17
СОНЯ
— Сонь, мама твоя переживает. Она мне звонила.
Я с тоской взглянула на подругу.
Да, мама переживает. Как я ни старалась сделать весёлое лицо во время разговоров по видеосвязи, ничего не получилось. Мамулю не проведёшь, она сразу поняла, что со мной что-то происходит.
— Доча, ты как в воду опущенная. И Лиза ничего не рассказывает. Что у вас там стряслось? Доченька, ты знай, ты можешь рассказать мне абсолютно всё! Ничего не скрывай. Что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне. Ты моё солнышко, моё сокровище.
— Спасибо, мамуля. Ничего особенного не случилось, не волнуйся. Просто я ужасно переживаю из-за экзаменов. Да и квартиру мы с Лизой ещё не нашли. И Лиза без работы, — без эмоций отчиталась я.
На самом деле все эти вопросы как-то совершенно перестали меня волновать. Но ведь надо каким-то образом объяснить маме мой потухший вид.
— Зато у тебя в «Эланте» всё в полном порядке, правда же? А Лизуня надолго без работы не останется, она бойкая и сообразительная. Не грусти, доченька. Хочу, чтобы ты стала такой же весёлой, как раньше.
Не могла же я признаться маме, что уже никогда не стану такой, как прежде? Мир для меня перевернулся, я ничего не хочу. Перестала с замиранием сердца мечтать о будущем. Теперь оно мне неинтересно, потому что в нём не будет Кирилла. Больно думать о десятках лет, которые я проведу без него и вдали от него… Как заключённая в подземелье, куда не проникает солнечный луч. Сердце постоянно ноет, в грудь будто напихали булыжников, слёзы то и дело подступают к горлу…
Почему это случилось именно со мной? Я могла бы влюбиться в обычного парня, который ответит взаимностью. И стала бы самой счастливой девушкой на свете.
Но судьба распорядилась иначе.
Я продолжаю тосковать по Кириллу. Он мой первый мужчина. После того, что у нас произошло, я люблю его ещё больше и без конца мысленно повторяю его имя…
Как же это больно!
* * *
Унылая, несчастная, после работы я отправилась в фирменный магазин «Эланты», чтобы по просьбе девочек из общаги купить некоторые вещи. Вообще-то, ехать туда не ближний свет, но я давно обещала. В нашем магазине у меня грандиозная скидка, а народ собирается домой после сессии, и всем нужны столичные подарки для родных.
— Возьмите на прохладную погоду вот эту толстовку, — предложила продавщица. — Очень удачная модель, расхватывают моментально.
Я взяла в руки протянутую мне вещь и обмерла.
Минуточку. Подождите. Это как это?!
— Нравится? Я и себе взяла, и подружке. Ещё есть мужской вариант, я братишке своему тоже прикупила. Модель зачётная. Посмотрите, какие крутецкие карманы, и капюшон очень удобный, — продолжала рекламировать толстовку продавщица. Она была приблизительного одного со мной возраста. В волосах фиолетовые и зелёные пряди, брови с пирсингом.
— И давно у вас в продаже эта модель? — Меня охватило волнение, кровь прилила к лицу.
— Да уже с весны. В разных цветах приходила, сейчас есть в изумрудном и сером. Вам и то, и то подойдёт, берите, не пожалеете…
Когда ехала обратно в метро, меня разрывало от возмущения. Дана запорола эту модель, сказав, что она вторична и нельзя предлагать её директору. А теперь выясняется, что моей толстовкой уже с весны торгуют направо и налево. И она очень даже успешно продаётся.
Первой мыслью было схватить вещь, предъявить её завтра Дане и потребовать ответа. Но, к сожалению, толстовка стоила не две копейки, я не могла пожертвовать такой суммой из нашего бюджета.
В тоннеле метро свистел ветер, вагон гремел… Я мечтала побыстрее добраться до общаги и пожаловаться Лизе, выплеснуть из себя обиду.
Единственный плюс — неожиданное открытие хоть немного отвлекло меня от сердечных мук. Сейчас я кипела от негодования.
* * *
А на следующий день я собралась с духом и отправилась на разборки с Даной. Плохо представляла себе, как буду выяснять отношения, было очень страшно. Но Лиза утром сказала, чтобы я не мямлила, а отстаивала свои права.
— Тебя же обворовали! — возмутилась она. — Украли твою идею! Ты это понимаешь? А я знала, знала, что твоя Даночка с гнильцой. А ты ею восхищалась!
— Теперь уже не восхищаюсь, — мрачно пробубунила я.
И вот сейчас вошла в кабинет начальницы.
Дана, как обычно, выглядела сногсшибательно — загорелая, в эффектном платье цвета пыльной розы, без рукавов и с квадратной проймой. Свою пышную золотистую гриву она убрала наверх.
— Чего тебе, Соня? — Начальница оторвала взгляд от огромного листа бумаги с планом какого-то помещения.
Приглядевшись, я поняла, что это план рассадки гостей. Дана же готовится к свадьбе. Счастливая.
В этот момент не смогла не подумать о невесте Кирилла. Наверное, ту девушку сейчас тоже переполняет волнение, она выбирает платье и праздничный декор для зала, смотрит вместе с организатором варианты свадебных арок и так далее… Интересно, какое кольцо ей подарил Кирилл? Если судить по тому, как он одевается и какие модели отбирает для производства, у него отличный вкус.
У Даниного жениха тоже. Её полмолвочное кольцо — образец элегантности и стиля.
Но сейчас мне лучше думать не о кольцах и свадьбах, иначе опять раскисну. Мне-то не удастся побывать счастливой невестой…
Подошла вплотную к столу, прокашлялась. Затем, стараясь подавить волнение, описала ситуацию и попросила объяснений.
— Как так получилось, Дана?
Блондинка задумчиво постучала авторучкой по столу, а потом отложила её в сторону.
— Не совсем понимаю… О чём вообще речь?
— О том эскизе, который я показывала тебе в середине декабря. Ты заявила, что модель неудачная. А теперь выясняется, что толстовка запущена в производство ещё весной.
— Мм… А-а, ты об этом! Всё, я вспомнила! Да, Софья, я немного подумала и решила всё-таки предложить эту модель руководству.
— И даже не сказала мне об этом! Так, вообще-то, не делается!
— Соня, ну что ты устраиваешь истерику на пустом месте?! Что ты прицепилась ко мне с этой толстовкой?! — неожиданно вспыхнула Дана и с досадой поморщилась.
От неожиданности я на шаг отступила от её стола. Раньше она никогда не повышала на меня голос, всегда была милой и терпеливой. Вроде, я не сильно на неё наезжала, так, укорила слегка.
— Чего ты хочешь? Премию? Хорошо, выпишу тебе твою несчастную премию!
— Дело не в деньгах, а в том, что ты меня обманула! — возмутилась я. — Ты присвоила мою идею.
— Да боже мой! — Дана презрительно усмехнулась. — Идею! Можно подумать, ты изобрела что-то невероятное. Подумаешь, какая-то проходная модель, мы их пачками запускаем в производство. Было бы из-за чего скандалить… Иди, пожалуйста, занимайся своими делами. И хватит истерить.
Из кабинета Даны я вылетела с пылающим лицом.
— Что случилось? — переглянулись коллеги. — Сонечка, что? Вроде ты никогда не ругалась с начальством.
— А вот теперь поругалась! — зло выпалила я.
Чувствовала себя наивной дурочкой. Как я восхищалась Даной! Можно сказать, почти её боготворила. А она поступила, как настоящая стерва.
* * *
Лизу не удовлетворил результат моего разговора с начальницей.
— Нет, так дело не пойдёт! Завтра поедешь в главный офис и заявишь Казанцеву, что Дана украла твою идею.
— Ты что! Мне туда нельзя. Если я увижу Кирилла, то сразу разревусь и даже слова не смогу произнести. Не могу я его сейчас видеть. Лучше, наверное, нам вообще не встречаться. Очень надеюсь, что мы никогда больше не пересечёмся. Лиза, это ужасно больно!
— Так ты у него работаешь, Сонь. Как же вам не пересекаться? А если тебя опять отправят к нему с документами?
— За год это произошло всего два раза. И я могла бы отвертеться, придумать что-то. В крайнем случае, можно отдать бумаги секретарше, а в кабинет к Кириллу не заходить…
Сразу же вспомнила, как я летела на крыльях в главный офис три недели назад. Боже, как я была тогда счастлива!
Не в силах сдерживаться, закрыла лицо руками, повалилась на кровать и зарыдала.
— Бедный ты ребёнок, — вздохнула Лиза. — Угораздило… Сонь, а помнишь, когда я убивалась из-за Пашки, ты мне сказала: потерпи, потом будет легче. И ты оказалась права! Действительно, метод работает, проверено. Надо просто терпеть и ждать. А потом становится легче.
— Я постараюсь, — прошептала сквозь рыдания.
Говорю, что не хочу пересекаться с Кириллом, а на самом деле мысль о том, что я никогда больше его не увижу, кинжалом кромсает на куски сердце.
И до сих пор продолжаю ждать и надеяться. Что передумает, позвонит, приедет. Скажет, что расстался с невестой и свадьбы не будет. Потому что наша близость стала для него откровением, и теперь он не может без меня жить.
Да, я дурочка. Но я всё ещё мечтаю…
* * *
Можно планировать что угодно, а судьба распорядится по-своему. Уже на следующий день Кирилл… сам приехал в наш цех!
Я накалывала на манекен детали нарядной кружевной блузки, когда услышала шум и незнакомые голоса. Обернулась и…
И увидела мужчину, ставшего для меня центром Вселенной.
Дыхание остановилось, булавка глубоко впилась в ладонь, я с удивлением взглянула на капельку выступившей крови — боли даже не почувствовала. Потому что вся боль была сконцентрирована глубоко внутри — в моём сердце…
Директор был со свитой: его сопровождала незнакомая женщина с короткими ярко-рыжими волосами, парень-оператор с видеокамерой, расфуфыренная Дана и ещё какие-то люди…
Услышала объяснение, что в нашем цехе снимут пару эпизодов для рекламного фильма.
Кирилл всех поприветствовал, для каждой сотрудницы нашёл пару слов. Так как в цехе работали старейшие кадры, он всех помнил по именам. Около меня тоже задержался на минуту.
— А это Софья Воробьёва, наш самый юный сотрудник. Заканчивает колледж по специальности «дизайнер одежды», — сообщил Кирилл женщине с рыжими волосами. Та делала какие-то пометки в блокноте. — Привет, Соня. Что тут у тебя? Чем занимаешься? — кивнул на манекен.
Я во все глаза смотрела на босса и чувствовала, как тугая удавка стягивает горло. Воспоминания накатили жаркой лавиной, сбивая с ног. Я чётко ощутила вес его горячего тела, его жадные поцелуи и умелые прикосновения…
Сердце полоснуло жгучей обидой. Почему Кирилл разговаривает со мной как ни в чём не бывало?! Будто и не было той ночи, когда он сделал меня женщиной, будто между нами ничего не произошло!
Слёзы были совсем близко. Боже, сейчас я взорвусь и разрыдаюсь на глазах у целой толпы зрителей. Только не это… Так нельзя…
Изо всех сил боролась с нервами, кусала губы, комкала в руках моток кружева…
— Придумываешь новую модель? — напряжённо улыбнулся Кирилл, так и не дождавшись от меня ответа.
— Д-да, — чуть слышно отозвалась я. — Придумываю. И надеюсь, что её у меня не украдут.
Заметила, как дёрнулась Дана, как удивлённо поползли на лоб брови Кирилла.
Какие же у него красивые глаза… И сам он весь…
— Кирилл Андреевич, у нас возникло небольшое недоразумение, чуть позже я всё вам объясню, — вполголоса затараторила Дана и одновременно опалила меня уничтожающим взглядом.
Свита не заметила возникшей неловкости, так как журналисты успели отойти в сторону — рыжеволосая дама велела оператору заснять стеллаж с фурнитурой и оборудование.
— Потом мы обсудим, что у вас тут происходит, — недовольно обронил директор и направился к гостям.
Дана едва не заскрежетала зубами от ярости. Никогда ещё я не видела её такой взвинченной. Но блондинка тут же натянула улыбку и засеменила следом за боссом.
Через сорок минут, когда пресса покинула цех, меня позвали в кабинет начальницы. Кирилл хмурился, а блондинка стояла около своего рабочего стола с видом оскорблённой добродетели.
— Соня, я хочу выслушать твоё объяснение. Между вами возникло какое-то недоразумение?
От низкого голоса Кирилла по спине побежали мурашки. Три недели я представляла нашу будущую встречу и каждый раз замирала от страха и восторга. Но даже предположить не могла, что буду участвовать в разборках по поводу кражи идеи.
— Дана Евгеньевна забыла сообщить о моём авторстве, — тихо, но твёрдо заявила я. — Модель, разработанная мной, запущена в производство. Позавчера я случайно увидела её в магазине.
— Соня, мы столько моделей запускаем в производство! И все они продаются в нашем фирменном магазине! — воскликнула Дана. — Я вообще не понимаю, в чём проблема.
— В том, что ты утверждала, что модель неудачная и нельзя ей давать ход.
Внутри всё дрожало, но я старалась говорить спокойно: не хватало ещё выглядеть обиженным ребёнком, у которого отобрали игрушку!
— Да, Соня, извини, но твой вариант был неудачный. Я готова ещё раз это подтвердить. Ты принесла сырой эскиз, — терпеливо объяснила блондинка. — Пришлось его доработать, внести изменения.
Что-о-о-?!
Я едва не задохнулась от возмущения.
Вот лгунья! Какие изменения?!
— Дана, о чём ты?! Я же держала в руках готовую толстовку! Она один-в-один сшита по моему эскизу и лекалу, которое я разработала!
— Соня… — покачала головой начальница. У неё был расстроенный вид, можно подумать, она стыдилась моего поведения.
Кирилл превратился в мрачный утёс. Он молча переводил взгляд с меня на Дану и обратно. Видимо, пытался понять, кто из нас лжёт.
— Кирилл… Андреевич, — с усилием произнесла я, — давайте я покажу эскиз.
— Хорошо, Соня, — отрывисто обронил директор.
Я вылетела из кабинета, бормоча под нос проклятия в адрес лживой блондинки, и через секунду уже рылась в своём столе.
— Вот он!
Побежала обратно с эскизом и положила распечатку на стол перед директором.
— И? — Кирилл повернулся к Дане в ожидании её объяснений.
— Соня, ты принесла окончательный вариант. Почему же не покажешь первоначальный? — не моргнув глазом, заявила блондинка.
— Возможно, у тебя сохранились в скетчбуке наброски? — спросил Кирилл.
— Конечно, они сохранились, но там модель выглядит по-другому. А финальный эскиз я отрисовала на компьютере и принесла распечатку Дане Евгеньевне.
— К сожалению, всё было не так. — Дана с видимым усилием подавила вздох и взглянула на меня с сочувствием, как на совсем завравшуюся девчонку.
Она тоже полезла в стол, и вскоре перед Кириллом появился ещё один эскиз.
— Вот, взгляните на это.
Я посмотрела на лист бумаги и обомлела…
Сразу поняла, что сделала Дана. Она обработала мой эскиз в фотошопе — стёрла часть линий. А потом на распечатке криво-косо подрисовала маркером недостающие элементы: карманы, клапан на застёжке. Именно эти детали и сделали толстовку оригинальной.
Теперь эскиз действительно выглядел так, будто его подкорректировала Дана. Босс в этом не усомнится. Он же знает, как хорошо я рисую, а тут явно поработал дилетант в области рисования. Дана и не обязана хорошо рисовать, у неё экономическое, а не художественное образование…
Я уставилась на блондинку. Смотрела на неё изумлённо и не могла поверить, что человек может быть настолько лицемерным и коварным. Мы целый год проработали вместе, я считала её идеальной начальницей и образцом для подражания!
А она нагло врёт прямо в глаза. У неё при этом даже ни один мускул на лице не дрогнул!
— Так, мне всё ясно. — Кирилл отодвинул эскизы в сторону. — Я понял, что вы обе участвовали в разработке модели и заслужили бонус.
— Но ведь дело не в деньгах! — воскликнула я.
— Я ни на что не претендую, — перебила меня Дана. — Да, я совершила ошибку, надо было сразу выплатить Соне премию. Соня, приношу свои извинения. Кирилл Андреевич прав, мы обе поработали над эскизом, а я не отметила твои заслуги. Но я всё исправлю, в следующем месяце ты обязательно получишь хороший бонус.
Я стояла совершенно ошарашенная тем, что происходит. Эта стерва ещё и разыгрывает из себя святую — после того, как она так меня подставила!
Я молчала, хотя и сходила с ума от возмущения. Не знала, что сказать. Если сейчас начну объяснять Кириллу, какую операцию с эскизом провернула Дана, буду выглядеть совсем жалко. Моя начальница поняла, что её обман вскрылся, и быстренько подправила рисунок. Она отлично подготовилась, мне её не переиграть.
Как же она меня опозорила перед Кириллом! Теперь он решит, что я маленькая обманщица, пытавшаяся присвоить чужую идею.
Щёки горели от стыда.
— Соня, спустись со мной к машине, — заявил вдруг директор. — Идём.
Он положил руку мне на плечо и подтолкнул к двери. Я вздрогнула от этого неожиданного прикосновения. По нервным окончаниям пробежало электричество, жаркая волна прилила к груди, а потом скатилась к низу живота…
Ох, надо держать себя в руках, иначе Дана заметит, как меня трясёт в присутствии Кирилла. Только этого не хватало…
Я вышла из кабинета на ватных ногах. Терялась в догадках, зачем любимый мужчина позвал меня на улицу. А вдруг он скажет что-то хорошее, обнадёживающее? За эти три недели могло произойти что угодно. Например, он поссорился с невестой, и свадьба расстроилась!
Кирилл вышел следом. Дана проводила нас недоумённым взглядом, однако не произнесла ни слова.
* * *
Служебный автомобиль ждал на небольшой парковке около здания, водитель слонялся неподалёку, уткнувшись в телефон. Кирилл махнул ему рукой: гуляй дальше. А передо мной открыл дверь заднего сиденья.
— Садись.
В салоне приятно пахло парфюмом босса и кожаной обивкой. Я напряжённо ждала, пока Кирилл обойдёт машину и сядет рядом. Опустила голову, сцепила руки, пытаясь унять волнение.
Эх, почему сегодня я не нарядная! Помню, как понравилось Кириллу платье из фиолетового шёлка, купленное для ресторана. Если бы сегодня я надела хотя бы летний сарафан, это было бы гораздо лучше, чем джинсы и футболка. Но я, как обычно, одета очень непритязательно…
А Кирилл выглядит сногсшибательно в эффектной тёмной рубашке и светлых брюках. Видно, что он принарядился для интернет-телевидения. Какой же он шикарный!
— Соня, у меня к тебе серьёзный разговор. — Кирилл задумчиво посмотрел на часы, украшавшие его широкое запястье. — Серьёзный и неприятный. Скажи, зачем ты устроила эту сцену? Зачем попыталась присвоить себе авторство удачной модели?
— Кирилл! Но это, действительно, моя модель! Я её придумала!
— Ладно, давай не будем начинать всё заново. — Кирилл посмотрел на меня с сожалением и досадой. — Соня, чего ты добиваешься, а? Ты собираешься меня шантажировать? У тебя ничего не выйдет, девочка.
— Что? — изумилась я. — В смысле? Как это — шантажировать?
О чём он вообще говорит?
Я ничего не понимала, слова Кирилла оставались для меня загадкой. Замысел Даны сработал — теперь любимый мужчина считает меня маленькой лгуньей.
Но причём тут шантаж?
Моё сердце бешено стучало, кислорода не хватало. Руки дрожали от волнения, перед глазами мелькали чёрные мушки…
— Я ведь признал свою вину, Соня. Да, я ужасно виноват перед тобой. Поступил, как последняя скотина, фактически ввёл тебя в заблуждение. Не удержался, не устоял. Хотя должен был проявить стойкость. Но нет, не получилось… И перед своей невестой я тоже ужасно виноват. Я ей изменил. Однако… Если ты надеешься, что сможешь меня этим шантажировать, то ты сильно заблуждаешься.
Наконец до меня дошло… Неужели Кирилл вообразил, что я найду его невесту и расскажу ей, как хорошо он «развлекается» накануне свадьбы?
Господи… Как он мог такое обо мне подумать? Кто я в его глазах? Безжалостная стерва, способная из вредности разрушить чьи-то отношения?
Я не стерва!
— Кирилл… Ты сильно заслуждаешься на мой счёт…
— Соня, повторяю, то, что случилось между нами, было ошибкой. Моей ошибкой. Прости меня за это. Но не пытайся вбить клин между мной и Даной. Мы хотим побыстрее провести церемонию, потому что Дана ждёт ребёнка. Мне ужасно не хочется посвящать её в подробности нашей с тобой… авантюры. Могу представить, как отреагирует на подобную новость беременная женщина.
Кирилл удручённо покачал головой и взъерошил волосы ладонью. А я в полном потрясении уставилась на него.
Дана… Дана — его невеста?!
Но как же так… Это невозможно!
Я смотрела на бриллиант на Данином пальце, слушала о её планах купить в Париже свадебное платье, но даже и близко не могла представить, что её жених — Кирилл!
— Я не знала, что Дана — твоя невеста… И что она ждёт ребёнка. — Я опустила голову, пытаясь скрыть слёзы. Грудь сдавило отчаяньем и безысходностью…
Последняя надежда разлетелась вдребезги, как стеклянный шар, и осыпалась мелкими осколками.
Пока девушка Кирилла оставалась для меня загадкой, я ещё могла фантазировать, что в последний момент он её бросит. Но теперь поняла, что уже ничего не изменишь. Свадьба точно состоится.
Во-первых, Дана беременна. Во-вторых, роскошная умная блондинка с солидным приданым — прекрасная партия для бизнесмена. Я ей точно не конкурент, проигрываю по всем пунктам.
И на что я только надеялась?
А то, что Дана в последние дни вела себя неадекватно, можно списать на беременность. Теперь я понимаю, почему она резко изменилась, превратилась из ангела в гадюку. У неё шалят гормоны. Ещё неизвестно, как бы я себя вела, если бы была в положении… Ну и, безусловно, Дана боялась, что Кирилл в ней разочаруется, когда узнает, что она украла мою идею. Вот она и постаралась свалить всё на меня.
— Кирилл Андреевич, я не собираюсь вредить вашим отношениям, — в полном отчаянии прошептала я. — Никогда в жизни никого не шантажировала! Жаль, что вы обо мне такого мнения. Прощайте.
С этими словами я открыла дверь автомобиля и выбралась на залитую солнцем улицу. Но для меня сейчас вокруг расстилалась тьма, я ничего не видела перед собой от слёз…
* * *
Лиза негодовала, когда я рассказала о Даниной подставе:
— Ловко же она извернулась! Даже фальшивый эскиз подготовила! Выставила тебя обманщицей перед Кириллом!
Подруга потребовала, чтобы я не сдавалась, а снова отправилась к Казанцеву с объяснениями и доказательствами.
— Бесполезно. Он всё равно мне не поверит, — махнула я рукой. — У него в мыслях только Дана. Она его невеста, да к тому же ждёт от него ребёнка.
— Что-о-о-о?!
Лиза застыла с вытаращенными глазами. Она долго хватала воздух ртом — известие произвело на неё сокрушительный эффект.
— Невеста… Ждёт ребёнка…
— Именно, — скорбно подтвердила я.
— Обалдеть… Что же теперь делать? Ты не сможешь работать в «Эланте». Это исключено. Приходить каждый день в цех и видеть там эту курицу… Нет, нереально. Только издеваться над собой.
— Дана не курица. Она несчастная беременная женщина, которой прямо перед свадьбой изменил жених. Возможно, подсознательно она это чувствует, поэтому ведёт себя неадекватно. Мне жаль Дану. Я перед ней виновата.
— Здрасте — приехали! — снова возмутилась Лиза. — Если кто и виноват — только Кирилл. Он не сказал заранее, что собирается жениться. Подождал, пока ты ему отдашься, гад бессовестный!
— Пожалуйста, не называй его так, — тихо попросила я. — Ты же знаешь, ему не пришлось меня уговаривать. Не сильно-то я и сопротивлялась.
— Хорошо, не буду. Извини. — Лиза сжала мою руку. — Вы оба запутались. Но что же делать с Даной? Как ты будешь с ней разговаривать?
— Даже не знаю, как ей в глаза смотреть. Она невеста, а я… вроде как любовница. Хоть и отвергнутая.
— М-да, ситуация… Соня, смотри. Сейчас выходные, потом мы сдаём госэкзамены и защищаем диплом. В цехе ты появишься, в лучшем случае, только через неделю. Тогда и решишь, что делать.
— Наверное, напишу заявление.
— Придётся. Увольняйся, ты всё равно не сможешь работать вместе с Даной. Зато я, вроде бы, нашла отличное место. Даже жаль, что придётся отвлечься на диплом. Мне предлагали прямо в понедельник приступить к работе.
— Слава богу! Хоть одна приятная новость.