Глава 55
Несколько раз я пыталась проснуться, слыша шум раскатов грома, ощущая дребезжания, но усталость была такой сильной, что, так и не сумев открыть глаза, вновь проваливалась в темноту, не понимая, где нахожусь и что происходит вокруг. Да и, если честно, волновало меня это меньше всего. Мне просто не нравилось, что что-то будит, когда так сильно хочется спать.
Но весь этот шум был мелочью по сравнению с просто возмутительным, то щекочущим, то покалывающим касанием к моей мирно лежащей и никого не тревожащей ладони. Рука страшно зудела, но просыпаться было лень. Лишь недовольно нахмурившись и поплотнее сжав веки, совершенно не желая открывать глаза, чтобы проверить, что беспокоит мой сладкий, безмятежный сон, дернула пальцами, в попытке скинуть с руки это что-то. Но наглое и несказанно приставучее ощущение возобновилось, будто специально выждав, когда я расслаблюсь, вновь начну засыпать, чтобы напасть, причем после очень короткой паузы.
Пришлось действовать решительно: сладко потянувшись, я перевернулась на бочок, почти с головой прячась под что-то мягкое, теплое, вкусно пахнущее, и уверенно убрала ладони под щеку. Вот так вот! Поделом!
И вроде бы все наладилось, но нет, абсолютную тишину, нарушил шорох и приглушенный сдавленный смешок.
«И вот кто посмел? — Возмущенно подумала я, начиная сердиться. — Ну разве не видно, я сплю! Зачем мешать?!»
Завозилась, засопела, вновь переворачиваясь на другой бок, давая понять, что не желаю сейчас смотреть, кто там фыркает рядом со мной. Однако смешок повторился, и с меня медленно стало съезжать тепленькое и такое мягкое покрывало, в которое я закуталась с головой.
И вот на этом мое терпение окончательно иссякло! Громко и часто засопев, я резко распахнула глаза и, усевшись, обернулась к тому, кто так бесцеремонно нарушил мой покой. При этом вид постаралась придать себе как можно более грозный, чтобы одним только взглядом дать понять: так делать не следовало!
— Ой! — Пискнула я, едва повернувшись. И тут же потеряла весь боевой настрой.
На меня внимательно смотрел совершенно незнакомый статный мужчина с большими, выразительными синими глазами, темными, немного взъерошенными волосами и легкой небритостью. А еще, он был очень похож на Лестара.
— Надо же… — Вдруг усмехнувшись, протянул он с придыханием. — Как сильно ты похожа на мать.
Фамильное сходство с принцем не оставляло сомнений в том, что передо мной сидит король. И потому, эта короткая фраза, высказанная незнакомцем, по всей видимости являющегося мне отцом, этот интерес, с которым он всматривался в мое лицо, и огонек, загоревшийся в глазах, что сияли на осунувшемся, усталом лице, — жутко смутили.
Чувствуя, как к щекам приливает румянец, я схватилась за край укрывающего меня все это время большого атласного одеяла, торопливо притягивая его к себе, чтобы спрятаться от пристального оценивающего взгляда.
— Здравствуйте, Ваше Величество, — смущенно пробормотала я, совершенно не зная, что следовало бы сказать в подобном случае, и тут же потупилась, немного отодвинувшись от края кровати, подальше от неожиданного посетителя, что сидел на стуле рядом.
«Вот же…» — Подумала я, коря себя, за свое поведение. Было неловко вспоминать, что всего несколько минут назад бессовестно спала у него на глазах, еще и возмущалась, что меня кто-то будит своим присутствием. Но тут же вновь испуганно ахнула, припоминая и другие, более важные, чем наша встреча с отцом, вещи.
— Нападение! — Воскликнула я, и совершенно не задумываясь над тем, как выгляжу, что со мной происходило, что делаю в этой огромной по размеру, роскошно обставленной комнате. Торопливо стала выпутываться из покрывала, лишь подмечая, что на мне ночная, довольно скромная сорочка. Поспешно подползла к краю постели и, соскользнув с нее, побежала к окну, чтобы взглянуть, что происходит за его пределами. — Повстанцы! Они вот-вот явятся сюда! Нужно что-то делать! Как-то помочь! Вы должны помочь! — Продолжала сумбурно бормотать я, взывая к королю, давая понять, что медлить нельзя.
Замерла у огромной по размеру рамы, наблюдая, как за окном брезжит рассвет; и город, что лежит у подножия холма, пуст и совершенно спокоен. Лишь вдалеке виднелись следы, по-видимому, минувшей битвы; подметила несколько подпаленных домишек, на окраине города, дыру, что зияла в самом центре городских ворот, но не было солдат, снующих внизу… Никаких войск… Ничего.
Недоуменно обернулась, и едва не наткнулась на высокого мужчину, что уже не сидел на стуле, как прежде, а подошел совсем близко ко мне и теперь смотрел напряженным и в то же время встревоженным взглядом.
— Все хорошо, — в разрез своему ощутимому напряжению протянул он мягко. — Не волнуйся. Все спасены. Битва окончилась еще сутки назад. Нашей победой...
Его широкие большие ладони ласково обхватили мои плечи, поглаживая в успокаивающем жесте.
— Ни о чем не волнуйся. Все живы.
— Мой муж, — жалобно прошептала я, чувствуя, как от внезапно нахлынувшего переживания, подкатывают слезы. — Где он? Как Лестар? А Рик?!
А еще очень встревожилась за ребенка. После всего, что произошло со мной там, в заброшенной часовне, после моего сильного недомогания могло ведь случиться ужасное! Неосознанно я приложила ладонь к своему еще совсем плоскому животу и провела, пытаясь понять, все ли с ним нормально. Но совершенно необъяснимо, интуитивно, я почувствовала, что он со мной, что его магия тихо дремлет, словно бы маленький комочек света внутри. И стало немного легче...
— Они живы. И ты скоро с ними встретишься, — заверил меня отец. — Но сначала нам с тобой нужно о многом поговорить. Об очень многом, а еще… — на миг, он запнулся, тяжело вздохнул, словно набираясь сил перед важным и весьма серьезным разговором. — Дай мне возможность попросить у тебя прощения.