Глава 10

Кирилл мучительно поморщился от головной боли и с трудом открыл глаза. Несколько раз моргнул, прежде чем сообразил, где находится, и усмехнулся. Угораздило же уснуть в кабинете… Размял затекшие от долгого сидения в неудобной позе мышцы и едва слышно застонал от новой волны боли. Расплата за вчерашнюю слабость настигла его во всей красе. Дернула же нелегкая так напиться. И проблему не решил, и похмелье заработал. Идиот, не меньше. Пора завязывать с таким способом расслабиться. Хотел подняться на ноги, но обнаружил, что накрыт пледом, и озадачился. Кто такой сердобольный? Кроме Лики, больше некому, но почему не разбудила? Ерунда какая‑то… – Я тебя ищу по всему дому. – Словно прочитав его мысли, жена без стука вошла в кабинет. – Ты что, здесь спал? От ее громкого возмущенного голоса в ушах зазвенело и накатила тошнота. – Не ори, голова болит. – Кир скривился и стиснул зубы от боли. Срочно нужен был аспирин. – От молока? – хмыкнула она и недовольно сложила руки на груди. – Чего? Какого еще молока? Кирилл нахмурился, совершенно не понимая, что происходит и что имеет в виду Лика. Их разговор больше напоминал спор слепого с глухим. – Не делай из меня дуру, – взвизгнула она, ультразвуком проехавшись по его барабанным перепонкам. – Ты был с ней, да? Признавайся. – С кем «с ней»? – Кир сжал виски пальцами, начиная раздражаться от идиотской ситуации, смысла которой не понимал. – С сироткой этой своей, – презрительно прошипела Лика. – Что за чушь ты опять несешь? Единственное, что останавливало от грубости в адрес жены – острая головная боль. Каждое слово и так давалось с большим трудом и эхом стучало в воспаленном мозгу. Но терпение стремительно заканчивалось. – Чушь, да? А это тогда что? – Она указала на стол. – Или хочешь сказать, что после вискаря решил молока попить? – Я понятия не имею, что это и откуда здесь взялось… Только сейчас Кирилл заметил стакан с чем‑то белым, напоминающим молоко. Сам он там явно появиться не мог… Надежда? Сердце пропустило удар и забилось быстрее. Твою ж мать, она что, была здесь? И видела его в таком состоянии? – Кирюша, проснулся? – В открытую дверь неслышна вплыла Клавдия Петровна и заговорчески улыбнулась Киру. – А молоко это я принесла, думала, может захочешь попить холодненького… Кирилл не сразу понял ее аферу, а когда сообразил, едва не рассмеялся. Клавдия Петровна быстро смекнула, что происходит, и выкрутилась из ситуации по‑своему, избавив его тем самым от мучительных разборок. – Все? – Он вопросительно посмотрел на Лику. Та лишь фыркнула, развернулась и вышла из кабинета, звонко цокая каблуками. – Спасибо. – Кир улыбнулся своей спасительнице. – Да не за что, – добродушно хмыкнула та. – Иди приводи себя в порядок и спускайся завтракать. – Надо сначала от головы что‑то выпить… – Пойдем поищем. Забрав грязную посуду, Клавдия Петровна направилась на кухню. Кириллу ничего не оставалось, как пойти следом. Не успел он войти, как перед ним сразу появились две таблетки и стакан с водой. Не раздумывая выпил. – Надо бы отдать хозяйке, – пробормотал Кир, растерянно сжимая в руках Надин плед. – Не переживай, я отнесу. Клавдия Петровна хотела забрать, но он не отдал. С одной стороны, дал себе зарок – держаться подальше от этой девушки, но с другой – не мог упустить такой безобидный повод, чтобы увидеть ее и поблагодарить за заботу. – Я сам. Решительно развернулся и направился к лестнице. Поднялся и, остановившись около нужной двери, негромко постучал. Надежда не отозвалась. Тогда он постучал громче. Результат получился тем же. Нахмурившись, Кирилл нажал на ручку – дверь оказалась не заперта. Ничего не оставалось, как заглянуть внутрь, но комната была пуста. Кир невольно напрягся и вошел в помещение. Прошелся по комнате, заглянул в ванную, но не нашел Надю. Это ему уже совсем не нравилось. Может, разминулись? Но как, если лестница одна. Небрежно бросив плед на кровать, он отправился обратно. Спустился и вошел в кухню. Старался держать себя в руках, но беспокойство уже начало курсировать по организму, заставляя сердце сжиматься от тревоги. Даже голова прошла чудесным образом. – Клавдия Петровна, а где Надежда? – Его голос звучал спокойно, но каждая нотка взволнованно вибрировала. – Как где? – Она обернулась и смерила его недоуменным взглядом. – Ушла с Маратом. – Как ушла? Куда? – Его словно ледяной водой окатило. – Так рано утром… взяли бутерброды и пошли на велосипедах кататься, – спокойно пояснила и отвернулась обратно к плите. Несколько мучительно долгих секунд Кирилл пытался справиться с волной удушающего гнева, сжимал и разжимал кулаки, глубоко и часто дышал, а как только почувствовал, что стало немного легче, продолжил: – И вы отпустили? Она же не знает здесь ничего. – Так не одна же, а с Маратиком, – беззаботно улыбнулась Клавдия Петровна, очевидно, не замечая проблемы. – Он все ей и покажет. – Тоже мне, ответственный человек! – Кир вскипел за секунду. – А если что‑то случится? – Да что может случиться? – С велосипеда упадет или врежется куда‑нибудь. Чем вы думали? Надо было сразу меня разбудить. Спохватившись, набрал ее номер, но Надя не ответила. Он сам не понимал, что его взбесило больше: что она ушла не предупредив или что ушла именно с Маратом. Кирилл не понаслышке знал о его репутации бабника. Сколько девичьих сердец было разбито – не сосчитать. – Ну вот что, ты кричать‑то перестань, – нахмурилась Клавдия Петровна. – Надя девушка взрослая и может… – Ничего себе взрослая! – возмутился Кир. – Ей даже восемнадцати нет! – Марата это никогда не останавливало от гулянок в одиночестве. – Он парень, а она девочка! – Двойные стандарты, – фыркнула она и, отмахнувшись, вернулась к готовке. Кирилл едва не лопнул от недовольства. Его буквально разрывало на части от злости и собственного бессилия. Как ненормальный набирал раз за разом номер Нади и бесился все больше, так и не получая ответа. В глубине души он понимал, что Клавдия Петровна права, но что‑то не давало согласиться. От одной мысли, что с Надеждой может что‑то случиться, становилось жутко. – Что за крик? – Лика появилась на кухне, как всегда «вовремя». – Марат с Надей уехали на велосипедах кататься, – коротко пояснила Клавдия Петровна. – И что? Мне кажется, хорошая идея. – Лика села за стол и придвинула к себе кружку с кофе. – Пообщаются, может, и найдут общий язык… – Какой еще язык? – огрызнулся Кирилл и начал мерить шагами пространство. – Что у них вообще может быть общего? – Они ровесники… мне кажется, многое. – Лика неопределенно пожала плечами, специально подливая масла в огонь. – Да и вообще… она нравится брату, не мешай им, может, что и получится у них. – Ты слышишь себя? – Кир звучно припечатал ладони к столу и впился в нее испепеляющим взглядом. – Ему нравится все, что движется! – Так и Надя твоя не статуя и, возможно, даже не святая, – хмыкнула она, быстро оценив пользу такой перспективы. Если Марат и правда возьмется за эту девчонку, это сильно облегчит жизнь. Может, и не придется портить фигуру и рожать. Кирилл лишь покачал головой, не желая соглашаться со всем этим бредом. – Так, все, я пошел, – оттолкнулся он от стола и направился к выходу. – Куда? – Лика успела схватить его за запястье и остановить. – Искать их. – С ума сошел? Куда ты пойдешь‑то? – Трубку она не берет, может, случилось что‑то… Кир не успел договорить, как услышал в коридоре голоса и смех. Нахмурившись, решительно направился туда и застыл, как громом пораженный, увидев Надежду. Марат крепко держал ее руку и что‑то увлеченно рассказывал. Ее щеки раскраснелись, на губах играла счастливая улыбка, а глаза задорно блестели. Мелодичный смех Нади эхом разнесся в пространстве и со всего маха ударил под дых. Ревность накрыла с головой, болезненно вцепившись зубами в самое сердце. Кирилл шумно втянул носом воздух и сжал кулаки что было сил. – Нагулялись? – Голос Кирилла прозвучал грубо и зло, но ему было плевать. То, что творилось внутри, не поддавалось контролю и рисковало вырваться на волю. Надежда вздрогнула от неожиданности, выдернула свою руку из ладони Марата и подняла глаза. – Здравствуйте, – робко пробормотала она и смущенно отвела взгляд. – В следующий раз будь добра хотя бы предупредить, куда идешь и с кем, – огрызнулся Кир, развернулся и направился к лестнице. Трусливо бежал в первую очередь от себя, от тех непозволительных чувств, что просыпались в его душе. Он не был готов к ним и не справлялся с напором. Надежда смотрела вслед Кириллу и едва сдерживала подступившие слезы. Не понимала, за что он с ней так? Ведь она не сделала ничего плохого… Несправедливая обида заполнила душу, а настроение безнадежно испортилось, но она упорно старалась не подавать виду. Продолжала улыбаться, слушая Марата, но улыбка получалась слишком фальшивой. – Пойдем кофе пить? – спросил он и потянул ее за собой. Надя не стала спорить, какое‑то безразличие опутало ее, словно паутина. Хотелось просто подняться к себе и побыть одной, но вот так уйти было не очень вежливо по отношению к Марату. Он все утро возился с ней, развлекал… Вместе они вошли на кухню и сразу попали под опеку Клавдии Петровны, суетившейся у плиты. – Нагулялись? – Она расплылась в довольной улыбке. – Чаю сделать? – Лучше кофе, – ответил Марат и принялся болтать о ничего не значащей ерунде. Надежда его даже не слышала, тенью скользнула за стол и опустила глаза на сжатые в замок руки. Пыталась как‑то переварить произошедшее, но получалось плохо. В память отчетливо впечатался осуждающий взгляд Кирилла, от которого до сих пор по коже пробегал морозец. – Что это с Киром? – Это имя ворвалось в ее мрачные мысли вместе с голосом Марата, заставив вздрогнуть от неожиданности. – На людей кидается… На Надюху вон наехал. – Переживал очень, – с готовностью поделилась Клавдия Петровна. – Вы же его не предупредили, еще и телефон отключили. Надежда спохватилась и достала из кармана смартфон. Дрожащими руками разблокировала и, к своему удивлению, обнаружила больше десятка пропущенных от Кира. Правда переживал? За нее? Сердце взволнованно колыхнулось в груди и забилось быстрее. – Чего переживать‑то? – хмыкнул Марат. – Мы же здесь, в поселке… – Подрастешь и поймешь, – покачала головой Клавдия Петровна. – Такая ответственность, ведь Наденька еще не совершеннолетняя. – Правда, что ли? – удивленно воскликнул Марат и повернулся к Наде. – Почти совершеннолетняя, – тихо вздохнула она. – Точнее, завтра буду… – У тебя что, днюха завтра? – Ну да… – Вот это да! – Марат сразу воодушевился, быстро просчитав в голове гениальный план. – Как планируешь отметить? Могу предложить парочку вариантов… – Спасибо, но я уже построила планы, – мягко улыбнулась Надежда, с предвкушением ожидая завтрашний день. – Поделишься? – Да. – Ее улыбка невольно стала шире, а на щеках выступил румянец. – Кирилл обещал отвезти меня в парк аттракционов и познакомить со своей сестрой и ее семьей. – О‑о‑о… супер! – воскликнул Марат, быстро подстроившись под изменившиеся обстоятельства. – Возьмешь меня с собой? Такого поворота Надя никак не ожидала и растерялась. – Не знаю… это, наверное, не очень правильно… – Она закусила губу, слишком поздно сообразив, что сболтнула лишнего, и как теперь выкручиваться – неизвестно. – Да брось, это же твой праздник, – возразил Марат и усмехнулся. – Кир точно не будет против. – Давай сначала у него спросим, – уклончиво ответила Надя, чтобы хоть как‑то вырулить из тупика, в который сама себя загнала. Меньше всего ей хотелось, чтобы Марат ехал с ними, но сказать ему об этом прямо язык не повернулся. – Как скажешь. – Он равнодушно пожал плечами и вновь переключился на Клавдию Петровну. * * * Кирилл рвал и метал, даже холодный душ не смог остудить пылающее пламя в груди. Злился на себя, на Надежду и на весь остальной мир. Метался внутри и никак не мог успокоиться. Умом понимал, что психует на пустом месте, но эмоции, отчего‑то яркие и болезненные, диктовали свои правила. Он никогда не считал себя ревнивцем, да и неуверенностью в себе не страдал. А сейчас отчетливо осознавал, что отчаянно ревнует, причем не свою женщину, да даже не женщину вовсе, а девчонку, но поделать ничего не мог. Чувства не поддавались контролю, душили его и угнетали. Но сильнее всего Кира раздражал тот факт, что он был в корне неправ. Ни за что нарычал на Надю. Хотя если после этого она будет держаться от него подальше, так будет лучше. Для всех. Ему нужна эта дистанция, чтобы справиться со своими демонами, чтобы защитить эту девочку от себя и своей больной любви к ее матери. Собравшись на работу, он в очередной раз напомнил Лике об ее обещании не цеплять Надежду, и спустился. Немного поколебавшись, все же решил не менять привычку и свернул к кухне. Кирилл окинул всех присутствующих напряженным взглядом и сосредоточил внимание на Клавдии Петровне. – Я поехал, – сухо бросил он. – Клавдия Петровна, если что… – Я позвоню, – закончила она его фразу и уверенно кивнула. Кир кожей чувствовал, как на него смотрит Надежда, но не мог себе позволить ответить ей тем же. Титаническим усилием воли заставил себя не поддаться искушению посмотреть в ее глаза и не оборачиваясь направился к двери. – Кир, постой, – раздался голос Марата. – Что? – Кирилл смерил его равнодушным взглядом и стиснул зубы. Общаться с братом жены сейчас хотелось меньше всего. Особенно после того, как тот начал проявлять внимание к Надежде. – Надюха хочет меня пригласить на днюху. – От гаденькой усмешки Марата у Кира зачесались кулаки, но внешне он остался невозмутимым. – Ты же не будешь возражать? В интонации отчетливо слышался вызов, к которому Кирилл оказался совсем не готов. Как и к этой ситуации в принципе. Судорожно искал вескую причину для отказа, но не находил. Он перевел взгляд на Надю и с ужасом для себя обнаружил, что та умоляюще смотрит на него. Это был удар под дых. Жесткий. Болезненный. Но скрепя сердце пришлось признать, что это ее праздник. И если она хочет видеть на нем Марата, он не имеет права препятствовать. – Конечно нет, – выдавил Кир из себя, даже не представляя, как справится со всем этим великолепием. Срочно нужна была стратегия, которая планомерно все расставит на свои места. – Ну вот, а ты переживала, – радостно воскликнул Марат. – Будьте готовы к десяти, – процедил Кирилл сквозь зубы и стремительно вышел из кухни. Быстрыми шагами шел к выходу, думая лишь о том, как бы не расколотить что‑нибудь по дороге. Хотел как можно быстрее остаться один, чтобы подумать, как себя вести дальше. Все очевиднее становилось, что он не справлялся с собой. Темная сторона пыталась вырваться на свободу, а противостоять ей сил оставалось все меньше. – Кирилл, подождите. – Голос Надежды догнал его у двери и заставил вздрогнуть от неожиданности. Кир остановился и обернулся, наблюдая за тем, как она приближается. – Я спешу, – холодно бросил он. – Всего минуточку… – Говори. – Извините меня, – выдохнула Надя и преданно заглянула ему в глаза. Кирилл мужественно держался, всеми силами пытаясь не реагировать на резко участившийся пульс. Возвел вокруг себя мощную защиту, сквозь которую невозможно было пробиться. – За что? – Вы переживали… – Она виновато опустила взгляд и принялась ломать пальцы. – Я не хотела, чтобы все так вышло… В общем, я действительно должна была предупредить… – Все нормально… – заверил ее Кир, желая как можно скорее закончить разговор и удалиться. – Я тоже перегнул палку. – Мир? – Надежда робко подняла глаза и протянула мизинец. Ее жест был таким невинным и по‑детски чистым, что Кирилл не смог сдержаться и расплылся в улыбке. Внутри словно что‑то хрустнуло, и дышать стало намного легче. В первый раз за долгое время он искренне расхохотался. Эта девчонка просто переворачивала в нем все вверх дном. Меняла устоявшие порядки и правила, сметала принципы. Он и сам менялся, и это пугало. – Мир. – Кирилл уверенно скрестил свой мизинец с ее на несколько секунд и поспешил сбежать. До машины шел с улыбкой на губах, думая лишь о том, какой он придурок, опять не смог противостоять колдовским чарам этой голубоглазой колдуньи.