11. Яблоко от яблони

Когда дядя приехал через два дня вместе с братом тети Резеды, девочки поняли, что спокойные дни закончились.

И если тетя им казалась противной мерзкой теткой, ее брат был просто настоящим исчадием ада. Мерзкий, наглый, жирный человек, который только и делал, что поддакивал сестре и провоцировал новые скандалы, цепляя Джамилю каждый раз, стоило им встретиться на одной территории.

— А что, дядя, надолго вы к нам? — спросила с улыбкой Джамиля.

— Побуду пока все не устаканется.

— А что случилось? Вы кому-то перешли дорогу?

— Нет, — махнул он рукой. — Жду, когда все разрешится.

— И как же все решится, если вы сидите здесь и ничего не предпринимаете? — иронизировала Джамиля. — Дорогу осилит идущий, дядя Хазрет. Вам ли этого не знать?

— Твой язык слишком дерзок девочка, — прошипел он.

— Дядя Хазрет, может сварить вам кофе? — предложила Наиля, чтобы сгладить градус напряжения в гостиной.

— Сделай дочка. Сделай. Хоть кто-то займется своими прямыми обязанностями из вас.

— Козел, — прошипела Джамиля, и дядя Хазрет сверкнул на нее глазами, а Наиля, схватив ее за руку, быстро увела оттуда.

— Джами, когда ты уже будешь сдерживаться?

— Когда наступит конец света. Сестренка скажу тебе одну простую вещь. Мы не прислуга, и не обязаны что-то делать только потому, что они считают нашей обязанностью обслуживать их.

— В судный день людям придется отвечать за каждое неосторожно сказанное слово, Джами. Прошу тебя, будь сдержанней. Терпение — добродетель, — устало взмахнула Наиля, понимая, что не достучится до сестры наверно уже никогда.

— Оставь все эти слова для своего будущего мужа. Спасешь его грешную душу, — улыбнулась Джами. — Кстати об этом. Ты что и вправду хочешь выйти за Адиля?

— А что? Ты передумала?

— Нет, что ты. Бери! — вскинула сестра руки и, прислонившись к плите, пристальным взглядом прошлась по сестре. — Наиля, детка, я тебе кое-что скажу, только ты не обижайся, ладно? — сказала она. — Он недостоин тебя. Скажу больше, никто из них не достоит кого-то из нас!

— Скромность не про тебя, — улыбнулась Наиля, качая головой и разливая кофе по чашкам.

— Еще чего! Если кто-то захочет взять меня в жены, ему придется очень постараться чтобы увлечь меня. И я сейчас не про деньги.

— Знаю. Боюсь даже представить, что было бы, не будь у нас приданного. Думаешь, семья Хасановых захотела бы взять нас в невестки? — улыбнулась Наиля.

— Нас? Детка, кажется, ты немного преувеличиваешь. Я за этого психа не пойду, даже если у меня не будет за душой ни гроша! — вскинув указательные пальцы, бросила Джамиля.

— Тише!

— Наиля?!? — крик дядя, разнесся по гостиной. — Ты что там пропала?

— Нет, ты посмотри на этого придурка? И прекрати делать ему кофе. В этом доме есть слуги.

— Джами, я стараюсь, чтобы наше пребывание здесь прошло, как можно спокойнее.

— Ждешь, не дождешься, когда уедешь в дом Хасановых? А вдруг там ты тоже станешь варить кофе и убирать комнаты? Ты его совсем не знаешь, Наиля? — шла за сестрой Джамиля. — Для жизни нужен человек, а не его красота!

— Да неужели? — улыбнулась Наиля и Джамиля закатила глаза.

— Да, знаю, как это звучит, но это правда. Ты не можешь знать какой он, после трех встреч? А если он храпит по ночам? Или того хуже, бьет женщин?

— Тогда в первом случае, я куплю бируши, а во втором запишусь в секцию по боксу, — улыбнулась в ответ Наиля, возвращаясь в гостиную. — Ваш кофе дядя Хазрет.

— Слишком долго, — скривился он, а отхлебнув, скривился еще сильнее. — А где сахар?

— Сейчас, — тут же поднялась Наиля, но Джамиля, ухватив ее за руку, тут же усадила назад.

— А за сахаром сами, дядя.

— Неблагодарная девчонка. Ну, ничего и на тебя управу найдем! — прошипел он и, встав, покинул гостиную.

— Джами⁈

— Если ты еще раз будешь стелиться перед ним и тетей, клянусь, я отрекусь от тебя, слышишь?

— Джамиля⁇

— Что⁈ — прошипела она, сверля взглядом дверь, за которой скрылся дядя Хазрет. — Яблоко от яблони…

После того, как дядя Искандер вернулся домой, атмосфера сразу поменялась и тетя Резеда стала более спокойной и вежливой. Говорила и делала все, чтобы история со сватовством не всплыла в том ключе, в котором хотела преподнести Джамиля.

Поэтому поговорив с ней, она пообещала, что Наилю отдадут за Адиля.

Дядя был встревожен и много молчал, поэтому заметив это, девочки старались лишний раз не лезть, но уличив его однажды в кабинете одного, Джамиля не сдержалась и вошла без стука. Закрыв за собой дверь.

— Дядя? У вас что-то случилось?

— Проходи дочка. Нам надо поговорить.

— Слушаю вас, дядя, — кивнула Джамиля, понимая, что разговор серьезный.

— Дочка я прошу прощения у вас, — начал он и тут же поднял руку, давая понять, чтобы она не перебивала его. — Я сегодня был в банке. Хотел оформить небольшую сумму для Хазрета, и заодно проверил кое-какие документы, — он вдруг замолчал, а потом продолжил. — Ваши счета пусты. Кто-то украл все деньги. Мои люди пытались отследить маршрут, но все безуспешно. Мне очень стыдно, что я допустил такое.

— Вы хотите сказать, что мы нищие? — прошептала Джамиля, и он кивнул.

«…я за этого психа не пойду, даже если у меня не будет за душой ни гроша…»

— Будь осторожна со своими словами, — пролепетала она сама себе и тут же накрыла губы руками, издавая истеричный смешок и вспоминая свои слова.

— Я сделаю все возможное, чтобы вы ни в чем не нуждались и вышли замуж, как и подобает, только…

— Думаете, что семья Хасановых, узнав о нашей проблеме, отменит все договоренности? — усмехнулась она, и дядя Искандер скривился.

— Прости меня дочка.

— Вам не за что извиняться, — проговорила Джамиля, пытаясь понять, как теперь действовать. — Я поговорю с сестрами, и мы придумаем, как все решить. Не взваливайте на себя больше проблем, чем есть. Я не хочу подвергать ваше здоровье риску.

— Нет! Сестра вручила мне вас, и я несу ответственность за ваши жизни.

— Но не тогда, когда у нас за душой ни гроша.

— Разве в этом дело? — улыбнулся дядя, и она пожала плечами. — Я сам поговорю с Мурадом и все объясню ему. Если они не передумают, мы будем ждать их.

— Дядя, тетя Резеда хочет отправить Лею в интернат, когда она поступит. Я бы хотела обговорить этот момент.

— Что? Какой еще интернат? Впервые слышу. Не беспокойся, я этого не допущу. Жить неизвестно где, когда есть мы?

— Спасибо дядя. Но с девочками я сама поговорю, хорошо?

— Только прошу, не пугай их, — улыбнулся дядя. — Знаю, как ты прямолинейна и напориста.

— Не волнуйтесь. Я донесу правильно, — улыбнулась она и, поцеловав его морщинистую щеку, вышла.

Пока она поднималась в комнату, в ее голове работали шестеренки, складывая общую картину случившегося.

Кто-то постарался убрать ее родителей с дороги, чтобы добраться до их состояния, потому что в поломку тормоза она не поверила сразу. И кто-то очень не хочет, чтобы она узнала об этом, потому что замел все следы, начиная от аварии и заканчивая счетами.

Что ж, значит, придется узнать.