9. Мама, действуй!

Как только он увидел Вахаба, и то, как тетка кружит вокруг нее, сложил два плюс два и разозлился.

— Мама, скажи, что в понедельник мы придем свататься к семье Машаль.

— Что? К Наиме?

— Конечно, нет. Я про племянниц, — бросил Адиль, сжимая кулаки.

— А ты уже выбрал себе невесту? — спросила настороженно мама.

— А ты сама посмотри, — улыбнулся он, показывая рукой на квартет стоящий недалеко.

Было видно, что Наиля не чает, как оттуда сбежать, вот только тетка удерживает ее за руку и нагло подталкивает к огромному мужику.

— Наиля?

— Мама не задавай вопросов, действуй! — злился он, видя как тот, крепко пожимает руку Наиле.

— Бегу сынок! Бегу!

Госпожа Айше действительно перешла на быстрый шаг, и лишь, когда обняла Наилю за плечи, тяжело выдохнула.

— Дочка, а что же ты с нами не поздоровалась? Идем, господин Мурад желает тебя видеть и ты еще не поздравила именинника, — улыбнулась она присутствующим. — Заберу ненадолго?

Конечно, никто не стал бы ей перечить, поэтому, не дожидаясь от них ответа, она развернула свою невестку и повела от них подальше.

— Детка, ты не обязана говорить с ними, если не хочешь. Ты наша невестка. Можешь смело слать их куда подальше, — улыбалась мать Адиля, вводя Наилю в ступор.

Неужели Адиль уже просил руки Джамили? Как она это пропустила?

— Не бойся, сегодня ты будешь рядом со мной и Адилем. И никто не посмеет забрать тебя.

— Благодарю вас, госпожа Айше.

— Зови меня мама Айше, — шепнула она и тут же громко рассмеялась, заставляя Наилю, немного заволноваться.

— Ну что вы, разве так можно?

— Я разрешаю тебе. Только тебе, — подмигнула она и, вручив ее Адилю, тут же ушла.

— Что они хотели? — спросил Адиль.

— Просто познакомиться.

— И все?

— Ну…да.

— Наиля, — он осторожно приподнял ее подбородок, заставив утонуть в его карих глазах. — Мне ты можешь не врать.

— Я не вру, — она испуганно смотрела по сторонам, думая о том, что кто-то мог увидеть это.

Еще подумают, что она уводит жениха сестры. Стыда не оберешься.

— Подаришь мне танец? — спросил он, беря ее за руку и выводя на площадку.

— А разве ты не должен танцевать с Джамилей?

— Я хочу танцевать с тобой, — он улыбнулся ей краешком губ, тут же становясь серьезным, и она опускает голову, чтобы не видеть осуждающих взглядов и шепотков.

— О, Аллах, смилуйся, — шепчет она себе под нос.

— Прости, я не так всемогущ, как он. Но поверь, я буду добр к тебе, — его смешок она расценила как шутку и легонько сжала его плечо.

— Не смейся надо мной.

— Никогда.

Он смотрел ей в макушку и тут же поднимал глаза, стараясь не выглядеть как озабоченный подросток, в пубертатный период. И все же невольно опускал взгляд, и любовался ее красотой. Он осторожно трогал ее пряди, слыша их аромат и чувствуя их шелковистость.

Он был очарован тем, что именно в его день рождения она распустила свои волосы, и, улавливая восхищенные взгляды гостей, испытывал радость от того, что такая красота доступна ему сегодня. В обычные дни она заплетала их в нежную косу, задорно покручивая кончик.

Оба образа казались ему прекрасными, но если в первом случае он не желал бы, чтобы окружающие постоянно видели его избранницу в таком виде, то во втором он не возражал против того, чтобы она оставалась без головного убора. Разумеется, он не будет требовать от нее носить платок, но и не станет ей мешать, если у нее возникнет такое желание.

— Не хочешь спросить у меня, что я писал тебе?

— Нет.

— Почему?

— Потому что это неправильно, — она тяжело выдохнула и подняла на него свои красивые глаза. — Ты не должен писать мне.

— Почему?

— Потому что в ваших семьях первыми женятся старшие сыновья.

— Считаешь, что твоя сестра подойдет мне? — смеется он, ища глазами красное пятно.

— Вполне. Она очень умна, красива…

— Саид мне этого не простит, — усмехнулся он, находя этих двоих в очень укромном месте.

— Что, прости?

— Говорю, сестра твоя куда-то исчезла. Даже не поздравила, — он пытался ее немного расшевелить, вызвав ревность, но, кажется, Наиля не поняла его шутки и стала искать глазами Джамилю.

— Я сейчас поищу ее.

— Нет. Сначала танец, — он снова прижал ее к себе, скользя руками по талии. — Ты очень красива Наиля. Тебе кто-то говорил это?

— Нет, — ее голос был еле слышен и Адиль усмехнулся, понимая, что ступил на опасную территорию.

— Их счастье.

— Что?

— Ничего. Говорю, что ты как нежная роза, застрявшая в навозной куче среди всех этих сорняков.

— Так ты тоже в куче? — улыбнулась она, и он поднял глаза, улыбаясь.

— Нет, я здесь садовник, — подмигнул он ей и она снова зарделась.

— Адиль может, поищем сестру?

— Она с братом уединилась за пальмой и, кажется, он ее сейчас поцелует, — недовольно буркнул он, отчего на щеках Наили расцвели яркие пятна.

— Что? Джамиля нет⁈ — прикрыв рот, она пулей бросилась от Адиля, пытаясь спасти сватовство сестры.

Адиль же шел расслабленной походкой, зная, что Саид все равно сделает по-своему. Наиля была уверена, что успеет спасти репутацию сестры и убедить Адиля, что она просто разговаривала с ним. Но когда она увидела, как Саид, сжав ее за шею, тянет к себе, а Джамиля схватив его за причинное место не уступает, испуганно замирает.

— Джами⁇

— А ты с характером я посмотрю? — цедит Саид.

— А ты еще не понял? — с улыбкой вернула ему Джамиля. — Малышка, что случилось? Потеряла меня? — спросила Джамиля, не отрывая взгляда от Саида.

— Джами, ты что делаешь? Отпусти его, прошу⁉ — шептала, краснея от стыда, Наиля.

— Не бойся, это мы играем в игру, чьи яйца круче, — усмехнулась Джамиля и тут же оттолкнула руку Саида, вытирая свою об его пиджак. — Такие себе.

— Ах ты, су…

— Саид! — гаркнул Адиль, понимая, что тот в бешенстве. — Тебя отец ищет.

— Мы еще встретимся, девочка. И тогда пощады не жди! — бросил Саид ей, проходя мимо.

— Буду ждать с нетерпением, мальчик!

С победной улыбкой она прошла мимо Наили к Адилю.

— С днем рождения Адиль! Надеюсь, хоть ты, не такой гавнюк как твой братец?

— Джамиля⁉ — воскликнула Наиля, чувствуя, что хочет провалиться сквозь землю.

— Я еще хуже, — улыбнулся Адиль.

— Сочувствую. Пусть всё пройдет! — бросила она, похлопав его по плечу и пошла к гостям. — Наиля, идем!

— В понедельник увидимся, — улыбнулся Адиль, а Наиля, натянув улыбку, кивнула, понимая, что их танец останется в ее памяти самым приятным воспоминанием о нем.