Глава 37

— Успокоительное… — Пискнула, занервничавшая не на шутку Илейн. В ее ответе уверенности не было ни на грамм, о сомнениях говорили округлившиеся в тревоге изумрудные глаза. — Мне лекарь прописал... — Тут же добавила она, оправдываясь. — Ты что, все выпил?

— Милая, а ты уверена, что ничего не спутала? — Стараясь, держать себя в руках, тяжело дыша, протянул я. Самообладание готово было рухнуть в любой миг. Отчетливо это понимая, я старался не шевелиться лишний раз, только ворот рубашки судорожно расстегнул, ощущая, как горит и начинает покрываться испариной все тело. — Женщина, тебе вообще опасно что-либо давать в руки! Любое твое действие имеет невообразимые последствия! — подытожил я и вновь сглотнул.

Напряжение в брюках уже начинало причинять физическую боль. Успокоительное! Ага, как же… Приложив к паху ладонь и поправив шов на брюках, тихо застонал. Боги, да что же со мной происходит? Что эта маленькая рыжая бестия опять подмешала?!

— Ты поплатишься за это, — бросив на нее яростный взгляд, произнес я.

Не знаю, как я выглядел в этот момент, но Или вместо того, чтобы раскаиваться в содеянном, вдохновилась. Удобней уселась на кровати и посмотрела на меня с любопытством. Поерзала на матрасе и поспешно облизнувшись, с придыханием и загоревшимися от азарта глазами, прошептала:

— Правда?

Нет, у нее напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения!

— Совершенно точно, — произнес я сердито и резко. Но взгляд мой был прикован к Или, к ее телу, которое она явно демонстрировала: поправив волосы, выпячив вперед соблазнительную грудь. Даже приподнялась немного и выпрямила спину, как будто готовясь к чему-то.

Меня в ту же секунду обдало горячей волной желания, которое вырвалось изнутри с такой силой, что я сжал кулаки до боли, пытаясь противостоять дикой животной страсти.

— Нет, — зашептал, пытаясь успокоить себя. — Это точно не успокоительное. Такого эффекта от него просто не может быть. Нет-нет… Что это такое?

Илейн мои слова отчего-то очень ободрили. Она даже радостно заулыбалась.

— Там не было ничего вредного, — сказала она с нежностью в голосе.

— Зачем ты это налила? — Воскликнул я, глубоко вздохнул и взъерошил волосы на голове.

— Я уже говорила тебе. — Тут же опять начала оправдываться жена. — Ты выпил мое лекарство. Но раз уж так вышло… — Она легкомысленно пожала плечами и, задумавшись над чем-то, хихикнула. Весело и задорно.

Я лишь медленно покачал головой. Мне забавным происходящее не казалось. Наоборот, пугало. Я был поражен, ведь прежде, до встречи с женой, вообще не сталкивался с подобной проблемой и не знал, что делать. Не собираясь спорить, просто прикрыл глаза, чтобы не видеть соблазнительного тела, но и это было бесполезно.

На постели послышался шорох. С опаской открыв глаза, завороженным взглядом стал смотреть, как она соскользнула с кровати и направилась к зеркалу, неслышно ступая по полу. Посмотрела в отражение, перехватывая в нем мой взгляд. Решив, что мне и вправду не помешало бы успокоительное, взял со стола бутылку и сделал из нее несколько глотков.

Или была слишком близкой, слишком соблазнительной, я ощущал ее запах, видел всю ошеломляющую красоту. Это дурманило и сводило с ума. Голова кружилась, эротические фантазии, одна сменяясь другой, стали мелькать в сознании. Я почти осязаемо представлял жену в самых смелых позах.

А эта бестия стала медленно и игриво развязывать шнурочки на корсете, который, падая к ее ногам, оголил нежную кожу. Высокое зеркало отчетливо отразило обнаженное тело. Я видел гибкую спину, ее грудь, которая открылась взгляду, освещенная отблеском свечей. Затаив дыхание, наблюдал за руками жены, которые потянулись к панталончикам, держащимся на бедрах.

Она медленно спустила их, играя с моим сосредоточенным вниманием. Движения ее были томными и плавными. Она потянулась пальчиками к чулкам, неспешно поправила один, затем другой.

— Что ты делаешь? — Хрипло произнес я, подавляя в себе мучительное желание встать и дотронуться до нее.

— Готовлюсь ко сну, — ответила с невинной улыбкой Или, поворачиваясь ко мне так, чтобы хорошо была видна ее грудь. Потом она медленно погладила ладонями свое упругое тело и с явным удовольствием заметила мой неподдельный интерес и напряжение.

— Как здесь темно, — небрежно произнесла она. — Я тебя еле вижу.

Ее слова добились ожидаемого результата.

— Нет, я так больше не могу, — прорычал я, бледнея. В ярости приподнялся с кресла намереваясь подойти, схватить ее и... что-нибудь сделать. Сам не знал, что. Не решил. Но рассудок вернул меня на прежнее место. Я боялся, своих желаний и необдуманных действий.

— Демоница, — проворчал я сквозь сжатые зубы.

— Ты сам выпил то, что не следовало, — промурлыкала Или нежнейшим голоском с притворным сочувствием.

Над чем-то вновь задумавшись, она неспеша направилась к креслу, на котором сидел я, и в последний момент, едва не натолкнувшись на меня, обогнула его и открыла шкафчик у стены.

Заранее проверив, есть ли еще свечи в ящичке, жена слегка выгнула спину, потянулась за ними, лежащими на нижней полке. Изгиб ее бедер и ног находился в метре от меня, я ощутил аромат ее тела, перед которым трудно было устоять, и даже пришлось поменять положение. Я мог протянуть руку и дотронуться до шелковистой и теплой кожи, но понимал, что сорвусь. Поддамся на ее провокации, которых она не гнушалась.

— Ах, да, и вот еще что, — произнесла Или, выпрямляясь и поворачиваясь; свечи она держала перед собой, прижимая к груди. — Я, кстати, немного больше капель добавила, чем планировала, так что... возможно знаю, что с тобой сейчас происходит.

Я почувствовал физическую боль, причиняемую бешеной страстью: кровь бурлила в венах и готова была закипеть, похоть разъедала мой мозг, она была гораздо сильнее, чем я мог подавить.

— Накажу, — глухо предупредил я, но тон голоса, вместо того чтобы быть угрожающим, придал слову двусмысленность.

— Правда? — Прошептала Или с придыханием, прекрасно осознавая этот скрытый смысл, хотя мне этого не хотелось.

Она прошла мимо меня и принялась зажигать все больше и больше свечей, перемещаясь от стены к стене. Время от времени Или оборачивалась, проверяя, смотрю ли на нее. А я действительно не сводил с нее глаз. Не мог.

— Представляю, как тебе сейчас тяжело, — пробормотала девушка, выгибаясь и ставя одну из свечей на стол. — Так и будешь здесь сидеть, или все-таки пойдем в кровать? — добавила она тихо, глядя мне прямо в глаза. — Я уже пила это лекарство и помню эффект, — Или на секунду зажмурилась, видимо, что-то вспоминая. — И знаешь... — добавила она с придыханием. — Мне тогда было так хорошо с тобой...

Мои пальцы, обхватывающие подлокотники кресла побелели, звериное желание разрывало изнутри. Выпитое лекарство пронизывало кровь — это было уже опасно. Я совершенно переставал контролировать себя и свои действия. Рассудок покидал меня. Оставалась только похоть, чистая и ничем не замутненная.

Сверкание многочисленных свечей подчеркивало чувственную красоту Или, словно она стояла передо мной, залитая пламенем. В комнате пахло сладостным ароматом, и теплый воздух подвел мое возбуждение к крайней точке. Я больше не мог контролировать свое взвинченное состояние!

Жена, отвернувшись от меня, наклонилась, встала у столика напротив и, поставив последнюю свечу, демонстративно облизала пальчик, проводя по нему языком и, раздвинув ноги, скользнула им по своей промежности.

Ее стройное гибкое тело выгнулось немного назад, полная грудь приподнялась, когда она вращающими движениями ласкала себя. Божественные формы икр и бедер приковали взгляд, а потом я сконцентрировал внимание на том месте, которого она касалась, влажном и припухшим от возбуждения.

Лишь неимоверным усилием воли я все еще удерживал себя сидящим на кресле. В воспаленном мозгу пульсировало просто дикое вожделение, руки дрожали. Возбуждение уничтожило последние следы рассудка и самоконтроля, и, словно обезумевший, я рванул с места.

В два шага добрался до Или. В следующую секунду схватил ее, будто она была невесомой, и в мгновение перенес на постель...