Глава 23

Время медленно подбиралось к полуночи. И в спальне сгущался густой мрак, прогоняемый слабым желтым светом лишь одного включенного ночника.

В комнате было тихо и душно, но ни Тая, ни Кирилл не спешили открыть балконную дверь или хотя бы форточку. Казалось, даже ветер способен их подслушать. Разнести по миру самое сокровенное.

Кир так и не переоделся после прихода. Лишь расстегнул полностью рубашку, чтобы не мешала периодически поводить ноющим плечом, и, скомкав, бросил галстук на кресло.

Достал бутылку виски из шкафа и устроился прямо на полу, облокотившись спиной о кровать.

Тая же легла на постель позади него и, внимательно слушая, то рассеянно перебила его волосы на затылке, щекоча ноготками кожу головы, то обводила, пересчитывая пальчиком, шейные позвонки, то гладила, расслабляя, напряженные мужские плечи. Кир иногда перехватывал ее руку и сжимал кисть. Рассматривал ладонь, словно это какая- то диковинка, трогал кончики пальцев, изучая, и снова отпускал, продолжая говорить.

И в такие моменты Тае особенно казалось, что они сейчас одни во всем мире. И нет ничего более интимного, чем лежать вот так, в плотной, закупоренной полутьме и негромко разговаривать друг с другом, касаясь.

— Знаешь, Птенец, мне до сих пор снятся отцовские стеклянные глаза, — тихо говорил Кир, отпивая из бутылки и пялясь в стену перед собой, — Причем они стали такими еще вовремя нашей ссоры и, когда… — запнулся, сглотнул, дернул кадыком, — Все случилось, его взгляд остался таким же. Будто он и не умер. Или умер уже до того, как пистолет выстрелил. Словно смерть пришла и наложила на него отпечаток заранее. Это полное дерьмо, конечно, я брежу, блядь… — невесело рассмеялся, качнув головой.

— Нет, я верю, — тихо отозвалась Тая, перебирая его темные пряди на затылке и видя, как Кирилл непроизвольно жмурится от того, как ему приятно, и подается к руке словно большой усталый кот, — Кир, я видела, как у Альбины отлетала душа. В ее глазах видела. Мне показалось, я даже почувствовала, как тело ее отпускает последнее тепло, и оно облачком улетает вверх и рассеивается, — шепотом закончила.

— Это какая-то мистика, что ты ее тогда нашла, — пробормотал Кирилл, снова отпивая, — И еще более мистика, что Соколов ее не добил.

— Хм, так ты уверен, что это он? — Тая разглядывала профиль Кира, положив одну руку себе под подбородок, а второй гладя мужское плечо.

— Какие теперь сомнения? — Кирилл кивнул на блокнот, который, завернутый в целлофановый пакет, лежал рядом с ним полу, — Все очевидно, — хрипло добавил, — Видимо, Соколов пообещал ей что-то, чтобы молчала в СИЗО. У нас в тот день встретились, поругались… Может быть, случайно пырнул ее, а может и планировал. Но это уже детали, пусть с ними теперь Клюкин разбирается. Кстати надо написать ему, что завтра подъеду, кое-что передам, — Кир, достал из кармана брюк телефон и стал писать сообщение.

— А как ты думаешь? На меня покушался тоже он вчера? — спросила Тая.

Кирилл обернулся к девушке на секунду, обвел глазами ее лицо, задумавшись, и снова уткнулся в свой телефон.

— Думаю, да. Вы поругались, он понял, что ничего не добьется… Это полный бред, конечно, и в случае твоей смерти обернулось бы проблемами и лично для него в финансовом плане, но иногда желание отомстить перекрывает все. И логика к чертям летит. А Соколов всегда был вспыльчивый, вспоротая шея Альбины — яркий пример.

От этих слов Тая невольно погладила свое горло, ощутив там ком липкого страха. Затем обняла обеими руками шею Кира, целуя его в висок и зарываясь носом в волосы.

Кирилл отложил телефон, написав сообщение следователю, и погладил девушку по обвившей его шею руке. Снова сделал небольшой глоток из бутылки.

— Вот и тебе достается, да, Тай? — криво улыбнувшись и не поворачиваясь к ней проговорил, — Очень не вовремя ты в моей жизни появилась. Все рушится вокруг меня.

— Может как раз очень вовремя, — вкрадчиво прошептала в ответ, нежно целуя кромку его уха.

— Может… — неуверенным эхом отозвался.

Хмыкнул каким-то своим мыслям, так и гладя ее по руке.

Замолчали. Тая продолжила целовать Кира, рисуя губами невесомую чувственную дорожку на его шее. Мужчина задышал глубже, закрыл глаза. Звуки его утяжелявшегося дыхания отзывались в Тае томительным напряжением внизу живота. Между ног стало ощутимо мокро.

Она хотела его сейчас.

Так хотела…Требовательно, жадно.

И не для того, что получить удовольствие, а чтобы усилить этот эффект единения, окончательно утонуть в нем. Достать до чего-то глубже, чем способно только тело.

— Знаешь, — пробормотала, растягивая момент. Понимая, что совсем скоро близость случится. Нарастающее возбуждение Кира она чувствовала каждой клеточкой — оно уплотняло воздух, окутывало коконом, мешало ровно дышать, — Я одного не понимаю. Как следствие объясняет, что пистолет был в руках у Альбины? Ведь, если не она стреляла, то кто-то вложил…

Кир криво улыбнулся, разворачиваясь корпусом к Тае и поддевая пальцем ее подбородок.

— А с Клюкиным я договорился, Птенец, как и обещал, — ответил Тихий, смотря девушке в глаза и взглядом транслируя, что мысли его были уже гораздо более плотские, чем слова, — Помнишь, я встречался с одним человеком по этому поводу? Так вот… Клюкину я рассказал правду. И за определенную сумму, устроившую нас обоих и благодаря нашим общим "друзьям", он закрыл глаза на финт моей матери, свалившей все на Альбину. Она ведь не убивала в конце концов. Аффект, давняя неприязнь… Это просто замолчат…Смерть отца закроют как самоубийство, уже решено. А вот с Альбиной не все так просто. Сама она так пырнуть себя в любом случае не могла. И Соколову придется ответить. Это все не без помощи определенных людей, конечно. Сам бы Клюкин на такое не пошел. Но мы в итоге нашли общий язык. Кстати…

И Кир хищно улыбнулся, блеснув потемневшими глазами.

— Тогда, когда мы встретились в клубе, я как раз закрывал вопрос с Клюкиным, а тут ты… И этот желторотый пацан… — взгляд Кира стал совсем черным и каким-то застывшим, впившись намертво в Таю, — Очень выбесил меня этот твой мальчик, — вкрадчиво сказал, и у Таи мурашки побежали от опасных вибраций в его тоне, — Не помню, когда мне в последний раз так хотелось послать дела на хрен и влезть в тупые подростковые разборки. Остановило только то, что я точно знал, что между вами ничего нет.

— Как ты мог знать это точно? — прикусила губу Тая, млея от странной смеси восторга и раздражения.

Ведь это… Ревность? Она правильно поняла???

— У тебя в телефоне шпионская программа стоит, — невозмутимо заявил Кир, внимательно следя за ее реакцией. Но ее не было. Тая молчала. — Тебя ничего не удивляет?

— Меня удивляет, что признался.

Кир улыбнулся, взгляд мгновенно потеплел.

— Меня, честно говоря, тоже, Птенец. Хочешь, удалю?

— Хочу, — Тая улыбнулась.

— Давай сюда телефон.

Кир взял протянутый ему мобильник и снова сел, опершись спиной о кровать, начав рыться в Таином гаджете. Девушка со смешанным чувством наблюдала, как он легко смахнул пароль. Было немного неприятно и одновременно плевать. Это же Кир, чего еще она от него ждала? Тем более, учитывая обстоятельства…

— Или может функцию, что я слышу, что вокруг тебя происходит, оставим? — обернулся к ней, вопросительно выгибая бровь.

— Как у детей? — Тая переливчато рассмеялась от легкой абсурдности ситуации.

— Да, — Кир тоже усмехнулся. Вернул ей телефон, пытливо заглянул в глаза, — Точно не злишься?

Кажется, Тихому было сложно в это поверить. Сам бы он наверно убил за такое. Но Тая была совершенно другой, и в этом чувствовала свою пусть невидимую, текучую как вода, но силу.

— Злюсь, — ласкового прошептала, мягко улыбаясь и откидываясь на кровати, — Но ты же меня успокоишь? — потянула его за плечо на себя, чтобы лег сверху.