30. Шах и мат

Джамиля перевернулась на бок и уставилась в окно, замечая, как розово-сиреневые отблески разрезали небо перед рассветом. Как только она вчера вернулась в дом тети, выслушав перед этим гневную тираду от неё и дяди Хазрета, скрылась в комнате. Всю ночь, ворочаясь и пытаясь понять мотивы поступка Саида, она с трудом уснула под утро.

Как только она спустилась вниз, услышала, как тетка злится на её присутствие, выговаривая все своему брату.

— Ты сама виновата в этом, — бросил дядя Хазрет, делая глоток чая. — Ты должна была проводить ее назад, сказав, что мы не хотим видеть её. Точно не после того, что она устроила на свадебной церемонии. Жаль, что я не видел, как они целовались на глазах у всех. Я бы быстро угомонил эту девку, парой пощечин.

— Доброе утро, дядя Хазрет, — громко крикнула Джамиля, выходя и делая вид, что не слышала его слова. — Тетя Резеда, как вы? Как дядя Искандер?

— Конечно, — хмыкнула тетя. — Стоило переехать в их особняк, вы тут же забыли о своем дядя, даже не приходите к нему.

— Тетя не устраивай драм. Всего пару дней пропустили, — пожала Джамиля плечами, беря хлеб и намазывая его маслом.

— Скажи-ка дочка, это правда, что мне сказала твоя тетя? — спросил дядя Хазрет.

— Что именно?

— Ты целовалась с Саидом на глазах у всех.

— А что? Мы вроде помолвлены, — пожала плечами она, откусывая и запивая чаем.

— Тебе совсем не стыдно, дочка?

— За что? За то, что мой будущий муж проявил ко мне чувства? За его поведение я не могу отвечать.

— Но можешь за свое! — гаркнул он, ударив кулаком по столу и, заставив всех напряженно замолчать.

— Не стоит кричать, я и так прекрасно вас слышу и отвечу тоже самое, — улыбнулась, она, чувствуя как дядя разозлился.

— Сучье отродье, — прошипел он, вставая в полный рост и едва сдерживаясь, чтобы не залепить ей оплеуху. — Как ты смеешь позорить доброе имя своей тети и дяди Искандера, которые помогли и приютили вас после смерти родителей? Или может, ты считаешь, что тебя не тронут только потому, что росла не по нашим традициям и не уважаешь старших?

Было видно, как его гнев бурлит в нем, делая венку у виска еще заметнее. Джамиля старалась держать себя в руках, ведь на кону стояло чуть больше, чем оскорбления, поэтому кивала, опустив глаза. Хотя это было трудно.

— Я предупреждаю в последний раз, — процедил он.

— Слава Богу, что в последний. Думала, не закончится, — не сдержалась Джамиля, делая глоток чая и ставя чашку на блюдце.

— Ах ты дрянь⁈ — возмутилась тетя Резеда вставая следом за братом.

— Тихо-тихо, — подняла руки Джамиля. — Может, не будем ссориться? — предложила она. — Давайте сразу драться?

Вскочив после своих слов из-за стола и отбежав, замечая, что дядя Хазрет кинулся к ней, она подняла руки.

— Шутка-шутка. Простите дядя Хазрет, тетя Резеда? Я виновата. Прошу прощения.

— Вон отсюда! — крикнула тетя, указывая ей на дверь.

— Но тетя, куда же я пойду? Наша свадьба с Саидом еще не назначена? — делала виноватое лицо Джамиля, пытаясь не рассмеяться.

— Мне плевать, — шипела змеей она. — Если ты не уважаешь нас, тебе нет места за этим столом.

— Но дядя Искандер не позволил бы этого, — давила на совесть Джамиля.

— Его здесь нет! — рявкнул дядя Хазрет, подлетая к ней и, хватая ее за руку. — Но есть я! И я научу тебя, что старших надо уважать, — шепнув ей это на ухо, он заломил Джамиле руку, и под ее крики потащил в кабинет, тогда как тетка радостно улыбалась, наблюдая за этим.

Как только Джамиля поняла, что шутка затянулась, принося ей боль и дискомфорт, она попыталась вывернуться, но это было невозможно. Дядя так сильно держал руку, что ей казалось, он ее сейчас сломает.

— Пусти! — крикнула она, когда он грубо затолкнул ее в кабинет.

— Я покажу тебе, что значит дерзить, — шипел дядя.

Как только он толкнул ее от себя, она ударилась об угол стола, чувствуя резкую боль в области живота.

— Дядя ты с ума сошел?

— Я покажу, что значит уважать! — он расстегнул ремень на брюках и вытащил его из шлевок, складывая пополам и подходя к ней. — Я покажу, что значит слушаться, неблагодарная!

Как только первый удар опалил ее кожу, она закричала, уворачиваясь и ошарашенно смотря на него.

— Дядя Хазрет, ты с ума сошел? Не надо! — рычала она, пытаясь успокоиться и взять себя в руки, но страх уже просачивался сквозь кожу, наполняя его смрадом и мелкой дрожью, от которой всегда подташнивало. — Не надо!

— Надо! — прорычал дядя, замахиваясь в очередной раз и задевая руку, чуть ниже плеча. — Если не научишься говорить уважительно, я сделаю это снова, — говорил он, смотря на нее таким взглядом, от которого мурашки носились по коже, словно табун диких лошадей.

— Не смей! — процедила она, замечая как ремень, просвистев в воздухе, приземлился с треском на стол, промахнувшись в сантиметре от ее оголенной кожи.

— Смею! Как и ты, смею!

— Ты не мужчина — шакал, — прошептала она и плюнула в его сторону.

Заметив, как ремень в очередной раз рассекает воздух, она сжала голову руками и отскочила.

— Останешься здесь, я буду знать, что ты готова к продолжению, — процедил он, опуская руку и тяжело выдыхая.

Как только он вышел, она сел на пол, опираясь спиной о стол и расплакалась. Она знала, что в мире мужчин никто не станет смотреть на то, что она женщина, поэтому была готова получить за свою дерзость. Только она не знала, что это будет физическая расправа.

Дотронувшись до руки, она потрогала ее, чувствуя боль и покрутив головой, улыбнулась. Только рядом с Саидом она не боялась говорить прямо все что думает, потому что не чувствовала в нем опасности для себя в этом плане.

Она осторожно поднялась и вернулась в комнату, поняв, что не стоит пока испытывать судьбу и будет лучше вернуться в особняк Хасановых, хотя бы ради собственной безопасности. Только вот, она была не уверена, что сможет сегодня еще хоть немного противостоять кому-либо.

Подумав немного, она едет в клуб, где они были с Саидом и присев за столик, заказывает выпивку, пытаясь немного расслабиться перед разговором. Как только пару стопок текилы окутывают желудок ядовитым жаром, она берет в руки телефон и набирает сообщение Саиду.

«Согласна выйти за тебя, но только на своих условиях. Не струсишь — найдешь меня там же, где все началось» Джамиля.

Ответ от Саида не заставил себя ждать и, как только она прочла его сообщение о том, что он едет, заказала еще выпивку и вышла освежиться.

Когда она вернулась за столик, его еще не было и у неё было время, чтобы прийти в себя и подумать над условиями более детально.

Шах и мат, госпожа Джамиля, — смеялась она про себя. — Кажется, кто-то совсем недавно кричал о том, что никогда не выйдет за Саида Хасанова? А теперь что? Ищем варианты?

Все о чем сейчас могла думать Джамиля, это то, что дядя Хазрет действительно мог быть тем человеком, кто устроил аварию родителей и дяди Искандера. Вряд ли он был настолько умен, чтобы украсть деньги со счета, но он вполне мог найти такого человека, щедро заплатив ему.

— Привет, — Саид присаживается напротив, смотря на нее пристальным взглядом. — Что случилось?

— В смысле? — спрашивает Джамиля, не сразу понимая, о чем он.

— Ты передумала, — пожал он плечами.

— Подумала, что мне этот союз будет выгоден, — сказала она. — У меня есть несколько условий.

— Слушаю?

— Наш брак чистая формальность. Ничего больше. Никакой любви и привязанности. Никаких детей.

— А может сразу половина имущества и особняк в придачу? — ухмыльнулся Саид. — Не слишком ли много условий?

— Секс только по взаимному согласию.

— А вот это мне нравится.

— Ну и? Принимаешь? — спрашивает она, нервно теребя рюмку, и как только он кивает, опрокидывает залпом и целует его в губы.