, Виталий не вернулся. Он даже ни разу не позвонил.

*****

В четверг я выехала из дома пораньше — лишь бы только не видеть презрительную физиономию свекрови. Попыталась сама набрать Виталику, а вдруг он одумается и поедет в клинику вместе со мной?

Зря надеялась. Муж не ответил на мой звонок. Не сбросил, но и не отреагировал.

В медцентр мы поехали с Танюшей, ради меня она отпросилась с работы на полдня. Во время прошлой процедуры ЭКО один эмбрион был подвергнут криоконсервации. Его-то мне и должны были подсадить на этот раз. Несмотря на дикие нервы, в глубине сердца жила безумная надежда, что на этот раз всё получится.

Таня ворковала рядом, суетилась вокруг меня, успокаивала:

— Не забывай, с каждой новой попыткой шансы увеличиваются. А ещё криоперенос по статистике результативнее классического ЭКО.

Безусловно, я и сама всё это прекрасно знала, ведь за три года мучений уже превратилась в профессора-репродуктолога, изучила теорию вдоль и поперёк. Но было приятно ещё раз услышать от Тани слова поддержки.

Мой врач тоже была настроена оптимистично.

— Алиса, этот эмбриончик ну прямо о-о-о-очень перспективный, — сказала она. — Такой крепенький славный крошка-криошка. Думаю, прицепится намертво на все девять месяцев.

— Мечтаю об этом! — с затаённой болью ответила я.

Процедура на гинекологическом кресле была безболезненна и не заняла много времени. Я смотрела в потолок, комкала на животе край медицинской сорочки и молилась, молилась…

— Тань, — жалобно сказала уже на улице. — А можно мне сейчас к тебе? Дома свекровь как ястреб. Снова начнёт клевать, не даст полежать в тишине и расслабиться. Она вечно меня провоцирует, доводит.

— Да конечно! Я и сама хотела тебе предложить.

— Спасибо тебе за всё, Танюша.

— Пока ещё не за что! Но обещай, что я буду крёстной матерью.

— О-о-о, — едва не разревелась я. — Давай!

*****

После криопереноса прошло уже три дня.

Я так переживала, прикрепится ли на этот раз эмбрион, что время от времени даже забывала о муже. Но всего на пару минут.

Потом опять какой-то злобный зверь начинал рвать когтями моё сердце. К горлу сразу же подступали слёзы, меня накрывало. Посреди ночи я просыпалась на диване в гостиной и не могла поверить, что любимого рядом нет. Как же мне его не хватало — и днём, и ночью. Я привыкла думать о нас, как об одном целом.

Накатывало отчаяние, я тихо скулила в подушку.

Маме пока ничего не сказала, чтобы не расстраивать. И, конечно, старалась поменьше бывать дома, где окопалась свекровь.

— Лисёнок, так она же тебя выживает из квартиры! — вдруг поняла Таня.

— Те же мысли, — мрачно согласилась я.

— Послушай, Алиска… — Подруга встрепенулась, очевидно, ей в голову пришла какая-то мысль. — Так значит… Виталька со своей мамашей заранее договорился? Насколько я поняла, Диана Фёдоровна совсем не удивилась, что он ушёл из дома?

Я уставилась в пространство неподвижным взглядом. А ведь точно! В этот ужасный вторник свекровь вела себя так, как будто заранее знала о вираже своего сына.

Никаких прав на квартиру, в которой мы столько лет прожили с Виталиком, я не имела — изначально жильё принадлежало свекрови. Диана Фёдоровна пустила нас к себе в двухкомнатную, когда мы поженились, а сама спустя пару месяцев переехала в однушку, доставшуюся ей от мамы. Свою квартиру она подарила сыну и все документы оформила так, чтобы я не могла претендовать на эти квадратные метры.

Она никогда не упускала случая напомнить нам о своём благородном поступке — «вот где бы вы сейчас жили?». Я действительно была очень ей благодарна за предоставленное жильё. Правда в любое время родительница могла нагрянуть в дом с инспекцией, проверить, хорошая ли я хозяйка. У неё так и остались ключи, Виталик не попросил мамочку их отдать.

— Точно, Алис, они сговорились. Сам Виталька не решился тебя выгнать, мамашка тоже напрямую не скажет — Алиса, съезжай. Но постепенно она тебя выпрет. Ты уже и так туда возвращаться не хочешь.

— Неужели они так со мной поступят? — Не могла поверить в коварство матери и сына.

— Эх, Алиса! Ой, только не плачь! Думай о малыше, думай о малыше!

Я тут же прислушалась к ощущениям. Немного тянуло живот, грудь ныла. Всё это могло быть признаком наступившей беременности. Или признаком того, что мой организм пытается отторгнуть подсаженный эмбрион. Пока ничего неясно, оставалось только ждать и надеяться на лучшее.

А тут такое открытие! Сейчас я совершенно чётко осознала, что муж и свекровь действовали по заранее разработанному плану. Может, и ремонта никакого у Дианы Фёдоровны нет? Это всего лишь предлог, чтобы переехать к нам?

— В общем, моя квартира — твоя квартира, — объявила подруга. — Дам тебе запасные ключи. Если свекровь опять выпендрится и начнёт клевать мозг, сразу собирай вещи, вызывай такси и дуй ко мне. Ну их, эту семейку.

— Тань… Спасибо тебе, — я обняла подругу. — Но…

— Что — но?

— Я всё ещё верю, что Виталик ко мне вернётся. Страшно по нему скучаю. Ничего не могу с собой поделать.

Таня посмотрела на меня с сожалением.

— Да понятно… Столько лет вы прожили вместе… Я думала, вы идеальная пара… Кстати, а что там эта дама? Психолог которая. Может, это она промыла мозги Виталику? — выдвинула новое предположение Татьяна. — Накапала ему на темечко, что теперь он стал крутым бизнесменом. А Виталька тут же сделал вывод, что ты ему не подходишь? Не зря ведь он к ней мотался постоянно?

— Нет, не думаю, что она стала бы разбивать семью.

— Так может и не специально!

Когда Виталий объявил, что будет посещать психолога, я нашла профиль этой женщины в Инстраграме. Сорокалетняя дама выглядела солидно — стильные очки, причёска, эффектные серьги, дорогой костюм. Всем своим видом она располагала к себе. В её Инсте было много цитат и умозаключений, я с интересом почитала её записи.

После слов Тани у меня возникла идея встретиться с Ксенией Николаевной. Психолог за полгода хорошо изучила моего мужа, он наверняка раскрылся перед ней с другой стороны, говорил ей то, что скрывал от меня. Я вдруг поняла, что совсем не знала любимого мужчину.

Возможно, психолог подскажет, как его вернуть?

Ксения Николаевна занимала офис в центре города, там она проводила групповые тренинги. Вообще, насколько я поняла, специалистом она была достаточно известным.

Мне удалось застать её в офисе, психолог как раз готовилась к очередному занятию. Она решила, что я пришла на тренинг.

— Ой, а вы что-то совсем рано, — обаятельно улыбнулась Ксения Николаевна.

Вдоль стен большой комнаты стояли синие диваны с яркими подушками, у окна разместилась пластиковая доска-флипчарт на треноге. Туда-сюда бегали помощницы, они расставляли стулья, раскладывали раздаточный материал.

— Нет… Я хотела поговорить о Виталии Мельникове. Вы с ним работали.

— Виталий Мельников? — Психолог задумалась, перебирая в памяти фамилии клиентов. Наверное, у неё их очень много.

— Это мой муж.

— Увы, никак не припомню. Возможно, он предпочёл сохранить инкогнито и назвался другим именем? Так часто бывает.

Я быстро открыла на смартфоне галерею и показала Ксении Николаевне фото Виталия. Любимый позировал мне в новом костюме и часах и выглядел совершенно сногсшибательно.

— А, Виталий… Да, вспомнила этого молодого человека. Что-то случилось? Надеюсь, у вас всё в порядке?

— Нет… В том-то и дело. Он ушёл из семьи, вот я и хотела поговорить с вами на эту тему. Вы же плотно работали с ним целых шесть месяцев.

— Нет, что вы! — воскликнула женщина. — Какие шесть месяцев! Виталий обратился ко мне за консультацией всего один раз. Потом сказал, что продолжать не будет — слишком дорого. Больше я его не видела. Поэтому и вспомнить сразу не смогла.

— Что… Один раз? — От неожиданности я даже попятилась и уставилась на психолога в полном недоумении.

Ксения Николаевна внимательно смотрела на меня, в её глазах за стёклами изящных очков промелькнули догадка и сочувствие.

— Значит, всё это время… он… меня… обманывал? — с трудом, слово за словом, выдавила я. — Но куда же он ездил?

Психолог развела руками и вздохнула.

Мысли смешались, в голове гремели колокола, воздуха не хватало.

— Я пойду. Извините, что помешала вам, — пролепетала чуть слышно.

— Если что, приходите, пообщаемся. Мы вместе проанализируем ситуацию с вашим супругом, разложим всё по полочкам.

— Спасибо, — еле-еле выдавила я и бросилась к двери.

Мне было плохо, по ощущениям — будто столкнули в ледяную прорубь. Как же так, я ведь полгода слышала об этих занятиях!

«У меня сегодня встреча с моим коучем.»

«Нет, так рано я не вернусь, ты же помнишь, что сегодня я задержусь до десяти.»

«Нет, мы с тобой не сможем сходить в театр, я не могу прерывать мои сессии с психологом»

И что всё значило? Куда на самом деле ездил мой муж?