Часть 8

Дождь окончательно закончился, на небе начали проклёвываться первые звёзды. Ещё совсем недавно свирепые воды океана успокоились, превратившись в безмятежную гладь, чего нельзя было сказать о душе Евы, вот там до сих пор творился такой ураган - мама не горюй.

И как это объяснить? Сначала она хотела его придушить, а потом отдалась с превеликим удовольствием! Что за муть они подмешивают в шампанское в своём супер-дорогом лакшери-отеле? Коктейль из шпанских мушек?

Конечно, с "замужем" она слегка погорячилась… Ну как слегка - бессовестно соврала: Омаров скорее продаст дьяволу душу, почку и селезёнку впридачу, чем свяжет себя узами брака. Но как ещё было отвадить нахала, чтоб наверняка? Да и они с Сильвестром уже два года вместе - считай муж, да и звучит лучше, чем сожитель.

Перед глазами до сих пор стоял Оскар. Стоял во всех смыслах. Молодой, сильный, и пах он так сумасшедше…

Когда её в последний раз так цеплял какой-то мужчина? Наверное, лет пять назад, на последнем курсе института, когда она сохла по одногруппнику Ване. Но Ваня хоть и был трогательно мил и волнующе красив, но Ева была вынуждена ответить ему отказом. Почему? Ответ до банального прост - он был беден. Свидания в пиццерии и бесплатные поездки на метро это совсем не то, к чему она стремилась, когда переезжала из холодной Сибири в столицу. Она ехала туда с одной мыслью - окрутить холостого олигарха и жить припеваючи, транжиря его миллионы. Увы, тогда она не знала, что бонусом к бриллиантам и лимузинам идут унижения и полное подавление собственного «я».

- Тебя проводить? - услышала Ева за спиной и, не оборачиваясь, ускорила шаг.

- Не стоит, сама как-нибудь доберусь.

Пожалуйста, пожалуйста, убирайся! Хорошего понемногу. Иди. куда шёл и не лезь в мою устоявшуюся жизнь!

Сейчас она вернётся в свой номер-люкс фешенебельного отеля, и всё будет по-старому. Сильвестр ничего не узнает, только вот что будет, если он всё-таки спалит её в барахле этого пляжного мачо? Но и голой же в отель не пойдёшь! Идиотка, чем ты думала, когда выбрасывала платье? - материлась под нос Ева, ковыляя по выброшенным на берег спутанным водорослям и ракушечнику.

Соблазн обернуться был велик, но она боролась с ним, не позволяя себе всё испортить. Секс был хорош, но на этом всё.

О, чудо - впереди валялась скомканная золотистая ткань от Барберри. Ева подбежала к сброшенному совсем недавно в порыве гнева платью и отряхнула от налипшего песка. Стянув рубашку, надела ледяной шелк, который сейчас больше напоминал огрызок половой тряпки. Но это всё-таки лучше, чем возвращаться обратно в чужой мужской вещице.

- Прощай, амиго, - выбросив на берег рубашку незнакомца, Ева поторопилась к отелю, так и не позволив себе обернуться.