40. Запретная

Лея подняла глаза и снова напоролась на пристальный взгляд Эмина, чувствуя, что шею и лицо заливает румянец. Вот уже неделю они приезжают сюда почти каждый день, и каждый раз Эмин так смотрит на нее, что ей становится неловко.

После того, как дядя Халиль разрешил им приезжать сюда, прося, чтобы она ненадолго заходила к нему перед отъездом, поговорить о дяде Искандере, Лея невольно ловила на себе взгляды Эмина.

Сначала она списывала это все на любопытство. Но когда поняла, что он продолжает прожигать ее взглядом, даже когда она разговаривает с дядей Халилем, поняла, что это что-то другое.

Нет, она знает, каким бывает взгляд, когда в нее влюбляются, но глаза Эмина выражали что-то другое. Запретное. Темное.

В черных глазах была такая буря, и как только он замечал, что она смотрит на него, тут же отводил их. И сейчас, заметив ее пристальный взгляд, он улыбнулся, подмигнув ей, смущая. Отвернувшись от него, она увидела как Джамиль, заметив их переглядки, вперил злой взгляд в Эмина.

— Что происходит? — спрашивает Джамиль у Леи, когда тот выходит из гостиной.

— О чем ты?

— Ваши игры в гляделки? Он что, достает тебя?

— Нет, конечно, — отмахнулась Лея, качая головой. — Лучше подумай о том, что ты будешь делать, когда мы улетим с Ирадой на выходные.

— Куда?

— В Париж. Идем в Лувр. Дядя Халиль пригласил меня.

— На два дня?

— Ирада что, не говорила? — удивилась Лея, и он покачал головой.

Словно в ответ на их мысли в гостиную вошла Ирада, неся поднос с чаем и кофе.

— Твой кофе, Лея, — улыбнулась она, ставя перед ней чашку.

— Спасибо.

— Почему не сказала мне про поездку в Париж? — нахмурился Джамиль.

— Я хотела сказать сейчас, — пожала она плечами. — Папа с братом летит по делам и нас с Леей позвали.

— Я с вами полечу.

— Но…

— Отец не отпустит Лею одну, — припечатал Джамиль и она нахмурилась.

— Я поговорю. Постараюсь убедить их, что мне не угрожает опасность. Скажу про то, что они партнеры с дядей Искандером, — сказала Лея.

— Я не позволю тебе находиться наедине с Эмином.

— Джамиль? — разозлилась Ирада. — Тебе не кажется, что Лея сама может за себя постоять? И не стоит вечно опекать ее.

— Она слишком наивна. А твой брат…

— Что теперь не так? — сложив руки на груди, спросила Ирада.

— Мне не нравится, как он смотрит на нее.

— И как же я смотрю? — голос Эмина врывается в их разговор и в гостиной повисает гробовое молчание.

— Не смотри на нее так, — цедит Джамиль, поднимаясь с кресла.

— Как?

— Как ты смотришь. Это неприлично. Она не для тебя.

— А для кого? Для тебя? — смеется Эмин, и Лея поднимается с колен, едва не роняя чашку.

— Прекратите себя вести как два индюка! Я не предмет для спора. Я сама могу постоять за себя.

— Уходим, — бросает Джамиль, стреляя в Ираду цепким взглядом.

— Но мы…

— Сейчас Лея!

— Джамиль? — вскакивает следом Ирада, натыкаясь на темный взгляд брата и замирая на месте. — Лея, напиши мне, как приедешь, хорошо?

В машине Лея и Джамиль молчат, а когда подъезжают к дому, он поворачивается к ней.

— Одна в Париж ты не полетишь.

— Ты кто такой чтобы запрещать мне? — разозлилась Лея. — Ты мне даже не брат!

— Почти как брат! И если тебе станет спокойней, можешь спросить у Адиля и Саида согласны ли они со мной? Думаю, даже твои сестры не будут в восторге от этого.

— Тебя это не касается. Ты не имеешь право позорить меня при всех.

— Он нравится тебе? Эмин Кайсаров? — вдруг спросил Джамиль, наклоняясь. — Точно нравится.

— Не твое дело, — вспыхивает Лея, отворачиваясь.

— Теперь тем более не полетишь без меня.

— Придурок! — бросила она, хлопая дверцей машины, и сбегая в комнату.

— Привет малышка. Как дела? — спросила Джамиля, встречая ее в гостиной, но Лея пролетела мимо, и ей пришлось удивленно уставиться на Джамиля идущего следом. — Что случилось?

— Твоя сестра собралась в Париж на выходные вместе с Кайсаровыми.

— Правда?

— Ты мне скажи? Вы что отпустите ее вместе с Эмином? — злился Джамиль.

— Ты же сам сказал, что она едет с Кайсаровыми. То есть, я так понимаю, не только с Эмином, — играла бровями Джамиля, чувствуя, что здесь что-то не так. — А ты что, ревнуешь?

— Нет. Просто мне не нравится, как он смотрит на неё.

— И как же?

— Как будто хочет проглотить.

— Хм, интересно, — улыбнулась Джамиля, хлопая его по плечу и уходя вслед за сестрой.

— Так и оставишь это? — крикнул он, но ответа не дождался и пошел к Адилю, решая, что старший брат поможет.

Постучав в комнату Леи, Джамиля приготовилась услышать отказ, но на удивление, Лея быстро открыла ей, робко улыбаясь.

— Привет.

— Привет малышка. Пустишь?

— Проходи, конечно. Прости, что не ответила. Я просто была так зла на Джамиля.

— Почему?

— Он ведет себя будто мой отец. Следит за мной, запрещает все, — злится Лея и Джамиля кивает, скрывая улыбку. — Я серьезно!

— Я верю. Просто ты не думаешь, что он может быть к тебе неравнодушен?

— Нет. У него есть девушка. Думаешь, для чего мы ездим к Кайсаровым? Он продолжает встречаться с Ирадой. Он просил ее руки, но ему отказали. Она была несовершеннолетняя.

— Ничего себе, — усмехнулась Джамиля, присаживаясь в кресло. — И что?

— Что-что. Теперь я его прикрытие, чтобы он мог видеться с ней, потому что им запретили встречаться, — выдохнула Лея, падая на постель.

— А при чем здесь Эмин Кайсаров и поездка в Париж? — спросила Джамиля, присаживаясь рядом.

— Разозлился, что еду одна. Без него.

— Ну, он прав. Мы Эмина совсем не знаем.

— Я еду не только с ним! — защищалась Лея. — Там будет еще дядя Халиль и Ирада.

— И?

— Дядя Халиль, партнер дяди Искандера, я тебе уже говорила про него. Думаю это существенный плюс.

— Возможно. Однако я все еще не понимаю, при чем здесь злость на Эмина?

— Сама понять не могу, — села на постели Лея. — Ему не понравилось, как он смотрел на меня.

— И как же?

— Джами, перестань так делать, — злилась сестра. — Ты что не понимаешь, что это все глупости, и он просто хочет мне досадить?

— Ну, в чем-то он прав. Мне бы хотелось, чтобы Джамиль был рядом, если мы все же разрешим тебе поездку в Париж.

— Хочешь сказать вы против? — едва не плача спросила она.

— Нет. Но я хочу знать, что ты в безопасности. Поэтому позвони своей подруге и попроси устроить нам встречу, чтобы я могла поговорить с дядей Халилем, — поцеловала ее Джамиля и вышла из комнаты.

— Какой же ты придурок, Джамиль Хасанов! — шептала Лея, набирая номер Ирады. — Привет. Слушай, ты не могла бы сказать дяде Халилю, что моя сестра хочет встретиться с ним по поводу Парижа? Она хочет убедиться, что с вами я буду в безопасности.

— Конечно. Ты в порядке?

— Да.

— А Джамиль? — шепотом спросила она и Лея поняла, что рядом, скорее всего, Эмин.

— Не спрашивай у меня про этого идиота. Я его скоро придушу! Все с ним в порядке, что ему будет-то?

— Не злись. Я понимаю его. Эмин такой же, в плане Джамиля. Тоже переживает за меня.

— А я здесь при чем? Сама подумай, где твой брат и где я? Разве мы подходим друг другу?

— Не знаю.

— Ирада, не зли меня, — прошипела Лея. — Передай мою просьбу своему отцу. Пока.

Отключив звонок, она устало упала на постель и закрыла глаза. Неужели они и в самом деле думают, что она интересует Эмина? Разве такое может быть?