Глава 13. Сила высокоградусного пара

«Подходящая жена, как хорошая пара сапог. Найти такую, чтобы нигде не натирало до кровавых мозолей, очень сложно. Но этот год обещает нам разнообразие “хорошей обуви” — от качественных ботинок из телячьей кожи до домашних тапочек из мягкой шерсти». 

Колонка светских сплетен и общественных бредней Мадам Х

Для человека, которого вчера чуть не подстрелили возле мужского клуба, герцог Веллингтон выглядел весьма недурно.

Черный фрак с двубортным жилетом подчеркивали развитые плечи и грудь, а брюки с начищенными до блеска сапогами делали его ноги бесконечно длинными. Мне пришлось задрать голову до хруста в шее, чтобы повнимательнее рассмотреть его лицо.

Нет, все равно некрасивый. Непонятно, что дамы находили привлекательного в резких чертах и вечно недовольной роже. У герцога Веллингтона всегда такой вид, словно у него в желудке прокисло молоко.

Я бы не удивилась подобному эффекту от его поджатых губ и надменного взора. У меня вот в горле застрял кусочек пряника. В попытке сглотнуть, я пропустила момент, когда поздоровалась с ним неподобающим образом.

Впрочем, он не обратил на сей факт никакого внимания.

— Графиня, баронесса, — слегка кивнул герцог Веллингтон, только после этого заметил меня. — А вы?

— Мисс Прюденс Обернат, моя пятиюродная племянница из провинции, — представила меня леди Инесс.

— Пятиюродная? — темная бровь приподнялась, а на лбу герцога Веллингтона проступили морщины. Считал, что ли?

— Очень дальняя. Дочь кузины по линии брата отца моей троюродной сестры.

Иногда покровительница несла ахинею с каменным лицом гораздо лучше меня. Даже я зависла, что уж говорить про нашего гостя. Бедолага минут пять морщил лоб, чтобы в итоге вежливо и нейтрально выдать в ответ:

— Очень приятно, леди, — он изобразил подобие поклона, но с мимолетной заминкой. Будто не был уверен, что это правильная форма вежливого окончания диалога с высокородными женщинами. — Мне нужен мистер Линден. Могу я увидеть его?

Только сейчас я заметила, что подмышкой герцог Веллингтон держал увесистую папку. А за его спиной в проеме крутился невысокий, невзрачный мужчина со стопкой документов в руках. Шпион, которого приставили следить за домом.

Я нервно сглотнула и попыталась вспомнить, о чем мы говорили с Люси по дороге сюда.

Много ли прозвучало запретного? Что из этого услышал таинственный человек со шрамом поперек лица?

Взгляд осторожно ощупал невозмутимого герцога Веллингтона. Не похоже, что ему доложили обо мне. Его интерес к моей персоне угас почти через секунду после того, как нас представили друг другу.

Настолько быстро, что я невольно обиделась и внутреннее разворчалась.

Нет, вы посмотрите! Перед ним сидел его мистер Линден, только в платье и с прической, а он хоть бы хны. Ни голову не повернул, ни взглядом не окинул. Не то чтобы мне хотелось быть узнанной, но уважение не помешало бы.

Хорошо, что его таинственный помощник — такой же слепоглухонемой идиот.

— Мой племянник не принимает визитов, потому что его нет, — спокойно сказала леди Инесс. Я сначала покосилась на нее, потом на ее подругу.

Щеки баронессы Фонтик приобрели тот же красноватый отлив, что и ее ярко-рыжие волосы. Постепенно румянец волнения переполз с круглого, миловидного личика на внушительную грудь, затянутую в корсет. Если бы не приглушенный зеленый оттенок муслинового платья, походить ей на здоровенный цветочек в кресле. Особенно с таким высоким ростом и пышными формами, которыми она гордилась.

Рядом с ней сухопарая леди Инесс смотрелась просто птичкой. С таким длинным клювом, который легко бы долбанул герцогу Веллингтону между глаз.

— А мой камердинер, Тень… кхм, — он кашлянул и оглянулся на молчаливого слугу. — В общем, Виктор сказал, что мистер Линден никуда не выходил.

Для подтверждения своих слов упомянутый камердинер принялся размахивать свободной рукой и кривить лицо. До меня дошло, что предположенные насчет его особенностей нашло подтверждение в несчастном, уставшем Викторе.

Бедолага был глух. Вряд ли в полутьме он прочел по губам хоть что-то из нашего с Люси диалога.

Надеюсь…

— Я не сказала, что он ушел. Я сказала, что его нет. Фигурально, — не моргнув, откликнулась леди Инесс и вновь пригубила чай. А герцог Веллингтон опять застыл, пока переваривал и разбирал на составные части ее слова.

— Как нет? — переспросил у нее, и она пожала плечами.

— Вот так.

— Так — это как?

— Просто. Нет и все.

Бедный герцог Веллингтон, аж жалко его стало. Леди Инесс, похоже, сломала ему инструкцию, и теперь он не мог переварить услышанное.

— Простите, — мотнул головой в попытке раскидать по невидимым полочкам полученную информацию, — вы издеваетесь?

— Ни в коем разе, ваша светлость, — моя покровительница поставила чашку на блюдце, и на ее лице появилась вселенская скорбь. Для вида она даже стерла несуществующую слезу под правым глазом и стряхнула пылинку с юбки свободного платья. — Мой милый мальчик вчера так переживал, что закрылся в погребе и выпил много скотча.

— Много?

— Очень много. Так много, что наутро его дух отбыл в неизвестном направлении после отравления высокоградусными парами, — доверительно сообщила она, наслаждаясь произведенным эффектом, и откинулась на спинку кресла.

Рядом охнула и прикрыла рот шокированная баронесса Фонтик. Ее полные губы задрожали, а в больших глазах заблестели соленые капли.

— Как же? Милый Питер… такой хороший мальчик…

— Да вы не волнуйтесь, дорогая Лора. К вечеру отойдет. Или, может, к следующему вечеру, — задумчиво пожевала губу леди Инесс и потянулась к пряникам, но поняла, что опустевшая вазочка у меня. — В общем, ваша светлость, приходите завтра. Или послезавтра. Высокоградусный пар, знаете ли, как зеленые черты. Если уж взяло в оборот, то не отпустит так просто. Мой дорогой Арнольд, песок ему глиной, первые годы брака часто принимал на грудь и впадал в длительную медитацию, из которой выходил обычно через неделю или две. Конечно, многое зависело от того, под каким углом очередная ваза приземлялась на его голову…

Я скрыла смех за кашлем и заметила, как моя покровительница подает мне знак. Пока она рассказывала в завуалированной форме непривлекательные эпизоды из личной жизни, ее оттопыренный мизинец показывал мне на дверь.

— Графиня, я вам, безусловно, сочувствую, — протянул замешкавшийся герцог Веллингтон, а я поднялась и бочком двинулась к выходу из гостиной, — но меня мало интересуют подробности вашего брака. Мне нужен мистер Линден. Разбудите его или я сделаю это сам.

— Перебивать даму, чей нежный возраст давно перешагнул брачный, весьма невежливо, ваша светлость.

— К вашему огорчению, я никогда не славился хорошими манерами.

— Зря, зря. Манеры, знаете ли, открывают любые двери и поднимают покойников. Вот мой Арнольд…

На пути оказался столик с вазой и двумя статуэтками, в который я врезалась. Покачивающийся фарфор чуть не разлетелся осколками по роскошному ковру. Пришлось ловить фигурки пастушек и вазу на подлете, из-за чего я наделала много шума.

Герцог Веллингтон резко обернулся, леди Инесс мрачно воззрилась на меня, а баронесса Фонтик тяжело вздохнула.

— Я… Разбужу мистера Линдена, — аккуратно поставив все на место, я выпрямилась и сделала шаг к двери под змеиным взором. — Вежливо подниму его в вертикальное положение. Манерами.

Глазки сузились, а герцог Веллингтон вдруг с подозрением поинтересовался:

— Мы с вами нигде не встречались?

И вот тут мне стало действительно страшно.