Глава 13

К счастью, Марат, сославшись на важную встречу, отказался ехать домой и отправился к метро. Тепло попрощавшись с Женей и ее семьей и пообещав им в скором времени приехать в гости, Надежда села в машину на пассажирское кресло. Кирилл опустился за руль и плавно тронулся с места. В салоне сразу повисло гнетущее молчание, и никто не решался нарушить его. Обоим нужно было время, чтобы прийти в себя, слишком много эмоций потрачено за сегодняшний день. Кир напряженно следил за дорогой и переваривал новую информацию про Любу. Справиться с ней оказалось не так просто, а душевные терзания сильно выматывали. То и дело представлял себе все те ужасы, что ей пришлось пережить, и морщился от боли за любимую женщину. Надежда смотрела в окно и улыбалась, витая в своих мыслях. С большой теплотой вспоминала этот день, Женю и ее семью, такие они оказались замечательные, открытые, счастливые. От них не хотелось уезжать. Надя невольно представляла свою будущую семью и очень хотела, чтобы она была такой же дружной и крепкой. Припарковавшись во дворе дома, Кир заглушил двигатель и, так же ни слова не говоря, вышел из машины. На улице уже стемнело, лишь тусклый свет солнечных фонарей освещал пространство вокруг. На душе было так тоскливо, что хотелось выть волком или хотя бы поскорее остаться одному, но он не мог бросить Надю. Шумно вздохнув, помог ей выйти из машины и щелкнул сигнализацией. – Голодная? – тихо поинтересовался и повел ее по дорожке к дому. – Немного, – пожала плечами Надежда. Есть не хотелось совершенно, но и терять повод побыть еще немного в компании Кира тоже. – Клавдия Петровна обещала приготовить нам праздничный ужин… – без особого энтузиазма сообщил он. Настроение оставляло желать лучшего, но Кирилл не хотел портить праздник. В конце концов, девочка не виновата в его загонах. – Здорово. – Надя так искренне улыбнулась, что у его словно прошило электрическим разрядом. В этом освещении она еще больше походила на мать. Стиснув зубы, Кирилл открыл дверь и пропустил девушку вперед. В доме царила гробовая тишина. Это значило, что Клавдия Петровна уже ушла. А Лика, видимо, еще не приходила. Как не вовремя это все… – На кухню? – воодушевленно спросила Надежда. Но Кир лишь покачал головой. – В кабинет. Я ведь еще не подарил тебе подарок… – Который открывается ключиком? – звонко рассмеялась она и продемонстрировала ключ висящий на запястье. Там, где Кир его и оставил сегодня утром. – Именно, – невольно улыбнулся он. – Пойдем. Кирилл решительно вошел в кабинет, сел на свое кресло и, откатившись, выдвинул нижний ящик стола. Достал из него красиво упакованную коробку и протянул Наде. Не знал, как она отреагирует. Даже сам себе не мог объяснить, почему купил именно это. Просто проходил мимо антикварной лавки, увидел и разу подумал про Надежду. Надя с предвкушением и улыбкой приняла подарок. Сердце так быстро колотилось, что готово было выпрыгнуть из груди. Нервничала как никогда, дрожащими пальцами разворачивая обертку. Под ней оказалась бархатная коробка, а в ней невероятной красоты круглая шкатулка. Необычная роспись украшала ее, а тонкие золотые лепестки опутывали словно паутина. Трепетное волнение захлестнуло Надю с головой. Она подняла на Кира глаза, полные восхищения, и закусила губу, чтобы не расплакаться. Эмоции переполняли. Судорожно вздохнув, вставила ключик в скважину и несколько раз повернула, заводя механизм. Заиграла нежная мелодия, крышка открылась, и появилась миниатюрная балерина. Тонкая и изящная, но в то же время так четко прорисованная, что можно было рассмотреть даже лицо. Великолепная, волшебная, нереальная, глаз не оторвать. Она медленно танцевала в такт музыке. Надя ахнула от такой красоты и снова едва не расплакалась. – Спасибо, – прошептала она, глядя на Кирилла. – Это невероятно… Он не шевелился, считывая каждую ее эмоцию. Это было бесценно. Надежда была такой очаровательной в своем восхищении. Кир точно знал, что она не играет, что она настоящая, светлая и чистая. От этого становилось еще больнее, ведь пора было ставить все точки. Чем раньше, тем лучше. – Рад, что тебе понравилось, – хрипло выдохнул он и опустился в кресло. – Очень‑очень понравилось. – Надя лучезарно улыбнулась и прижала подарок к груди. – Это лучшее, что я когда‑то видела. – Это еще не все… – Что еще? – Ее глаза зажглись любопытством. Таким еще детским, без примеси кокетства. – Присядь, – улыбнулся Кирилл. Она подчинилась. – Я хотел поговорить с тобой о твоем будущем. Слова давались с большим трудом, но он не собирался отступать. Пока еще не представлял, как отпустит эту девушку в вольное плаванье, но и оставить у себя не мог. Это было бы неправильно и нечестно в первую очередь по отношению к ней. Не хотел делать ей больно, да и мучить себя тоже. С каждым днем, с каждой секундой все сильнее привязывался к ней. Присваивал, но не имел на это права. Она никогда не станет его Любовью и не сможет ее заменить, все остальное самообман. – Что вы имеете в виду? – Надежда смутилась и отвела глаза. Тон Кира заставил насторожиться, но она отмахнулась от этого. – Куда ты хочешь поступать? Пора уже подавать документы. – Слова горчили на губах, но он уверенно выталкивал их из себя. – Да, я как раз думаю об этом… – Как определишься, скажи мне. – Он запнулся, но быстро взял себя в руки продолжил: – Я подберу для тебя подходящую квартиру в этом районе. – Зачем? – Надя нахмурилась, совершенно не понимая его. – Чтобы у тебя было свое жилье… Это оправдание звучало так жалко, что она ни капли не поверила в его искренность. Сказка, что Надежда так старательно себе рисовала, стремительно размывалась и обнажала суровую реальность. Холодную, беспощадную, безжалостную. – Я вас чем‑то обидела? – Надя с болью посмотрела в глаза Кириллу. Зачем он так с ней? Ведь она ничего не просила. Ей вообще ничего не нужно лишь капелька тепла и немного внимания. – С чего ты взяла? – Он мужественно выдержал ее взгляд и нахмурился, не понимая реакции. Что сделал не так? Любая девушка обрадовалась бы такому подарку. Любая, но не Надежда… – Вы так технично хотите от меня избавиться… На несколько секунд повисла напряженная тишина. Кир не сразу осознал смысл сказанных ею слов, а когда сообразил, улыбнулся и покачал головой. – Ты не так поняла, я всего лишь хочу… – Не надо… – перебила его Надя и поднялась на ноги, решив сбежать, спасая остатки гордости и собственного достоинства. – Спасибо за подарок. Я вас услышала и в ближайшее время решу проблему с поступлением. Развернулась и торопливо направилась к двери. Кирилл несколько секунд обескураженно смотрел на ее спину, а потом сорвался следом. – Надя, подожди, – в пару шагов сократил расстояние, схватил ее за предплечье и одним рывком развернул к себе. – Дай я тебе все объясню. – Что объяснять? – судорожно всхлипнула она и он увидел, как по ее щекам катятся слезы. – Сначала мама меня бросила, теперь вы… Ее справедливый упрек болезненно вонзился в сердце. Кир шумно втянул носом воздух и медленно выдохнул. С этой стороны вообще не рассматривал ситуацию, но, видимо, стоило бы. Надежда не такая, как все… с другим мировоззрением, нужно это учитывать в дальнейшем. – Дурочка, все не так. – Он мягко улыбнулся и осторожно стер горячие капли подушечкой большого пальца. – Я просто хочу сделать, как лучше для тебя, дать жилье, стабильность, хоть как‑то помочь устроиться в этом мире. – А у меня вы спросили? – воскликнула она, в очередной раз загоняя в тупик своей логикой. – Почему от меня все избавляются? Я совсем никому не нужна. Не сдержавшись, Надя разревелась горько и отчаянно. Не хотела этого, но просто не смогла больше носить эту боль в себе. Кир, может, и правда хотел, как лучше, но ей все это было не нужно. Она хотела лишь немного тепла, чувствовать себя кому‑то необходимой, любимой… – Не говори так. Поддавшись порыву, Кирилл притянул ее к себе и прижал к груди так крепко, как мог. Впитывал ее боль в себя, желая разделить пополам. Рубашка быстро становилась влажной, а судорожные всхлипы разрывали его сердце. Прикрыв глаза, он гладил ее по волосам и спине, стараясь успокоить. Терпеть не мог женских слез, но сейчас не испытывал раздражения, лишь растерянность и сумасшедшую нежность. Она затапливала его, вытесняя все другие эмоции. Надежда была, как в тумане и боялась даже пошевелиться, попав в жаркий плен тесных объятий. Жадно вдыхала запах Кира и ощущала, как предательски кружится голова, а ноги становятся ватными. Никогда в жизни не находилась так близко к мужчине. Ее буквально сносило лавиной новых эмоций. Ярких, острых, запретных. Почувствовав, что Надя затихла, Кир немного отстранился, приподнял ее лицо за подбородок и заглянул в широко распахнутые в глаза. Она смотрела на него так, что внутри все переворачивалось вверх дном. Открыто и искренне, без капли жеманства. Тонул в ее глубоком взгляде, без малейшего шанса спастись. Эта девушка пленила его волю и отключила разум. Остались лишь примитивные инстинкты, но сопротивляться им не было сил. Кирилл поддался искушению, чуть склонился и коснулся ее приоткрытых губ своими. Едва ощутимо попробовал на вкус. Они оказались мягкими и нежными, словно лепестки розы, манили его с нечеловеческой силой, но он сдерживал себя, ожидая, что Надежда его оттолкнет. Она лишь едва слышно вздохнула и прикрыла глаза, невольно поощряя на продолжение, тогда Кир осмелел и усилил натиск, упиваясь запретным плодом. Надя ошеломленно вцепилась в его плечи, чтобы сохранить равновесие. Не могла мыслить связно, а превратилась в сгусток ощущений и эмоций. Никогда прежде не целовалась с мужчиной, даже мыслей таких не возникало. Но с Кириллом все оказалось иначе. Он забрал себе ее первый поцелуй. Мягко касался губ своими, осторожно лаская то верхнюю, то нижнюю языком и вызывал неподдельный восторг. Это было так необычно, запретно, неправильно. Но в то же время волнительно и прекрасно. Сердце Надежды колотилось, как сумасшедшее, а мурашки покрывали каждый сантиметр кожи. В груди все трепетало от переполнявших чувств, а ноги предательски подкашивались. Кир с большим трудом тормозил себя, чтобы не обрушиться на неискушенную девушку всей силой своего желания. Но все же не сдержался и решительно углубил поцелуй, упиваясь неопытностью и искренностью Надежды. Наплевал на все свои принципы и обязательства, бросив все в топку своей страсти. Знал, что будет жалеть, но сейчас, в эту секунду, ему было все равно. Он растворился в этой девушке без остатка, потерял голову, как никогда и ни с кем, и не хотел думать ни о чем другом. Надя дрожала и плавилась в его руках, сильнее сдавливая плечи, чтобы не упасть. Ей нравились его ласки, такие требовательные и осторожные одновременно. Она, словно пьяная, хваталась за ускользающее сознание, в котором осталась лишь одна мысль: это лучший день рождения в ее жизни. Звонкий приближающийся цокот каблуков отчетливо послышался из коридора. Кирилл напрягся и резко отстранился, удерживая лицо Надежды в ладонях. Тяжело дышал и смотрел в ее затянутые поволокой глаза. Какое‑то сумасшествие и помутнение, с которым он не смог справиться и едва не погубил их обоих. – Прости, – прошептал он, едва слышно и отпустил ее. Надя лишь закусила губу и отошла на несколько шагов, боялась поднять на Кира глаза. Щеки ее пылали от стыда, а губы горели огнем от страстных поцелуев. Она обняла себя за плечи, пытаясь сохранить остатки ускользающего тепла и, судорожно вздохнув, отвернулась к окну. Дверь без стука открылась, и вошла Лика. – Так и знала, что найду вас здесь, – хмыкнула она и гордо продефилировала к столу. Кирилл проводил ее хмурым взглядом и сжал кулаки до боли. Всего минута слабости, и так все усложнилось, что он не имел ни малейшего понятия, как вывозить ситуацию. – Что такие кислые? – Лика оперлась ягодицами на столешницу и криво усмехнулась. – Праздник же вроде как. – Закончился… – выдохнул Кир и потер лицо ладонями, чтобы хоть немного прийти в себя. Эмоции до сих пор кипели в груди и не собирались утихать. Одна маленькая колдунья разбудила в нем адское пламя, которое теперь невозможно было потушить. – Что так? – Бровь Лики ехидно взлетела. – Поздно уже. – Кирилл, я тебя умоляю, – снисходительно протянула она, приблизилась к нему и провела пальцем по груди. – Это мы с тобой уже не в том возрасте, а в восемнадцать в такое время жизнь только начинается. – Бессмысленный разговор. – Кирилл равнодушно пожал плечами и невольно перевел взгляд на Надежду, стоявшую у окна. Та стояла к ним спиной и не хотела участвовать в разговоре. – Ладно… – Лика расплылась в довольной усмешке. – Надя, я поздравляю тебя с днем рождения. – Спасибо. – Она повернулась и выдавила из себя улыбку, но взглянуть в глаза так и не смогла. Чувствовала свою вину и хотела провалиться сквозь землю. – Вот мой подарок. Надеюсь, с цветом угадала. – Лика протянула ей коробку, упакованную в оберточную бумагу, и чуть тише добавила: – Открывать лучше в одиночестве. Надежда кивнула и забрала подарок. – Спасибо, я пойду. – Опустив глаза, Надя направилась к двери, желая как можно скорее сбежать от Кира, его жены и своего позора. – Что ты ей подарила? – поинтересовался он, проводив девушку взглядом. На душе было как‑то тревожно. Да и вообще вся ситуация получилась гадкой и грязной. Не имел права втягивать Надежду в это болото, но не удержался. Теперь приходилось посыпать голову пеплом и думать, как вырулить, чтобы ее не зацепило волной негатива. – То, что просто необходимо молодой одинокой девушке… – неопределенно промурлыкала Лика и как‑то странно улыбнулась. – И что же это? Кир напрягся еще больше. Быстро промотал в голове несколько вариантов, но ни один из них не вязался с Ликой. Где‑то однозначно был подвох. – Вибратор, – рассмеялась она и покачала головой. – Очень дорогой и качественный, между прочим. – Ты в своем уме? – выдохнул он, не веря своим ушам. Как такой бред вообще мог прийти в голову? Что за идиотизм? – Что я такого сделала? – Лика притворно округлила глаза и томно закусила губу. – Пора уже изучать свое тело… От одной мысли, как эта впечатлительная девочка откроет такой подарок, Кириллу стало дурно. А мысль свернуть Лике шею росла и крепла в его сознании. – Идиотка! – зло прорычал он и стремительно направился к выходу, чтобы хотя бы попытаться успеть и опередить Надежду. Она не должна увидеть этот чертов подарок! – Кирилл! – донесся до него возмущенный вопль Лики, но он лишь отмахнулся от нее и свернул к лестнице.