Глава 1

Олег

Ненавижу больницы! Эти тусклые, потертые стены, запах медикаментов, шныряющие люди в белых халатах – лишнее напоминание о прошлой жизни, о жизни, которой не было. Хрен бы я привез сюда Артема, государственные медицинские учреждения не вызывали у меня доверия, выбора просто не было, не дотянул бы он до клиники Астахова, не дотянул. Окажут необходимую помощь и как только это будет возможно, перевезу его к Марку.

-Это Вы привезли парня с огнестрелом? – донеслось из-за спины.

Повернулся, посмотрел на хирурга, что оперировал Артема – невысокий, седовласый, лет пятидесяти.

-Как он? – спросил я, оставив его вопрос без ответа.

-Ему повезло, вовремя привезли, - спокойно ответил хирург, - состояние тяжелое, но стабильное.

Я молча кивнул. Слава Богу, обошлось. Работа у нас опасная, в ребят моих постоянно стреляют, но пока все оставались живы.

-Могу я узнать, что произошло? – снова заговорил врач, - Вы ведь понимаете, что я обязан вызвать полицию и обо всем доложить, таковы правила.

Ментов мне только сейчас не хватало, ага. Вот она – одна из главных причин, по которой мы избегаем государственные больницы, вся эта мишура и бюрократия доводит до ручки. Какая на хрен полиция, у меня на роже написано, что с полицией я никаких дел иметь не собираюсь.

-Послушайте, - начал я, стараясь прочесть имя на бейдже.

-Николай Петрович, - подсказал доктор.

-Так вот, Николай Петрович, - продолжил я, - никакой полиции. Вы его подлатаете, и я увезу его в более подходящее место.

Доктор хотел было возразить, но у меня не было никакого желания продолжать этот бессмысленный спор.

-Давайте договоримся, - произнес я, вынул из его кармана ручку и блокнот, и чиркнув ручкой по бумаге, протянул блокнот врачу, - нас здесь не было, никакого огнестрела, никакой полиции.

Доктор опустил взгляд на сделанную мной надпись в его блокноте и слегка покашляв ответил:

-Я Вас понял.

Хорошо, что врач понятливый оказался, а то бывают принципиальные, вот что мне с такими делать? Запустил пальцы в волосы, устал, неделька выдалась долбанутая. После ухода врача еще немного потоптался в коридоре и пошел на выход, курить хотелось, а лучше нажраться к херам.

Вышел на улицу, холодный ветер тут же ударил в лицо, конец ноября, терпеть не могу осень, сырость эту, грязь. Закурил у крыльца, бросать бы надо, да с такой работой, а ну его все.

Надо ехать домой, Артему я сейчас ничем не помогу, Демина охраняют, до утра и без меня доживет, а мне отдохнуть пора, стоило сделать пару шагов вспомнил, что номер-то свой я эскулапу не оставил, к чертям такой режим, совсем башка уже не варит, развернулся и пошел в сторону здания.

Минул пару лестничных пролетов и остановился, со стороны доносились голоса, кто-то из медперсонала отчитывал незадачливого пациента и мне бы идти дальше по своим дела, но что-то заставило меня остановиться и прислушаться.

-Инга, горе ты наше, ну сколько можно повторять одно и тоже, нельзя тебе шастать по коридорам, мне тебя на цепь что ли посадить? - сетовал голос, - я с тобой поседею, а ну быстро в палату.

Черт меня дернул пойти и взглянуть на происходящее, какого хрена я вообще делаю? Отыскать источник шума было не сложно, посреди коридора пожилая медсестра отчитывала девушку. Маленькую, тоненькую, ветром сдует, стоит окна открыть. Единственное, что бросалось в глаза – густые, темные волосы. Скользнул взглядом по незнакомке, рука загипсована, на ногах порезы. И чего она меня заинтересовала, жаль, что ли стало? Куда вообще родители смотрят, она же на ногах еле держится, худющая совсем, не кормят они ее что ли?

Хотя, учитывая ее внешний вид, не удивлюсь, если родителям вообще до нее дела нет, кто их знает, столько алкоголиков детей плодят, может ее состояние их рук дело. Пока я находился в раздумьях медсестра уже успела подхватить девчонку под локоток и направиться в сторону палаты. Сам своих действий не понимал, но зачем-то последовал вслед за ними. Остановился у двери в палату, раз уж поддался первому порыву, то стоило хотя бы дождаться медсестру и поговорить. На кой хрен правда не знаю, сдалась мне эта малахольная.

Медсестра появилась в коридоре спустя несколько минут, недолго думая перегородил ей путь, вынудив остановиться.

-Вы что-то хотели? – недовольно спросила она, упираясь руками в бока.

-Да, - кивнул, - я бы хотел поговорить с врачом девушки, которую вы только что проводили в палату.

Медсестра удивленно выгнула бровь и подозрительно спросила:

-А Вам какое, собственно, до нее дело?

Никакого, блядь, совершенно никакого мне до нее нет дела, но я какого-то хрена до сих пор топчусь в коридоре этой чертовой больницы из-за малознакомой, точнее совсем незнакомой девицы. Объясняться с медсестрой у меня не было ни малейшего желания, а потому вынул из внутреннего кармана пальто чертов бумажник, достал из него купюру и протянул ее женщине. Сестра бегло оглянулась, а затем схватила купюру, сунула ее в карман и тихо произнесла:

-Ждите здесь, доктор подойдет, - обошла меня и быстро потопала прочь.

Кивнул, скорее самому себе, потому что женщина уже скрылась из моего поля зрения,  и присел на скамью, установленную вдоль стены. Спрятал лицо в ладонях, продолжая анализировать сложившуюся ситуацию. Что я здесь делаю, зачем мне все это, хрен его знает, спишем на жалость.

Не знаю сколько я так просидел, в какой-то момент послышались шаги, а за ними и голос.

-Это Вы хотели со мной поговорить по поводу девушки? – спросил мужчина средних лет.

Поднялся с места и протянул руку доктору, тот пожал ее в ответ.

-Да, - кивнул я, - хотел поинтересоваться, что с ней и как она?

Врач как-то странно на меня посмотрел, а потом произнес:

-Вы, молодой человек, с какой целью интересуетесь? – еще один, блядь, достали.

-Родственник я, - ответил первое, что пришло в голову. И судя по тому, как вытянулось лицо доктора, ответ был неверным.

-Давайте так, - вздохнул доктор, усаживаясь на скамью, - либо Вы мне сейчас говорите правду, либо я вызываю полицию, потому что видел я ее родственников, те еще…..В общем, либо правду говорите, либо уходите.

Занавес, блядь, надо же было так облажаться. Решил испробовать туже стратегию, что и с медсестрой, потянулся к внутреннему карману, но тут доктор снова заговорил:

-Даже не думайте предлагать мне деньги, - покачал он головой, - я на зарплату нормально живу, говорите правду или уходите.

Какую правду я мог ему рассказать, когда сам не понимал, что здесь делаю. Ну хочет правду, будет ему правда, буду выглядеть идиотом, конечно, но раз уж вляпался во все это, надо до конца доводить, поздно заднюю давать.

Рассказал все, как есть, думал врач сейчас у виска пальцем покрутит и пошлет меня куда подальше, а он удивил.

-Нормально все с ней, организм молодой, подлечим и отпустим - как-то по-доброму проинформировал меня доктор.

И чего меня так накрыло? Чего за девку чужую переживаю, мало ли таких на свете, жизнью обделенных? Прошел бы мимо, но нет, сижу тут с доктором, состоянием девчонки интересуюсь. Совсем, видно, крыша поехала, раз на благотворительность потянуло.

-Может нужно что? – прервал я наше молчание, - не знаю, препараты какие?

Врач покачал головой, и тяжело вздохнул.

-Да есть у нас все, - усмехнулся он, - только не в лекарствах ведь дело. Она здорова уже практически, подлечим еще чуть-чуть, а потом…

Он остановился, прикрыл глаза и потер переносицу.

-Что потом? – переспросил я. Не нравилось мне это «потом», и реакция доктора не нравилась, я таких, как он, видел уже, фанаты своего дела, за каждого пациента болеют, через себя пропускают, таких, блядь, по пальцам пересчитать.

-А потом в детдом, - хрипло произнес он и взъерошил волосы.

-В детдом? – не сдержался я, - вы же сказали, что у нее есть родственники!

-Прав их лишили, - вздохнул он, - девчонка здесь постоянный посетитель, прописать ее уже здесь можно, родители, как нажрутся, так буянят.

-Блядь, - рыкнул я, - простите, нервы ни к черту. Сколько ей?

-Семнадцать, - пожал плечами врач.

Семнадцать, взрослая почти, ну какой детдом, ее же там сверстники сломают, даже несмотря алкоголиков родителей, не выживет она там, не выживет.

-Сколько она еще здесь пробудет? – спросил я.

-Пару дней, максимум, потом отпустим, пациентов у нас валом, мест нет ее здесь дольше держать, - все также грустно ответил доктор, таким, как он сложнее всего, не умеют они отпускать ситуацию.

Вынул бумажник, отыскал в нем визитку и протянул врачу, тот непонимающе посмотрел на меня.

-Здесь мой номер, - пояснил я, - завтра я приеду, и что бы не происходило, сразу звоните мне.

Врач осторожно потянулся за визиткой, все еще не понимая зачем это все мне, в этом мы с ним были похожи. Я тоже ни хрена не понимал, откуда жалость эта во мне взялась.

-Зачем Вам это? – наконец задал он вопрос.

-Сам не знаю, - дал честный ответ.

Не знал, но не мог допустить, чтобы девочке жизнь ломали, что бы там ни было, все можно решить, главное, вовремя вмешаться.

Олег

Домой ведь собирался, отдохнуть наконец и черт меня дернул вернуться, хрен с ним с врачом, все равно завтра собирался приехать, не вернулся бы, не было бы сейчас этого геморроя, и на хрена мне это спрашивается. Забота о малахольной, блядь, создал себе головную боль.

Сел в машину и рванул к Демину, у меня есть от силы два дня, чтобы помочь девчонке, идея идиотская, но хрен в этом городе хоть кто-то Диме откажет, органы опеки в том числе. Опекун, блядь. Ладно, сейчас главное девку вытащить девку, чтобы в детдом не попала, а там видно будет. За какие такие заслуги таким выродкам детей дают, нормальные, блядь, годами лечатся, а эти, сука….

Ворота особняка Демина разъехались в стороны, как только моя машина оказалась перед ними.

-И че ты здесь делаешь? – поинтересовался хозяин дома, стоило мне ступить на его порог, - я же тебя отпустил.

-Поговорить надо, - коротко ответил.

-Ну пошли в кабинет, - согласился Дима, - поговорим, раз надо.

-Ну рассказывай, что тебя заставило явиться на ночь глядя, - спокойно произнес друг, - что-то личное или…

-Личное, - перебил друга.

Понятия не имел с чего начать, глупость ведь несусветная, девчонку под крыло решил взять, на кой-то хрен, да еще и с моим образом жизни, идиот, блядь. Дима некоторое время терпеливо ждал, пока я прекращу внутренний диалог с самим собой и начну разговор, но вскоре его выдержка дала трещину.

-Так ты будешь говорить, что у тебя случилось? – раздраженно спросил он, - или мы тут пол ночи будем сидеть?

Собравшись с мыслями и решив наконец, что обратной дороги нет, поведал Демину идиотскую историю, что со мной приключилась. Как и ожидал, с каждым произнесенным мной словом, лицо друга все сильнее мрачнело, а в конце он и вовсе не выдержал:

-Ты рехнулся? – рявкнул он, - какая на хер опека, на хрена тебе эта девка? Только не говори, что влюбился с первого взгляда.

-Ты идиот? – не сдержался я, - какая на хер любовь, ей семнадцать! Да я, блядь, сам не знаю, просто не могу я пустить все на самотек, считай, пожалел я ее.

-Ишь какой жалостливый, - съязвил друг, - делать ты с ней что будешь? Тебя дома не бывает неделями, запрешь ее в четырех стенах?

-Надо будет, запру, - серьезно произнес я, - слушай, не знаю, главное, чтобы ее в детдом не отправили, остальные проблемы буду решать по мере поступления.

Демин, тем временем поднялся со своего кресла и направился к мини - бару, выудил оттуда бутылку и два бокала. И впрямь, коньяк бы сейчас не помешал.

Я понимал друга и его реакцию, приди он ко мне с подобной просьбой, я бы тоже у виска покрутил и послал бы его куда подальше, сейчас нам и без этой девки проблем хватает, а я тут со своей жалостью, тьфу бля. Ситуация до абсурда идиотская, но не мог я ее там оставить, просто не мог. Помогу ей и отпущу с миром в нормальную жизнь.

-Дим, да я понимаю, как это выглядит, - покачал головой и залпом выпил содержимое бокала, - я тебя редко о чем-то прошу, но сейчас, помоги а, я бы не просил, но время поджимает, ее не сегодня, так завтра вышвырнут из больницы и в детдом, ты же сам знаешь, как там, мы оба в этом дерьме росли.

-Хрен с тобой, - закусывая ответил друг, - будут тебе документы, но предупреждаю, случись какая-нибудь херня, отвечать будешь сам.

Кивнул и опрокинул в себя еще один бокал. Хоть с этим разобрались, осталось понять, что делать дальше. Девчонка вряд ли придет в большой восторг при виде меня.

-Утром документы на опеку будут ждать тебя в больнице, - пообещал друг, поднимаясь со своего места, - езжай домой, Олег, отдохни.

Несмотря на всю усталость, уснуть в эту ночь мне так и не удалось. В голове крутились мысли о прошлом, родителей я потерял рано, мне и семи тогда не было, родственникам чужой ребенок был не нужен, а потому я отправился прямиком в детский дом. Вряд ли что-то изменилось с тех пор, как я покинул стены этого места, даже дышать легче стало, как только восемнадцать исполнилось, послал всех от души и больше ни разу туда не возвращался. Голодные, озлобленные дети, ненавидящие их воспитатели, не брезгующие распускать руки, не могу позволить девчонке туда попасть. Приведу в чувства, сделаю из нее человека и пусть валит во взрослую жизнь, а пока будет под моим присмотром, чтобы глупостей не натворила.

Ближе к четырем утра сдался, попытка поспать все равно не увенчалась успехом, поднялся с кровати и пошел в душ, может хоть ледяная вода в чувства приведет и придет озарение, какого хрена я вообще делаю.

После душа следовал уже привычный ритуал – крепкий черный кофе без сахара и сигарета, завтрак будущего язвенника, блядь, надо бы начать жрать нормально, от пуль не сдох, не хватало из-за дыры в желудке помереть.

Бросить бы все на хрен и уехать подальше от всего этого дерьма, от жизни такой, да не умею я жить по-другому, после детдома в армию отправился, потом военная кафедра и снова служба, о которой теперь даже вспоминать не хочется, да и что вспоминать, когда все мертвы, а отряда нашего и не существовало никогда, я вот один жив остался, лучше бы со всеми сдох, чем до конца жизни нести на себе груз вины оставшегося в живых. Каждый день себя спрашиваю, на кой хрена меня на этом свете оставили, чтобы убивал дальше? С криминалом вот связался, из одной крайности в другую, млин, повяз во всем этом дерьме, когда уже пристрелят.

Теперь еще девчонка эта, черт бы ее побрал, из головы не выходит, напугаю ведь ее, как пить дать напугаю. И что я ей скажу? Вопросов, как всегда, уйма, а ответов нет.

Посмотрел на часы, стрелка перевалила за семь, рань несусветная. Из спальни послышалась трель звонка, поднялся со стула и направился в комнату. На экране высветилось «Демин», усмехнулся, этот черт уже все решил, руку на отсечение дам.

-Слушаю, - ответил на звонок.

-Документы готовы, - сообщил Дима, - надеюсь, я об этом не пожалею.

-Ты их всех среди ночи что ли гонял? - усмехнулся я.

-Ничего, - буркнул друг, - иногда полезно задницы растрясти.

-Спасибо, - поблагодарил я, - я у тебя в долгу.

-Давай, - послышалось из трубки и Демин закончил звонок.

Многословностью Дмитрий Викторович не отличался, предпочитал разговорам пулю в лоб, так надежнее. Я даже не удивился, что все было сделано так быстро, любой в этом городе будет плясать среди ночи на территории его дома, если он того захочет, не говоря уже о каких-то там документах.

Натянул на себя рубашку и брюки, в любом случае девчонку напугаю, так хоть выглядеть не буду, как мордоворот. Схватил пальто с вешалки и ключи, и покинул квартиру.

Как только оказался в больнице, сразу же отыскал лечащего врача Инги, тот, естественно, ожидал меня.

-Быстро Вы, - усмехнулся он, - я на работу не успел прийти, а меня перед фактом поставили, что Вы девочку забираете, документы вот всучили, - помахал он папкой перед мои носом, - зачем Вам девочка? – недоверчиво спросил он. Я бы на его месте тоже не доверял, приехал какой-то мужик, пациенткой интересуется, а на следующий день он уже ее официальный опекун. Мало что ли извращенцев вокруг.

-Если бы я знал, - в очередной раз взъерошил волосы, и уселся напротив него, - извините как Вас…

-Леонид Васильевич, - догадался доктор.

-Так вот, Леонид Васильевич, - вздохнул я, - нет у меня ответа на Ваш вопрос, сам не знаю, зачем ее забираю и зачем мне этот геморрой, просто не могу допустить, чтобы девчонке жизнь сломали, считайте, благотворительностью решил заняться.

Врач долго и внимательно смотрел на меня, видимо, пытаясь отыскать ложь в моем поведении, вот только, даже, если бы и отыскал, все равно бы ничего сделать не смог, вопрос этот решенный уже.

-Надеюсь, правду говорите, - наконец заключил он, - не хотелось бы узнать, что ее нашли где-нибудь в подворотне с перерезанным горлом.

Проигнорировав его слова, попросил проводить меня в палату девушки.

Девушка к моему удовлетворению находилась в палате, искать ее по коридорам у меня желания не было. В палате, помимо нее, находилась еще одна пациентка, которую тактично попросили ненадолго покинуть помещение.

Невольно заметил, что Инга вжалась в изголовье кровати, до шеи прикрывшись одеялом. Понятно, страшно, но я вроде не урод, одет прилично, чего так трястись-то? Совсем там с психикой плохо, похоже. Вот же вляпался-то.

В этот раз мне удалось рассмотреть ее получше, во всяком случае я увидел ее лицо. Бледное, что сливается со стеной позади нее, одни глазища только, синие, да темные волосы. И тут удар под дых, ну конечно, вот чего я в нее вцепился так, маленькая, худая, темноволосая, девочка из прошлого, мать его, нет не она, другая, конечно, но сука так похожа.

Олег

Двадцать лет назад

-Отвалили от девчонки, - рявкнул я на собравшихся вокруг новенькой стервятников. Малявка совсем, худая, как спичка, глаза огромные, смешная, - вы, бля, оглохли что ли, вон пошли отсюда.

-Олег, да ты чего, - замялся один из придурков, - мы же просто пошутили. Пошутили, они, блядь, напугали девчонку до смерти, уроды блин, наверняка даже пожрать нормально не дали, твари.

-Ушли я сказал, в следующий раз руки переломаю и ноги, - предупредил я.

-Эй, ты как? – обратился я к девочке и присел рядом на корточки, малютка прижималась к стене и держала в руках какого-то старого зайца, а может и не зайца, хрен тут разберет, - тебя как зовут-то, - улыбнулся я девчушке.

-Катя, - тихо ответила он, внимательно рассматривая меня.

-А я Олег, - представился я и протянул ей руку, - будем знакомы?

-А ты теперь всегда будешь меня защищать? – серьезно просила Катя, чем вызвала у меня широченную улыбку на лице, маленькая совсем, наивная еще.

-Тебе сколько лет, чудо? – спросил я.

-Девять, - послышался ответ. Девять, ребенок совсем, и что мне с тобой теперь делать, Катя. Сам виноват, приручил, неси ответственность.

С того дня Катя следовала за мной хвостом, а мне даже весело было, не самая плохая компания, смешная девчушка, вырастет, красавицей станет, не одно мужское сердце разобьет.

Только не суждено ей было вырасти.

Спустя еще полгода

-Что с ней? – спросил я у местного врача.

-Ничего, - буркнул тот, - температура, оклемается.

Черта с два здесь просто температура, я же вижу, что ей совсем плохо, ей в больницу нужно.

-Да она же совсем никакая, - заорал я, - бредит вон, скорую надо.

-Ты меня учить будешь, щенок, а ну вон пошел, - разразился старый придурок, ему вообще не было дела до нас – беспризорников, никому не было до нас дела, сдохнем и не заметит никто.

Я даже к заведующей прорвался, только толку то, плевать всем на Катьку, отмахиваются все, мол, температура, зима на дворе, все простывают. Позвонить самому, мне, естественно тоже не дали.

Скорую-то они потом вызвали, когда Катя сознание потеряла, а температура за сорок перевалила, только поздно было, в больнице умерла, двухсторонняя пневмония, не спасли.

Олег

Наши дни.

Внезапно нахлынувшие воспоминания выбили из колеи, Катька, черт возьми, не спас я ее тогда, не настоял, а ведь должен был, обязан был что-то сделать, вот чего меня так торкнуло, Инга, конечно, постарше, но слишком сильно она мне напоминает Катьку. Второй шанс мне что ли дали? Катю не спас, хоть Инге помогу, может так оно и есть.

Всмотрелся в лицо девчонки, сидящей передо мной, нет, все-таки она другая и цвет глаз другой.

«Это еще что такое?» - подумал я, заметив шрам, тянущийся от виска и вдоль щеки. Не сразу его под копной волос приметил, а сейчас вот отчетливо вижу.

-Что с тобой произошло? – как-то слишком резко поинтересовался я. Понял это сразу, только поздно уже было, девочка еще сильнее затряслась. Блядь, дебил.

-Боюсь она Вам ничего не ответит, - сообщил врач, - Инга молчит с самого первого дня нахождения здесь.

Черт. Вот только этого мне не хватало. И как я буду с ней общаться, если она не говорит. А хрен с ним, главное слышит, надеюсь, что проблем с интеллектом и пониманием речи у нее нет.

-Ты поедешь со мной, Инга, - постарался, как можно мягче произнести я, один хер не получилось, видимо, сказываются годы общения с разного рода швалью, - меня зовут Олег Громов, с сегодняшнего дня я твой опекун.

Девочка снова поежилась, сложно мне с ней будет, ой сложно. Хотя почему мне, найду ей мозгоправа, дам поручение своим, чтобы следили и пусть себе живет, а что, я дома все равно не появляюсь практически, а через неделю вообще из города свалю хрен знает насколько. Найму ей, пожалуй, сиделку еще, чтобы в уныние не впадала.

-Тебе помогут собраться, - еще раз обратился к девочке, - через полчаса я вернусь.

Пока Инге помогали собраться, метнулся к хирургу, оперировавшему Артема, благо, тот был свободен, поинтересовался состоянием Артема и оставив контактные данные, вернулся в отделение, где лежала Инга. Пока дожидался у палаты, заглянул в документы.

Кравцова Инга Владимировна

Дата рождения: 25.12.1997

Еще месяц и девчонке будет восемнадцать, и я официально перестану быть ее опекуном. А что делать дальше – непонятно, хрен его знает, насколько она к жизни приспособлена.

-Ладно, там посмотрим, - сказал сам себе.

Глава 2