Соболевская Наталья

Опекун

Глава 1

Дамир

— Что-то я умотался, — откинувшись на спинку кресла, Макс вольготно развалился и вытянул ноги. — Давай, что ли прошвырнёмся по рыбным местам? Снимем кого-нибудь. Пар выпустим.

— В другой раз, у меня уже есть планы на вечер, — не отрывая взгляд от бумаг отказал я финансовому директору и по совместительству лучшему другу, а ещё сделал вывод – третий по счёту брак Тихонова трещит по швам, раз его потянуло «выпускать пар» на стороне, что впрочем, закономерно и ожидаемо. Первые две супруги Максима перешли в разряд «бывших», прежде чем они успели отпраздновать пятилетний юбилей со дня свадьбы.

— Да ну… и какие же? — пробурчал Макс, явно недовольный тем фактом, что «удить рыбку» ему предстоит без компании.

— Ужин у Софьи Дмитриевны, по случаю день рождения Ольги.

— Софья Дмитриевна, — в буквальном смысле пропел Тихонов и заулыбался. — Огонь, а не бабка! Всё также дымит как паровоз и глотает шампанское литрами?

— Также, — кивнул я, поставил подпись на последнем документе и захлопнул папку. — Только дозу удвоила.

— А как Ольга? Сколько девочки уже лет, пятнадцать- шестнадцать?

— Вообще-то сегодня исполнилось девятнадцать.

— Ого-о, — качнул головой Макс. — Время-то как бежит. Помню её ещё совсем малышкой, — Тихонов рукой отмерил от пола рост моей подопечной в тот момент, когда они в последний раз виделись. — Фотка есть в телефоне? Преобразилась деваха, или всё также похожа на пацана?

— Фото нет, — ответил я, а вопрос изменилась ли Ольга, попросту проигнорировал.

— Жаль, любопытно было бы на неё посмотреть, — посетовал Макс, но когда в его голову явно забрела какая-то мысль, нырнул в карман и достал мобильный. — Хотя какие проблемы, наверняка у неё есть аккаунт в соцсети. Русакова Ольга, — продиктовал себе Тихонов текст, который он определенно забивал двумя большими пальцами в поисковик. — Ну ни фигасе сколько результатов выскочило. Хрен найдёшь, — несмотря на пессимистичный настрой Макс упорно листал ленту и внимательно вглядывался. — Кстати, Дамир, а если Ольге девятнадцать, какого ты к ней тогда прёшься на день рождения? Она же тебе не родственница, поддержал дочь друга до совершеннолетия, выплатил ей, что причитается, и всё, хорош. Лично я считаю, ты и так сделал больше положенного. О-о-о, это она? — вытянув руку, Тихонов показал мне фото молодой брюнетки.

— Нет, не она. Михаилу я обещал поставить дочь на ноги, возраст мы не обговаривали. Ольга, по сути, ещё ребёнок, придёт время, будет жить самостоятельно, но сейчас слишком рано. И эта тоже не она.

— Опа! Опаньки. Вот это фея, — Макс, как по команде выпрямив спину, буквально вгрызся взглядом в экран, такое ощущение, что ещё чуть-чуть, и он от восторга начнёт облизывать телефон. — Не хочу забегать вперёд, но, похоже, я только что встретил свой идеал, и даже возможно будущую жену под номером четыре. Красотка, согласись?! И сексуальная, и глаза умные. Очуметь сочетание.

Тихонов вновь держал телефон так, чтобы я мог видеть экран, но на этот раз ему повезло, и он наткнулся на аккаунт моей подопечной.

— Слишком молодая, — заметил я, не раскрывая личности девушки.

— О, поверь мне – это совсем не недостаток. Вот как так-то? Аккаунт закрытый. Ну ничего, попрошусь в друзья, напишу этой крошке что-нибудь мега романтичное и приглашу на свидание.

— Я тебе челюсть сломаю, если напишешь, — прорычал я. Похоже, зря сразу не сказал, что эта девушка и есть Ольга. Тихонов парень нормальный, но и кобель порядочный. Его от Ольги надо держать на расстоянии минимум километра, запудрит ведь наивному ребёнку мозги.

— Это ещё почему?! — возмутился Максим и тут же прищурился. — Хотя погоди-ка… это же не… да ну, нет… это, что Ольга?!

— Да, и держи от неё свои причиндалы, как можно дальше, если планируешь ими хотя бы ещё раз воспользоваться. Макс, и я не шучу!

— Да понял, я понял. Не совсем же дебил, — Тихонов поднялся на ноги и, опираясь ладонями на мой стол, усмехнулся, — Вот же ты, жучара. Что ты мне тут втюхивал? Что обещал отцу о его дочке позаботиться? Ага, как же. Признавайся, для себя девочку вырастил?

Ольга

— Полная жесть и мрак, — шепнула я, глядя на свое отражение в зеркале. В этом мрачном платье меня не отличить от воспитанницы женской гимназии в дореволюционное время.

Грубая ткань грязно-серого цвета, ворот под горло, расклешённая юбка по щиколотку, какие-то непонятно зачем простроченные вертикальные складки на груди. Каждый год к дню рождения покупаю подобное платье и надеваю его лишь один раз, но именно это по мрачности и убогости переплюнуло все предыдущие. Когда заказывала его в интернет-магазине, на картинке оно смотрелось совсем по-другому.

Да и полбеды, что платье откровенно страшное, оно вдобавок же ещё слишком тёплое и колючее. Фролов, он же тиран и самодур у нас с бабулей за столом обычно просиживает минимум три часа, всё по полной программе, закуски, салаты, гарнир с горячим, обязательный рыбный пирог и напоследок непременно чай с тортом – зануда!

Я это «безобразие» только что натянула, и уже вся чешусь, надеюсь, к тому моменту, когда сниму, не расцарапаю себя в кровь.

Да, ладно! Несколько часов как-нибудь уж вытерплю, и колючее платье, и компанию Фролова, и необходимость притворяться пай девочкой. Зато потом – в шикарном наряде оторвусь с друзьями в клубе. А ещё после, через неделю, когда бабуля укатит на всё лето в обожаемую Прагу и снимет там коттедж, меня ждут беззаботные каникулы в свободной квартире и новенький автомобиль за безупречно закрытый второй курс.

Сегодня отмучаюсь, а в следующий раз Фролов с проверкой нагрянет к нам с бабушкой только через год. Ну по крайней мере последних три года, было именно так. Хотя прежде он навещал нас гораздо чаще, но тогда каждый его визит я ждала и воспринимала как праздник. Понятие не имею почему, но в детстве я его обожала, хотя он никогда не был со мной ласков и никаких чувств ко мне не проявлял, а в подростковом возрасте я в него влюбилась. Фу-у как вспомню, свои мечты на его счёт, так сразу морщиться тянет.

Глава 2

Услышав, как хлопнула входная дверь, замерла в ужасе. Неужели провозилась и проворонила приход Деспота? Глянула на часы и от сердца тут же отлегло. Для Фролова ещё слишком рано, он пунктуальный до тошноты, до назначенного часа – точно не явится. Это, наверное, из пекарни доставили рыбный пирог. Доплетя косу, ещё раз, на всякий случай, пристально рассмотрела лицо в зеркале и убедившись, что макияж полностью смыт, вышла в коридор.

— Ба-а-а?! Ну как так? Мы же договорились, — почувствовав запах сигаретного дыма, простонала я и помчалась в гостиную, где и обнаружила в кресле бабулю, что держала в руке мундштук и выдыхала изо рта струйку сизого дыма. — Топор вешать можно. Ты бы хоть открыла дверь на балкон, а ещё бы лучше там дымила. Ба, ну в чём дело? Скоро Этот придёт, а у нас в квартире дышать нечем.

— Не Ба, а София! И на балконе курят только мужики в майках и трико с вытянутыми коленями, а я дама, — бабуля вздернула свой аристократический нос гордо вверх и вновь затянулась.

— Посмотрим, что дама скажет через сорок минут, когда Этот нагрянет и начнёт ей читать нотацию, — ворчливо заметила я и направилась на балкон, чтобы открыть окно и впустить в комнату свежего воздуха. — Ба?! Это что был за звук? Ты же только что не откупорила бутылку шампанского?! Нет же?

— Ольга, не будь ханжой. Один бокал в качестве аперитива, и чтобы снять стресс. Вообще-то курьер, что принёс пирог, мне нахамил.

— Ба, да у Фролова нюх как у собаки, учует ведь.

— Ну и пусть…. Ругай не меня, а курьера.

— И что же он тебе такого оскорбительного сказал ну или она? — вымучено поинтересовалась я, потому как спорить с бабулей и взывать к её голосу разума, всегда было занятием бесполезным и неблагодарным. Придётся смириться, что Фролов пробудет у нас дольше чем три часа, потому как даму будет воспитывать, а на это требуется время.

— Конечно же она. Мужчина бы такую глупость не ляпнул. Пигалица заявила, что мне пятьдесят лет. Представляешь? Мне и пятьдесят! — фыркнула бабушка и изобразила на лице одновременно обиду и грусть.

— А почему вообще речь о возрасте зашла?

— Ну я сама спросила, сколько бы она мне дала… да и какая разница почему…. Позвони в пекарню и поставь их в известность, что курьер нам нахамил.

— А может не надо? — лилейно пропела я. — Тебе же всё-таки пятьдесят лет дали, а не шестьдесят семь, как написано в паспорте. Минус семнадцать лет, это скорей комплемент, чем ….

Резко умолкла, потому как бабуля, приложив руку к груди, часто заморгала, словно собиралась заплакать.

— Ольга, я конечно забуду, что ты эту страшную цифру произнесла вслух, но лишь потому, что очень сильно тебя люблю, — бабуля грациозно поднялась с кресла и, поправив пояс на шёлковом кимоно, поплыла прочь из гостиной. — Я переодеваться к столу. А ты не забудь, в разогретую духовку поставить пирог, мы же всё-таки его для Фролова сами пекли.

— Ага, ещё скажи, что сами для начинки рыбу ловили, — хохотнула я, но коробку с пирогом из пакета достала и вынула из духовки сковороды, чтобы температуру установить.

И когда эти спектакли закончатся, для одного единственного неблагодарного зрителя с участием двух ну просто потрясающе бездарных актрис?

Хотя, как раз, когда, очень даже известно. Получу наследство, скажу Фролову спасибо, всё-таки человек столько лет тратил на нас с бабушкой время и силы, но на этом всё, его тирания и полный контроль над моей жизнью закончатся.

Больше никогда не стану изображать перед ним человека, котором совсем не являюсь. Я обычная девушка, и меня интересует не только учёба и игра на этом чёртовом фортепьяно, но ещё и встречи с друзьями, походы в кино, студенческие вечеринки… и в конце концов свидания с парнями.

Ровно за минуту до семи часов вечера, у нас с бабушкой в квартире помимо сигаретного запаха присутствовал аромат печёного пирога, стол был полностью сервирован, бабуля в белой кружевной блузке и бежевой юбке уже приняла на стуле эффектную позу, правда она ещё и умудрилась прикончить целый бутыль, но как обычно даже с легка не запьянела, разве что чуть покрылась румянцем, но на фоне яркого макияжа, розовый цвет щёк мерк.

— Пятьдесят, пятьдесят одна, пятьдесят две, — отсчитывала я вслух вместе с часами секунды. — Ба, спорим, на что угодно, что ровно в семь к нам в дверь позвонят?

— Иди уже открывай, аферистка. Если на Землю метеорит не свалится размером с Австралию, конечно же ровно в семь к нам позвонят. Хотя, впрочем, и если свалится, всё равно позвонят. Он же пообещал, мир же накроет огненной лавой, если слово не сдержит, — специально придавая голосу напускной важности, забавно потешалась над Фроловым и ситуацией в целом бабуля.

Птичье чириканье раздалось в коридоре, и я, предварительно закатив глаза, нехотя поплелась открывать.

— Кто там? — исключительно для порядка спросила я, потому как если не поинтересоваться, Фролов мозг вынесет, за то, что в дом пускаю кого попало.

— Ольга, это я Дамир.

Демон ты рогатый и хвостатый, а не Дамир.

— Здравствуйте, проходите пожалуйста, мы вас уже заждались, — распахнув дверь, как по нотам начала я играть свою роль.

— Здравствуй, — произнёс мужчина и просканировал меня от макушки до пят оценивающим взглядом, а судя по тому, что уголки его губ, нет, не поднялись вверх, а всего-навсего дрогнули, он остался моим внешним видом доволен. — Как у тебя дела? На учёбе всё хорошо?

Зачем спрашивать, если ему все мои оценки ежедневно отправляет по почте секретарь нашего деканата? Я об этом ещё на первом курсе узнала, секретарь рассказала подружке, та другой, так до меня пусть и по долгой цепочке из многих людей, но информация докатилась.

Глава 3

— Всё отлично, спасибо, — отступая назад, чтобы пропустить Дамира в коридор, отозвалась я.

— Неужели я и сегодня единственный гость? — посмотрев, что в прихожей нет обуви, изумленно приподнял бровь Фролов.

Гад какой, ему ещё и хватает наглости удивляться. И это после того, как он в прямом смысле отобрал меня нескольких подруг, вслед за тем, как я его с ними познакомила. У Светки видите ли семья не подходящая, отец, о ужас, был условно осужден на полгода за экономическое преступление. Тоже мне великий грех. Ну помухлевал немножечко мужик с налогами и дальше-то что? Можно подумать у Дамира в фирме кристально чистая бухгалтерия, да никогда не поверю. Элю он невзлюбил, потому что та ляпнула, что у неё уже есть парень. Ой как вспомню, как долго и нудно Фролов после мне вдалбливал, что мальчикам от девочек нужно только одно, что в пятнадцать лет ещё рано с кем-то встречаться, и ныл…, и ныл…. А Марину отвадил вообще не за что. За, по его мнению, плохую учёбу. Она якобы будет тянуть меня вниз, вообще-то Мариша не плохо училась, не отличница конечно, но твёрдую четвёрку всегда получала.

— А зачем нам кто-то ещё? Отпразднуем в семейном кругу. Да и приглашать мне особо некого. Учёба отнимает всё время, некогда с друзьями общаться, — не краснея и не ощущая чувство вины, без стеснения навешивала я Дамиру на уши лапшу.

— Что совсем ни с кем не общаешься?

Фролов не просто спросил, он ещё на лице изобразил беспокойство.

Только вот меня теперь не проведёшь. Плавали, знаем. Скажу, что общаюсь, устроит допрос. С кем? Фамилии? Телефоны? Адреса? И всё на листке в письменной форме каллиграфическим подчерком.

— Только в перерывах на парах, а так нет.

— А почему их не пригласила?

Да пригласила конечно, причём пятнадцать человек, только к двенадцати ночи и в клуб.

— Не знаю, не такие у нас близкие отношения.

Да ну-у. Неужели Фролов улыбнулся?! Всё бегу, отмечать в календаре этот день красным маркером. А то потом захочу вспомнить, когда же свершилось это редкое и великое чудо, а не вспомню.

— Дамир, как же я рада тебя видеть, — когда мы вошли в гостиную, томно произнесла Ба и протянула Фролову руку, чтобы тот, не приведи Господь, не забыл, что даму приветствуют, целуя ладонь.

— Софья Дмитриевна, всё цветёте, — приняв руку Ба, Фролов наклонился и дотронулся губами до её кожи.

Закатила глаза. Может ещё патефон включим, велим служанке на стол подавать, а сами обсудим губернские новости? Что за кустарная вечеринка в стиле восемнадцатого века?

«Сударь». «Сударыня». «Не соблаговолите ли откушать у нас?» «Всенепременно, у вас всегда подают дивные почки».

Приветствие с поклонами закончилось, и мы сели за стол.

Есть хочу - не могу, но в тарелку естественно ничего не накладываю, нельзя же. Сначала тост в честь именинницы, то есть меня, а именно долгая приторная речь Фролова, которая по сложившейся традиции будет сводиться к одному, что в принципе я молодец, но есть куда расти, потому как стараюсь не так усердно, как могла бы.

Фролов виртуозно, я бы даже сказала, более профессионально чем Ба, откупорил бутылку шампанского. Бабуля запамятовала, что дама и облизнулась, а ко мне в голову закралась шальная мысль «Может Фролов пьёт шампусик чаще бабули, а как ещё объяснить то, что он открывает его красивее и изящнее, чем она?».

Недоумеваю. Дамир, наверное, по дороге к нам головой об какую-нибудь перекладину ударился, у нас как раз в подъезде ремонт, он зачем в мой бокал плеснул алкоголь? Спрашиваю, где моя привычная минералка? Меня разве сегодня не заставят её пить?

— Я думаю тебе уже можно попробовать, — прояснил ситуацию Фролов, заметив, что я с вопросом в глазах уставилась на бокал.

Попробовать?

Ну и наивный.

Я студентка второго курса, вернее уже третьего, мы сегодня с друзьями забуримся в клуб, и винную карту этого заведения я успела выучить лучше, чем таблицу умножения во втором классе.

Внутреннюю демагогию можно разводить сколько угодно, но образ паиньки сам себя не поддержит. Изобразив на лице любопытство, подняла бокал, поднесла к носу, принюхалась и тут же сморщилась, словно в ноздри попал не аромат благородного дорогого напитка, а запах самопального спирта с вывертом.

– Не суди, Ольга, по первому впечатлению, — заметила Ба и хитро, как только умеет она, подмигнула, а Дамир взял и подлил мне в бокал апельсиновый сок, отчего у бабули случился нервный тик с правым глазом.

— Это чтобы было вкуснее и в голову не ударило, — пояснил Фролов, зачем он испортил шампанское.

Как я и предсказывала, дальше начались пытки калёным железом. Дамир поднялся на ноги, выпрямился, словно у него вместо позвоночника кол, принял торжественный вид и вдохнул полной грудью. Конечно, чтобы полчаса без умолку на путь истинный наставлять, воздухом лучше впрок запастись. Топая под столом об пол туфлей, с благодарным видом вдохновлённо внимала нравоучения, и сама себя успокаивала, что когда это закончится, я сожму в ладони ключи от первого автомобиля и адьос общественный транспорт. Больше мы не встретимся никогда.

Когда Фролов наконец-то заткнулся и вынул из внутреннего пиджака тонкий конверт, это меня сразу смутило.

Ключей в нём точно нет!

Воображение мгновенно нарисовало точь- в- точь ту маршрутку, на которой я каждый день добираюсь в университет, только у этой вместо капота была ехидная морда, а из боков росли лапы, и они обе мне махали, зазывая присесть и прокатиться.

Пока мучилась кошмарами, можно сказать, наяву, Дамир зачем-то обогнул стол и вплотную ко мне подошёл.

Если бы Ба жестом ладони не подсказала, что от меня требуется встать, я бы, из-за дурного предчувствия, ещё долго соображала, что от меня надо Фролову.

Мне и так рядом с Дамиром всегда некомфортно, а сейчас, когда он находится напротив и давит не только взглядом, но ещё и высотой своего роста, вообще хоть замертво падай.

— Ольга, я долго думал, что тебе подарить на День Рождения, чтобы подарок понравился. Надеюсь, угадал, — после этих слов мужчина вручил мне конверт.

Вскрывая простой белый конверт без каких-либо опознавательных знаков, ещё не теряла надежды получить руль и колёса, но когда вынула содержимое, распрямила листки и увидела надпись: «Курсы по программированию…», надежда умерла. Теперь я знаю, как чувствовал себя Малыш из мультфильма «Карлсон», когда ему вместо собаки, какую-то ерунду подарили.

Глава 4

— Спасибо, — силилась хоть одно — это слово произнести более-менее благодарно — не получилось.

Уголки губ независимо от моего на то желания, от обиды тянутся вниз. Не знаю, заметно или нет, но сама чувствую, что подбородок дрожит, а ещё пальцы подрагивают и нестерпимо хочется разреветься.

— По-моему я не угадал, — Фролов вынес правильный вердикт и сквозь пелену перед глазами из-за стремящихся наружу слез, я заметила, что он, нырнув рукой в карман, вынул голубую коробочку, перевязанную белой лентой. — Надеюсь, хотя бы подарок по поводу окончания второго курса, тебя порадует.

А?!

Что?!

Настроение в мгновение подняло голову, в душе вновь раскинулись цветочные поля, но самое главное, надежда получить автомобиль, раскопала себя из могилы и восстала живее всех живых.

Коробка у меня в руках, но развязывать ленту и открывать крышку, я не тороплюсь. Потому, как только что обожглась и теперь боюсь вновь разочароваться.

— Что в ней? — потрясла я коробку, словно по звуку можно определить содержимое.

— Ключи от машины, как и обещал.

В голове громыхнули одновременно тысячи фейерверков, загудели фанфары, а перед глазами от радости поплыло, и видимо от счастья я тронулась умом, потому как в следующую секунду дернулась вперёд, чтобы Фролова обнять.

Слава всему момент шизофрении длился не дольше мгновенья, и моё тело благополучно вернулось на место, но…. Дамир заметил порыв и тоже подался ко мне, и в отличии от меня, он не передумал и обнял.

Сжалась вся, как в первый раз на приёме у гинеколога, и расслабиться не могу. Находясь в облаке парфюма Фролова и прижимаясь к его, как выяснилось тёплому телу, а то я себе представляла, что он ледяной, как зимой железные поручни, испытываю странное чувство. Это так необычно, когда человек, который никогда к тебе эмоции не проявлял, вдруг изображает подобие нежности. А Дамир обнимает меня именно нежно и зачем-то спину поглаживает, а ещё я слышу его дыхание рядом с ухом.

Интересно это долго продлится?

Да сколько же уже можно?!

Фух, свобода…

— Позже сыграешь мне что-нибудь на свой выбор? — спросил мужчина и легонько ущипнул меня за остриё подбородка.

Улыбнулся. Обнял. А теперь и до подбородка дотронулся!

Что происходит?!

Понятие не имею зачем, наверное, искала ответ на свой вопрос, но заглянула мужчине в глаза.

Всё-таки не просто так я Дамира – демоном называю, у него зрачки как две чёрных дыры, только попади в пространства-времени и сгинешь там навсегда.

Отвернулась и клятвенно себе пообещала, больше пристально на Фролова не смотреть, по крайне мере до тех пор, пока не почувствую, что смогу хотя бы несколько секунд выдержать его взгляд.

*****

Одергивая только что надетое платье, из-за открытой двери шкафа не видела коридор, но слышала, что Ба идёт в направлении моей комнаты и крикнула:

— Ба, ну ты видела номер? Фролов меня обнял. Что это с ним?

— Мужчина подарил тебе автомобиль. По-моему, невинное объятие он точно заслужил, — совсем близко раздался голос бабули.

— Ба, ты что шампусика перебрала. Не подарил, а купил на мои деньги! И не сразу, как попросила, а мурыжил меня чёрт рогатый целый год.

— Ну если с этой точки зрения посмотреть, тогда конечно – экая наглость, — усмехнулась бабуля и попросила. — Покажись.

— Ага, сейчас, только сапог натяну.

— Сапог?

— Летний, Ба, летний.

— М-м-м.

— Ну как я тебе? — эффектной походкой вышла я из-за двери и покружилась, демонстрируя суперкороткое платье и ботфорты чулки.

— Шикардос! Только бюстгальтер сними.

— Зачем, лямочки же прозрачные. Или на спине выглядывает застёжка? — забеспокоилась я и, обернувшись, разглядывала свой вид ссади.

— Да не видно ничего, но снимай, говорю. У тебя есть чему колыхаться, так пусть и колышется, — обречённо вздохнула Ба, я так понимаю, по поводу моей непонятливости.

— Колышется пусть? А кто меня с тринадцати лет заставлял в бюстгальтере даже спать, чтобы не дай бог грудь раньше времени не обвисла?

— Одно дело, когда ты одна и совсем другое, когда в обществе, — с умным видом произнесла бабуля и ещё раз повторила. — Снимай!

Сказано - сделано.

Хм-м, а Ба была права, так куда сексуальнее.

— И вот ещё, на всякий случай возьми, — бабуля открыла мою сумочку и что-то туда положила.

— Деньги у меня есть.

— Это не деньги. Это средство предохранения от подгузников и от необдуманных преждевременных браков. Не повторяй ошибок некоторых хорошо знакомых тебе родственниц, — бабуля показала на себя пальцем.

Глава 5

— Офигительный клуб, хорошо, что ты не стала экспериментировать, — в прямом смысле орёт мне в ухо Наташка, потому как музыка долбит так, что до собеседника достучаться можно исключительно только криком. — Новые места это конечно тоже прикольно, но когда всё знакомо, куда комфортнее себя чувствуешь, да?

— Ага, — поддакиваю я и киваю, обнимая губами трубочку, через которую потягиваю фиг знает какой по счёту коктейль. Ещё один и торможу, иначе наклюкаюсь, ну или парочка, но на этом действительно всё. — Ну что, бок больше не колит?

— Неа.

—Тогда пошли ко всем.

Натка отреагировала моментально, на пятой точке допрыгала до края дивана и, подняв руки вверх, виляя бедрами и пританцовывая, направилась к нашей компании, что облюбовала середину танцпола и отрывалась пока что без нас.

На появление именинницы, то есть меня, НАШИ отреагировали бурно, девчонки завизжали, а Олежка, что похоже сегодня набрался больше обычного, подхватил меня на руки и закружил.

— Олег, поставь меня туда, где взял! — вопила я, боясь, что задену и изувечу кого-нибудь ненароком ногами, но мой визг только раззадоривал парня, и перед глазами мелькало всё быстрей и быстрей. Хорошо Натка вмешалась и, буквально выдрав меня из лап нашего главного хулигана, спасла.

— Ты куда? — придержал Олег меня за локоть, когда я через минут пятнадцать выбралась из нашего круга и направилась в сторону бара.

— Сейчас приду, попью только.

— Зачем самой ходить, я сейчас сгоняю до столика и принесу.

— Не надо, я просто воды хочу, у нас её нет, не заказывали.

—Ну ладно.

Забравшись за барный стул, махнула рукой, подзывая бармена.

— Чем тебя угостить? — за спиной раздался мужской голос и через секунду на соседний стул присел очень даже симпатичный молодой человек, высокий, загорелый, голубоглазый шатен.

— Я не позволяю заказывать для себя, — отказалась я, на случай если под привлекательной тушкой скрывается полный придурок, но при этом улыбнулась, вдруг парень окажется очень даже ничего.

— Понимаю, — в ответ улыбнулся молодой человек и представился. — Вадим.

— Ольга.

— Моё любимое имя, — заметил сосед и за банальность получил от меня жирный минус. — Часто тут бываешь?

— Случается, — кивнула я, а когда бармен подошел, заказала воду с лимоном.

— А я вообще не вывожусь, — сообщил Вадим и как-то по-дурацки засмеялся. — Глупо бы было, если бы я сюда не приходил, ведь это место принадлежит моему отцу…., — далее парень принялся усердно рассказывать, что хоть клубом и владеет его мега богатый родитель, но именно на его плечах лежит бремя по его руководству.

Слушала парня вполуха и всячески безразличным видом показывала, что не горю желанием знакомство продолжать. Потому как не переношу хвастливых мужчин, меня от них воротит, а этот явно из них. Он когда сообщил, кто хозяин клуба, определённо ждал в ответ восторженный писк, и даже обидно губы поджал, когда я как полоумная не завизжала. Мне совершенно не интересно, каким умным он себя считает, и по какой струнке у него ходят работники, тоже мне великое достоинство третировать людей, которым работа нужна.

Заплатив за воду и выпив половину стакана, изобразила на лице озарение и спрыгнула со стула.

— Ой, а я чего сижу? Меня же, наверное, уже потеряли. Всё, побежала. Приятно было поболтать, Вадим.

Парня явно не обрадовал мой скорый уход и даже больше, судя по раздувшимся ноздрям и кривой тонкой линии вместо рта, он его оскорбил. Причём, уверенна, на меня ему абсолютно плевать, Вадиму не понравилось, что я ногами потопталась по его драгоценной самооценке. Он же бросил главный свой козырь – наличие денег, а я глупая не впечатлилась.

Да и фиг с ним, малюсенький щелчок по носу, пойдёт только на пользу папиному сынку.

Естественно уже через минуту и думать забыла о Вадиме, вернулась к своим и отрывалась по полной. Мы с Наткой только что на стол с ногами не забрались и не показали, чему научились на трёх занятиях по стрип пластике.

Вырулив из дамской комнаты, которую мы, разумеется, посещали всей гурьбой, сразу заметила троих подозрительного вида амбалов, и то, как они на нас посмотрели, меня заставило сразу напрячься, и как выяснилось не зря. Когда мы мимо них проходили самый высокий из троицы, отвесил моему заду звонкий шлепок.

— А попа у тебя не чо такая аппетитная, отдохнём, киска?

— Совсем оборзел?! — возмутилась Наташа, но я, чуя, что от ситуации гнильцой отдаёт, и что крепышам только и надо от нас, заставить их оскорбить, взяла подругу за руку и к себе притянула.

— Пойдём, не обращай внимания на уродов, — шепнула я, и мы с девчонками дальше пошли, но мордовороты и не думали, нас просто так отпускать.

— Белобрысая, тебе уважаемые люди предложение сделали, а ты игноришь. Не хорошо, — цокнул тот, что облапал и, растолкав подруг, больно схватил меня за запястье.

Девчонки естественно подняли крик и пытались меня отбить у амбала, я, конечно же, тоже овцой просто так не стояла, шумела и даже умудрилась эту сволочь укусить, но кроме будущего синяка на запястье, ни я, ни подружки ничего не добились.

— Слышь ты, отпустил девушку и как следует извинился, — в коридоре перед туалетом появилось новое действующее лицо, а именно мой несостоявшийся приятель Вадим.

Глава 6

Бесспорно вмешательство Вадима – смелый и благородный поступок, но, увы, глупый. У парня же на лбу не написано, что это заведение ему принадлежит. Куда умней, эффективней и правильней было бы позвать охрану, а сейчас ему грозит унизительное размазывание его симпатичной мордашки, или об стену, или об чей-то кулак.

— Кто это там такой борзый нашёлся?! — не оборачиваясь в сторону Вадима, с ухмылкой громыхнул верзила, что мне руку выкручивал.

Зато двое других приятелей потрудились оглянуться на парня и, тут же переменившись в лице, начали хлопать своего главаря, то по плечу, то по спине и успокаивать:

— Э-э-э, да ладно тебе. Отпусти. Пусть идёт, куда шла.

— Да кто этот там?! — реакция друзей всё-таки заставила мордоворота бросить взгляд на Вадима.

Такое ощущение, что он увидел не то, что вижу я. Лично передо мной стоит средних габаритов молодой человек. Ничего устрашающего в нём нет, наоборот холёный вид, придает ему безобидности, но похоже, что глаза верзилы видят другое, а именно зелёного увеличившегося до размеров грузовика разъярённого Халка.

Мордоворот в мгновение переоделся из волчьей шкуры в овечью. Меня, разумеется, отпустил. Заикаясь и бледней передо мной и подружками извинился. Сто раз поклонился Вадиму, и они с приятелями, поджав хвосты, ускакали как три зашуганных псины.

Нет, ну бред же чистой воды. Так не бывает. Это чувство, когда посмотрела индийский фильм и думаешь, всё бы ничего, но зачем же так переигрывать и так преувеличивать?!

— А тебе не кажется…, — ткнув меня в бок, произнесла Натка лишь обрубленную часть фразы, но продолжение и не требовалось, я и так поняла, что она хотела сказать, нам с ней определённо пришла одна и та же мысль в голову.

— Кажется – кажется, — если Натка обратилась ко мне в полный голос, то я ей шептала. — Вызывай такси, срочно всех собирай, сматываемся. А я пока режиссёра-постановщика за разыгранную сценку спасения поблагодарю.

Естественно меня так и распирало бросить мнимому спасителю в лицо, что его трюк, во-первых – мерзкий донельзя, а во-вторых – и мега бездарный, но как не уставала повторять Ба: «Мудрая женщина всегда знает, где и когда надо казаться непроходимой дурой».

Вадим стоял с торжествующим видом, как будто он только что сообщил всему миру, что лично сам нашёл новое лекарство от неизлечимой смертельной болезни и ждал оваций.

Противно конечно, но лучше с этим типом разойтись по-хорошему, а то ему ещё хватит ума нам с друзьями ещё большую пакость подстроить.

— Даже не знаю, как тебя отблагодарить. Мы так с девчонками перепугались. Спасибо огромное, — хоть всю от отвращения и корёжило, но поднявшись на цыпочки, в щёку поцеловала эту свинью.

— Может, ты хоть теперь позволишь, тебя угостить?

Ага, нашёл идиотку. Да у тебя из рук даже стакан воды нельзя брать, даже если умираешь от жажды и наполнен он при тебе из только что купленной бутылки. Извернёшься же и подмешаешь какую-нибудь дрянь.

— Конечно, но только не сегодня, а завтра. Моё время вышло. Поздно уже, надо домой. Мы и такси вызвали. Ну пока, завтра увидимся, — попрощалась я и бегом в основной зал.

— Ольга, я тут подумал. Давай, я тебя сам через полчаса домой отвезу?

Как? Вот как он нашёл меня в такой толпе?! Обидно, мы все уже собрались, ещё минута, и ушли бы.

— Вадим, нет, — расстроенно протянула я. — У нас с друзьями правило, вместе приехали, вместе и уезжаем. Да, народ? — спросила я у всех наших, и они все дружно закивали.

— Оля, ну правила на то и придуманы, чтобы их нарушать, — Вадим, шагнув ко мне, обнял за талию и потёрся об мой нос своим. — Я очень хочу провести с тобой эти полчаса. Останься, пожалуйста.

— Э-э-э, ты! Тебе же человеческим языком сказали «Нет». Херли ты дальше лезешь?! — пьяно и агрессивно возмутился Олег, который ещё секунду назад был просто бухеньким добряком, а сейчас у него включился режим терминатора.

— Олег, не надо, — кто-то из девчонок, схватив его за ворот футболки, попытался остановить, но он лишь отмахнулся.

— Отвали, — рявкнул Вадим на Олега, когда тот уже возле нас, пошатываясь, стоял.

— Не вопрос, только Ольгу с собой заберу.

Уже собралась с мыслями, чтобы сгладить острые углы и направить ситуацию в мирное русло, в конце концов, наша компания ещё и не из таких передряг «сухой» выбиралась, как Вадим толкнул Олега и тем самым запустил процесс катастрофы.

Пьяный Олег не устоял и завалился, наши парни, разумеется, не промолчали. Сразу же, как из-под земли выросли уже знакомые нам три верзилы и встали на защиту Вадима. Словестная перепалка мгновенно переросла в откровенный мордобой, и уже через несколько секунд я не знала, где спрятаться, чтобы не зашибли, потому как находилась в эпицентре массовой драки.

Когда в зале появилась полиция, подумала это конец наших бед, а оказалось, что это лишь их начало.

— Это неправда, — заявила я, после того, как нас всех отвели в какое-то подсобное помещение, и Вадим выдал полиции совершенно ложную картину случившегося. — Олег ни на кого не нападал. Вадим, ты же первый его толкнул. Значит, ты драку и спровоцировал.

— Нет, конечно. Девушка с коктейлями переусердствовала, вот ей и померещилось, — объяснился Вадим перед полицейским, когда тот на него вопросительно посмотрел.

— Ага, мне тоже что ли померещилось? — поддержала меня Натка. — Ты к Ольге приставал, просил её с тобой остаться, Олег хотел….

Голос подруги перебил мужской смех.

— Я приставал?! Я хозяин клуба, зачем мне к кому-то преставать? Наоборот, обычно я от девушек отбиваюсь. Мои показания вам хоть кто подтвердит, хоть охрана клуба, хоть персонал.

Глава 7

Когда в зале появилась полиция, подумала это конец наших бед, а оказалось, что это лишь их начало.

— Это неправда, — заявила я, после того, как нас всех отвели в какое-то подсобное помещение, и Вадим выдал полиции совершенно ложную картину случившегося. — Олег ни на кого не нападал. Вадим, ты же первый его толкнул. Значит, ты драку и спровоцировал.

— Нет, конечно. Девушка с коктейлями переусердствовала, вот ей и померещилось, — объяснился Вадим перед полицейским, когда тот на него вопросительно посмотрел.

— Ага, мне тоже что ли померещилось? — поддержала меня Натка. — Ты к Ольге приставал, просил её с тобой остаться, Олег хотел….

Голос подруги перебил мужской смех.

— Я приставал?! Я хозяин клуба, зачем мне к кому-то преставать? Наоборот, обычно я от девушек отбиваюсь. Мои показания вам хоть кто подтвердит, хоть охрана клуба, хоть персонал.

— Ты зарплату им платишь, они хоть чёрта лысого подтвердят. Спросим у посетителей?! — воодушевилась я идеей, как вывести владельца клуба на чистую воду.

Вадим закатил глаза и усмехнулся.

— Можно конечно, но посетители к этому часу все как один под градусом, поэтому я и предлагал спросить у трезвых людей, то есть у персонала.

— Понятно всё, — полицейский захлопнул папку и огласил вердикт. — Вам впредь быть осмотрительней, усильте охрану, фильтруйте, кого пускаете, в общем, обеспечьте меры безопасности в заведении, — адресовал мужчина Вадиму и после хмуро оглядел нашу компанию. — А вы, молодые люди, на выход. Поедете с нами. Оформим нарушение общественного порядка.

— Как это так? Мы же пострадавшая сторона и нас же и оформлять, — вслед за моим возмущением посыпались и другие претензии, но никто нас слушать не стал.

— Ольга, хочешь, я договорюсь, и тебя не заберут? — из помещения я выходила одной из последних, поэтому у Вадима и появилась возможность мне это ляпнуть.

— Что-что? Повтори чуть громче. Чтобы полицейские тебя тоже услышали, — зашипела я.

— Так договариваться или нет?

Вместо ответа, с превеликим удовольствием подняла согнутую в локте руку и оттопырила средний палец.

Из клуба нас выводили как заключённых гуськом друг за дружкой. Гости заведения, что находились в холле, таращились на нас как на обезьян в зоопарке. Кто посмеивался, кто осуждающе головой качал, кто позволял себе высказать комментарии в духе «Вот что значит, когда молодёжь пить не умеет».

— Ольга!

Я слышала, что кто-то крикнул моё имя, но значение этому не придала, вплоть до того момента, пока рядом со мной не появился дорого одетый мужчина средних лет и уже точно обращаясь ко мне вновь позвал:

— Ольга! Ты же Ольга?

— Нет, вы ошиблись, — на всякий случай солгала я.

Если человек спрашивает, значит, точно не знает, а зачем мне признаваться, что я, это я в подобной довольно унизительной и нелицеприятной ситуации.

Прежде чем выйти на улицу, как бы невзначай обернулась на мужчину, что ко мне подходил, он с кем-то уже разговаривал по телефону, но до сих пор на меня смотрел, не знаю почему, но от дурного предчувствия в сердце кольнуло.

Полицейский автомобиль, снаружи выглядел новым и довольно ухоженным, а внутри оказался вонючей консервной банкой, мест для всех не хватило, поэтому парни ехали кто стоя, кто на корточках, не представляю, как они удерживали равновесие, лично я на каждой ямке подпрыгивала на сиденье, а на некоторых поворотах и вовсе из него чуть не вылетала.

— Оль, да не переживай ты так, вот увидишь, всё обойдётся, — улыбнулась мне Наташа, что сидела напротив и видимо заметила озадаченность у меня на лице.

— Да знаю, я не из-за этого парюсь. Видела мужика, что в холле ко мне подходил? Мне кажется, я раньше где-то с ним встречалась, а где вспомнить никак не могу.

— Видела. Старпёр, но ничего такой в форме. Может когда подкатывал к тебе. Их разве всех упомнишь. Забей.

В отделении, куда нас привезли, было примерно, так же как и в полицейском автомобиле. Вроде бы и ремонт сделан, но всё какое-то замусоленное, прикоснуться противно, удушливый запах, причём его источник – это тайна из тайн, о туалете и вовсе молчу – тушите свет называется.

— Я так понимаю, нас тут до утра продержат, — широко зевая, заметил Мишка и, оглядев пустынный коридор, улегся на секцию белых соединенных друг с другом стульев. — Лично я спать, будут новости, разбудите.

— Ты чего разлёгся, нормально сядь, — возмутилась Наташка. — Придёшь домой и завалишься.

— А Олегу значит можно? — пробубнил парень не открывая глаз.

— Олег в хламину….

Спор оборвал невысокий с круглым лицом полицейский, что вышел из кабинета в коридор и, судя по тому, как внимательно нашу компанию оглядел, он явно по наши души.

— Что набедокурили? А этот чего улёгся? Совсем в дюбель? Ладно, сейчас ко мне по одному заходите, пишите объяснительные и по домам.

— Вы что нас отпустите? — удивлённо пропищала Натка.

— Нет, на Колыму вас сошлём. Конечно. Кому вы нужны.

Жизнь налаживалась. Мы все дружно повеселели. Небольшой штраф, никого не пугал, особенно с учётом того, что если успеть в срок, то можно заплатить лишь половину. Парни гудели, вспоминая о драке, мы с девчонками достали косметику у кого какая была и приводили себя в порядок.

Не знаю почему, но когда в другом конце коридора хлопнула дверь, и кто-то через пропускной пункт зашёл с улицы, я, подавшись вперёд и повернув голову, посмотрела.

Сердце пропустило удар, на какую-то долю секунды мне показалось, что приближающийся к нам мужчина – это Дамир.

Но ведь этого не может быть, конечно же, мне почудилось. Ночь, тусклые лампы, немалое расстояние до мужчины – всё это просто сыграло со мной злую шутку.

Зажмурив глаза, мотнула головой и для успокоения ещё раз глянула на мужчину.

И теперь сердце замерло, но в отличие от предыдущего раза вновь не забилось.

С другого конца коридора действительно шёл Фролов.

Глава 8

Резко выпрямилась и вжалась в стену спиной, жаль нельзя в неё полностью замуроваться. В ушах гул, перед глазами тёмная пелена, хочу вдохнуть, но воздух через горло в лёгкие не проходит.

Всё, я труп! Нет, не так я истерзанный и замученный труп!

Мозг от шока экстренно переключился на аварийный режим, в голове прояснилось, и я одновременно с тем, что уже отчётливо видела, как Дамир морально превращает меня в пыль, в прах, в ничто, а может и не только морально, но и физически, вспомнила, где видела того мужчина с телефоном в холле клуба. В офисе Дамира, он то ли его зам, то ли ещё какой-то начальник. Вот почему здесь объявился Фролов, его работник сдал меня руководителю с потрохами.

Машина?! Капец. Он же её теперь отберёт. Бабушкина поездка в Прагу тоже вполне возможно накроется медным тазом. И это только то, что придумала я, а что взбредёт в качестве наказания в голову Дамира – одному Богу известно, хотя, причём здесь Господь Бог, Фролов к Сатане куда ближе.

Ноги Фролова в кроссовках и джинсах остановились возле меня. Вот почему я подумала, что обозналась — из-за одежды. Строгий костюм и туфли от образа Дамира у меня неотделимы. А тут спортивная обувь! Надо же. А мне почему-то всегда казалось, что обычные повседневные вещи в его гардеробе отсутствуют.

Поднимать голову страшно, но надо, и лучше это сделать самой, а не по приказу.

Медленно и нехотя скольжу взглядом вверх, а когда встречаюсь с глазами Дамира, вздрагиваю, потому как ощущение такое, словно меня наотмашь по щеке хлестанули. И хотела бы отвернуться, чтобы прекратить испытывать на себе мощнейшую психологическую атаку, но не могу. Сижу как будто загипнотизированная с установкой трястись от ужаса и при этом не шевелиться.

Плохи мои дела, причём они гораздо плачевней, чем предполагала при самом пессимистичном прогнозе. Мне и раньше доводилось видеть Дамира в паршивом расположении духа, но чтобы у него это было написано на лице – такого никогда не случалось. А сейчас невооружённым глазом заметно, как у мужчины перекатываются желваки, ноздри надулись как два паруса от сильного порыва ветра, а взгляд такой, что остаётся лишь поражаться, как у меня кожа ожогами не пошла.

Фролов практически одним слитным движением снял с себя куртку, зачем не понятно, но зрительный контакт с ним разорван и у меня теперь есть возможность хотя бы дышать.

— Надень, — его вещь падает мне на колени, а сам Дамир идёт дальше и заходит в кабинет, где сейчас Алина строчит объяснительную для полиции.

— Это кто?! — с вытаращенными глазами спрашивает Натка, видно, она под огромным впечатлением от Фролова, но это лишь потому, что она не знакома с ним так близко, как я.

— Это тот, кто сейчас посадит меня к себе в машину, увезёт в лес, удавит на заднем сиденье и даже не закопает, потому как не заслужила, — как думала, так и сказала.

— А если серьёзно? — этот вопрос прилетел уже от Юлии.

—Этот тот, кто по последней воле отца, должен сделать из меня человека, а на самом деле…, — резко умолкла, потому как Дамир вышел из кабинета. Быстро он, видимо торопился, конечно, у него же руки чешутся приступить к пыткам.

— Пойдём, к тебе больше нет вопросов, — не останавливаясь, бросает мне фразу Фролов и продолжает двигаться в сторону выхода.

Деваться некуда, под стул ведь не заберёшься, не скрестишь руки над головой и не заявишь, что в домике. Встала и поплелась за Дамиром. Чувствую себя контуженой, штормит из-стороны в сторону и алкоголь тут не причём, от одного вида Фролова протрезвела до состояния «стёклышко», вместо реплик друзей, которые однозначно есть, слышу гул, а ещё что-то со зрением, всё вокруг мутное, только фигуру опекуна вижу отчётливо в мельчайших деталях.

Дамир зачем-то обернулся и в прямом смысле зарычал:

— Ты разве не слышишь? Тебе говорят, что сумку забыла.

А-а-а?!

Оборачиваюсь и замечаю, как Натка маячит мне моей же сумочкой.

Вместо того чтобы вернуться и взять свою вещь, вытягиваю вперёд руки, жестом подсказывая подруге «Кидай, я готова ловить». И поймала бы, четыре метра – не великое расстояние, но пережитый стресс и предстоящая неминуемая казнь, как-то не особо способствуют ловкости.

Сумка грохнулась на пол, и по великому безжалостному закону подлости всё её содержимое разлетелось в разные стороны. Будешь специально стараться, повторить этот трюк – не за что не получится, а тут, пожалуйста, кушайте с маслом и булочкой.

Нагибаться в моём платье – категорически запрещено, одно неосторожное движение и весь «тыл» виден как на ладони. Присев на корточки, одной рукой контролирую, чтобы подол не уполз выше критической точки, а свободной собираю добро. Спасибо Натке, она первая из девчонок, ринулась мне помочь, а остальные уже за ней после подтянулись.

— Вроде бы всё, — оглядев пол и заправив за ухо волосы, что из-за наклона все возле лица собрались, сказала я.

— По-моему это тоже твоё! — раздался совсем близко голос Дамира, и в следующую секунду мне ткнули чуть ли не в нос упаковку с презервативами.

«Это не моё, это мне бабушка в сумку положила!»

Казалось бы, чистая правда, а звучит, как идиотское оправдание.

— Спасибо, — поблагодарив, ухватилась пальцами за упаковку.

Ну а что, объясняться мне что ли? Да и потом, вообще-то их наличие в сумочки любой женщины, говорит об её ответственном отношении к деторождению и инфекциям, передающимся половым путём.

Глава 9

Пытаясь, первый раз вытянуть презервативы из рук Фролова, подумала, показалось, но когда потянула второй раз, отчётливо поняла, мне их и не собираются отдавать.

Врезалась в Дамира вопросительным взглядом.

— Когда я с тобой закончу, подобные вещи, тебе ещё долго не понадобятся. Не до этого будет! — рявкнул мужчина, выдрал у меня презервативы, резким нервным движением отправил их к себе в карман и, кивнув в сторону выхода, раздраженным голосом приказал. — Поторапливайся.

«Когда я с тобой закончу, не до этого будет» — всё точно решил где-то в лесу прикопать.

Любопытно, а последнее желание даст озвучить?

Навряд ли….

Так же неохотно, как смертник садиться на электрический стул, устроилась на переднее сиденье автомобиля Фролова.

Сама бы я естественно на заднее забралась, но Дамир, джентльмен чёртов, открыл для меня дверь, поэтому выбора не оставалось.

За пять минут дороги, опекун ни слова не проронил, и я молчу в тряпочку, тяжёлый разговор не тороплю. Единственное, что плохо – тишина на мозги всё сильней и сильней давит. Рычание мотора практически не слышно, в салоне шумоизоляция ого-го, вообще никакие звуки с улицы не проникают, музыку Дамир не включил, если сейчас икну или живот заурчит – это будет казаться сродни раскату грома посреди ясного неба.

Фролов неожиданно включил поворотник, хотя никуда поворачивать нам не требуется, да и самого сворота как бы нет, и ещё, если мне память не изменяет, несколько сот метров как не появится. Дальше больше, вернее страшнее, Дамир перестроился в крайнюю правую сторону и припарковался.

Зачем?!

Может пить захотел или приспичило?

Оглядевшись по сторонам, ни заправки, ни магазина, ничего подобного не заметила.

Ой-й, что-то мне не по себе. Поежилась, глядя в окно, а когда почувствовала на своих плечах руки, откровенно запаниковала. Хорошо ещё, что онемела и визжать не начала. Всё-таки я же в авто не с маньяком, а с опекуном.

Хотя в моём случае и в данной ситуации – это практически одно и то же.

Только и успела, что пару раз моргнуть, как Дамир потянул меня на себя, и вот уже его лицо в нескольких миллиметрах от моего носа.

Вот это ещё, зачем было сделано?!

Широко распахнув глаза, таращусь на Фролова, а в голове набатом гремит лишь одна мысль «Всё что угодно, пусть он даже в шею мне вонзиться клыками и высосет кровь, но только не поцелуй».

Дамир меня обнюхивает что ли?

Точно!

А я-то дурында напугалась, что поцелует. Смешно даже. Нужна я ему, как безногому велосипед.

— От тебя несёт алкоголем, и даже не смей врать, что запах из-за того единственного бокала, что я разрешил выпить, — не убирая от меня рук и не отстраняясь, выплюнул Фролов мне в лицо обвинение.

— И в мыслях не было врать, — собравшись с духом, огрызнулась я. — Мне же не тринадцать лет, а всё-таки девятнадцать. По закону алкоголь давно можно. И лично я ничего не вижу приступного в том, чтобы выпить несколько коктейлей для настроения.

— Взрослая значит? — Дамир сжал мои плечи, что пришлось сдерживаться, чтобы не поморщиться от боли.

— А разве нет?!

— Надеюсь, твоя возрастная категория не выборочная и касается не только пьянок и гулянок. Будь готова, последствия своего поступка принимать тоже, как взрослый человек.

Фролов меня отпустил и, переключив рычаг скоростей, тронулся с места, а я попрощалась с машиной, которая я так понимаю, и не станет моей.

Дальше дорога стала ещё более некомфортной, чем прежде, потому как помимо тишины добавился запах, который, как выяснилось, источаю я сама под названием перегар. Пыталась расслабиться и дышать нормально, но всё равно постоянно отворачивалась в сторону и задерживала дыхание, чтобы в салоне не так сильно пахло. Дело закончилось тем, что у меня голова заболела.

Спасибо ночному часу, до дома Дамир меня доставил достаточно быстро. Молилась, чтобы он проследил за тем, как я зайду в подъезд и уехал, но чудо естественно не свершилось, и Фролов не только поднялся со мной на наш с Ба этаж, но и в квартиру зашёл.

— Идти, будить бабушку? — понуро повесив голову, поинтересовалась я, потому как должна же быть причина тому, почему мы с Фроловым возле двери не распрощались.

— Ночь. Пусть спит. Всё-таки София Дмитриевна человек не молодой.

Ну нифигасе, пожалел. Ну-ну…. А чего тогда в коридоре топчешься, почему не проходишь, не занимаешь кресло, не закидываешь ногу на ногу и с умным видом не отсчитываешь хотя бы меня одну?

А, тебе же не предложили пройти и присесть.

— Проходите, пожалуйста. Кофе… чай….?

— Спасибо, но нет. Я утром приеду, тогда и поговорим.

Прежде чем я за Дамиром закрыла дверь, он ещё раз просканировал меня тяжёлым взглядом от макушки до пят, и если мне не померещилось, каждому «взрослому» месту он уделил особенно пристальное внимание. Ох и огребётся же завтра моя бедовая голова и не менее многострадальная пятая точка.

Проснулась я от того, что в комнату просачивались звуки от разговора на повышенных тонах.

А который сейчас час? Неужели Дамир явился раньше семи утра? Потому как будильник я именно на это время завела, а он ещё не звонил.

Глава 10

Сон как рукой сняло, скинув одеяло, как ужаленная помчалась к двери, но на полпути резко остановилась. Потому как от кухни до моей комнаты жалкие метры, которые при желании можно за несколько секунд преодолеть, а на мне на минуточку надето одно нижнее бельё, да и то в урезанном варианте. Только низ, верха нет. Вряд ли конечно Фролов ко мне в комнату без стука заявиться, но если вдруг ему в голову что-нибудь стрельнет, сверкну наготой в полной красе.

Надев халат и туго затянув на талии пояс, подкралась к двери и чуть её приоткрыла.

— Что ты хочешь, девочке девятнадцать. Ошибки и глупости для этого возраста обязательны, — громко и эмоционально вступалась за меня Ба.

— Глупости! Вы меня вообще слушали? Я вчера полуголую пьяную Ольгу из отделения полиции забрал!

О-ё ёй, Ба, ты с ним зря споришь, так мы обе под обстрел попадём. Кто-то из нас, но для Фролова обязательно должен остаться пушистым и белым.

Бегом рванула обратно к кровати, схватила с тумбочки телефон и строчу Ба сообщение.

«Бабуля, я знаю, что ты на моей стороне. Не защищай меня, наоборот поддакивай Этому, тогда возможно отделаемся малой кровью».

Отправив сообщение, гипнотизирую взглядом галочки в нижнем правом углу текста и молюсь, чтобы они окрасились в синий.

Ушло. Доставлено. Прочитано. Ура!!!

Вновь просовываю нос в щель и подслушиваю.

— Дамир, я же тоже далеко не в восторге от полиции и всего остального…, — Ба умница, сменила стратегию. — Но давай, не будем решать вопрос с помочью гранатомёта, это же первый промах Ольги, предлагаю обойтись обычным ремнём. Естественно в переносном смысле конечно. Я сама накажу внучку. Мало ей не покажется, будь уверен.

Бабуля, что за абстрактный текст, где конкретика? Ты же сама учила меня – врать надо с деталями.

— Для начала лишим её твоего подарка, — словно услышав мои мысли, перешла Ба к определённости, а я больно прикусив губу, чуть не застонала. «Нет-нет-нет, только не машина, Ба, придумай, что-то другое». — Ольга лишится компьютерных курсов, это и станет для неё наказанием. Одним из… разумеется.

Выдохнула. Ба всё-таки свой человек.

— Софья Дмитриевна, вы либо себя, либо меня обманываете. Курсы Ольгу не заинтересовали. Потеря машины, вот что её чему-нибудь да научит, — рявкнул Фролов.

— Дамир, лишить Ольгу машины – это первое что мне пришло в голову. Но я даже не стала тебе такое предлагать. Потому как знаю, ты человек слова. Автомобиль в обмен за успешную сдачу сессии, такой ведь был уговор. Если ты готов не сдержать обещание…тогда конечно забирай у Ольги ключи и возвращай авто обратно в салон.

Надеюсь, я не преждевременно расплылась в победной улыбке. У Ба определённо есть чему поучиться. Как она грамотно натыкала Дамира носом в его же собственные, надеюсь, нерушимые принципы.

— Посмотрим, как себя поведёт Ольга. Если не увижу другого выхода, заберу ключи, — резюмировал Дамир, и ровно в следующую секунду, сердце ухнуло в пятки, и я от испуга чуть ли до потолка не подпрыгнула. Потому как телефон зазвонил. Будь неладен этот дребезжащее-воющий звук, который недавно на будильник установила, под названием «Вы точно проснётесь». Реклама не обманула, мне даже кажется, вернее я практически уверенна, если этот звук включить на кладбище, то усопшие из могил встанут.

Послышался шорох приближающихся шагов, даже не поняла как, но в следующее мгновение я оказалась в кровати и под одеялом.

— Ольга, ты встала? — предварительно постучав, Ба заглянула в комнату.

— Да.

— Одевайся и выходи. Мы с Дамиром тебя на кухне ждём, — строго скомандовала бабуля, потом закатила глаза и ладонью резанула себе по горлу, показывая жестом, что Фролов ей уже весь мозг вынес. — Поторопись, — подмигнув Ба, прикрыла за собой дверь.

На кухню я шла через ванную, правда только умылась и зубы почистила, душ оставила на потом, чтобы лишний раз не гневить и так злющего дяденьку.

— Выспалась? — вместо приветствия рявкнул Дамир, когда я объявилась на кухне. — Или правильней будет сказать, проспалась.

— Ольга-Ольга, как же я разочарована, — покачала головой Ба.

— Прости, — виновато прошептала я и постаралась придать лицу, как можно больше раскаянья. — Подобного больше не повторится.

Противно конечно, говорить, что не права, не считая, себя виноватой, но ради бабушкиной поездки и машины, ничего можно на горло себе наступить. Получу наследство, вот тогда гордость станет мне по карману, а пока….

— Девочка моя, это хорошо, что ты всё осознала, — Ба раскинула руки, и я прильнула к ней во все прощающие объятия. — Дамир, все ошибаются, верно? — поцеловав великую грешницу, то есть меня в макушку, заметила Ба, обращаясь к Фролову. — На первый раз, думаю, будет педагогичным простить, да? Но, Ольга, имей введу, курсы твои отменяются. Дамир так решил, и я его в этом вопросе полностью поддерживаю. Не бывает проступков без наказания.

Ба, ты у меня чумовая!

— Софья Дмитриевна, вы могли бы нас оставить с Ольгой наедине.

У-у-у, ну что началось-то? Всё же так хорошо было.

— Дамир, мы же…, — запела Ба ласковым голосом, но её самым возмутительно строгим голосом оборвали, так и не дав договорить.

— Софья Дмитриевна, выйдете!

Ба, бросив мне сочувственный взгляд, вышла, а Фролов гад такой ещё и дверь за ней прикрыл.

— Я извинилась и пообещала….

— Помолчи и послушай. Вы с Софьей Дмитриевной конечно молодцы. Вижу, дружно живёте, но к вашему сожалению, я не идиот. На многое закрывал глаза, кивал, делал вид, что верю, но всему есть разумный предел. Ты и Софья Дмитриевна лишились моего доверия, собирайся, теперь ты живёшь у меня.

Если до главной шокирующей и просто кошмарной новости я стояла низко склонив голову и смотрела исключительно себе в ноги, то после неё уставилась на Дамира, словно у него вдруг выросла ещё одна голова или второй комплект рук.

— Ну уж нет! — выплюнула я и не знаю почему, возможно из-за дикости происходящего, в прямом смысле расхохоталась. — Никуда я не поеду, мне и здесь хорошо, — просмеявшись, уже спокойно сказала я.

Глава 11

Дамир без единой эмоции на лице шаг за шагом медленно приближался, я инстинктивно попятилась, да далеко не ушла, позади стол.

— Ольга, тебе нравится твой образ жизни? — подойдя вплотную, с явным подтекстом поинтересовался мужчина, а когда я от него отвернулась, Дамир, взяв меня за подбородок, заставил смотреть ему в глаза.

Шантаж? Да, как пить дать шантаж!

— Нравится, но если дело принимает такой оборот. Ничего – перебьюсь. Сейчас лето. Каникулы. Вместо отдыха могу и поработать.

Губы Фролова не дрогнули, но по его взгляду я поняла, он только что в душе надо мной посмеялся. Сволота.

— Подумай, ещё раз. И теперь не о себе, в твоём возрасте, конечно, все эгоисты, но всё же…. Например, посчитай, сколько Софья Дмитриевна тратит в день? А в месяц?

— А причём здесь Ба? Её же наказывать не за что, — возмутилась я и мотнула головой, чтобы пальцы Дамира соскользнули с моего подбородка.

— Правильно, — растягивая гласные, произнёс Фролов. — Виновата ты. И исключительно по этой причине возьми ответственность на себя и не лишай бабушку долгожданного и недешёвого отдыха в Праге. Но решать, конечно, тебе. Как ты вчера заявила, уже взрослая. Даю, ровно пять секунд на размышление. Да – собирайся. Нет – я ухожу. И в следующий раз встретимся, скажем, так, через три месяца, и поверь, Ольга, к этому моменту, ты будешь гораздо сговорчивее.

— Нет! — выплюнула я.

А что действительно устроюсь на работу, фиг с этой машиной, ездила же я как-то на общественном транспорте и до сих пор жива. Да, без перечислений Фролова нам придётся туго затянуть пояса, но и без плюсов не обойдётся. Ба будет вынуждена прекратить пить шампанское литрами и возможно бросит курить, а я научусь считать и ценить деньги.

Прорвёмся, где наша не пропадала.

С этими мыслями, я, вздёрнув нос вверх, обогнула Дамира и вышла из кухни, но в коридоре наткнулась на Ба.

Она, конечно же, слышала, и то, что мы обсуждали, и то какой я дала ответ.

Никто не знает Ба, лучше, чем я, и она в ужасе, хоть и тщательно это скрывает.

— Всё правильно¸— одними лишь губами беззвучно шепнула мне бабушка, и я осознала, что всё в точности наоборот.

Ба не заслужила на склоне лет из-за меня экономить. Хоть она всем и говорит, что ходит на массаж ради развлечения и удовольствия, но я-то знаю, нет, это не так. У неё больная спина и без массажа она попросту не может уснуть. А ещё, если я устроюсь сразу на три работы, то всё равно не оплачу целую коробку лекарств, которую ей ежемесячно доставляют прямиком из Израиля. И ведь это только начало из длинного списка…

Ба всегда была на моей стороне, никогда ни в чём не упрекала, поддерживала даже тогда, когда я была не права, всегда даже в детстве относилась ко мне как к равной, и моё мнение весило столько же сколько её. Заменила мне маму и папу, не было момента, чтобы я ощущала себя сиротой и ни разу в жизни не почувствовала, что семья у меня неполноценная.

И вот она моя чёрная благодарность?!

Обернулась в сторону Дамира и, не глядя на мужчину, сказала:

— Я соберусь к шести вечера.

— Ольга, нет! Ольга, не смей. Если из-за меня…., — Ба подскочила и, схватив за плечи, принялась трясти. — Мы справимся. Я тебя не как жертву воспитывала. Поступай так, как в первую очередь выгодно тебе, на меня не оглядывайся. Дамир, не ожидала я от тебя. Стыдно должно быть, молодой человек. Стыдно.

— Ба, это не из-за тебя. Машину просто хочу. Очень. Если поеду, машина же за мной останется? — чуть обернувшись и более строгим голосом обратилась к Фролову.

— Да.

Я-то раскатала губу – собираться до шести вечера. Ага, сейчас, Фролов взял так и сразу согласился, меня весь день ждать или ещё раз, добираясь до нашей с Ба квартиры, повторно «освежиться» в пробках. Нет, конечно же. Он мне на всё про всё выделил, даже не час, а сорок минут. И его вообще не волновало, что из постели я выбралась минуту назад, что душ не принимала, туалет не посещала, и что мне только для одного макияжа требуется двадцать минут.

Пока набивала сумку вещами, Ба как с цепи сорвалась, она целенаправленно проедала на голове у Фролова плешь по поводу, что молодой девушке жить со взрослым холостым мужчиной – неправильно. Дамир в ответ рычал, но на грубость не переходил, хотя с каждым мгновением всё заметней и заметней проскальзывали агрессивные нотки. Из-за переживаний, что Ба не поздоровится, собралась даже быстрее, чем требовалось и умудрилась вписаться в полчаса.

Перед тем, как нам с Дамиром выйти, бабуля прижалась ко мне, крепко обняла и тяжко-тяжко вздохнула, словно она меня не к опекуну в комфортабельный дом провожает жить, а отправляет в Сибирь мотать срок.

Фролов, как и ночью, распахнул для меня дверцу переднего пассажирского места, но тут уж я не постеснялась и нагло проигнорировала джентльменский поступок, сама открыла заднюю дверь, а когда забралась в салон, сложила на груди руки, нахохлилась, как индюшка и демонстративно отвернулась к окну.

Молчаливую забастовку пришлось прекратить, потому как Дамир рулил непонятно куда.

— Мне кажется или мы не в ту сторону едем? — заметила я и тут же предположила. — Или вам ещё куда-то надо заехать?

Глава 12

— Почему не в ту сторону? — вопросительный взгляд Фролова вонзился в меня через зеркало заднего вида, но тут же на лице мужчины отразилось озарение. — Ты, наверное, не знаешь, но два года назад я переехал из дома в квартиру.

Вот же подстава. Насколько помню, дом у Дамира был каких-то невероятных размеров. Без учёта цоколя - пять этажей, несколько отдельно стоящих сооружений и территория в фиг знает сколько соток… или даже гектаров. Я на то и рассчитывала – в огромном доме можно неделями при желании не встречаться.

Интересно, а какая квадратура у квартиры?

— А по какой причине переехали? — чтобы задать главный вопрос, начала я издалека.

— Неудобно до офиса добираться – это раз. Слишком много забот и площади для меня одного – два.

— И что сильно ваши заботы уменьшились?

— Весомо. Квартира совсем небольшая.

Твою же…, мне что теперь с Дамиром попа об попу тереться…. А ванная? Сколько ванных в квартире? Если одна, то я в ней на полотенцесушителе и повешусь.

Не то чтобы я такая уж прихотливая капризуля, у нас с Ба квартира стандартная, а из-за того, что не новострой и ванная одна, но одно дело делить уборную с родным тебе человеком и совсем другое с Фроловым.

Представляю себе ситуацию, занырнула я в пену при свечах на полтора часа, а Дамир с газеткой в руках, суетливо переступая с ноги на ногу, ко мне долбиться с требованием срочно впустить, потому как через минуту случится «авария». Жесть.

Вид многоквартирной многоэтажки в парковку которой въехал автомобиль Дамира, не понял мне настроение, а утопил его ещё глубже куда-то в район уныния.

Дом явно среднего пошива и розлива 90-х. Чем-то элитным даже не пахнет, а значит всё-таки скорей всего «попа к попе, и привет возле двери в ванную Фролов и газетка».

— Если честно, никогда бы не подумала, что вы в этот дом могли бы переехать? Или…? — начала я, но тут же умолкла. Может Фролов перебрался сюда не потому что очень хотел, а вынужденно, из-за финансовых проблем?

— Выбирал не дом, а месторасположение, — если Дамир и соврал, то правдоподобно, новое место жительства действительно расположено достоточно близко к зданию его фирмы, ну то есть нашей.

Мне бы сейчас глоток любимого напитка Ба совсем не помешал, потому как что-то волнительно. И ночные приключения с переездом к Фролову – тут не при чём. Дело гораздо серьёзнее. Тревожусь за сохранность наследства.

— Прошу, — мужчина, вытянув руку, жестом предложил мне первой просочиться в квартиру, и всего один шаг и беглый осмотр развеяли все мои опасения.

Полный порядок у Дамира с деньгами, а значит и моё наследство должно быть цело и невредимо!

— Твоя комната вдоль коридора шестая дверь справа, — опустив мою сумку на пол, сообщил мужчина.

Какая-какая по счёту дверь? Шестая? Похоже придётся чертить план, и по нему первое время здесь ориентироваться.

— У вас красивая квартира и светлая, — не оборачиваясь на мужчину, что стоял позади, сделала искренний комплемент, потому как с порога чувствовался размах и рука, знающего свое дело, дизайнера.

— Спасибо, — безразлично отозвался мужчина, и я услышала и ощутила, как он подошёл ближе. — Обращайся ко мне на «ты», — раздалось возле самого уха, отчего я и поёжилась, словно меня обдало ледяным воздухом. — Всё-таки мы теперь вместе живём.

«Вместе живём» — вроде бы обычная констатация факта, а фраза прозвучала, то ли с угрозой, то ли с каким-то подтекстом, то ли всё вместе взятое.

Медленно разворачиваюсь к Дамиру, встречаюсь с его победно торжествующим взглядом, и мне окончательно становится не по себе. Права была Ба! Фролов и я под одной крышей на постоянной основе – это неправильно. Мы только вошли и до сих пор топчемся в прихожей, он ещё не застукал меня ночью на кухне со стаканом воды в ночнушке, которую разумеется случайно и так основательно зажевала же моя жо… пятая точка, а я не видела его выходящего из душа в одном полотенце на бёдрах, а чувство неловкости у меня уже зашкаливает.

— Я осмотрюсь? — нервно сглотнув, поинтересовалась я и, дождавшись согласного кивка от Дамира, на всякий случай уточнила. — Есть места куда мне не желательно заходить?

Фролов отрицательно мотнул головой, а после ещё ответ и озвучил:

— Это теперь твой дом, какие могут быть запреты, — с иронией в голосе произнёс мужчина, вновь поднял мою сумку и, сообщив, что отнесёт её в мою комнату, удалился. Я же, сбросив туфли, пошла на экскурсию, иначе не скажешь, потому как в квартире у Фролова определённо найдётся на что посмотреть.

Бродила долго, поначалу, каждый раз забредая в новую комнату, загибала палец, но быстро сбилась со счёту и бросила это гиблое дело. Современный стиль квартиры был выдержан в каждом углу и закутке, нельзя сказать, что жилище громко кричало, что его владелец – одинокий мужчина, но преимущественно серые и бежевые тона интерьера и минимальное количество мебели – на данный факт ненавязчиво намекали.

Одинокий мужчина? Хм-м. Думаю, со словосочетанием я промахнулась. Холостой мужчина – будет точнее. У Дамира наверняка же есть любовница, а может и не одна. И она…, или опять-таки они, должны быть отчаянными, не каждая же решиться провести ночь в постели с вредной глыбой льда.

Распахнув очередную дверь, наткнулась на кабинет, было уже попятилась прочь, всё-таки для деловых людей рабочее место чуть ли не свято чтимо и всё такое..., но вспомнив, что хозяин в любое помещение мне дал зелёный свет, вошла.

Глава 13

Такое чувство, что я резко в офисное здание перенеслась, и сейчас в кабинет в строгом костюме и стильных очках из приёмной зайдёт секретарь и поинтересуется: «Не желаю ли я кофе?». Если что, я желаю и очень, кто-то же крайне противный не только душа, но и завтрака лишил.

Любопытно, у Дамира так само выходит, или он документы в стопку по линейке кладёт? У меня на столе тоже всегда, ну практически всегда, аккуратно, но здесь явно клинический случай. Возле моноблока лежит белая клавиатура и ни на одной из клавиш не пятнышка. Я также, когда дома, ноутбуку предпочитаю стационарный компьютер и цвет клавиатуры у меня белый, но как часто я бы кнопки не протирала на буквах «а», «о», «н» и «пробеле» всегда тёмные круги жили.

Крутанулась вокруг себя, мечтая, что когда-нибудь и я до такого кабинета дорасту, а когда остановилась, замерла, потому как у стены заметила аквариум. Застыла я естественно не из-за самого аквариума, а из-за его обитателей, дабы убедиться, что зрение не обмануло, подошла ближе, чуть склонилась и более пристально посмотрела.

Ох, ты ж… Акулы.

Маленькие. Сантиметров двадцать не больше, но от своих здоровенных сородичей, кроме как размером, ничем не отличаются.

Б-р-р, мелкие, а всё равно страх внушают.

Все себе кошек, собак, попугаев там разных заводят, а у Этого, всё не как у людей, домашние питомцы – акулы.

— Успокаивает, правда? — неожиданно раздалось позади, и мысленно за испуг я обматерила и самого Дамира, и его предков вплоть до пятого поколения.

Вот спрашивается для чего к человеку бесшумно подкрадываться со спины и после внезапно и громко у него что-то спрашивать? Только для того, чтобы у него сердечный приступ спровоцировать, ну либо, чтобы оконфузился, сделав лужу.

— Что? — машинально переспросила я, хоть после смысл вопроса до меня и дошёл.

— Полезно наблюдать за жизнью в аквариуме. Успокаивает. Приводит мысли в порядок. Где-то даже читал, что артериальное давление нормализуется, — пояснил Дамир, и что самое странное, мне даже показалось, что у него взгляд потеплел, когда он смотрел на зубастых питомцев.

Да?

Кхе-кхе, ну не знаю….

Может конечно и так, но только если разглядывать золотых рыбок, а от вида этих мелких монстров лично у меня давление лишь скачет, в голове играет тадам…, тадам… саундтрек к фильму «Челюсти», а перед глазами стоит картина, как девушка пытается забраться внутрь лодки, выходит это у неё конечно же туго, а позади виден огромный плавник, что на приличной скорости рассекает водную гладь.

— А чем они питаются? Случайно не пальцами ваши-твоих гостей? — поинтересовалась я и взяла с подставки баночку, предположительно с кормом. — Этим?

— Ольга, нет! — всполошился мужчина и, довольно грубо выдернув у меня банку, поставил на место. — Запомни, никогда и ни при каких обстоятельствах их не корми, руки в воду не опускай, никакие приборы не включай и не выключай. Аквариумом занимаюсь только я сам.

Да, ну… интересно-интересно, по-моему, я только что у Мистера Бессердечность, нащупала слабое место.

Проверим….

— То есть если я не доем, например, котлету, рыбкам не предлагать? — хоть я и задала вопрос явно в шутливой манере, Дамир побледнел.

Прелесть какая, широко и коварно в душе расплылась от улыбки.

Если мне когда-нибудь понадобится Дамиру хорошенько подгадить, просто испеку ему рыбный пирог. Акульи плавники – страшный деликатес.

— Ольга!

— Да поняла я, поняла. Кормить, руки в воде ежедневно мочить, и что-то там ещё делать…. Шучу. И близко к аквариуму не подойду, — пообещала я и направилась в сторону выхода.

— Уже уходишь?

Кивнула.

— Задержись, я бы хотел обговорить некоторые нюансы, — притормозил меня Фролов, когда уже тянулась к ручке двери.

Ну-у началось, сейчас всю мою жизнь распишут на строгие правила. После того, как закатила глаза, развернулась к Дамиру лицом, он к этому моменту уже успел занять своё кресло. — Присаживайся, — мужчина взглядом указал мне на стул, что стоял от него по другую сторону стола.

— Ольга, думаю не надо объяснять, что больше у тебя нет кредита доверия …, — начал монотонно Дамир и понеслось….

Уходить из дома можно лишь по предварительному согласованию, причём это касается не только долговременных вылазок, но и обычных получасовых походов, например, в магазин. Гостей приглашать можно, но только тогда, когда Фролов находится дома, и их имена и фамилии также должны быть известны заранее. То есть на самом деле звать друзей мне нельзя. Гардероб мой, будет перетрясён в ближайшие дни, и если он не соответствует моральным стандартам приличной девушки, отправится в урну, а новый Дамир мне выберет лично сам. Ага, в монастыре. Любопытно, трусы и лифчики тоже будет смотреть и подвергать критике? Ещё несмотря на то, что водительские права у меня есть, садиться за руль самостоятельно запрещено, вплоть до того момента пока Фролов лично не удостоверится, что управляю я автомобилем с умом и безопасно….

И так далее…. Дамир скрупулёзно, ни одного момента не упустив, воздвиг вокруг меня четыре глухие стены от внешнего мира.

— Это всё?! — сквозь зубы спросила я, когда длинный список из пунктов всё же закончился.

Так, где этот аквариум? Меня нестерпимо тянет его вдребезги расколотить. Честное слово и разбила бы, если бы там живые существа не плавали.

— Да, можешь быть свободна, — у кого- у кого, а у Дамира похоже на душе хорошо, прямо птицы поют и цветы пахнут, конечно напился моей кровушки – теперь сыт и доволен. — Ольга, и вот ещё что…, — окликнул Фролов, когда уже встала со стула, — Ты же не будешь против, если моя домработница возьмёт отпуск?

— А-а-а причём тут вообще я и моё мнение?

— Ну как причём, работа по дому именно на тебя ляжет.

Глава 14

Чтобы слинять из тюрьмы, под названием «квартира Фролова», лично я видела только два пути, и лежат они даже не в противоположных направлениях, а вообще в разных вселенных.

Первый – в угоду Дамира выполнять все его маразматичные требования, всеми доступными способами, изображать из себя покорную овцу, помешанную на учёбе, вот тогда есть шанс, что опекун, а если быть точнее, то теперь надзиратель, решит, что мой поход в клуб и последующие события не что иное, как великое недоразумение из-за внезапного и кратковременного помутнения рассудка его подопечной.

Второй – никого чужого из себя не корчить, быть просто собой, но на полную катушку врубить режим стервы. Устроить Дамиру настолько «весёлую» жизнь, чтобы он взвыл и самолично пинками вытолкал из своей квартиры, а вдогонку крикнул, что ничего из меня путного не получится, он умывает руки и навсегда бросает это гиблое дело, из такой оторвы как я, лепить приличного человека. Естественно, перед тем как испариться из моей жизни, Фролов должен будет мне выплатить всё, что положено.

Второй вариант мне конечно же более по душе, хоть он и нервозней, зато веселей и прикидываться не надо, но опять же нельзя не брать в расчёт упрямый характер Дамира, сколько времени этот твердолобый будет терпеть мои выходки и сопротивляться неизбежному? Месяц? Год? Два года? Рядом с Фроловым я столько не выдержу.

Как ни крути, но первый путь – надёжнее, и именно его я пока выбрала, но только пока, если увижу, что он не работает, бегом перескачу на план «Б». Как следствие была вынуждена согласиться батрачить на Дамира. Никуда не денешься, придётся теперь драить все его тридцать три комнаты, ну или сколько их там….

Стоп…. А стирка входит в мои обязанности, или каждый стирает своё сам? Что-то мне как-то совсем не улыбается, брать в руки несвежее бельишко Дамира, бросать его в машинку, после доставать, развешивать и убирать сухим в полку. А глажка? Судя по рубашкам Фролова, он их в день по три раза меняет, а у меня к утюгу давняя нелюбовь, как в детстве сожгла кукольное капроновое платье, с тех пор и обхожу стороной. Похоже необходимо, тоже список правил набросать, а то одно дело пыль вытирать и полы мыть и совсем другое непосредственно обслуживать личные, я бы даже сказала интимные, нужды Дамира.

Нужды – нуждами, труселя – труселями, но пока эти все проблемы несрочные. Первоочередное – это разогнать тучи над гардеробом. У Дамира ведь действительно хватит ума, да и рука, думаю, не дрогнет, почти целиком отнести его на помойку.

Войдя в новую спальню, даже осматриваться не стала, сразу бросилась к сумке, выужу из неё самое ценное, ну то есть провокационное и в каких-нибудь потаённых местах, куда Дамир точно не засунет свой нос, спрячу.

Когда на кровати уже возвышалась гора из одежды, мне пришло в голову, что если на двери есть замок, то не мешало бы запереться, дабы не застукали в момент «преступления».

Замок на двери был, но он не работал. И так, и сяк вертела собачку – толку ноль.

Странно это, если не сказать подозрительно. Вот у нас с Ба, когда какая вещь ломается, то мы можем годами настраиваться на ремонт, а впоследствии так никогда мастера и не вызвать, и для нас это абсолютно нормально, но чтобы у Фролова в доме была неисправность, которую через секунду не устранили, ну не знаю… думала, это из рода фантастики.

А может моя спальня – не исключение, и такая беда как не работающий замок во всех комнатах квартиры Дамира практикуется? Мало ли что, вдруг кому-то из гостей опекуна стало плохо, например, случился инсульт, а из-за запертой двери своевременную помощь оказать не получилось, вот Дамир и упразднил в своём доме замки?

Неа, в двух соседних комнатах, с замком полный порядок. Сбегала и проверила. Зато когда возвращалась к себе, в пятку больно вонзилась какая-то мелкая острая дрянь. Поморщившись, подняла с пола винтик, он-то меня и натолкнул на любопытную мысль. «А что если мой замок не сам по себе сломался? Может с ним кто-то похимичить до моего приезда успел, дабы одна небезызвестная несчастная и ни в чём не виноватая барышня лишилась возможности кое от кого вредного и противного запираться, когда ей встанет поперёк горла с ним разговаривать и на его хоть и красивую, но наглую рожу смотреть?!».

Зуб даю, всё так и было. Ну, Фролов, я всё-таки вспорю брюхо твоим драгоценным рыбам.

Спрятав особо дорогую моему сердцу одежду по укромным местам, задумалась ещё над одной насущной во всех смыслах проблемой – о голоде. Война войной, а живот-то урчит!

— Ольга, можно? — вместе с коротким стуком в дверь, раздался голос Дамира, и прежде чем я успела хотя бы открыть рот, мужчина вошёл.

Ну, нифига себе, а кто будет ответ на поставленный вопрос ждать? Он зачем спрашивал разрешение и стучал? Если бы я тут нагишом бегала, то не то чтобы не успела одеться, подумать бы об этом и то не успела.

Глава 15

— А если бы я была не одета? — под воздействием эмоций гневно выплюнула я, совершенно забыв, что совсем недавно твёрдо решила, не снимая, носить шкурку девочки - пай.

Фролов вроде бы и когда в спальню вошёл на меня смотрел, но тогда я не ощущала острой необходимости, чтобы он отвернулся, а сейчас после высказанной претензии, едва выдерживаю его тяжёлый помутневший взгляд и на полном серьёзе подумываю спрятаться от него, либо забравшись в шкаф, либо занырнув под кровать.

Это что там в глазах у Дамира мелькнуло? Бред конечно чистой воды, но мне только что привиделось, что я увидела в зрачках у Дамира целую толпу чертей, и как они дружно мне мохнатыми лапами помахали.

Чур меня, чур!

Интересно, Фролов если что визит батюшки в его квартиру одобрит?!

Странное выражение на лице мужчины, как неоткуда взялось, так внезапно и испарилось. Теперь он смотрел на меня совершенно обыденно, я бы даже сказала, с безразличием.

— Ольга, надо было сразу уточнить, но думаю, проблем не возникнет. Моя горничная не только за порядком следила, она ещё, когда это требовалось, готовила. Ты же не против и эту обязанность взять на себя?

А-а-а? Шикарно-то как. А что так можно, да? Просто взять притвориться внезапно оглохшим и проигнорировать мой вопрос, хотя и не вопрос это вовсе был, а самая натуральная жалоба!

— А как на счёт того, что я могла быть не одета?

Требовать ответ от Дамира, да ещё и настойчиво, никак не вписывается в мою стратегию поведения, но мне плевать. Если сразу чёткие границы личного пространства не обозначить, потом есть шанс обнаружить Фролова в ванной за шторкой в тот момент, когда душ принимаю.

Ну а что… вот приспичит ему срочно, сообщить мне ещё об одной обязанности его горничной, вдруг он запамятовал, что она ему ежедневно пятки массировала в семь вечера, а на часах, как раз без пяти минут семь. Где гарантия, что закрытая дверь в ванную и шум льющейся воды его остановит?

— Я и первый раз тебя, Ольга, отлично услышал. И принял к сведенью, — раздражённо, но всё-таки отреагировал Дамир, но сразу перескочил на более интересную для него тему. — Софья Дмитриевна несколько раз упоминала, что готовить тебя научила. Ты её слова не опровергала. Это же была правда?

Стоп… стоп. Что значит принял к сведенью? На этом месте можно чуть поподробней. Принял к сведенью и наплевал? Или принял к сведенью, прошу прощения, был страшно не прав, клянусь правым глазом исправлюсь, сам его себе выколю ржавым гвоздём, если подобное ещё раз повторится? Мне не понятно.

— Ольга?

Как я готовлю? Тебе точно понравиться. Просто шедеврально отвариваю пельмени, виртуозно жарю глазунью, вкуснее всех запекаю в микроволновке картошку в мундире…, так что ещё, что ещё? А-а-а! Как же я могла забыть о своём коронном блюде — печенье с молоком!

— Разумеется правда. Умею.

Ну то есть если сильно надо, включу кулинарный канал и научусь. А может и не научусь. Какая разница. Вкусно или нет – у каждого своё субъективное мнение. Лично мне точно понравится до одурения, а если Дамиру нет, пусть падает горничной в ноги и уговаривает вернуться.

Фролов кивнул, но мне не поверил, это было заметно по его скептически настроенной морде лица.

— Отлично, тогда я рассчитываю на обед через час.

Вы на него поглядите! Рассчитывает он. Мог бы и не приказным тоном это сказать, а просительным. У меня такое чувство, что я к Дамиру в работники нанялась и даже успела не только аванс выпросить, но и получить.

Да-а-а, в холодильнике у опекуна – шаром покати! Ну то есть он забит до отвала, но какими-то неправильными продуктами. Где полуфабрикаты, котлеты, например, или замороженные готовые блинчики? Удобно ведь, бросил на сковороду и через полчаса, пожалуйста, кушай. А тут ё-моё только цельные куски мяса, рыба с головой и плавниками…, колбасой или другой какой вкусной, но вредной и быстрой едой даже не пахнет. То есть либо минимум час суетись на кухне, либо садись на диету.

Ладно, Дамир видимо сильно за здоровое питание радеет, на этом и сыграю. Приготовлю что-нибудь из ПП.

Даже не через час, а уже сорок минут я пригласила Фролова к столу, угощала Дамира, отварной гречкой, жареной без масла грудкой индейки и овощным салатом заправленным оливковым маслом. Из вредности и мести, и якобы ради здоровья ничего не солила. Пусть пресное гад ест.

— Ольга, а ты разве не голодна? — уже когда сели за стол, Дамир видимо заметил, что я не ем, а только вилкой дырявлю кусок индейки.

Так и тянуло сказать, что плюнула в тарелку, а после отвлеклась и забыла в какую, но в следующий раз обязательно буду внимательнее и такого промаха не допущу.

Шутка конечно.

Свой зверский аппетит я успокоила, сразу как на кухню зашла, сделав себе огромный бутерброд из хлеба, масла и сыра.

— Дамир, скажу, как есть, мне у тебя некомфортно. Когда я смогу вернутся домой и от чего это зависит? — вообще-то этот вопрос не планировала задавать, он как-то сам у меня непроизвольно выскользнул.

Не знаю почему, но Фролов не стал раздражаться, может потому, что чуть ли не впервые я была с ним предельно искренна.

— Со временем ты привыкнешь. Когда – не могу сказать. От тебя всё зависит. Вернёшь себе моё доверие, тогда эту тему вновь поднимем.

Пообедав, опекун вежливо поблагодарил, встал из-за стола и ушёл, оставив меня одну наедине с грязной посудой, а примерно через пять минут, когда с посудомойкой возилась, заглянул на кухню и предупредил, что уезжает по делам и когда вернётся не знает.

Казалось бы, просто входная дверь хлопнула, а сколько свежего воздуха принёс этот звук!

Теперь уже вольготно прогуливаясь по квартире, не только позволяла себе рассматривать вещи, но и некоторые брать в руки, а ещё заглядывать внутрь полок или шкафов.

Замерла, потому как где-то в коридоре раздалась трель, причём явно от звонящего телефона, но мега странная.

Найдя источник шума, не могла поверить глазам. Потому что я ещё ни разу не видела в квартире стационарного телефона.

И что мне делать игнорировать или взять трубку?

— Да? — важным голосом ответила на звонок.

Ну, а что, может это Дамир проверяет, не убежала ли его узница из тюрьмы.

— Здравствуй, Инга, это Надежда. Тебе будет удобно если я завтра….

— Добрый день, Надежда, но это не Инга, — перебила я женщину на полуслове.

— Да? А кто? — на том конце провода определённо растерялись.

Глава 16

Мне ещё ни разу не задавали вопрос «Кто я такая?» по телефону. Возможно из-за того, что до сего дня всего пару раз держала трубку не сотового телефона, да и то было это в далёком-далёком детстве. От неожиданности чуть не выпалила: «Ольга Михайловна Русакова, девятнадцати лет от роду, закончила второй курс юрфака».

— Вы сначала представьтесь и скажите, кому вы звоните, а то у меня подозрение, что вы неправильно номер набрали.

Уже было собралась трубку на место класть, потому как на другом конце провода на мой вопрос не реагировали, но в последнюю секунду я всё же услышала:

— Надежда Горбач и звоню я в квартиру Фролова Дамира.

— Всё верно, вы туда и попали. Только интересующей вас Инги сейчас нет. Вечером перезвоните, когда вернётся Дамир. У него и уточните. Хорошо?

— А вы случайно не новая горничная вместо Инги! Я, почему спрашиваю, тогда у меня вопрос к вам.

— Нет.

— А кто вы тогда?

Надо же какая любопытная, всё ей скажи. Между прочим, любопытство – это порок.

—До свидания, Надежда. Вечером перезвоните, — отчеканила я и положила трубку, не смотря на то, что слышала, как женский голос что-то продолжал говорить.

Только закончила один разговор, как начала новый, Ба мне позвонила.

Ох уж и поэксплуатировала же я её уши. Целую челобитную на неё выкатила, говорила, не умолкая, родственница даже полслова не могла вставить. Так продолжалось вплоть до того момента, пока Ба не заявила, что вызывает такси и едет вызволять меня бедную и несчастную девочку из рабства. Тут я сразу повернула разговор на сто восемьдесят градусов и принялась рассказывать, что на самом деле не всё так уж и плохо.

Проболтали мы с бабулей без малого час, а ещё я до этого без дела бродила минут сорок, время течёт, скоро вернётся Дамир и ногой начнёт об пол стучать, что ужин ему подавай. А у меня из готового съестного только лишь кукиш. Поплелась на кухню, раньше начну, раньше закончу.

Только достала из холодильника кусок…. не знаю, наверное, всё - таки говядины, не умею по виду определять, как в дверь позвонили.

— Кто там? — глянув в глазок и увидев там женский силуэт, поинтересовалась я.

— Ещё раз здравствуйте, это Надежда, мы с вами недавно разговаривали по телефону, откройте, пожалуйста, я лампу привезла, — теперь в глазке темнота, потому как эта самая Надежда видимо к нему лампу поднесла.

— Я же вас просила, перезвонить вечером. Зачем вы приехали?!

— Да я знаю, но… Девушка, извините, пожалуйста, скажите, как вас зовут? Неудобно общаться, когда имени не знаешь.

Извините, да, пожалуйста. Лучше бы ты мне хамила, тогда бы я с чистой совестью и, имея на то моральное право, отправила бы тебя в лес грибы собирать, а так, когда со мной вежливо язык не поворачивается ляпнуть грубость и отказать становится в сто раз сложнее.

— Ольга, — раздражённо, но имя всё-таки назвала.

— Ольга, приятно познакомиться. Дело вот в чём. Я дизайнер, тот, что оформлял квартиру Дамира. Он просил немного добавить освещения в кабинет, я лампу нашла, но не уверенна, подойдёт или нет. Можно я пройду и посмотрю?

Молчу, понятия не имею, как поступить. С одной стороны как-то неправильно пускать постороннего в чужой дом, с другой стороны Надежда в каком-то смысле работает на Дамира.

— Вы же завтра заехать хотели? Помню, когда вы подумали, что трубку подняла Инга, речь именно о завтрашнем дне шла, — склоняясь к мнению, что дверь лучше не открывать, выдала в пользу этого аргумент.

— Да-да всё верно. Просто, когда звонила, рабочее время Инги подходило к концу, не хотела человека заставлять себя ждать. Если вы мне не откроите, я конечно и завтра приеду, но тогда мне придётся перекраивать весь день.

Как всё ладно и складно. Аж бесит.

— Хорошо, открываю. Только вы быстро. Договорились? — сдалась я и, повернув язычок замка, толкнула дверь.

— Конечно, пять минут, больше времени у вас…, — лилейно пела Надежда, поднимаю лампу с пола, а когда выпрямилась и на меня посмотрела, почему-то, во-первых резко замолчала, а во-вторых её дружелюбная улыбка стерлась с лица, — … не займу.

— Отлично, проходите, — отошла в сторону, чтобы впустить помрачневшую женщину внутрь.

Разумеется, Надежда отправилась в кабинет вместе со мной, на воровку она не похожа, но ….

Пока Надя ходила по комнате с лампой, примеряя её то в одно место, то в другое, несколько раз поймала женщину на том, что она украдкой косится и пытается меня рассмотреть.

Что-то тут явно нечисто. Похоже Надежда у Дамира сразу на двух ставках числится. Дизайнер и любовница? Или любовница, а потом уж дизайнер?

Если моя теория верна, то у Фролова определённо есть вкус. Надежда — вау какая красотка. В свои тридцать с небольшим у неё фигура совсем юной девушки, ухоженная, стильная, изящная…. А ещё, что немаловажно с головой и нервной системой полный порядок. Обнаружив у своего мужчины в доме девушку, она крайне достойно себя повела. Видно, что Надя расстроена, но, тем не менее, лицо не потеряла, в волосы мне не вцепилась, матом не покрыла.

Когда мы с Надеждой обе оказались напротив шкафа со стеклянными дверцами, глянула на наши отражения и поразилась, насколько мы с ней похожи. Если бы не разница в возрасте, нас легко можно было бы назвать чуть ли не близнецами. Ну или я себе страшно льщу и вижу то, что хочу.

Блин, ну права я или нет? Умру же от любопытства.

Есть, конечно, способ узнать, но тогда придётся с Надеждой вступить в диалог.

Глава 17

— Вы так здорово квартиру оформили, — обведя кабинет восхищённым взглядом, протянула я. — Спасибо вам. Приятно жить в такой красоте!

— Жить? — в прямом смысле взвизгнула женщина и, видимо на какую-то долю секунды потеряв контроль над телом, не удержала в руках лампу, та разумеется полетела вниз, и лишь чудо помогло Надежде всё-таки поймать беглянку до того, как она превратилась в кучу дорогущего битого стекла.

— Ага жить, начиная с сегодняшнего дня, — сначала дождалась, когда женщина поставит хрупкую вещь на стол, и лишь после продолжила. — Вообще не хотела к Дамиру переезжать. Отказывалась, но он так настаивал, — игриво накручивая на палец прядь волос и внимательно наблюдая за тем, как реагирует собеседница на информацию, многозначительно произнесла я.

Да, они точно делят постель! Надежду сейчас от бледности даже румяна не спасают, лицо как будто белой пудрой в три слоя покрыли.

— Пожалуйста. Рада, что вам стиль дизайна пришёлся по вкусу, — едва шевеля губами пробубнила Надежда и тут же повернулась ко мне спиной. Надеюсь, она не слёзы от меня прячет.

Вот что я за личность? Из-за праздного любопытства вогнала человека в тоску. Нет, даже не так – сделала больно. Да и ладно бы если Надежда была истеричной стервой, но нет же, интеллигентная приятная девушка.

— Дамир мой опекун, — сообщила я, рассчитывая, что это обстоятельство выправит ситуацию.

— Так вы родственники?! — казалось бы, всего три слова, а сколько в них вместилось радости, оптимизма и счастья.

Женщина с таким искренним восторгом и благоговением теперь на меня смотрит, что я всерьёз опасаюсь, как бы она обниматься ко мне не рванула.

— Почти, — увильнула я, потому как ответ может вновь Надежду ударить под дых.

— Вы должно быть его двоюродная сестра, — как певчая птичка, выскользнувшая утром из гнезда, беспечно защебетала Надежда, — Дамир говорил, что у него родни почти нет, но есть сестра по отцовской линии. Вы и есть она, да?

Вот зачем…? Зачем понадобилось уточнять? Мне сейчас либо врать, либо вновь Надежду растраивать.

Нет, лгать точно не буду. Потому как люди обманывают лишь тогда, когда виноваты или им стыдно за правду. В данном случае ничего не знаю, но моя хата с краю, это Фролов не поставил любимую в известность, что с ним теперь под одной крышей обитает половозрелая подопечная.

Кстати, а может именно Надежда меня от Дамира обратно к Ба и переселит? Как вариант, устроит ему грандиозный скандал и, ставя вопрос ребром, громко заявит: «Выбирай либо я, либо она?!», — и так театрально покажет на меня пальцем.

Хорошо бы….

Дамир точно её выберет, это же она, а не я, ему время от времени подушку на ночь взбивает.

— Нет, я не сестра, мы не кровные…, да и вообще никакие не родственники. Мой отец и Дамир были компаньонами и друзьями. Когда родители погибли, меня к себе взяла бабушка, а Дамир как бы надо мной шефство.

Надежда вновь пригорюнилась, но звонок в дверь нас обоих взбодрил.

— Ольга, вы кого-нибудь ждёте?! — всполошилась Надежда и от меня не укрылось, как у неё боязливо забегали глаза.

— Никого, только Дамира.

— Это не может быть он, Дамир раньше восьми-девяти часов вечера из офиса домой не возвращается, — сообщила Надежда.

— Даже как сейчас, в выходной?! — удивилась я столько жёсткому графику.

— У Дамира нет такого понятия как выходные, праздники или отпуск.

Может быть мы с Надеждой ещё бы порассуждали, кто там за дверью скучает, но по квартире разнёсся повторный и уже более настойчивый звонок.

— Это Фролов, — глянув в глазок, шепнула я женщине, что суетливо переминалась с ноги на ногу возле меня и явно нервничала. Только вот не пойму, почему? — Кто там? — громко произнесла дежурную фразу.

— Ольга, это Дамир. Ты видимо замок трогала, он теперь снаружи ключом не отпирается.

Какая функция замечательная, после обязательно разберусь в принципе её действия.

— Ага, трогала, — распахнув дверь сказала я и, обернувшись себе за спину, сообщила. — У тебя гости!

— Привет, — несмело поздоровалась Надежда с Фроловым, приблизилась к нему, чуть привстала на цыпочки и потянулась к мужскому лицу, с разборчивым намереньем поцеловать, но Дамир, выставив руку, не только ей этого не позволил, но как по мне, ещё и самым возмутительном способом, от себя отодвинул.

— Здравствуй, — холодно бросил он, и тут же, вонзившись в меня возмущённым взглядом, принялся натурально рычать. — Ольга, ты что каждому встречному дверь открываешь?!

Глава 18

Недоумённо таращусь, то на Дамира, то на Надежду. Опекун, к слову, словно этого не замечает и, не останавливаясь, самозабвенно вдалбливает, что беспечность могла мне обойтись, ни больше, ни меньше, а ценой жизни.

Вообще ничего не понимаю. К Фролову любимая в гости зашла, а он меня удумал воспитывать — совсем не подходящее время. А ещё не ясно, почему он Надежду от себя чуть ли не оттолкнул?

Надя, похоже, в таком же состоянии находится, как и я, ну то есть в полном ауте. Её ещё совсем недавно бледные щёки, теперь алеют как закат перед солнечным днём, рот чуть раскрыт, а в глазах стоит неподдельная обида, смешанная с обречённостью.

Правильно Надя, внимательно сейчас посмотри на Дамира и хорошенько подумай, оно тебе надо?

Таких женщин как Надежда, мужчины просто обязаны носить на руках, восхищаться ими двадцать четыре часа в сутки, а ещё каждое утро биться головой об пол и благодарить бога, что им так сказочно и незаслуженно повезло. А это что за безобразное отношение? Отказал в поцелуе – это раз, хоть иносказательно, но первой встречной назвал, вместо того, чтобы внимание уделить, нотации мне тут читает.

Одним словом — козлина.

— Позже на эту тему поговорим, — сквозь зубы произнесла я, не став даже оправдываться, а ещё несколько раз стрельнула глазами в Надежду. Надеюсь, человек, не ценящий то, что имеет, догадается, на что ему намекают.

Конечно же, нет! Фролов даже ухом не повёл, и слова, и взгляды мои проигнорировал, как отчитывал, так и отчитывает.

— Дамир…, Дамир, — чтобы привлечь к себе внимание, Надежде пришлось не только два раза его позвать, но ещё и по плечу похлопать. — Можно тебя на минуту?!

Мужчина так на девушку раздражённо глянул, что я всерьёз переживала, что он ей откажет. Нет, нехотя, но кивнул.

— Ольга, наш разговор не закончен, — ткнув в меня пальцем, предупредил Дамир и лишь после проследовал за Надеждой. А она, судя по выбранной траектории, решила ему в кабинете головомойку устроить. Ну, по крайней мере, я на это надеюсь, не должно Фролову сойти с рук свинство.

Понятие не имею, сколько времени стою неподвижно на кухне с кастрюлей в руках и боюсь шелохнуться. Так силюсь услышать хоть что-нибудь из кабинета, что не удивлюсь, если у меня кончики ушей вытянулись как у эльфа. Только вот чёртовы стены, как назло ничегошеньки не пропускают.

Как же пережить тот факт, что Фролову в данный момент вполне вероятно ставят моральную клизму, а я здесь и этим процессом не наслаждаюсь.

А что если подкрасться к двери и послушать? Спору нет — некрасиво, но с другой стороны положена же мне компенсация, за все те годы, что Дамир глумился всласть надо мной, а у меня не было права даже поднять голову и возразить?

Положена компенсация или не положена. Красиво – некрасиво. Зачем я сама перед собой оправдываюсь? Если хочу – значит можно. Совести порой лучше вообще права голоса не давать, если ей так надо, после может меня погрызть, но не сейчас.

На цыпочках и, не дыша, добрела до кабинета, аккуратно и медленно прислонилась ухом к двери.

— Если тебе не нравится, не проблема, верну лампу в магазин.

Что?! Лампа ещё жива, я-то надеялась, что она давно погибла смертью храбрых, протаранив голову Дамира.

И тоном Надежды я полностью не довольна. Зачем эти заискивающие нотки? Слушать противно.

— Если хочешь, можешь оставить лампу себе, разумеется, я за неё заплачу, — великодушно и естественно убийственно равнодушно бросил Дамир.

Ага, вот-вот, именно, что бросил, как кость для собаки.

— Спасибо, я подумаю, — благодарно отозвалась девушка, и даже я через дверь услышала, как она тяжело и многозначительно вздохнула. — Дамир, а почему ты мне не рассказал, что теперь живёшь не один?

— Потому что это сугубо моё дело и тебя никак не касается.

Пи-пи-пи…ц, как всё запущено! Надя, вот прямо сейчас огрей его лампой, расколоти аквариум и топай искать себе нормального мужика.

— Дамир, а давай об этом поговорим? — осторожно предложила Надежда, я хоть и не вижу…., но я вижу, какая у неё просительно унизительная гримаса образовалась на лице.

Тьфу, гадость. За весь женский род, честное слово, обидно.

— Об этом – это о чём?

— О моих делах и твоих. И почему они у нас не общие.

Глава 19

А вы могли бы говорить более конкретно, а то тут людям за дверью ничего не понятно?!

Хотя если раскинуть мозгами, то фразу «Почему у нас дела несовместные?» резонно интерпретировать так «Почему мы с тобой до сих пор не женаты?» То есть Надежда намекает на свадьбу.

Дамир, ну и чего мы молчим, система подвисла? Девушка, между прочим, ждёт, и не абы чего, а предложения руки и сердца.

— Мы всё уже обсудили три года назад. Никто никому ничего не должен и ничем не обязан. Мы вместе ровно до тех пор, пока нас это обоих устраивает. И я не вижу смысла что-то менять, — начальственным тоном как по нотам отчеканил мужчина.

О-о-о! Это что, Фролов с Надеждой практикуют свободные отношения? У-у-у, как у них оказывается всё запущенно. А Дамир-то ещё тот жук, хорошо же пристроился, и красотка под боком, и на других поглядывать не возбраняется. Что-то сильно сомневаюсь, что Надежда часто от него гуляет налево, если вообще гуляет.

— А я вижу смысл, если ты не заметил, то за три года многое изменилось. Например, я больше не замужем.

Вот на этом моменте у меня отвисла челюсть. А Надежда не так проста, как кажется, если она развелась после того, как связалась с Дамиром, значит, мужу благополучно какое-то время рога ставила.

Ая- яй, а я -то переживала что подслушивать – нехорошо. Тут люди грешат, чем похлеще.

— Надя, разве я просил тебя разводиться? Нет. Более того, когда ты собралась от мужа уйти, прямо сказал, что меня устраивает твой замужний статус, и если причиной твоего решения бросить мужа стал я — то разводиться не стоит.

В кабинете на несколько секунд всё стихло, я даже дыхание задержала, и лишь когда вновь раздался голос Дамира, выдохнула.

— Надя, так понимаю, ты подняла эту тему, с целью условия изменить, но я не готов предложить что-то большее. Ты хочешь всё закончить?

Шли его лесом, Надя! Ты же явно мечтаешь о полноценной семье. Даже я в свои девятнадцать понимаю, что если мужику плевать спишь ты только с ним или нет, то шанс, что он когда-нибудь позовёт тебя к алтарю, равен нулю.

— Дамир, ты меня не так понял, — как пить дать, Надежда пошла на попятную. — Не изменить условия, а чуть их подкорректировать. Мне моя свобода выбора, так же как и тебе дорога…

Ага, ври больше, тебе не свобода дорога, а Фролов, закинула удочку на тему «Жили они долго и счастливо», Дамир наживку не заглотил, вот ты и выкручиваешься, как можешь, чтобы хоть свободные отношения с ним, но сохранить.

— … Раньше я не беспокоилась из-за твоих романов с другими женщинами, это же были легкие и быстротечные отношения. Не существовал риск, выйти из дома к машине и обнаружить – четыре разом спущенных колеса. Потому как одна из тех с кем ты встречаешься, узнала, обо мне и тебе, и из ревности отомстила… Дамир, тебе совсем неинтересно, что я говорю, да? — Надежда резко сменила не только тему, но и интонацию. — Если тебе сейчас неудобно, давай, поговорим в другой раз. Либо отложи телефон. Трудно разговаривать, когда ты постоянно что-то пишешь или просматриваешь.

— Надя, и я тебя попрошу, переходи уже к сути вопроса. Воды много, информации ноль.

— Я просто объясняла свои мотивы…, — начала было оправдываться женщина, но передумала, — хорошо, к сути так к сути. Неважно, на каких условиях, но мы уже три года вместе. Лично я считала, что за это время заслужила узнавать о кардинальных переменах в твоей жизни от самого тебя, а не случайно. А сегодня прихожу к тебе в дом и что вижу? У тебя живёт девушка.

О-о-о! По мою душу песню запели.… Как говорится, вечер перестаёт быть томным.

— Вот оно что, — с яростью выплюнул Дамир. — Ольга с девяти лет моя подопечная. Надя, ты хорошо расслышала? С девяти! Она для меня ребёнок.

— Ребёнок? — не без иронии в голосе усмехнулась Надежда, — Это с третьим-то размером груди, с ногами от ушей, и с симпатичной мордашкой? Не обманывай ни себя, ни меня, через неделю в одной квартире с Ольгой, и в твоей голове от её детского образа и следа не останется. Будь уверен, к следующим выходным вы уже будете вместе спать!

Жутко дикое заявление женщины, подстегнуло воображение, и оно тут же показало мне, даже не картинку, а целый видеоролик с цензором только для взрослых со мной и Дамиром в главных ролях. Мы там такое вытворяли, вернее, вытворял Фролов, а я лишь позволяла… Жуть…

Надеясь прогнать наваждение, усиленно затрясла головой, словно на меня целый улей пчёл напал, как следствие – одно неловкое движение и лбом ударилась об дверь. И если мне было больно, то значит, это наверняка было ещё и слышно.

Подстава….

— Дамир, ты играешь с огнём, молодая неопытная девушка никогда не поймёт, что не станет для тебя кем-то важным. Даже если ты ей об этом прямо заявишь, она всё равно будет надеяться и мечтать, — огульные и совершенно нелепые высказывания женщины, что по большому счёту даже со мной не знакома – остро резанули по самолюбию, но с другой стороны, возможно, её голос всё-таки заглушил звук того, как мой лоб врезался в дверь. — В итоге Ольга и тебе и уж точно мне устроит проблемы. Дамир, ты куда? Мы не договорили?!

— Разве ты не слышала звук? — голос Дамира прозвучал настолько близко, что казалось, он распахнёт дверь, ещё до того, как я выпрямиться из полусогнутого положения успею.

Что есть сил, рванула на кухню, а, забежав, схватила ложку, подскочила к кастрюле, что удачно стояла на плите, и начала усиленно помешивать, как будто у меня там наваристый борщ плавает.

Фролов объявился на кухне ровно через секунду после меня. Сердце вместо положенных семидесяти ударов в минуту, выдаёт всю тысячу, руки подрагивают, дыхание сбилось, но я не отчаиваюсь, как любит повторять Ба: «Пока крышку гроба не заколотили, шанс выбраться есть всегда!». Поэтому беззаботно мурлычу под нос мелодию, пританцовывая, виляю бедрами, в такт стучу об пол пяткой, но самое главное, делаю вид, что не замечаю Дамира.

— Ольга, у тебя всё хорошо?

Изображая испуг, вздрагиваю и лишь после оборачиваюсь к мужчине, естественно с недовольным лицом. Меня же, как-никак, испугали.

— Да, а что?

Фролов, убрав руки в карманы брюк, пристально на меня смотрит и молчит. Если ему сейчас вздумается подойти, и он увидит, что в кастрюле простая вода, а плита и того больше не включена, всё пиши пропало.

— Ничего, мне видимо показалось, — ответил Дамир, погипнотизировал меня ещё зачем-то некоторое время и ушёл.

Глава 20

За пять суток в квартире Фролова у меня выработался распорядок дня. Утром и нос не высовываю из спальни, пока надзиратель в офис не укатил. После, как хлопнула дверь, минуя завтрак, начинаю батрачить. Раскладываю вещи по местам, мою, драю, вытираю, пыль смахиваю, причём не вальяжно вразвалочку, а в ускоренном темпе. Потому как решила, не тратить на уборку более двух часов в день. Вот, заведя таймер на телефоне, и скачу по всем тридцати трём комнатам как егоза.

Зато потом свободная жизнь. Первое, что делаю, это беру махровый халат и иду в спальню Дамира, а если быть точнее то в ванную, у него там стоит моя прелесть – джакузи, которой некоторые неприятные личности, судя по отсутствию влаги и капель, пренебрегают, а пользуются исключительно душем. Добавляю в воду ароматного масла, лью пену и ныряю в пузырьки на целый час. Далее по программе идёт завтрак и не где-нибудь, а на свежем воздухе, накрываю себе стол на террасе и неспешно, листая ленту новостей какой-нибудь соцсети, пью кофе. Затем смотрю фильмы, звоню Ба или девчонкам, просто без дела валяюсь… но ровно в два часа дня меня ждала встреча с новой подружкой и имя ей «Варочная плита».

Думала, готовить ужин, будет самым тяжким бременем, а нет. С каждым разом кашеварить получалась всё вкусней и вкусней, это видимо и подстегнуло мои поварские задатки, я не только втянулась в процесс, он мне даже начал доставлять удовольствие.

Ба когда узнала, что я запекала утку и делала к ней брусничный соус, сначала долго молчала, а после разочарованно выдала: «Испортил мне Этот гад внучку! В нашем роду единственная незыблемая традиция была и та искоренилась. Ольга, в нашей семье ни одна женщина не умела готовить. И ты будь добра, не греши».

Кругом от чистоты всё сверкает, отбивная из говядины к ужину в сковороде, отварной булгур с овощами рядом в кастрюле, салат в холодильнике. Пока Дамир не вернётся с работы, у меня вновь свободное время. Сейчас высыплю из пакета чипсы в тарелку, наведу воду с лимоном и включу второй сезон пятую серию фэнтезийного сериала про двух братьев красавчиков, что избавляют мир от нечисти. Но сначала загляну в кабинет и проверю, как там мои акулята, они сегодня с утра какие-то грустные плавали, а самый из них мелкий, так и вовсе не подплыл, когда пальцем барабанила по стеклу. Главное, чтобы не заболели. Всё-всё об декоративных акулах уже прочитала. Прихотливые они собаки, но такие усю-сю милые, как выяснилось при более длительном контакте.

Слава всему рыбки повеселели, и я со спокойной душой, поедая чипсы, смотрю телевизор.

Слышу, в замочную скважину входной двери вставили ключ.

Ну-у-у я так не играю, нехороший человек явился, не запылился. Позавчера вернулся в семь, вчера в шесть тридцать, а сегодня так вообще в пять. Дамир таким темпом скоро на работу перестанет ходить.

— Добрый день, Ольга, — послышался мужской голос.

Не пойду Фролова встречать. Не хочу. В конце концов, я же не собачонка, не обязана, каждый раз с высунутым от счастья языком мчаться к порогу, чтобы об ноги хозяина потереться.

— Привет, — в ответ крикнула я.

Из коридора доносятся едва различимые звуки, но я, тем не менее, отчётливо представляю, что там происходит. Потому как Дамир словно запрограммированный робот, в строгой последовательности выполняет одни и те же телодвижения. Услышала лязг и сразу увидела, как Фролов открыл ключницу и повесил на верхний левый крючок ключи от квартиры. Когда как будто что-то упало – это опекун положил на полку брелок от автомобиля. Тишина означает, что он снимает туфли, шорох – кладёт их в обувницу. Тихие шаги – Дамир направляется к себе в спальню, там он пробудит ровно полчаса и выйдет с влажными волосами.

Фролов помешан на чистоте, самое меньшее душ принимает три раза, утром перед работой, вечером сразу после возвращения из офиса и обязательно перед сном.

Дверь в комнату Дамира хлопнула, и я как по команде соскочила с дивана и засуетилась. Схватив пульт, выключила телевизор, в одну руку взяла тарелку с чипсами, а в другую полупустой стакан с плавающим на дне лимоном.

Стоп, а почему я собственно бегу? В моей комнате телевизор меньше чем в гостиной, и дивана такого удобного там тоже нет. Зачем я постоянно от опекуна по разным углам прячусь? Он же всё равно найдёт повод притащиться ко мне, чтобы в течении минимум часа мучить меня всякими дебильными вопросами. Вроде того, что он мне вчера с умным видом задал: «Назови мне десять целей, которых ты хочешь добиться в ближайшие пять лет?».

Нормальный он или нет?

У меня только одна цель, вернее их две. Получить наследство и помахать на прощание Фролову рукой. Всё! После этого можно считать – жизнь удалась.

Поставила стакан и тарелку обратно на журнальный столик и, включив телевизор, вновь уселась на диван.

Так уж сложилось, что теперь это мой дом, пора уже перестать чувствовать себя здесь гостьей. Где мне больше нравится, там и смотрю сериал.

Как по секундомеру, ровно через тридцать минут Фролов вышел из спальни. Голову даю на отсечение, что он сейчас в гостиную зайдёт.

Глава 21

Разумеется, моё пророчество сбылось и уже через мгновение, заметив боковым зрением мужской силуэт, развернула голову в сторону Дамира и выдавила из себя доброжелательную улыбку.

— Как прошёл твой день? — заняв место на соседнем диване, поинтересовался Дамир.

Пока ты не вернулся, всё было просто отлично.

— Хорошо, — не отрывая взгляд от телевизора и тем самым намекая, что фильм мне гораздо интересней беседы, кивнула я.

— Проходил сейчас мимо кухни, оттуда так аппетитно пахнет. Ольга, у тебя талант, ты очень вкусно готовишь. Если бы не сегодняшнее совещание, скорей всего на обед приехал бы домой.

Прямо чудеса в решете, ни разу за несколько лет Фролов так искренне ни за что меня не хвалил, ни за отличную учёбу, ни за поступление на бюджет в престижный ВУЗ, ни за победу в музыкальном конкурсе. А за ёжики из фарша лука и риса и лапшу на гарнир – похвалил. Причём, слышно по голосу, что от чистого сердца!

Изо всех сил сжимаю челюсть и стягиваю губы обратно, но никак это чёртову улыбку убрать с лица не могу и счастливо сияю, как последняя дура.

Фролов тоже чудит, и похлеще чем я, он ныряет рукой в мою тарелку и – о, ужас! – кладёт себе сразу несколько чипсов в рот. То есть его величество безупречное совершенство только что съел вредный продукт. Всё, мой мир изменился и это навсегда.

— Спасибо, — смущенно благодарю я за комплимент, причём застенчивость у меня в интонации натуральная, а не разыгранная. Та-а-ак, если в срочном порядке себя не встряхну и не включу мозг, Дамир действительно в обеденный перерыв на постоянной основе начнёт таскаться домой. Оно мне надо? — Готовить ещё и обед, я не потяну, — сказала как отрезала и даже не солгала, — Так что больше чем на отварные яйца или бутерброды не рассчитывай.

У Фролова натура диктатора, его хлебом не корми, дай только кого-нибудь к чему-либо любым доступным, предпочтительно насильственным, способом, да принудить. Морально приготовилась к этому самому принуждению два раза в день стоять у плиты, даже бегом довод в пользу отказа придумала. Скажу, что хочу китайский подтянуть, а на это нужно время. Слава всему Дамир на китайском не бельмеса, никак не проверит повышала я уровень языка или в его джакузи в пузырях отмыкала.

— Бутерброды, так бутерброды, — кивком головы Фролов согласился на предложенное ему скудное меню.

Что?! Вариант, что Дамир позарится на хлеб с сыром и отварные яйца, я вообще не рассматривала. Надо было говорить, что днём только кипячёной водой и питаюсь.

— Ольга, а тебе случайно не скучно? Думал, ты будешь каждый день куда-нибудь отпрашиваться, а ты круглыми сутками дома сидишь.

С чего это вдруг Фролов моим досугом обеспокоился? Ставлю все свои кровью и потом заработанные скидки в магазины, что вопрос с подвохом. С каким точно не знаю, но что он есть – не сомневаюсь.

Вместо того, чтобы хоть что-то сказать, прикусив нижнюю губу, часто хлопаю ресницами и судорожно соображаю, как бы так ответить, чтобы случайно не подорваться на мине, которую Дамир возле меня точно бросил.

Фролов, чуть выгнув бровь, внимательно на меня смотрит, но с ответом не подгоняет. Между нами сейчас только шахматной доски не хватает, а так, наверное, со стороны, вылитые Карпов с Каспаровым разыгрывающие партию на первенство мира в восемьдесят пятом году.

Тьфу ты, вот покажите мне ещё одну девятнадцатилетнюю девушку, у которой в голове, как по полкам лежит история шахмат с датами и фамилиями за последние сто лет. А всё Фролов, это он заставил меня в седьмом классе записаться в секцию шахмат, будь она не ладна. Подружки уроки сделают и на улицу, а я логическое мышление в душном помещении развивать.

— А что? — вопросом на вопрос ответила я.

— Может я немного тебя развлеку, прокатимся после ужина на твоей машине по городу? Я же обещал посмотреть твоё мастерство. Проедешь без нареканий, машина в твоём распоряжении. Ну как?

— А может сначала прокатимся, а потом поужинаем?! Если что я готова, только кроссовки надеть.

Как выяснилось моя награда за учёбу – новенький автомобиль всё это время находился не где-нибудь, а на подземной парковке в доме Фролова. Когда мне об этом Дамир сообщил, думала, задушу к чёртовой бабушке опекуна за скрытность, и лишь мысль о том, что мы с «моей прелестью» уже через сейчас познакомимся, уберегла мужчину от преждевременной и мучительной смерти, а меня от греха ну и соответственно срока.

И когда собирались, и когда выходили из квартиры, мне постоянно казалось, что Дамир умышленно двигается медленнее, чем обычно. Едва сдерживалась, чтобы не начать толкать его в спину, чтобы топал быстрее. Потом такую же пакость мне организовал лифт, цифры на табло, указывающие на каком этаже находится в данный момент кабина, менялись, по ощущениям, один раз в десять минут, поэтому на цокольный этаж спускались целую вечность.

— Где? — не зная, в каком направлении двигаться и, дёргаясь то в одну сторону, то в другую, но по факту оставаясь на месте, спросила я у Фролова.

— Дальний правый угол, — ответил Дамир, да ещё и рукой показал путь. — Белая, семьсот семьдесят семь.

— А ещё и номер красивый! — подпрыгнув, взвизгнула я, и всё на этом моменте мой мозг отключился, а если точнее, то перешёл в режим восхищения и обожания.

Что я только не вытворяла: вокруг машины нарезала круги, обнимала, разговаривала, гладила, да что уж греха таить, даже целовала.

Марку, модель и цвет у авто конечно же знала, целую уйму фотографий белого кроссовера родом из германии в интернете пересмотрела и так на улице постоянно такой же глазами выискивала, но то картинки и чужие машины, а здесь рядом со мной моё… моё …моё… вернее мой…, мой красавец парень блондин.

Понятия не имею, сколько времени мой восторженный писк эхом разносился по парковке, но когда ураган из эмоций немного поутих, в голову сразу постучался вопрос. А почему Дамир до сих пор меня не одернул и не прочитал лекцию на тему, что неприлично и неподобающе в общественных местах, да и вообще нигде, столь ярко и несдержанно демонстрировать чувства?

Забравшись в салон и бережно скользя подушечками пальцев по приборной панели, украдкой глянула на Фролова. Взгляд пришлось тут же отвести, потому, как мужчина в упор смотрел на меня, но то, что хотела, разглядеть успела. Дамир спокоен и в расслабленной позе, прислонившись плечом к колонне, стоит в нескольких метрах, тактично и терпеливо не мешает моему знакомству с автомобилем. На лице нет и намёка на раздражение, наоборот, складывается впечатление, что он вполне всем доволен.

Может Фролов так достал своих подчинённых, что они ему в кофе мощный антидепрессант подмешали? Просто другого объяснения, почему Дамир сейчас себя ведет, как будто он нормальный живой человек, у меня не находится.

Глава 22

Фролов скомандовал «Заводи», и я, запустив двигатель и переключив рычаг скоростей, тронулась с места.

От волнения колени дрожат, сердце учащенно колотится, из-за мокрых ладоней сцепления рук с рулём практически нет. И вместе с тем в крови бурлит адреналин, и чувство счастья зашкаливает. Вот оказывается, каково это, когда мечты сбываются!

Подъехав к выезду из парковки, из-за того, что откатные ворота не успели подняться вверх, вынуждено остановилась, да переборщила с давлением на педаль тормоза. Мы оба с Дамиром, словно нас с силой в спину толкнули, резко дернулись вперёд, хорошо ремни безопасности уберегли и ни обо что лбами не стукнулись, а затем вновь припечатались к креслам.

— Инструктор по вождению говорил, что у каждой машины своё натяжение у педалей. В одних автомобилях надо с силой давить, в других едва касаться. Покатаюсь немного, почувствую педали и буду тормозить плавно, — то ли оправдалась, то ли пообещала я, Фролов, кивнув, вроде бы как с моими доводами согласился, но далеко не факт, что я только что не заработала свой первый минус.

Промах подействовал на меня, как вылитое на голову ведро холодной воды, отрезвил и прогнал преждевременную эйфорию. К мечте иметь под пятой точкой колёса, я лишь прикоснулась, а крепко возьму её в руки, лишь тогда, когда Дамир решит, что я благонадёжный водитель.

Попыталась собраться и сконцентрироваться на дороге, но чем усерднее старалась, тем сильней нервничала, закончилось всё тем, что я, даже не выехав из дворов, не рассчитала радиус разворота и не вписалась в поворот.

—Ничего страшного. Просто сдай назад. Круче выверни руль и попробуй ещё раз, — чуть в обморок не упала, когда вместо недовольного цоканья и осуждающей интонации, услышала спокойный и понимающий голос Дамира.

— Ага, — закивала я, переключила рычаг скоростей, вывернула руль, но вновь не вписалась.

— Оля, выдохни. Ты давно не практиковалась. Бывает. Здесь действительно узко. Ещё раз сдай назад.

— За нами машина, а я дорогу перегородила, — заметив в зеркало заднего вида приближающийся серебристый седан, откровенно запаниковала.

— Подождёт. У тебя приклеен предупреждающий знак, что за рулём водитель без опыта. Осторожно сдавай…, я тебе помогу.

Чуть не подпрыгнула на сиденье, и теперь пойди – разберись из-за чего? То ли, потому что мне посигналили с требованием немедленно убраться с пути, то ли, потому что Дамир тесно ко мне пододвинулся, положил свои ладони на мои и показал, как следовало выкручивать руль.

— Ну вот, всё получилось, — ободряюще заметил Фролов, когда чёртов поворот оказался позади.

Честное слово, если бы Дамир предложил, на этом экзамен закончить и отложить до лучших времён, я бы проголосовала «За». За каких-то пять минут я из девушки превратилась в нервную мокрую от пота мышь, нет ни одного органа, чтобы не трясся, но самой попроситься домой не отважилась, да и постыдилась.

Не сказать, чтобы очень, но теперь уже на оживлённой дороге – тупила, то приму ни ту полосу, то не к месту вильну, то забуду выключить поворотник, рискуя тем самым, сбить с толку других водителей. К счастью Дамир полностью, и меня, и ситуацию контролировал, подсказывал, направлял, причём мягко без упрёков и раздражения.

— Оля, а ты не устала? — поинтересовался мужчина, когда уже изнемогала от напряжения и единственное, чего бы мне хотелось, это почувствовать под подошвами не педали, а тротуарную плитку или асфальт, земля, кстати, тоже сгодиться, да что там даже грязь с лужами подойдёт.

— Да, очень.

— Припаркуйся возле..., вон того магазина. Там как раз свободное место есть, ты отдохнёшь, а я воды нам куплю.

Дамир вышел из салона и направился в магазин, я же, откинувшись в кресле и развернув в его сторону голову, смотрела вслед. Может зря мы с Ба Фролова постоянно в монстры записывали, не так уж он и плох. Сегодня так вообще высший класс. Вот я всё время бузила, что нагрузка по его воле у меня на плечах лежит неподъёмная, а в вдруг все те знания и навыки, что он заставил меня получить, ох как в жизни помогут. Потом ещё и спасибо скажу.

«Надо будет Ба позвонить…», — подумала я, и тут же мысль потеряла, потому как заметила, что на Дамира встречные девушки пялятся, причём все подряд, и моего возраста, и старше. Ну а что, их можно понять, мужчина он конечно красивый, тут не поспоришь. Я же тоже, когда-то была в него влюблена, через раз в его присутствии дышала и неделю мечтательно закатывала глаза, после того, как он нас с Ба навещал.

— Новая? — привлёк моё внимание мужской голос, а когда механически посмотрела туда, откуда он исходил, увидела, что молодой человек в соседнем припаркованном авто именно ко мне обращался.

—Ага, несколько дней, как выехала из салона, — гордо ударила я ладонями по рулю и улыбнулась.

— М-м-м, муж подарил? — кивнул парень в сторону магазина, и я сделала вывод, он здесь припарковался до нас и видел Дамира.

— Нет, не муж.

Молодой человек расцвёл, демонстрируя ряд ровных белоснежных зубов и очаровательные две ямочки на щеках. С горящими от азарта глазами, он полностью опустил боковое стекло, и насколько это было возможно, высунулся из машины.

— Михаил, — представился он.

— Ольга, — не без кокетства отозвалась я.

— Есть планы на вечер?

Ого, какой шустрый. А как на счёт хотя бы короткого разговора? Должна же я как-то оценить уровень интеллекта или наоборот кретинизма.

— Естественно есть.

Дамира, например, ужином накормить. На кухне убраться. Полотенца в ванных комнатах на поменять . Заглянуть к акулятам, спокойной ночи им пожелать.

Михаил как-то неожиданно аж растерялся. Видно, нечасто ему девчонки отказывают, и на то у них однозначно есть причины. По десятибалльной шкале я бы оценила внешность парня на твёрдую семерку с большим плюсом, примерно двадцать пять лет, сероглазый блондин, спортом явно не пренебрегает, в общем, очень даже ничего.

— А планы случайно не с ним? — Миша вновь кивнул в сторону магазина. — Парень твой, да?

Да, что же это такое, почему все кому не лень в последнее время, мне с Фроловым отношения, то пророчат, то приписывают?

— Нет, конечно. Это же мой…, — А кто он мой? Опекун? Надзиратель? Попечитель наследства? А-а-а, пусть будет папой, — … отец!

— Шикардосно твой старик сохранился. Каждому бы так….

— В чём дело, молодой человек, какие-то проблемы?! — судя по звуку, с расстояния нескольких метров рявкнул Дамир.

Вот откуда…, откуда он появился? Я же ни на секунду из вида не упускала вход в магазин!

— Никаких проблем нет. Просто обсуждаем с вашей дочкой, как вы отлично выглядите для своего возраста, — со счастливой улыбкой отвесил Михаил Фролову сомнительный комплемент, да ещё и поднял большой палец – ну словно вишенку на торт положил.

Капец! Втянула голову в плечи, пригнула уши, имела бы хвост – и его бы поджала.

Глава 23

Как сидела, повернув голову в сторону Михаила, так и замерла, боюсь даже шелохнуться, как будто если хотя бы вздохну, тут же спровоцирую апокалипсис.

И если Мишу наблюдаю как на ладони, то Дамир для моих глаз не доступен. Единственное, могу лишь предполагать, о его месторасположении – скорей всего он где-то позади машины возле багажника. Оттуда, и его голос доносился, и именно туда сейчас, кстати, тоже не моргая, таращится Михаил.

Фролова не слышно, и я понятия не имею, чем он в данным момент занят, но такое ощущение, что он гипнотизирует Мишу, а может и ещё как-то ментально воздействует, порчу там наводит, страшный сглаз накладывает, но парню от этого стопроцентно не по себе, если не сказать очень хреново.

Сначала с молодого человека слетела улыбка, потом он побледнел, в глазах появилась тревога, он несколько раз нервно сглотнул, в конце концов, у Миши каким-то чудом хватило сил, оторвать взгляд от Дамира, поднять наглухо стёкла, завести двигатель и в прямом смысле с парковки спешно и со свистом смотаться.

Мише хорошо, он взял и уехал, а я как в подводной лодке сижу.

Справа от меня распахивается дверца, и Фролов садится в салон.

Эх, была, не была, два раза всё равно не умирать.

— Холодная, как я и мечтала, — взяв в руку одну из двух бутылок минеральной воды, что Дамир поставил в подстаканники, довольно зажмурилась я и, как ни в чём не бывало, открутив крышку, жадно присосалась к горлышку.

Пью…, пью…, уже не лезет, а всё равно пью, ну не готова я ещё Фролову в глаза посмотреть и уж тем более вступить в диалог.

А диалог обязательно состоится, вижу боковым зрением, как Дамир пристально разглядывает меня, и его явное желание поговорить, заметно даже по тому, в какой он выжидающе настороженной позе сидит.

— Вкусно, — облизнулась я, практически полностью опустошив бутылку. — Куда едем дальше? — взмахнула пару раз ресницами и подарила Фролову самую милую и невинную улыбку из своего арсенала.

Разумеется, мужчина не впечатлился, ни один мускул не дрогнул на угрюмом лице.

— Парень, что только что отъехал, он к тебе приставал?!

— Нет, — мотнув головой, ответила я с такой интонацией, словно не понимаю, с чего вдруг Фролов задал подобный вопрос.

— Но вы же разговаривали.

— Ну разговаривали и что? Лично я никакой проблемы не вижу, — как думала, так и сказала, если перед Дамиром каждый раз лебезить и пресмыкаться, он тогда вообще на голову сядет.

— То есть для тебя норма, знакомиться на улице с кем попало?

Ох уж это выражение «С кем попало» с детства мне слух режет.

Когда Фролов вернулся из магазина и подал голос, он был достаточно далеко, а это значит, о чём мы с Михаилом болтали, не слышал. Вывод – как версию событий расскажу, та и верная. Обратное-то не доказуемо.

— Я ни с кем не знакомилась. Человек, что сидел в соседней машине, между прочим, не выходя из салона, поинтересовался, не знаю ли я случайно, где находится ближайшая автомойка, ответила, что не в курсе. На этом всё. Или что мне надо было не отвечать, а забаррикадироваться, забраться под сиденье и вызвать полицию? Дамир, судя по тону, ты мной не доволен, скажи тогда, как я должна была поступить?

— А я думаю, ваш разговор одним вопросом и одним ответом не ограничился, с чего парень взял, что я твой отец? Разве не ты ему об этом сказала.

Надеюсь, правдоподобно изобразила на лице праведный гнев.

— Для чего мне было ему врать? Он сюда подъехал раньше нас, увидел, как ты выходишь из машины, и сделал свой собственный вывод.

Фролов недоверчиво щурится, по глазам вижу, не особо он мне верит, но увы и ах, на одних подозрениях далеко не укатишь, нужны факты и доказательства, а их нет. Ха-ха….

— В следующий раз, когда к тебе обратится незнакомец, особенно если это будет мужчина, игнорируй и не отвечай. Ты же понимаешь, что его даже близко автомойка не интересовала? Любой, у кого есть мобильный, без всякой подсказки в интернете найдёт всё, что угодно. Ты поняла?!

Как же мне хочется поспорить, прямо язык чешется, но бесить Дамира в тот момент, когда сдаю ему экзамен по вождению – наказуемо пешими прогулками и освежающими поездками в общественном транспорте. Поэтому прикушу то, что чешется, а ещё лучше засуну туда, куда обычно людей посылают.

Даже при огромном желании не смогла скрыть раздражение, но согласный кивок, демонстрирующий, что я Фролова услышала, кое-как, но осилила.

— Куда теперь едем? — спросила, и мужчина мне назвал адрес. — Даже приблизительно не знаю, где это находится, — не без возмущения заявила я.

— Какие проблемы? Включай навигатор и двигайся по карте, — ледяным и убийственно спокойным тоном отозвался Дамир.

Мстит? А то, как же! Ставлю правый верхний клык, что мстит.

Если по знакомому маршруту порой терялась, то совершенно не известному, так вообще – тушите свет. Раз в пять минут мне обязательно сигналила какая-нибудь сволочь, такое ощущение, что у всех водителей вокруг год клаксон не работал, а именно сегодня отремонтировали и поэтому им давить на него прямо великое счастье.

Один водитель на белой «Камри» так особо надо мной глумился, его авто стояло позади, когда я с второстепенной дороги на главную поворачивала, чтобы заставить меня быстрее на манёвр решиться, он наверное минуту гудел. А ведь у меня на стекле висит яркий значок новичка, неужели нельзя как-то более лояльно и с пониманием относиться к неопытному водителю, ведь ты тоже когда-то учился и сидел за рулём в первый раз?

— А здесь, какую лучше занять полосу? — не выдержав, жалобно попросила я помощи у Дамира, потому как больше он мне не подсказывал.

— Сама, Ольга, сама. Представь, что ты в салоне одна.

Да какого чёрта… нафиг мне представлять то, чего нет?!

Когда мы с Дамиром после поездки вернулись домой, у меня дёргались сразу оба глаза, волосы дыбом стояли, а чувствовала я себя, словно меня весь день голую и в клетке возили по самым оживлённым улицам города, а все кому не лень в мой адрес выплёвывали оскорбления. То есть мне хотелось закрыться в ванной, погрузиться в воду и захлебнуться.

— Когда ужин ждать? — перед тем, как зайти к себе в спальню с видом как будто всё в полном порядке, поинтересовался Дамир.

Пришлось, левой рукой перехватить правую, потому как она сама по себе вознамерилась кое-кому без души, сердца и сострадания показать средний палец.

— Через пятнадцать минут, — наступив себе на горло, лилейно пропела я, ведь результат экзамена ещё не объявили, а сама спрашивать не торопилась, потому как возлагала большие надежды на ужин, вдруг Дамир поест и подобреет.

Глава 24

Фролов с аппетитом поужинал, не был скуп на похвалу, а когда закончил, встал со стула, приблизился и, положив мне ладонь на плечо, резюмировал:

— Оля, пока ты не готова ездить самостоятельно. Знаю, моё решение тебя расстроило, но лучше испорченное настроение, чем авария. Разумеется, это не навсегда, по возможности ты под моим контролем будешь практиковаться. Уверен, несколько уроков вполне хватит. Ещё раз спасибо за ужин. Я буду в кабинете, без веской причины меня не беспокоить.

Проводив волчьим взглядом Дамира, подождала, когда хлопнет дверь в кабинет и, коверкая голос, передразнила опекуна:

— Ещё не готова…, под моим контролем…, меня не беспокоить…. Тьфу ты, когда это интересно я тебя беспокоила, а? Сам же каждый вечер припрёшься и сидишь, мучаешь мои уши и насилуешь мозг, разводя демагогию.

Даже не успела тарелки с приборами в посудомойку загрузить, как послышались шаги и спустя несколько секунд на кухне вновь объявился Дамир.

— Ольга, у меня есть предложение. А что если ты каждый день утром начнёшь отвозить меня в офис, а вечером забирать? Естественно обратно ты будешь уезжать или наоборот приезжать с моим водителем. М-м?

Внутренний голос в голове буквально вопил и громко бил в набат, предупреждая «Отказывайся. От предложения Фролова смердит неприятностями, как от канализации воняет… сама знаешь чем. Скажи – нет, не поддавайся на провокацию».

Вообще-то я всегда прислушивалась к предчувствию, потому как если оно мне что-то подсказывает, значит, больше моего знает, но тут резко активизировалось и желание самостоятельно рулить. И это самое желание не только убедительно уговаривало согласиться, но ещё и всякие завлекательные картинки показывало. Как Ба в аэропорт самолично отвожу, как возле университета паркуюсь возле тачки Ленки, эта гадина видит и тут же от зависти как кикимора зеленеет, как выхожу из бутика с ворохом пакетов, на которых красуются модные бренды, и эффектно, а ещё обязательно небрежно кидаю их на заднее сиденье авто.

Понятия не имею к добру или нет, но мечты сокрушительным хуком справа нокаутировали предчувствие.

— Почему бы и нет, — пожала плечами я, — как вариант, стоит попробовать.

— Договорились. Рекомендую, поставить будильник, выходим рано.

Сказано – сделано. Хоть и давно сама по утрам просыпаюсь по причине привычки, но завтра мой телефон пропиликает ровно в шесть. Дамир обычно выходит в семь, часа мне на сборы – за глаза хватит.

Передо мной две двери из неотёсанного дерева с массивными железными кольцами, на каждой из них висит по табличке «Зайдешь – водителем станешь», «Зайдёшь – так и останешься пешеходом».

Ха, разве это выбор? Конечно же, нет! Схватилась за кольцо и постучалась в ту, где «Водителем будешь».

Входить никуда не пришлось, обстановка вокруг меня сама по себе сменилась на новую, что крайне паршиво, если судить по чёрному небу, углям вместо земли, истошным крикам и многочисленным чертям с вилами и хвостами, мою несчастную тушку занесло в ад.

Твою же дивизию, как так-то?

Пригнулась, чтобы не заметили, и огляделась. В поле зрения никакой норы – нет. Никуда не заползёшь и не переждёшь, когда этот дурдом испариться.

— А-а-а, смотри, кто к нам пожаловал, — раздался писклявый голос и толпа чертей, что тусовалась возле огромного котла, все как один повернули рогатые морды в мою сторону. — Тащите её сюда! Тащите….

На мой взгляд, дальше события развивались, ну вообще не справедливо. Погоню чертей за мной и то, как я яростно от них отбивалась, словно неугодную сцену в фильме пропустили с помощью перемотки, и в следующее мгновение я уже плюхнулась в котёл, слава всему с холодной водой, но этот факт временный, под котлом горит костёр. Лично сама не видела, но откуда-то знаю.

— Уха без дивчины не наваристая, — приговаривали хвостатые, когда я, нащупав дно, встала на ноги.

— Какая уха? Рыбы-то у вас нет! — взвизгнула я в ответ.

— А точно, рыбу забыли, — нахмурился самый высокий и здоровенный чёрт, звонко щелкнул мохнатыми пальцами и, оскалившись, зловеще сообщил. — А теперь рыба есть.

Что-то гладкое скользнуло по щиколотки, затем задело бедро, склонив голову, заметила, что вокруг меня кружат акулята Фролова.

— Ладно я, возможно и заслужила, но акулят-то за что? Их хотя бы отпустите! — потребовала я, добралась до края котла и взяла главного рогатого за горло. — Отпусти, говорю….

Чёрт, в свою очередь, схватив за плечи, начал меня трясти и рычать:

— Просыпайся….

— Дамир? — разглядев в мохнатой морде черты опекуна, пришла в полное недоумение, но после всё встало на свои места. — А я всегда знала, что ты самый настоящий упырь.

Глава 25

— Что ты там бубнишь, вставать собираешься?

Темнота, что окружала, вдруг рассеялась, теперь в глаза бьёт яркий свет, рогатый черт, трясущий меня за плечи, потерял шерсть, зато заимел рубашку с галстуком и окончательно превратился в Дамира.

Фух, похоже, мне приснился кошмар.

Жуткие сны снятся всем, такое бывает, с этим всё как бы понятно, но почему мой и после пробуждения продолжается? Фролов же наяву заявился ко мне в спальню, уселся на кровать и теребит за плечи. Видите ли, он меня будит. Только вот зачем? Ни разу ещё такого не случалось, чтобы я будильник не услышала, а если бы даже и не услышала, он бы вновь через минуту запищал.

— Сколько времени? — привстав на локти, ворчливо и, конечно же, сонно поинтересовалась я.

— Пять уже, — сообщил мужчина, причём таким тоном, словно я ленивица провалялась в постели минимум до одиннадцати.

— А для чего понадобилось будить меня в такую рань? — фыркнула я, полностью села и вонзилась в опекуна самым недовольным взглядом. — Пожар? Землетрясение? Топим соседей? Что?!

Возмущение выросло в несколько раз, потому как, я значит тут распинаюсь, причины придумываю, гневные гримасы старательно строю, интонацию саркастическую использую, а мне в глаза не смотрят и похоже, что даже не слушают.

Фролову что рукой помахать, напомнить с кем он говорит.

Да куда он всё пялится?

Твою же….

Резко натянула одеяло до подбородка.

Так понимаю, когда черти из меня варили уху, я в кровати ёрзала, вот шёлковая скользкая майка от ночного комплекта почти до пупа и сползла. Получается ровно с того момента, как присела, мои подружки колыхались перед Фроловым без какого-либо прикрытия.

Вот же дурында, заметила ведь, что Дамир мотал головой из стороны в сторону, словно кому-то без слов «Нет» говорил, почему же не задалась вопросом, а собственно почему? Но я-то ладно, мозг ещё от сна не очухался, туго соображает, но Фролов, он же явно давно встал. Душ принял, оделся, парфюмом облился. Почему гад такой не отвернулся? Правильно говорит «Ба» даже у умных мужчин нижняя голова без исключений и оговорок всегда главней верхней.

— Если забыла, напоминаю, мы договорились, что ты каждый день теперь отвозишь меня в офис, — ну надо же, к кому-то вернулась способность общаться и в глаза при этом смотреть. Интересно, если бы я не прикрылась, сколько бы времени мои подружки Дамира в гипнотическом трансе держали?

— Я не забыла, я не поняла, зачем вставать в пять утра?!

— От дома до офиса два километра, а чтобы от урока был толк, длиться он должен не менее часа. Сделаем крюк, а на это требуется время. Даю на сборы пятнадцать минут, не успеешь, уеду один.

Дождалась, когда Дамир выйдет из комнаты и лишь тогда огрызнулась:

— А вчера мне об этом сложно было сообщить?

Не сказать, что опекуна доставила на работу без погрешностей и с ветерком, но по сравнению со вчерашним днём, проехала, на мой взгляд, очень даже прилично. Дамир не похвалил, но с учётом его характера то, что хотя бы не отругал, уже можно считать – получила высокий бал.

С завершающим этапом, а именно ровно заехать на место подземной стоянки офисного здания, где располагается фирма Фролова, тоже справилась на ура, а когда мы вышли из автомобиля, к нам подбрёл седовласый худощавый мужчина с кепкой в руках и поздоровался с опекуном.

— Ольга, познакомься Ян Валентинович, — обратился ко мне Дамир, после того, как пожал руку мужчине. — Он отвезёт тебя домой и проводит до квартиры, — сообщил Фролов и наверное, в пятый раз задал мне этот вопрос. — Что нужно сделать, как только вернёшься?

— Написать тебе сообщение.

— А точнее?

— Сразу написать сообщение.

— Ян Валентинович, от вас я тоже жду звонка, — прежде чем направиться в сторону лифтов, напомнил Фролов водителю.

То есть, по его мнению, не только я одна страдаю приступами амнезии. Ну прямо на душе полегчало.

Водитель сохранял тишину, и я тоже помалкивала, вплоть до того момента, пока мы не свернули на улицу, на которой уже как неделю нет проезда из-за ремонтных работ.

— А что здесь движение уже открыли? — как-то сам по себе вылетел вопрос.

— А я не знаю, — заволновался Ян Валентинович. — А что, Оленька, перекрывали дорогу, да?

— Ага, — кивнула я. — Странно, что вы не в курсе. Наверное, давно шефа домой не отвозили?

— Ни разу.

— Как это ни разу? На этой недели или вообще никогда?

— Никогда. Я же за главным инженером был закреплён, а вчера поздно вечером Галка из отдела кадров позвонила и огорошила, что Митьку Дамир Олегович от себя убирает, а меня ставит на его место. Генерального конечно возить, как бы почётнее, да и оклад выше, но боязно, — поделился переживаниями мужчина, но тут же чуть пригнувшись, осёкся. — Извините, много болтаю.

— Совсем нет, — заверила я. — Мне наоборот интересно. И если что будьте, уверенны, я могила. А как вы думаете, почему Дамир Митьку сместил?

Ян Валентинович глянув в зеркало заднего вида, оценивающе на меня посмотрел, словно решал, достойна я доверия или при первой же возможности сдам его с потрохами начальству.

— А кто же его знает, чем Митька не угодил. Может, ляпнул чего не подумав, может еще, как провинился. Только он теперь на меня зуб точит, я-то пять лет как пенсионер, а его молодого да шустрого получается - обогнал.

А-а-а, ну всё ясно как белый день. Ничего Митька не натворил, единственный его косяк заключается в дате рождения. Можно подумать, я, как только с парнями приблизительно своего возраста знакомлюсь, сразу с ними романы кручу. А даже если и так, Фролову, какое дело? Хорошенько бы надавать ему лопатой по голове за произвол, чудит, как только прихоть на душу ляжет.

— Ян Валентинович, вы из-за перевода не беспокойтесь, вот увидите, через пару недель, всё вернётся на круги своя.

Мужчина не стал допытываться, откуда и с чего я это взяла, просто хитро улыбнулся и с довольным видом кивнул.

Поездка отняла полтора часа, плюс столько же сожрёт ещё вечером, получается, чтобы успеть с домашними обязанностями, придётся пожертвовать каким-то из личных ритуалов. Первым из списка вылетел обзвон подруг, перебьюсь и поговорю только с Ба, сериал можно посмотреть и на кухне, когда займусь ужином. Где же ещё раздобыть сорок минут? Тут либо у аквариума с акулятами не сидеть, либо в джакузи не плавать. Ай, обойдусь душем, а то маленькие зубастики расстроятся, если мама к ним не придёт.

Глава 26

Как и было велено, к шести вечера собралась, даже больше – можно сказать принарядилась. Надела бежевое платье по фигуре, сумочку приготовила в тон, только более приглушённого цвета, волосы утюжком вытянула, лёгкий макияж нанесла. А то уже и забыла, когда в последнее время при полном параде выходила из дома. За прошедшую неделю мой нос всего два раза на улице и показывался, да и то, те вылазки получились спонтанными, поэтому, в чём была в том и выходила.

Обожаю лето и жару достаточно легко переношу, но сегодня такое пекло, что даже салонный кондиционер в дороге от духоты не спасал, поэтому, когда Ян Валентинович доставил меня в уже знакомую подземную стоянку и заглушил двигатель, выбралась из машины и с удовольствием ощущала, как кожа мурашками покрывается от прохлады, пусть и оборудованного, но всё же полуподвального помещения.

«Я на месте. Жду», — отправила Дамиру сообщение.

«Поднимись ко мне в кабинет. Водитель проводит», — прилетел ответ от Фролова.

Занеся палец над экраном, пытаюсь перефразировать мысль: «На кой мне к тебе подниматься? Мне и здесь рядом с четырёхколёсным блондином не скучно».

— Ольга, лифт там, — кивнул Ян Валентинович в сторону лифтов, я так понимаю Фролов и ему следом сообщение написал.

Ладно, прогуляюсь, а то у меня уже был горький опыт, как спорить с опекуном перед поездкой.

В самом здании мне уже доводилось бывать шесть или семь лет назад. С тех пор всё кардинально изменилось, темные тона сменились на светлые, преимущественно молочные, из-за этого пространство вокруг словно раздвинулась, и появилось куда больше света. Густая растительность в виде деревьев в вазонах – исчезла, и вместе с собой прихватила унылый скрипучий паркет. Те некоторые кабинеты с открытыми дверьми, в которые я по дороге заглядывала, мягко сказано – впечатляли. Мебель, техника и даже канцелярия, всё подобрано под один стиль и выглядит единым целым. Мне кажется, если кто-нибудь из сотрудников положит на стол, непонятно откуда взявшийся красный карандаш, он настолько выбьется из пастельных тонов интерьера, что будет смотреться огромным бельмом на глазу.

Ян Валентинович довёл меня до приёмной, представил секретарю, и мы с ним попрощались до завтра.

Секретарь Дамира без лишних прелюдий сообщила, что её шеф меня ждет, и я могу проходить.

Уже занесла кулачок, чтобы постучаться к Фролову, как в голове всплыла лекция по деловому этикету, на которой нам преподаватель вещал, что на работе в кабинеты стучать не обязательно, поэтому просто открыла дверь и вошла.

Ага, вот он царь, вот его трон, только мальчика с опахалом не хватает.

В принципе, как себе представляла Дамира на рабочем месте, то и увидела. Огромный кабинет, панорамные окна, стол на котором можно играть в гольф, зона отдыха, где бы поместилась наша с Ба квартира, несколько внутренних дверей, за ними, так понимаю душ, туалет, а ещё возможно и спальня. В общем, передо мной фото из глянцевого журнала под статьёй бизнесмен года.

— Присаживайся, буквально пара вопросов и поедем, — сказал Дамир и даже глаз на меня не поднял, а когда я на диване устроилась, как бы, между прочим, поинтересовался. — Мария Сергеевна тебе чай или кофе предложила?

Вообще-то нет, но я не в обиде. Когда вошла в приёмную, эта самая Мария Сергеевна аж запыхалась, от того как остервенело колотила по клавиатуре, было видно, что она какое-то архи важное задание выполняет и очень не успевает.

— Да, но я отказалась, — солгала из солидарности к своему полу и из сочувствия. С Дамиром работать – однозначно не сахар.

Через пару минут, Дамир по громкой связи вызвал к себе секретаря.

Девушка тут же примчалась, но Фролов не торопился уделить ей внимание. Зачем тогда звал, чтобы она возле его стола на полусогнутых постояла?

Пока опекун что-то там просматривал на экране и щёлкал мышью, тщательно разглядела Марию. На вид она меня старше, но младше Дамира, наверное, лет тридцать или около этого. Брюнетка, ростом выше среднего, одета исключительно по инструкции, тёмная юбка ниже колен, светлая блузка на которой застёгнуты все пуговицы, включая верхнюю, косметики на лице достаточно много, но это я её вижу, мужчина вполне может решить, что у Марии макияжа и вовсе нет, волосы собраны на затылке в гульку, на ногах закрытые удобные туфли, видно бегать много приходиться и телесного цвета колготки. Ё-моё, колготки, и это в тридцать два градуса! Чтобы провалился этот дресс-код.

Фролов соизволил поднять голову и посмотреть на Марию, когда та уже, судя по тому, как её мотало из стороны в сторону из-за нервного напряжение, готова была грохнуться в обморок.

— Вы мне прислали лишь половину из того, что я просил…, — грозно рыкнул Дамир и понеслось…, он отчитывал сотрудницу как школьницу, на личности, правда, не переходил, но всё равно приятного мало.

Казалось бы, просто вынужденно наблюдала за тем, как человеку устраивают выволочку, лично меня никто в некомпетентности не обвинял, но Фролов каким-то совершенно непонятным способом и мне сумел внушить чувство стыда и вины, как будто это я с чем-то не справилась.

Запустить бы, чем тяжёлым в Дамира, он зачем заставил к нему подняться, чтобы я на экзекуции побывала?

Да я бы такое душераздирающее зрелище и за огромные деньги добровольно не согласилась смотреть.

Всё, если Фролов через секунду не заткнётся, попросту встану и уйду, если ему в кайф прилюдно казнить человека, пусть в зрители зовёт кого-то другого.

Разумеется, Дамир не умолк, а я не ушла. Нет, я хотела и даже предприняла попытку встать, но этот мой манёвр заметил Фролов и так яростно на меня глянул, что тут же осела.

— Прошу прощения, Дамир Олегович, я в самое ближайшее время отправлю вам недостающие файлы, — повинно склонив голову, смиренно пролепетала Мария.

Так понимаю, у Марии отличный оклад, и поэтому она терпит деспотичные повадки начальника и не увольняется. А ещё не исключаю, что когда девушка остаётся сама с собой наедине, закрывает глаза и мечтает, о том, как ей на голову от какого-нибудь дядюшки падает неприличного размера наследство, как она теперь уже полностью финансово независимая до конца своих дней приходит на работу, как с пинка открывает дверь шефа, как высказывает всё, что она о нём думает, как запускает ему в лицо сложенное самолётиком заявление на увольнение, как оттопыривает средний палец и бросает напоследок «Чао!».

Ну ладно, каюсь, на самом деле это я чуть ли не каждый день об этом мечтаю, но и Мария вполне возможно что-то себе в том же духе представляет.

— На сегодня вы свободны, недостающие документы жду не позднее завтрашнего утра, — отпустил Фролов сотрудницу.

— Спасибо, Дамир Олегович, всё сделаю, — кланяясь и не поворачиваясь к мужчине спиной, секретарь попятилась к выходу

— Мария Сергеевна, а может вы устали? Давно были в отпуске? — заметно потеплевшим тоном поинтересовался Дамир.

Девушка, вытаращив глаза, застыла на месте.

— Что п-простите? — побледнев с заиканием, переспросила она.

— В отпуске, когда были?

— В отпуске…, — Мария как-то странно произнесла это слово, как будто оно крайне редко используемое, да ещё и заимствованное у иностранного языка, и она понятия не имеет, что оно обозначает, — … не помню.

Всё ясно, Мария вообще в отпуске не была. Никогда!

Глава 27

— Проветриться вам надо, Мария Сергеевна, лично я так считаю. Идите к себе и напишите заявление на полноценный отпуск, принесёте мне, завизирую.

Видно, секретарь в полной растерянности и не знает, что делать дальше, либо бежать билет на самолёт покупать и айда в море купаться, либо подать к Фролову в ноги и истошно просить её с места не смещать, потому как отпуск это предвестник грядущего увольнения.

— А как же приёмная без меня? — руки девушки непроизвольно разъехались в стороны.

— А это, да, проблема, — посетовал Дамир. — Надо срочно найти для вас на месяц замену. Только вот кого…, — Фролов левой рукой потирал подбородок, пальцами правой барабанил по столу, думал-думал и неожиданно на меня посмотрел. — Ольга, как на счёт того, чтобы свои теоретические знания, подкрепить практикой?

Дамир меня совсем за идиотку держит, он что думает, я посчитаю за счастье через пару дней, когда провинюсь, а у Фролова любой обязательно провинится, занять место Марии на ковре для линчевания?

Ну уж нет!

—Да какие у меня могут быть знания после первого курса, нам в основном только общеобразовательные предметы и читали, философию, историю…и всё в этом духе.

— А тебе никто и не предлагает должность финансового директора, — сказал, как отрезал Фролов. — Неужели не потянешь обязанности секретаря?

Вот теперь прочувствовала фразу из знаменитого фильма, как говориться на собственной шкуре «Тщеславие – мой самый любимый из грехов», — в образе дьявола утверждал Аль Пачино. Казалось бы, скажи «Не потяну» и всё вопрос закрыт и исчерпан, но нет же, язык не поворачивается, принизить собственные способности.

— Без разницы справлюсь или нет, совместить новую работу и домашние обязанности без потери качества всё равно не получится, — выкрутилась я.

— Какие проблемы? Если ты выйдешь на работу, домработница завтра же вернётся, — не растерялся Дамир. — Ольга, за возможность стажировки в моей фирме любой с твоего курса вывернулся бы наизнанку, а ты, как мне показалось, прохладно идею приняла. Смотри сама, я не настаиваю, если твоя стезя готовка с уборкой так и скажи, не увиливай от прямого ответа.

Ну ты и жук, Дамир Олегович. О как ситуацию повернул, то есть если я отказываюсь, значит, будущая карьера меня не волнует, и предел моих мечтаний – это ведро с тряпкой и поварёшка.

Манипулятор!

— Прежде чем ответить, хотела бы обговорить некоторые нюансы и желательно наедине, — сказала я, и Мария, что внимательно смотрела то на меня, то на Дамира в зависимости от того, кто в данный момент говорил, словно очнулась и попросилась на выход:

— Дамир Олегович, разрешите вернуться к себе?

— Да, конечно идите, — бросил Фролов, не сводя с меня глаз. — Какие конкретно нюансы тебя интересуют, Ольга?

— В принципе только один, опыта у меня нет, внутренняя политика фирмы мне не известна, понятия не имею, как взаимодействуют друг с другом отделы и круг своих обязанностей мне за день не изучить. Скидка мне будет за отсутствие навыков, или каждый раз…

— Всё, я тебя понял, — махнул рукой Фролов в знак того, чтобы дальше не продолжала. — Ольга, я бываю крайне недоволен сотрудниками только в двух случаях, когда ленятся или равнодушны к обязанностям. Лично мной ни один работник не был уволен из-за ошибки. Потому как считаю, не промахивается лишь тот, кто не работает. Если ты что-то сделаешь не так, но бросишь все силы, чтобы это исправить, упрёка в свой адрес не получишь.

Прикусив губу задумалась. Если исключить Дамира в качестве непосредственного начальника, предложение заманчивое. Ведь когда-то мой отец создал эту фирму и много лет вплоть до гибели возглавлял. Как Ба рассказывала, папа ещё будучи студентом собрал бригаду и начал принимать заказы на строительство чего угодно, заборов, туалетов, бань, порой даже домов, потом люди начали его друг другу рекомендовать, с каждым годом его дело разрасталось и расширялось, ему ещё и тридцати не исполнилось, когда он уже начал возводить целые жилые комплексы и административные здания.

— Ольга? — напомнил о себе Фролов.

— Я задумалась, если бы папа мог, что бы он мне сейчас посоветовал? — наверняка зря, но я поделилась с Дамиром своими мыслями.

— Не могу сказать, что он бы тебе посоветовал, зато точно знаю, как бы Михаил Дмитриевич поступил, будь он на твоём месте, — как только Дамир произнёс имя отца его интонация начала выражать искреннее уважение, даже странно, что Фролов к кому-то может так относиться.

— И как?

— Он бы ухватился за эту возможность, и через оговорённый срок, то есть месяц, стал бы настолько незаменимым, что я бы ему предложил работать дальше, но только на более высокой должности. Через год он бы дослужился до моего заместителя, а через три Михаил Дмитриевич наверняка бы уже обдумал план, как бы занять моё кресло. А теперь, Оля, вопрос, ты дочь своего отца или…

— Я согласна, могу начинать принимать дела у Марии Сергеевны прямо сейчас.

Понимаю, Фролов специально рассказывал о папе в таком ключе, чтобы я согласилась, но его слова не были ложью, Ба тоже всегда утверждала, что никогда не встречала более целеустремлённого и рискового человека, чем её сын.

— Сейчас Мария Сергеевна занята, — снисходительно заметил Дамир и поднялся с кресла. — Да и у нас имеется дело. Как ты наверняка заметила, в фирме строгий дресс-код, заедем в магазин, обновим твой гардероб. Тем более я тебе это обещал.

Глава 28

Предстоящий шоппинг энтузиазма вообще не вызывал. Ага, представляю, каких старушечьих вещей мне сейчас Дамир в избытке накупит, а потом ещё заставит в них показываться на людях. А то, что так случится, в этом не сомневаюсь, мне ведь даже не позволили магазин выбрать, Дамир велел включить навигатор и забить в него названый им адрес.

Так понимаю, Фролов меня привёз, а если быть точнее, то я его привезла туда, где он сам отоваривается. Признаться, раньше подобные магазины стороной обходила, как-то неловко себя чувствую, когда в торговом зале посетителей в три раза меньше чем персонала. Да и непривычно, казалось бы, площадь у магазина, как у огромного супермаркета, а ассортимента в продаже, даже не кот наплакал, а мышь.

Подозрение, что Фролов здесь постоянный клиент, подтвердилось, как только к нам подплыла продавщица с настолько счастливым лицом, словно в прошлый раз опекун у них такую сумму оставил, что она с комиссии от продаж половину ипотеки за квартиру погасила. Ну и, разумеется, поздоровалась она с Дамиром, обращаясь к нему по имени и отчеству.

Высокая стройная дама с бейджем на груди, выглядела стильно и ухоженно, но про неё нельзя было сказать – писаная красавица, да и родилась она примерно на добрых лет пять, если не семь, раньше Дамира, что совершенно ей не мешало с ним флиртовать. Делала она это конечно в рамках приличия, за определённую черту не выходила, но явственно чувствовалась, что она ему себя предлагает.

Фролов же, как будто заинтересованность дамы не замечал, отвечал ей холодно и отстранённо, поэтому уже через пять минут я продавщицу не понимала, зачем так стараться, если результат какой же, как с манекеном заигрывать?

Вывод – если Дамир когда-нибудь женится, его жене, конечно же, не позавидуешь, у Фролова тяжёлый характер, эго раздутое до неприличных размеров, и слышит он только себя, но есть один плюс, Дамир не из тех мужчин, что каждый раз радостно приспускает штаны, когда передним упругим задом покрутят.

Оглядев и пощупав представленный ассортимент магазина, тяжко вздохнула. Да, качество ткани высокое и пошив безупречный, но всё какое-то безликое и скучное, словно не на людей, а на роботов отшивали. Ну а с другой стороны, что я хотела? Как только вошла в магазин, сразу же было понятно, здесь люди покупают одежду, которую впоследствии носят исключительно в офисе.

Если я ничего ещё себе не присмотрела, то Фролов активно снимал с вешалок женские блузки, юбки, костюмы и передавал продавщице, чтобы она этот ворох потом в примерочную отнесла.

— Не боишься ошибиться с размером? — подбредя к Дамиру, не без иронии поинтересовалась я.

Фролов повернув в мою сторону голову, сначала меня внимательно оглядел с ног до головы, потом посмотрел на брючный костюм, что держал за крюк плечиков, и мотнул отрицательно головой.

— Нет. Уверен, тебе всё подойдёт.

Ха… ну и самонадеянность, даже я сама, когда себе вещи выбираю, порой промахиваюсь.

— Если что, так для информации, мой верх и низ не одинаково размера, — усмехнулась я, уже представляя, как через несколько минут придётся бегать продавщице мимо вешалок, чтобы принести мне точно такую же вещь, только более тесную или наоборот свободную.

— Я же не слепой и это учёл.

Задёрнув шторку из плотной ткани в примерочной, надела первую попавшуюся под руку блузку и юбку.

Твою же налево….

Очуметь и не встать. Да я же в этом ни больше, ни меньше, а секс бомба! Кто бы только мог подумать, что с виду простая белая блузка, может настолько выгодно подчеркнуть грудь. Блин, да у меня в этой блузке грудь не только выглядит выше, но и на размер больше. А юбка…., почему у меня в ней талия кажется уже, ноги стройней, а попа круглей?!

— Оля, если тебе несложно, ты бы могла выйти и показаться? — раздался возле шторки голос Дамира.

Мне не сложно, мне страшно! Если ты меня сейчас увидишь, то ничего здесь купить не разрешишь, рявкнешь, чтобы облачилась в своё и уведёшь за руку.

— Дамир, а может не стоит, пошло это всё как-то? — выглянув из кабинки лишь одной головой, скривилась я. — Мы же не снимаем фильм «Красотка». Вещи нормальные, немного не мой стиль, но переживу, а?

Разумеется, Фролов поджал недовольно губы, но хотя бы спорить не стал, что удивительно, ведь я лучше других знаю, как бесится Дамир, если хоть что-то идёт не так, как задумал именно он. Тут думаю, сыграло роль слово «пошло» которое я нечаянно, но крайне удачно употребила, ведь ни в чём похабном и пошлом мне участвовать не пристало.

Перемерив одежду, ликовала, потому как стоило мне надеть любую вещь, как она каким-то чудесным образом преображалась и делала мою фигуру стройней, а выпуклые места соблазнительней, но одновременно с этим я ещё и недоумевала…. Почему мне всё подошло? Всё! Если бы Дамир выбрал, например, пять вещей, можно было бы посчитать, что ему просто-напросто повезло, но ведь их было далеко не пять и даже не десять….

Как он так угадал?

Дальше был обувной магазин, где разжилась не только новыми туфлями, но и сумками, а потом, ой как вспомню, как отбивалась, так вздрогну, Дамир пытался затащить меня в бутик с нижним бельём, но тут упёрлась рогом и заявила, что вместе с ним не пойду, да и вообще у меня всё есть и даже с избытком.

Мысль, что будет не вежливо Дамира за обновлённый гардероб не поблагодарить начала преследовать ещё до того, как мы за стол ужинать сели. Ведь доподлинно мне неизвестно, откуда Фролов деньги взял, не обязательно, что из моего наследства, возможно и сам заплатил.

Решила, прежде чем открывать рот, попросить совета у Ба.

— Ну и говорить мне ему спасибо или как? — чётко и конкретно спросила я у Ба по телефону.

— Много говоришь, накупил…. М-м-м значит, если поделишься, вряд ли заметит. Сфотографируй мне самые дорогие костюмы и пришли фото, выберу.

— Ба? Вообще-то я ещё не согласилась делиться и вопрос задала.

— Запомни, Оленька, мужчину необходимо хвалить и поощрять если он даже палец об палец сволочь такой не ударил, иначе ничего путного вовек от него не дождёшься, а если он тебе ворох одежды и несколько пар туфель купил, то благодарность в его адрес даже не обсуждается. Оля, а у Дамира есть дома шампанское?

— Наверное, да. У него полный бар, а что?

— Стащи для меня пару бутылок, а то в магазине сегодня алкоголь не продается. Пришлёшь мне с таксистом, договорились?

— Ба, ну ты совсем? Если Дамир на краже шампанского меня поймает, в наркологичку же упечёт. Нет. Костюмы считай твои, но сегодня у твоей печени выходной.

— Ольга?!

— Всё, Ба. Целую, люблю, до связи.

Нехотя побрела в гостиную, либо сейчас «спасибо» скажу, либо уже никогда, потому как завтра это слово прозвучит, во-первых – с опозданием, а во-вторых – фальшиво.

Заглянув в комнату, так и осталась стоять у порога, Дамир, положив ноги на пуф, в расслабленной позе сидел на диване, глаза закрыты, грудь равномерно вздымается и опускается, лицо безмятежное. Он спит?

Глава 29

«Значит не судьба», — пронеслось в голове. На часах уже половина одиннадцатого, завтра мне рано вставать, и желательно перед трудным днём выспаться. Не будить же Дамира, чтобы ему спасибо сказать, а ждать, когда он встанет сам – возможности нет.

— Ты что-то хотела? — раздался вопрос, причём задал его Фролов далеко не сонно или вяло, а бодро, чётко и громко.

От неожиданности дернулась всем телом, словно мне в спину кто-то включенным электрошоком ткнул.

— Спасибо хотела сказать.

Поблагодарить вроде как поблагодарила, но признательностью в голосе из-за испуга даже не пахло, с такой интонацией скорей претензию говорят.

— Да? Любопытно, — мужчина, приоткрыв всего один глаз и чуть повернув голову в мою сторону, с прищуром посмотрел. — И за что конкретно спасибо?

Вот что за человек этот опекун, неужели без уточнений совсем нельзя? Кивнул бы, пробубнил «Пожалуйста» и разбежались по комнатам.

— За гардероб, за что же ещё? — хмыкнула я.

— Мм-м, — едва уловимо усмехнулся Дамир. — То есть тряпки ты оценила, а стажировку в одной из лидирующих фирм страны – нет?

Сглотнула. Если мягко сказать, то слова Дамира – задели. Фролову, что, каждый раз кто-то приплачивает, если он выставляет меня посредственной недалёкой дурой?

— Не оценила, — без стеснения призналась я. — Потому как уверена, мы не сработаемся. Или я сбегу, или ты меня сам выгонишь.

— Оптимистичный настрой, — выдохнул с сарказмом Дамир, неспешно поднялся с дивана, вплотную ко мне подошёл, чуть склонился и даже не в глаза, а словно в душу заглянул. — Помнится, ты также говорила и перед переездом ко мне. Не уживёмся.

Фролов настолько близко, что ощущаю жар его тела. И похоже он не зря трупом лежал на диване – температура у него поднялась. Иначе как объяснить, что даже мне рядом с ним – душно? Да какой там душно, у меня только что по спине пробежал пот.

— И что? — едва выдавила из себя.

— Ужились же, — хрипло произнёс мужчина, зачем-то положил мне ладони на плечи, а когда крепко сжал, заявил. — И в офисе сработаемся. И вот ещё, на то, что сам выгоню, даже не надейся. И сама ты не уйдёшь, если не заметила от меня убежать трудно. Я бы даже сказал невозможно.

Понятия не имею, чего добивался Фролов, зачем дотрагивался, низким голосом говорил, в глаза смотрел, может пытался испугать или смутить, а ещё есть версия, что попросту издевался, но приступ тахикардии, головокружение и спутанное сознание, он мне обеспечил.

Вернувшись к себе в спальню, на полном серьёзе хотела погуглить, помогает ли дыхательная гимнастика при учащённом сердцебиении? В итоге решила воспользоваться провернём способом, а именно забралась в душ и там под струями воды чуть ли не час медитировала.

Утро добрым совсем не показалось, потому как встала я в пять, а уснула, из-за некоторых личностей, в два ночи. Потому как после ванной, когда легла, у меня начались слуховые и зрительные галлюцинации. То слышала, как кто-то топчется возле моей двери, то видела в щель какое-то движение, словно от ног. А почему галлюцинации? Да потому что я вставала и проверяла, за дверью никого не было.

Раньше, когда жила с Ба, вставая с левой ноги, позволяла себе выйти из спальни с хмурым лицом, а порой и поворчать, причём не обязательно на бабулю, могла отругать чайник, за то, что долго не закипал или долбануть кулаком по столу, за то, что по моей же неосторожности, ударилась об его острый угол и теперь на бедре зреет синяк. От Фролова же лучше свое плохое настроение скрыть, а то он его ещё свяжет с нашим вчерашним разговором перед сном, и каждый раз, чтобы лишить меня душевного равновесия, начнёт у стены зажимать. А оно мне совсем не надо.

После завтрака, когда облачилась в ту самую блузку и юбку, что вчера в магазине примерила в первую очередь, глянув на себя в зеркало, ещё раз убедилась, что мне не показалось, я действительно выгляжу в обновках сногсшибательно.

Прежде чем выйти из спальни перекрестилась, дабы не отправили тут же обратно в комнату и не заставили переодеться.

Когда при полном параде вырулила из коридора в прихожую, Фролов, как назло уже полностью одетый и обутый ждал меня у двери.

Реакция на моё появление не заставила себя ждать, брови Дамира взлетели вверх, в глазах застыло недоумение, а рот открылся.

Чёрт, точно сейчас заставил что-нибудь другое надеть.

Втискиваясь в туфли, успокаивала себя, что пока всё идёт относительно хорошо. Ну то есть Фролов молчит, а это главное.

Ага, молчит и пялится, причём его настолько шокировал мой внешний вид, что он забыл, мужчине так пристально разглядывать женщину – попросту не прилично. Если у меня сейчас из-за взгляда Дамира задница не загорится, это можно будет считать чудом.

— Всё, я готова, — накинув на плечо ремешок сумки, беззаботно заявила я и самолично открыла входную дверь, чтобы выйти.

Выскочив в подъезд, прямо выдохнула, потому как самый опасный момент миновал.

— Ольга, это точно те вещи, что мы вчера тебе купили? — самым бесстыжим способом рассматривая мою грудь, рявкнул Дамир, когда мы уже спускались вниз в лифте.

— Разумеется, — уверенно отозвалась я. — Могу снять блузку и показать фирменную нашивку магазина. Снять?

Да, я ещё тот провокатор.

— Нет. Всё ясно.

Ржу не могу. Дамир сам себя посадил в лужу. Если бы он мне вчера позволил самостоятельно выбрать одежду, то сейчас бы со спокойной душой, запретил бы мне её надевать, а так «Се ля ви»….

Глава 30

Ещё раз убедилась на личном примере, чтобы понять человека, его для начала нужно лучше узнать. Вчера искренне недоумевала, зачем умница и красавица Мария терпит тяжёлый характер Дамира? Сегодня же, когда принимала у девушки дела, стала невольной свидетельницей её личных разговоров, и всё встало на свои места. Она просто не может себе позволить перейти на более спокойную и менее оплачиваемую работу, потому как тащит на своих хрупких плечах всю семью. На иждивении у Марии сын десяти лет, безработный муж и его мать. Все ей дружно беспрерывно звонят и каждый что-то требует.

На счёт звонков от сына, молчу, его заботы – это святая обязанность Марии. Но вот потребительское отношение к девушке остальных её членов семьи меня до глубины души возмутило. «Маша, кинь мне на телефон денег». «Маша, у нас ничего сладкого к чаю нет, закажи в интернете, пусть доставят черёмуховый торт, эклеры со сгущенкой и для мамы две плитки горького шоколада». «Маша, у меня таблетки закончились, забеги в аптеку, купи». «Маша, дома нет интернета, позвони оператору связи, разберись».

Конца и края не было этим просьбам, телефон секретаря, как мне казалось, и на минуту не умолкал. Теперь понятно, почему Мария не успевает с заданиями Дамира, родственники постоянно отвлекают её по пустякам, с которыми бы и сами прекрасно могли справиться.

Меня буквально разрывало на части, так хотелось Марии сказать, чтобы не реагировала на звонки от домашних, но я молчала, во – первых – благими намереньями выстлана дорога в ад, а во-вторых – Маша далеко не дура и без моих советов всё понимает, просто пока не нашла сил поставить мужа на место и заодно свекровь.

Так поняла походы на почту в должностные обязанности Марии не входят, потому как ворох корреспонденции принесла какая-то женщина, даже имени её не успела узнать, прилетела как ураган, кинула пачку писем на стол и испарилась.

— Оля, возьми в чёрном лотке красную книгу с белой наклейкой и начинай регистрировать письма, если что будет не понятно, я подскажу, — ткнув пальцем в эту самую книгу, дала мне задание Маша.

Недоумённо посмотрела сначала на стопку писем, потом на книгу в лотке и поинтересовалась:

— Маша, а почему ты регистрируешь письма в ручную, разве программы специальной нет?

— Есть, но я ей не пользуюсь, и тебе не советую. Времени уйдёт в два раза больше, — отмахнулась Мария и, глянув на часы, помчалась к кофемашине. — Оля или записывай или запоминай, Дамир Олегович всегда пьёт кофе в половине двенадцатого. Ты должна его приносить без напоминаний. Он любит….

— Без сахара и молока, — продолжила я за девушку.

— Ага, верно. Подойди, покажу, как кофемашина работает, а то она у нас фендибоберная и инструкция куда-то делась.

Разумеется, встала, чтобы познакомиться с техникой, а когда приблизилась к девушке, поставила её перед фактом:

— Маша, ты прости, но писать от руки в книгу – это прошлый век, я буду бить данные в программу.

— Как хочешь, дело твоё, — раздражённо отозвалась Маша, уверена, будь на то её воля, она бы мне строго-настрого запретила вводить новшества, но к счастью это не в её компетенции. — Максим Владимирович, добрый день, — повернув голову на звук открывшейся двери, лучезарно поздоровалась секретарь, причём не с кем-нибудь, а с тем мужиком, которого я встретила в клубе на свой день рождения. Значит Иуду, что сдал меня Фролову, Максимом Владимировичем величают. Ну-ну…

— Добрый-добрый. У себя? — кивнул мужчина на дверь кабинета Дамира.

— Да, и один.

Иуда уверенным шагом направился к кабинету Дамира, но тут Маша нагнулась, чтобы взять чашку с кофе, и вышло так, что её тело больше меня от глаз мужчины не закрывало.

— М-м, а кто это у нас здесь? — резко затормозив, в прямом смысле пропел Максим Подлович и растянул губы в широченной улыбке, обнажая ряд белоснежных зубов, которые бы я ему с удовольствием с корнями выдрала плоскогубцами.

Если бы он тогда в клубе Дамиру не позвонил, мы с Ба до сих пор успешно водили Фролова за нос и жили как сыр в масле.

— А это Ольга, — защебетала Мария и видимо, чтобы Иуде было удобней новенькую, ну то есть меня, разглядеть, отпрыгнула в сторону чуть ли не на целый метр. — Я в отпуск, а Оля моя замена на целый месяц.

— Ого, какие люди, у нас будут работать — присвистнул мужчина. — Русакова Ольга собственной персоной, — продолжая до неприличия счастливо улыбаться, он подошёл и протянул мне ладонь, чтобы обменяться рукопожатием. Терпеть не могу, здороваться за руку, как это обычно делают парни, но ничего не поделаешь, не подать ладонь в ответ, вроде как оскорбление.

— Так вы знакомы? — не знаю уж почему, но данный факт привёл Марию в неописуемый восторг.

— Да, — подтвердил Максим и вместо того, чтобы сжать мою руку и отпустить, он гад ползучий её поцеловал и у себя в плену оставил. — Помнишь, как ты мне перед новым годом за сладкий подарок рассказывала стишок? То ли про зайца, то ли про белку.

— Про бобра вообще-то, — уточнила я, причём до сего момента, тот эпизод был напрочь стёрт из моей памяти, но неожиданно всплыл ярким красочным воспоминанием. — Но то же была не последняя наша встреча, верно? Мы же совсем недавно с вами встречались. В клубе. Меня под конвоем вели, а вы кому-то как раз звонили.

— Дуешься?

Максим Владимирович изобразил на лице раскаяние, в искренность которого я, разумеется, не поверила.

— Конечно. И не исключено, что стану мстить, — заявила я, и Иуда задорно и заразительно расхохотался, а когда просмеялся, назвал меня «прелестью», ещё раз поцеловал руку, велел к нему в офис заглядывать, и с поводом, и без оного, и лишь после скрылся за дверью кабинета Дамира.

Максим Подлович конечно предатель, но надо признать собака такой весь из себя харизматичный и обаятельный.

Глава 31

Оставшись со мной в приемной наедине, Мария, думая, что на неё не смотрю, скорчила злую рожицу и показала язык, явно предназначающееся Максиму.

— Недолюбливаешь его, да? — спросила в лоб, а чтобы девушка не отпиралась, тоже высунула язык, давая понять, что её кривляния видела.

— Да, есть такое, — с грустью выдохнула Мария.

— А поподробней?

— Кабель он. Самый натуральный неугомонный кобель. Если собрать все слёзы, что наши девчонки из-за него выплакали, целая ванна наберётся. Запудрит мозги, скотина такая, попользуется, а потом из себя друга изображает, мол, а на что ты надеялась, я же женат… и всё в этом духе.

— У тебя, что с ним был роман? — ошарашено выпалила я, вспомнив, что вообще-то у Марии есть муж, свекровь и ребёнок.

— Слава всему, до романа у нас не дошло, вовремя узнала, что помимо меня, он ещё Надю из кадров окучивает, но влюбиться успела. Мечтала. Планы строила. Идиотка. Решила, что встретила мужчину всей своей жизни. Чуть ведь мужа не бросила.

Так понимаю, Марии от Максима не слабо досталось, с учётом того, что у них, как говориться до греха не дошло, но и сейчас вспоминая о тех временах, её боль и тоска отчётливо чувствуются.

— Оля, хочешь действительно ценный совет? Письма регистрируй где угодно, да хоть всю приёмную с ног на голову переверни, но Тихонова к себе близко не подпускай, а он уж очень постарается тебя к себе в коллекцию получить. Как только тебя увидел, сразу в глазёнках азарт загорелся. Имей в виду, он только красиво поёт, а потом… да, что я тебе объясняю, и сама, наверняка знаешь, какими козлами могут быть мужики. Пусть гад хоть раз обломится.

Мария присела на диван для посетителей и, сгорбившись, уставилась на какую-то точку в стене.

Устроилась рядом с ней и игриво чуть толкнула плечом.

— Маш, ну ты же сама сказала, козёл он, значит, к чёрту его… не надо расстраиваться. А на счёт того, что обломится – не сомневайся. И тут даже не во мне дело… Дамир из Максима Владимировича одним взмахом ножа девочку сделает, если тот в мою сторону начнёт свои флюиды пускать, — чуть преувеличила я, но Мария, оценив шутку, улыбнулась.

— Оля, откровенность за откровенность, а ты кем Дамиру Олеговичу приходишься?

— Да тут нет никакого секрета. Эту фирму, — стукнула пяткой по полу приёмной, — основал мой отец. Они с Дамиром компаньонами были, папа погиб, теперь Фролов как бы за мной приглядывает.

— Нет, — мотнула девушка головой. — Такого быть просто не может. Не раз видела учредительные документы. Эту фирму, — Маша, топнув, повторила мой жест, — точно Дамир Олегович основал.

Сердце пропустило удар, а в каждую клеточку тела, словно несколько сот игл одновременно вонзились, от шока в глазах помутилось, и мебель вокруг вместе со стенами приёмной поплыли.

Как это так, Фролов основал?!

Мне понадобилось лишь несколько секунд, чтобы успеть выдумать всякое, вплоть до того, что Дамир с помощью мошеннических махинаций полностью переписал на себя фирму отца. Ну то есть меня до нитки обобрал, и именно по этой причине я до сих пор не получила наследство, и скорей всего мне его вообще не видать.

Нет, ну бред. Фролов упырь, но не вор. Не мог он нас с Ба обокрасть.

Или мог…?

Гадать на ромашке – бессмысленное занятие. Надо как-то исхитриться и всё выяснить, причём, чтобы наверняка и желательно быстро.

— Маша, покажи мне учредительные документы? — даже не попросила, а потребовала я, и девушка, как по команде, поднявшись с дивана, направилась в сторону своего рабочего стола, но с каждым мгновением её походка становилась всё неуверенней, а скорость шага ослабевала. В конце концов, не пройдя и половину пути, секретарь полностью остановилась.

— А куда я пошла? У меня же их нет, — обернувшись на меня, сказала она явно неправду. — Если ты говоришь, что основал твой отец, значит, оно так и есть, а я что-то напутала, — наигранная беззаботность и фальшь сквозила в каждом слове Марии.— Я же так, мельком документы смотрела, когда сканировала. Ты мои слова в голову не бери. Просто, не подумав, ляпнула какую-то ересь. Чёрт побери, кофе… кофе Дамиру Олеговичу же не отнесла, — Мария, схватив чашку с блюдцем, понеслась к начальнику в кабинет, но перед самой дверью, прежде чем войти, опустив взгляд в пол, шёпотом попросила. — Оля, ты, пожалуйста, наш разговор, ну на счёт документов, Фролову не передавай, он и за меньшее увольняет, а у меня ребёнок и муж не работает. Ладно?

Пошла на встречу Марии и согласилась, но после все же пыталась её дожать, вновь и вновь заводила разговор об учредительных документах, но девушка каждый раз злилась, дёргалась, нервничала и настоятельно просила, больше эту тему не поднимать, потому как она дорожит своим местом, а я её этими разговорами под увольнение подставляю.

Разумеется, можно было бы пойти к Дамиру и у него поинтересоваться, кто же на самом деле фирму основал, но где гарантия, что он скажет правду? И даже больше, где гарантия, что он эту самую правду, после того, как спрошу, не скроет от меня за семью печатями?

— Оля, к Дамиру Олеговичу, зайди — вернув трубку обратно на телефон, так понимаю, Мария передала мне приказ Фролова.

— Угу, сейчас только оставшиеся папки в шкаф уберу.

— Нет, Оля, бросай всё и иди. Распоряжения Дамира Олеговича не обсуждаются и никогда не откладываются.

Закатив глаза, сгрузила с рук папки на стол, отряхнула ладони и сделала, как велели.

— Вызывал?

— Через пятнадцать минут мы с тобой поедем обедать, будь готова, — поставил в известность Дамир, но при этом даже глаз на меня не поднял.

— А может я с Марией Сергеевной пообедаю? — попыталась отвертеться я от поездки, мы с Фроловым и так практически неразлучны, надоел сил нет. — Она говорит, что на первом этаже здания есть неплохое кафе, туда много кто из сотрудников ходит, заодно с коллегами познакомлюсь.

Как по мне отличный я только что придумала аргумент.

Фролов всё-таки удостоил меня взгляда, да такого, который красноречиво мне объяснил, что данный вопрос решён и не обсуждается.

— Хорошо, через пятнадцать минут буду готова. Это всё?

— Свободна.

Глава 32

Ба ещё в детстве привила мне правило – прежде чем куда-либо выйти, в данном случае мне предстояла поездка с Дамиром, нужно в обязательном порядке посетить туалет, поэтому, как только управилась с папками, потопала в дамскую комнату.

За сегодня по разного рода поручениям не раз прохаживалась вдоль коридора верхнего этажа, поэтому уже не озираюсь по сторонам, а из-за того, что некоторые сотрудники, те, с которыми успела столкнуться по рабочим вопросам, увидев меня, либо кивают, либо приветливо улыбаются, где-то уже даже ощущаю себя своей.

Заметив в нескольких метрах впереди себя спину местного сердцееда Максима Владимировича, ускорила шаг, он в данный момент занят разговором с каким-то мужчиной, значит есть шанс мимо него незамеченной проскочить.

— Ольга!

Вздрогнула, а я ведь не исключала такую возможность, что как только окажусь в поле зрения Тихонова, он окликнет меня. Спрашивается, зачем кого-то звать, горланя его имя с интонацией словно пожар начался?!

К тому моменту, когда оглянулась, Максим Владимирович не только бросил своего собеседника, но и меня успел догнать.

— Далеко ли собралась?

Интересно и что благовоспитанная девушка должна ответить мужчине на данный вопрос. Потопала по своим кошачьим делам?

— Да не особо далеко, а что?

Максим Владимирович и так стоял рядом, но сделав мне навстречу шаг, пододвинулся до неприличия близко.

— Заглянешь ко мне в кабинет? На чашку кофе?

Ого, а Максим Владимирович действительно опасный мужчина. Казалось бы, просто на кофе позвал, но как он это сделал…. Да меня чуть с ног не сбила его сексуальная энергетика, как ураган налетел. Была бы на мне шляпа, не удивилась, если бы её унесло в другой конец коридора.

До сих пор слышу, как он завораживающе и с хрипотцой в голосе к себе приглашал. А как смотрел? Словно я для него единственная и самая желанная на свете, он нашу встречу с рождения ждал. А глаза его, что обещали? Разумеется пылкую любовь и не только в этой жизни, но и в следующей.

Да, печалька… сколько же этот потаскун, женских сердец в кашицу раздавил? Сто? Тысячу? Десять тысяч? Вот если бы каждая, кого он охмурил, щёлкнула ему по лбу, наверняка бы у него черепушка тогда надвое раскололась.

— Нет, не могу, — мотнула головой. — Тик-так, время идёт, а работа стоит.

Видно, Тихонову нечасто отказывают, он аж растерялся. У него теперь на лице нет выражения матёрого соблазнителя, у него теперь в глазах отчётливо читается вопрос «Не понял, что я на этот раз сделал не так?».

Выкуси, гад.

И знай, у некоторых на твои агрессивные флюиды имеется иммунитет.

— До встречи, — подытожила я, и дальше пошла, но Максим Владимирович не собирался меня так легко отпускать.

— Ольга, постой, — даже не поняла как, но он меня обогнал и преградил путь. — Ты меня, наверное, не так поняла. Кофе только предлог, я хотел предложить помощь, чтобы хоть как-то загладить свою вину перед тобой, за то, что тогда в клубе Дамиру позвонил.

— Помощь? — с явной иронией произнесла я. — С чем?

— Оленька, да с чем угодно, — пропел довольно мужчина. — С любым возникшим вопросом.

— А как пробить фирму, подскажите?

Рискованно конечно задавать подобный вопрос человеку, занимающему в компании опекуна должность финансового директора. Потому как, если Дамир незаконно фирму отца в единоличную собственность себе захапал, а без моего на то согласия, законно бы не получилось, то Тихонов наверняка в курсе и даже больше, скорей всего в доле. Как бы потом Максим с Дамиром на пару меня в лесу не закопали, за чрезмерное любопытство. За финансовые махинации им вообще-то немалый срок светит, и они вряд ли кого-то пощадят, если у них перед глазами решётки на окнах и глухой высокий забор замаячат.

Остаётся надеяться лишь на то, что Максим сейчас в режиме активной охоты, и его мыслями и рассуждениями руководит не мозг, а младший братец в штанах.

— Ольга, ты как раз по адресу обратилась, — подхватив под локоток, Тихонов, так понимаю, потянул меня в сторону своего офиса. — Всё расскажу, покажу, научу….

— Да не могу я, мы с Дамиром через десять минут едем обедать, — врезавшись каблуками в пол, запротестовала я. — А нельзя меня этому здесь и сейчас на пальцах за минуту научить?

— С Дамиром говоришь? Ну да, это проблема. Если потеряет…., — мужчина резко остановился и меня отпустил. — А какую конкретно информацию тебе надо нарыть?

— Общую, наверное. Нам в универе один вредный препод, чтобы жизнь на каникулах малиной не казалась, дал задание, написать курсовик на тему «Деловая репутация фирмы», — принялась я безбожно врать. — Мне на примере какой-нибудь организации, нужно показать, как я вычислила неблагонадёжного партнёра. Допустим, у меня вызвало подозрение, что компания открылась месяц назад. Или, что её учредитель мелькал в криминальных сводках.

— Всё-всё, идею я понял, — кивнул Макс. — Если информация нужна только для курсовика, то это вообще плёвое дело. Просто возьми на эту фирму выписку из налоговой. Всё, что тебе нужно, там будет. Дата постановки на учёт, информация об учредителях, вид деятельности…. Ну и подобная муть.

— А как эту выписку взять?! — едва сдержалась, чтобы не ухватить мужчину за лацканы пиджака, дабы быстрее вытряхнуть из него ответ.

Тихонов снисходительно улыбнулся.

— В интернете на сайте налоговой, находишь нужный сервис, вбиваешь в специальное поле название фирмы, а ещё лучше ИНН и жмёшь кнопку получить выписку.

— И всё?! — неужели действительно так просто.

— Не совсем всё. Ещё секретные слова надо знать. Скажешь трах-тибидох выписка приходи.

Шутник блин ё-моё.

— Макс, — раздался голос Дамира, да так раздражённо и громко, что не только Тихонов, но и все остальные сотрудники в коридоре, вжав головы в плечи, боязливо обернулись на Фролова. — Ко мне в кабинет.

— Ну всё хана папе, сейчас ему мозг вынесут. Из-за вас, барышня, между прочим, — сморщившись, почесал затылок Максим.

— Почему это из-за меня?

Надеюсь, в моей интонации на самом деле было меньше злорадства, чем мне послышалось.

— Потому что именно ты отказалась идти ко мне в кабинет. А там бы он нас не увидел.

Тихонов выдохнул, словно собрался залпом выпить стопку крепкого алкоголя, беззаботно мне подмигнул и, убрав одну руку в карман брюк, легкой походкой направился в сторону Биг Босса.

Глава 33

Долбаный мобильный интернет, пока находилась в кабинке туалета, что с телефоном только не делала, разве что не грызла, но у меня не то чтобы сайт налоговой, даже поисковик отказывался грузиться.

Промучившись, так выписку и не получила, зато не уложилась в пятнадцать минут, получается, дала Фролову законное право на меня наорать.

Несясь обратно в приёмную, надеялась на то, что Дамир о моей задержке даже не узнает, потому как до сих пор отводит душу с Максимом. Увы и ах, ожидания не оправдались, залетев в кабинет, тут же наткнулась на недовольный взгляд Дамира.

— Ольга, запомни, не я подстраиваюсь под тебя, а ты под мой график, — опекун, расправив руки, что держал скрещенными на груди, оттолкнулся от моего рабочего стола, на который имел наглость почти присесть, и быстрым шагом направился прочь из приёмной.

— Я не виновата, — схватив сумку и семеня вслед за Фроловым, попыталась оправдаться я. — Меня Тихонов задержал.

Ну а что, правда же задержал.

— Мне всё равно, виновата ты или нет. Если тебе сказано быть через пятнадцать минут на месте, значит, ты обязана там быть.

Язык так и чесался, бросить Фролову в ответ, чтобы не смел со мной разговаривать начальственным тоном, поскольку я здесь, в фирме отца, такая же полноправная хозяйка, как и он. Но стиснув зубы, смолчала. Потому как, прежде чем кидаться подобными заявлениями, надо на выписку посмотреть и удостовериться, а действительно ли я владелица или меня успешно обобрали.

Рассчитывала, что пока добираемся, ну, наверное, до ресторана, Фролов будет занят дорогой, и у меня получится запросить документы в налоговой.

Ага как же.

Всё, как назло шло наперекосяк. Дамир в коем-то веке не сел сам за руль, а воспользовался услугами водителя. И в салоне он расположился рядом со мной на заднем сиденье. Причём развалился посередине, словно у окна с его стороны кроме нас кто-то третий ехал. Замучилась прижиматься к двери, но всё равно, опекун меня, то бедром, то плечом задевал. А ещё он с меня глаз не сводил, лично я этого конечно не видела, потому как усердно делала вид, что разглядывание мелькающих мимо улиц и прохожих – самое увлекательное занятие в мире, но затылок от взгляда Дамира ещё как горел.

Как и предполагала, Дамир привёз меня в ресторан, само собой разумеется в пафосный и дорогой. Не скажу, что отсутствие в меню цен и вычурная обстановка подобных мест, выбивают у меня из-под ног почву, но заведения средней руки я безусловно посещаю куда охотней.

За столом даже и не думала доставать из сумочки телефон, для Дамира отвлекаться на мобильный во время еды – страшный непростительный грех. Помнится, как-то раз за ужином ответила на сообщение, у-у-у…, что после началось…. Меня поедом ели в течении часа, в тот день моя скромная тушка была у Дамира вместо десерта.

— Ольга, ты не будешь против, если я за тебя закажу? — поинтересовался Дамир.

Ну вот, плакал мой сырный суп-пюре с розмарином, зря только слюнки пускала.

— Не буду, — захлопнув меню, отложила его на край стола.

Фролов кстати, меню даже не открывал, он вообще к нему не прикасался, наверняка все позиции наизусть знает, потому как завсегдатай.

Ну да, место явно в его стиле – идеальное до тошноты.

— Как ты на новом месте осваиваешься, Мария Сергеевна всё доходчиво объясняет?

Вот зачем спрашивать о том, о чём ты прекрасно и сам знаешь?

Даю голову на отсечение, что он вменил этой самой Марии Сергеевне в обязанность, шастать к нему каждые полчаса и обо всём, касательно меня, в развёрнутом виде докладывать. Письменно.

— Всё хорошо и понятно.

Блин, зачем я меню отложила, за ним так было удобно прятаться от Фролова?

— Ты зря на меня обижаешься, — так понимаю резкой смене темы, послужила моя кислая мина. — Я сделал тебе обоснованное замечание. Любой другой работник за опоздание устной критикой бы не отделался. Не думай, что я к тебе строг, наоборот более чем лоялен.

— Угу, мне повезло, поняла, — выдавила из себя улыбку, знаю, что получилось не искренне, да и плевать.

— Оля, — тоном, которым он обычно учит меня уму разуму, было начал опекун, но тут его отвлёк звонок телефона.

О ужас, Фролов уселся за стол, а сотовый на беззвучный режим не поставил. Неужели у Дамира сбилась программа, и он забыл это сделать?

— Ольга, я очень извиняюсь, но это действительно крайне важно.

Мужчина с телефоном в руках встал из-за стола и ушёл в холл, гарантировано намереваясь ответить.

Любопытно, а когда Фролов нарушает свои же собственные правила, он себя как наказывает? Опускается коленями на горох и замаливает грехи? Плёткой себе спину перед сном хлещет? Или великодушно себя прощает?

А я-то чего без дела сижу?!

Судорожно достала телефон и пока есть возможность «химичу».

Всё сделала в точности, как учил Максим, и ИНН вбила, и кнопку получить нажала, а теперь выбрала программу на телефоне с помощью которой выписка из налоговой откроется.

Первая строка – «Полное наименование». Вторая – «Сокращённое наименование. Не интересно, это я и так знаю. Смысл третьей для меня был непонятен, поэтому сразу перескочила на четвёртую, но там был адрес…, так и скользила глазами всё ниже и ниже, пока не натолкнулась на запись «Создание юридического лица».

Вот оно!

Цифры из которых состояла дата, замельтешили перед глазами, потому как руки затряслись, а вместе с ними соответственно и экран. Голоса вокруг вместе с музыкой в один момент превратились в гул, никогда моё сердце так сильно и громко ещё не стучало.

Фирма, в которой я теперь работаю секретарём, создана через полгода после папиной смерти.

Спустившись ещё ниже по выписке, убедилась, что единственный учредитель - Дамир.

Кое-как взяв себя в руки, оглянулась в сторону холла и удостоверилась, что Фролов до сих пор занят.

Набрав в поисковике ФИО отца и сделав приписку «учредитель», нашла в интернете ИНН той фирмы, что основал отец, зашла на сайт налоговой и тоже взяла на неё выписку.

Ликвидирована, за две недели до гибели папы. Ликвидатор – Дамир.

Глава 34

Вновь обернулась в сторону холла, но не за тем, чтобы убедиться, что Дамир до сих пор разговаривает, а чтобы посмотреть на самого отпетого лицемера, лгуна и вора на всём белом свете.

И это ещё мягко сказано, ликвидация фирмы отца произошла уж очень подозрительно близко по отношению к его дате смерти.

Неужели, человек, что с детства меня опекал, и стал причиной моего сиротства?

Если выяснится, что это так, Фролову – не жить!

Дамир, заметив, что я на него смотрю, что-то быстро сказал собеседнику и, сбросив звонок, направился к столику. Небось гад решил, что тут без него заскучала. Ага, как же, век бы мои глаза на этого упыря не смотрели.

— Ещё раз прошу прощения, не мог не ответить, — повторно повинился мужчина, присаживаясь на стул.

— Ничего страшного, бывает, — глядя в тарелку, пробубнила я и медленно подняла взгляд на мужчину.

Не зря говорят, что зло не обязательно носит безобразную маску. У Дамира, наверное, самое красивое лицо, что я когда-либо видела у мужчины, черты правильные, аристократические, взгляд уверенный, словно ему нечего скрывать и не в чем себя упрекнуть.

А на деле? Обыкновенный мошенник, и не исключено, что убийца.

— Ольга, а что случилось?! — в упор разглядывая меня, прищурился Фролов. — Ты как-то странно выглядишь.

— Спасибо за комплемент, — не сдержавшись, съязвила я.

— Оля, я на полном серьёзе, — мужчина поднялся со стула и, подойдя, положил мне на лоб руку. — Ты вся бледная, а щёки наоборот неестественно красные. Температура определённо есть. Как себя чувствуешь, в горле не першит? — Дамир присев на корточки, где только температуру у меня не померил, ладонь, и к щекам, и к плечам, и к шее прикладывал. А смотрел-то он как на меня обеспокоенно, словно заботливая мамочка на своего ребятёнка.

Лживый притворщик.

— У меня всё хорошо, отлично себя чувствую, — отмахнулась я.

— Да? А почему глаза слезятся и покраснели?

Да потому что ты, всю жизнь корчивший из себя мистера совершенство – оказался скотиной.

— Сказала же, нормально всё со мной, — несдержанно рявкнула я и резко встала со стула.

Если немедленно отсюда не убегу, вцеплюсь Дамиру в голову и выдеру все до одного его волосёнки.

Схватив сумку, нервным движением накинула её ремень на плечо и ринулась к выходу. Далеко правда не ушла. Фролов молниеносно поднялся с корточек и поймав меня за плечи остановил.

— Ты куда?

Опекун в отличии от меня хладнокровия не потерял.

— На улицу, подышать свежим воздухом. Дамир, отпусти, — дернула я плечом, но мужчина держал крепко и свободы не получила.

— Мы уйдём вместе. Только договорюсь, чтобы наш заказ на дом доставили. Подождёшь ровно минуту?

— Хорошо, но на улице, — поставила условие я.

Выйдя из ресторана, вдохнула полной грудью и помассировала виски.

Что я творю? Зачем устроила Дамиру сцену? Всё, что могло плохого случиться, уже произошло. И не вчера или на прошлой неделе, а много лет назад.

Сейчас самое худшее – это поддаться эмоциям и наломать дров, тогда мне наследства точно никогда не видать. Надо успокоиться и прежде чем, хоть что-то предпринимать, хорошенько всё обдумать и взвесить.

А ещё ни в коем случае нельзя потерять преимущество, которое имею. Фролов считает, что я про его махинации ни сном ни духом, и пусть так и останется. Если не напортачу и удержусь у Фролова на должности секретаря, в скором времени, когда освоюсь, у меня появится практически неограниченный доступ к любой информации и документам, вот когда всё-всё досконально изучу, тогда и буду решать, как действовать дальше.

— Оля, ты как? — рука Фролова неожиданно легла мне на плечо. Так погрузилась в размышления, что пропустила момент, когда Дамир вышел из ресторана.

— Лучше, — виновато промямлила я. Хватит руководствоваться эмоциями пора и голову подключать. Если придётся, я за несдержанность перед Дамиром даже извиниться готова. — Я, наверное, просто перенервничала. Если ты хочешь, мы можем вернуться в ресторан.

— Так и понял, что перенервничала. Порой забываю, что ты ещё маленькая, — мужчина, той рукой, что лежала у меня на плече, к себе подтянул и обнял. Казалось бы, уткнуться носом в грудь предателя, мне должно быть противно, но почему-то ни только отторжения не почувствовала, а наоборот, ощутила потребность так хотя бы несколько секунд простоять. Наверное, это в природе людей, нам надо, чтобы в трудную минуту к нам проявили участие и заботу. — Оля, это я виноват. Взвалил на тебя слишком много. Разлука с бабушкой, новая работа, в довесок я ещё сегодня на тебя … накричал.

Дамир усадил меня в салон автомобиля, настолько бережно и аккуратно, что не знающий человек со стороны, увидев эту картину, мог запросто решить, что я только что поскользнулась и переломала, как минимум половину костей и поэтому со мной обращаются, как с вазой из китайского фарфора возрастом пятьсот лет.

— В офис, Дамир Олегович? — удивлённо наблюдая за нами через зеркало заднего вида, поинтересовался Ян Маркович.

— Нет, домой.

— Как? Почему? — всполошилась я.

— Тебе надо отдохнуть,— объяснил Фролов и бросил водителю. — Поезжай.

— Дамир, нет. У тебя на пять назначена встреча с подрядчиком, потом должен прийти главный инженер, как его там…Фокин, он за неделю записывался. И я бумаги не разобрала, а Мария Сергеевна говорила их обязательно сегодня надо рассортировать.

— Ничего, я могу себе это позволить, Фокина завтра с утра приму, встречу Тихонов проведёт. А с бумагами Мария Сергеевна сама справится, её отпуск начинается лишь через три дня. Как у тебя там с температурой? — на этот раз Фролов проверил, есть ли у меня жар, как это делала Ба, поцеловал в лоб. — Держится.

Глава 35

Ощущаю себя неизлечимо больной, потому как Фролов ведёт себя так, как будто я вот-вот и помру. Пока добирались до дома, он, не сводя с меня обеспокоенных глаз, крепко держал за руку, наверное, раз шесть прикладывался губами ко лбу, проверяя температуру, на каждом более-менее крутом повороте, поддерживал за талию.

Но то всё были цветочки, ягодки начались, когда мы поднялись в квартиру, Фролов сам лично, усадив на скамейку, меня разул, проводил до спальни, а уже там велел умыться и переодеться для сна.

К тому моменту, когда я, приняв душ и облачившись в пижаму, вышла из ванной, в моей комнате царим полумрак, Дамир задёрнул шторы, расправил постель и даже, я так понимаю для фона, на тихой громкости включил телевизор, причём на экране мелькало не абы что, а кадры из моего любимого сериала.

— Дамир, ты перебарщиваешь, — заметила я, укладывая голову на подушке.

— Ничуть. Сейчас чай с ромашкой тебе принесу, — укрыв меня по шею одеялом, мужчина поднялся с кровати и вышел из комнаты.

Уж не знаю, что Дамир подмешал в чай кроме ромашки, но после него у меня сами по себе закрылись глаза и я без задних ног засопела.

Сквозь сон услышала тихий шорох и осторожные неторопливые шаги. Затем почувствовала, как матрац под тяжестью чьего-то тела прогнулся. Чуть приоткрыв глаза, буквально на миллиметр, едва различила очертания фигуры Фролова, что сидя на краю постели, склонился надо мной.

— Оля?

Дамир настолько шёпотом меня позвал, что если бы действительно спала, то, разумеется, не услышала. Не знаю, с какого перепуга мне понадобилось притворяться, но сделала вид, что крепко сплю.

Вообще-то надеялась, что мужчина, не дождавшись от меня ответа, сразу уйдёт.

Но не тут-то было….

Когда вынужденно неподвижно лежишь и при этом на тебя кто-то пристально пялится, а ещё ты спросонья – ориентироваться во времени сложно, но лично мне кажется, что Дамир у меня на кровати уже добрую четверть часа сидит.

Ему что, больше заняться нечем?

Одно, слава богу, что он просто сидит. Руками не трогает. Лба не касается. Ну и не пытается разбудить.

О-о-о, глубоко вздохнул, ну всё, наверное, на выход собрался.

Ага, размечталась, судя по ощущению, Фролов взял прядь моих волос и на палец наматывает. Дальше больше, волосы мужчина оставил в покое, зато коснулся виска и щёку погладил.

Что происходит?

А сейчас если не ошибаюсь, он медленно склоняется ко мне ниже.

А-а-а-а, пора просыпаться.

— М-м-м, — зачмокав, потянулась всем телом и распахнула глаза. — Ой! Ты здесь зачем?!

— Я тебя испугал. Извини.

Какой-то голос у Дамира странный, тихий, поникший, но самое непривычное, что мягкий.

— Есть такое, — продолжая играть роль, только что пробудившегося человека, сказала я и на локтях приподнялась. — Ночь же, ты почему не в кровати?

— Не спится мне сегодня. Ты как?

— Да нормально. Отдохнула, в норму пришла, — дотянувшись до лампы, включила свет.

Ого, и кто спрашивается из нас двоих больной, я или Дамир?

Выглядит он, если честно, словно его толпа отпинала. Тёмные круги под глазами, волосы торчат в разные стороны, как будто их специально кто-то взлохматил, а ещё Фролов как сама смерть бледный. Никогда его не видела раньше таким.

— Дамир, ты бы себе того чудесного напрочь вырубающего чая с ромашкой заварил, а? Кстати, а времени сколько? — сама спросила, и сама же, глянув на часы, ответила. — Половина четвёртого ночи! Вставать уже скоро. Дамир, иди спать.

Чтобы выпроводить мужчину, пришлось ему чуть ли не на крови клятву давать, что со здоровьем у меня полный порядок, ничего не беспокоит и не болит.

Забравшись под одеяло, погасила свет, закрыла глаза, долго лежала, но сон так и не шёл.

Если Дамир неискренно обо мне беспокоился, то он лучший актёр всех времён и народов. Может, поторопилась я с выводами?

Вдруг у Фролова была веская причина ликвидировать фирму отца и открыть новую на своё имя. Ведь он нас с Ба почти десять лет содержал и не так, чтобы только не пухли от голода, мы же, можно сказать, жировали… Сколько он тратит на нас в месяц, а в год, а какая сумма за все эти годы накапала? Даже приблизительно не назову. Будь Фролов мошенником, неужели с его-то мозгами не придумал бы, как от двух иждивенцев грамотно избавиться.

Опять же тогда, почему он о ликвидации папиной фирмы умолчал? Утаивание ведь то же самое, что враньё.

А-а-а, сейчас мозг закипит. Дамир хороший или же он последнее гов…?

Глава 36

Сегодня приёмная полностью только на мне, поэтому именно я ровно в одиннадцать, вместо отпускницы Марии, заплываю в кабинет к Дамиру с чашкой кофе в руках. Мужчина моментально реагирует на цоканье моих каблуков, отводит взгляд от монитора и, откинувшись на спинку кресла, внимательно наблюдает за тем, как приближаюсь и ставлю справа от него на стол блюдце и кружку.

— Спасибо, Оля.

Ох уж этот его бархатный тон. Честное слово, теперь уже и не знаю, когда чувствовала себя с ним комфортнее, когда он постоянно рычал или сейчас, когда чуть ли не ластится. Как начал чудить трое суток назад, после случая в ресторане, когда мне внезапно заплохело, так и продолжает себя вести не по-Дамировски.

Вспомнил, что знает вежливые слова, постоянно их в последнее время чуть ли не к каждой сказанной фразе добавляет. «Спасибо», «Пожалуйста», «Если несложно», «Буду благодарен». К тому же выяснилось, что Фролов оказывается, умеет улыбаться, не так конечно, как бабник Тихонов от уха до уха, слепя вокруг себя всех без исключения в радиусе полутора километра, а гораздо сдержаннее, но зато, на мой взгляд, благороднее и куда более по-мужски. Вдобавок опекун как минимум в три раза реже стал меня критиковать и отчитывать по мелочам.

Тьфу, ё-моё, куда девали привычного вечно всем и вся недовольного Дамира?

И я не из вредности хочу, чтобы он вновь в упыря превратился, а исключительно для пользы дела. Хорошее отношение Дамира ко мне, врубило на полную катушку зеркальный эффект, и я тоже начала к нему относиться гораздо теплее.

Да ладно – теплее, какого…. сама себе вру.

Кто вчера после ужина предложил Дамиру вместе прогуляться до парка? Кто всю дорогу с раскрытым ртом слушал о дайвинге в компании китовых акул? Кто пищал от восторга? Кто говорил, что тоже хочет попробовать? Кто надул губы, когда услышал в ответ, что это для неё слишком опасно? А? Правильно, Русакова Ольга Михайловна!

Нет, на самом деле, когда твоё отношение к человеку меняется в лучшую сторону – это всегда замечательно, за исключением случая, если перед тобой стоит задача, выяснить, а он кто, друг или враг?

Очнувшись от рассуждений, заметила, что Фролов не только заинтересованно, но и вопросительно на меня смотрит. Ну да конечно, я же у него тут возле стола, просто взяла и зависла. И судя по тому, что у опекуна чашка с кофе опустела примерно на треть, простояла достаточно долго.

— Дамир, ты почту от меня ещё не смотрел? Я там предложение по оптимизации рабочего процесса скинула, — скромно опустив взгляд в пол, интересуюсь я.

— Нет, — Дамир мотнув головой, подкатывается на кресле ближе к столу и начинает бить пальцами по клавиатуре. — Не убегай тогда, сейчас гляну, сразу обсудим.

Пока Фролов просматривает мой файл, жадно жую собственную губу. Я на это предложение угрохала целую кучу времени, причём не рабочих часов, а своих личных для отдыха. Если Дамир раскритикует и заявит, что это несусветная чушь сотрудника дилетанта, наверно пойду от обиды реветь в туалет.

— Ольга, ты, что десять страниц настрочила? — изумлённо протянув, Дамир отстраняется от экрана, и на меня тут же наваливается мощнейшее разочарование, потому как, судя по всему, моё предложение не только не собираются всерьёз воспринимать, его даже не будут читать.

— Ну да, но там не так много текста, страницы набежали из-за таблиц и диаграмм, — бубню я, уже представляя, как сидя на унитазе, вытираю слёзы салфеткой, а если оную опять забыла с собой взять, то туалетной бумагой.

— Да, видел, и я всё обязательно досконально изучу, но позже, а сейчас давай устно и самую суть. На каждую страницу тебе по минуте. Присаживайся, — Фролов рукой указал мне на кресло, к которому я резво рванула. Ура, может ещё и не зря полночи обнималась с ноутбуком.

Устроившись в кресле, придала лицу умный вид, закинула ногу на ногу, а на верхнее колено положила руки, сцепленные в замок. Откашлялась и начала:

— Считаю, что документооборот в фирме отстаёт от даты в календаре на десять лет. Отделы обмениваются между собой документами исключительно в бумажном виде. Это примерно так происходит. Возьмём какой-нибудь гипотетический внутренний документ, который должны согласовать, например, юридический отдел, бухгалтерия и снабжение. Сначала это бумага три дня пылится у юристов, потом благополучно лежит неделю в лотке бухгалтерии, затем только попадает в снабжение. А если в ногу со временем, то должно быть так, — подняв вверх палец, с важностью произнесла я, встала и принялась расхаживать по кабинету. — Этот документ одновременно рассылается всем трём отделам в электронном виде, службы его смотрят, изучают и визируют, каждый своей электронной подписью. В результате на весь процесс вместо двух недель уходит максимум три-четыре дня. Это был пункт один, переходим к пункту номер два….

Когда подытожила, горло саднило, а часы показывали, что вместо десяти минут я отобрала у Фролова целых пятьдесят. Ой….

— И что ты об этом всём думаешь? — если речь я толкала громко и импульсивно, то о мнении Дамира поинтересовалась смущенно.

— Думаю, что взять тебя на работу, было моим лучшим решением за последний год, — без какой либо иронии или шутливого тона ответил Фролов. — Возьмешься курировать внедрение новшеств?

Я и руководить? После нескольких дней работы? Положите позади меня матрац, я сейчас от счастья и собственной важности, собираюсь грохнуться в обморок.

Глава 37

Дав согласие Фролову, и взамен получив от него полную свободу действий вместе с финансовой поддержкой, я не дошла до приёмной, я до неё долетела, причём на своих собственных крыльях.

Ай да я, ай да я…. Хвалите, хвалите меня.

Понятия не имею, откуда взялась эта фраза, но она вертится в голове беспрестанно, ровно так же, как улыбка не сползает с моего до одури счастливого лица.

Надеюсь, после сегодняшнего дня обо мне по фирме не поползёт слава блаженной, а то люди приходят, видят мою не в меру довольную физиономию и подозрительно косятся, хорошо хоть у виска пальцем не крутят.

Вот опять, со стороны коридора за ручку двери приёмной кто-то взялся, потянул её вниз, а я, несмотря на то, что клятвенно себе обещала, прекратить посетителям улыбаться, растянула губы от уха до уха.

Сиять больше не хочется от слова совсем, потому как в приёмную входит Надежда. Та самая, чей муж из-за её связи с Дамиром сначала примерил рога, а затем и вовсе был разжалован в бывшие.

— Ольга?! — судя по изумлённо возмущенной интонации, Надежда не только удивилась моему присутствию здесь, но её этот факт ещё и, мягко сказано, не обрадовал.

— Добрый день, — цежу я, причём усиленно напрягаю мозги и всё равно не понимаю, почему поприветствовала Надю сквозь зубы?

Вот у Надежды есть причина из-за меня раздражаться – ревность! А у меня что?

— Здравствуй, Оля. Дамир у себя?

У Надежды явно есть чему поучиться, буквально за три секунды взяла себя в руки, заговорила со мной не только вежливо, но и приветливо.

— Да, — кивнула я.

— Спроси его, пожалуйста, сможет ли он меня сейчас принять.

Фролов принял Надежду, и они вот уже как десять минут сидят у него в кабинете, а я как последняя дура не могу оторвать от часов взгляд и подсчитываю, сколько времени они провели вместе.

Зачем оно мне?!

От процесса наблюдение за тем, как движется секундная стрелка, меня отвлёк новый посетитель, лысоватый мужчина лет сорока в достаточно дорогом, но каком-то замызганном костюме и пыльных туфлях.

— Здравствуете, а Мария Сергеевна где? — этот вопрос я уже слышала сотню раз и ровно столько же раз отвечала:

— Добрый день, я временно заменяю Марию Сергеевну. Меня зовут Ольга. Какой у вас вопрос?

Неопрятный мужчина, да к тому же, как выяснилось чуть позже, весьма ароматный, поделился со мной проблемой. Он прораб, и на стройке произошёл несчастный случай, слава всему обошлось без жертв, но три строителя получили травмы лёгкой и средней тяжести.

На этом рассказ пахучего мужика я оборвала.

— То есть вам жизненно необходимо, прямо сейчас, незамедлительно попасть к Дамиру Олеговичу в кабинет, верно?

— Ну да, но ведь вы сами сказали, Фролов занят. Если немного, то я могу подождать, — рассудил прораб и оглянулся вокруг, так понимаю в поисках сидячего места.

Щас ага, там три человека пострадали, а он тут собрался штаны протирать.

Схватив телефонную трубку, набрала Дамира и … ну немного в более мрачных тонах, пересказала проблему прораба.

— Проходите, Дамир Олегович вас примет прямо сейчас, — сообщила я мужику, вынырнула из-за стола, самолично открыла дверь и можно сказать затолкала «вонючего» в кабинет Фролова.

А вот это, что сейчас такое было?

Вместо того чтобы заняться самоанализом и разобраться с каких таких еловых шишек, мне приспичило загнать к Фролову прораба, дабы сладкая парочка из Дамира и Нади не оставалась наедине, принялась судорожно придумывать предлог, чтобы тоже туда зайти.

Только шум стоял, как я перерывала весь стол, перетряхнула всё, что возможно, все папки в которые сотрудники кладут документы на подпись, все стопки бумаг, но ни одного даже самого захудалого клочка, что требовал внимания начальника, так и не нашла. Ну хоть лейку хватай и отправляйся к Дамиру в кабинет, цветы поливать, только вот глупо буду смотреться, потому как оные у Фролова не водятся.

Похоже, мне уже надо сесть и успокоиться, можно например кофе попить…

Точно. Кофе. Вот он предлог!

Какая разница просили меня или нет. Хороший работник - инициативный работник. Сварю, угощу, не захотят – это их дело.

Изворчалась на кофемашину, вроде бы вся такая современная, кнопок как у звездолёта, цена наверняка заоблачная, а три кружки кофе выплёвывать за пять секунд не умеет. Гадина.

Прежде чем взять поднос в руки, посмотрелась в зеркало, убедилась, что не выгляжу запыхавшейся, юбку одёрнула, брови расчесала ногтями, показала язык отражению, шепнула «Сама ты дура» и пошла.

Дамир, находясь в своём кресле, с тревожным лицом внимательно слушал прораба, что через стол от него занимал стул для посетителей.

Надежда же скучала поодаль от них на диване, и была занята тем, что разглядывала свой маникюр. Ха-ха.

К ней к первой я и подплыла.

— Пожалуйста, угощайтесь, — пропела я и поставила на низкий стеклянный стол кофе.

Пей-пей на здоровье, я тебе три ложки сахара насыпала если что, а то ходишь тут не по возрасту стройная как кипарис, бесишь!

— Спасибо, Оля.

Женщина, подняв на меня взгляд, мило улыбнулась, а ещё она выпрямилась, и это позволило мне заметить, что блузка на ней перекошена, потому как пуговицы не в те петли застёгнуты.

Ах же ты….

Понятно, значит, стриптиз тут Фролову показывала, блузку, по крайней мере, точно снимала, а когда я позвонила, натягивала её обратно в срочном порядке.

Подав кофе прорабу, подошла к Дамиру, и буквально заставила себя поставить перед ним чашку, а не вылить всё её содержимое ему на голову. Глядишь и помылся бы, а то сидит тут весь такой важный и перепачканный со следом от губной помады на шее. Позор.

— Извините, что перебиваю, — Надежда, подав голос, поднялась с дивана. — Дамир Олегович, вы сейчас заняты, мы с вами позже договорим, да?

Может уборщицу позвать и попросить, чтобы полы у нас протёрла? Есть же такая примета, если не хочешь, чтобы человек возвращался, сразу после его визита, как только ушёл, помой или подмети пол.

Пришлось покопаться в себе, чтобы найти объяснение своим же поступкам. И так вертела ситуацию и сяк, и вот к какому выводу привели меня размышления. Дамир мне не чужой, он обо мне с десяти лет заботился, и я со своей стороны желаю ему лишь добра. А Надежда вообще-то изменщица, ставила же она мужу рога, а кто предал один раз, не задумываясь, предаст и второй. И лишь исключительно по этой причине, я против их встреч. Истина найдена, точка поставлена, и больше над этим вопросом не думаю.

Глава 38

Прораб ушёл двадцать минут назад, а свой запах нам в подарок оставил. Честное слово, если бы сама не видела, как он в дверь выходил, решила бы, что он у меня в приёмной в шкафу спрятался и теперь оттуда смердит.

Выключив кондиционер, отодвинула от окна тумбочку и настежь раскрыла фрамугу.

Как же хорошо…. С улицы, конечно, дыхнуло не лесной свежестью, но по сравнению с запахом, что источал прораб, и выхлопные газы пахнут ромашками.

— Оля, снабженцы реестр платежей принесли? — выйдя из кабинета, поинтересовался Дамир.

А куда это он интересно собрался? В одной руке портфель, в другой ключи от машины. Почему меня не предупредил, что уезжаем?

— Нет ещё. Они его обычно к пяти формируют, а сейчас только половина пятого, — глянув на часы, отозвалась я и только набрала в легкие воздуха, чтобы спросить, мы куда, домой или по рабочим вопросам прокатимся, как Дамир заявил:

— Я на встречу, в офис уже не вернусь. Ты как, сама доберёшься до дома, или попросить водителя тебя подвести?

Не поняла, он, что один без меня куда-то намылился? Но ведь, мы всегда вместе…. Понятно, видимо эта такого рода встреча, где моё присутствие не желательно. Ну и зря, я бы для них с Надеждой свечку могла подержать.

Наверняка же он к ней помчался, зуд в штанах угомонить.

— Конечно сама, маршрут выучила, где какую полосу занимать, запомнила.

— Хорошо, но только, как в квартиру поднимешься, сразу напиши сообщение. Ужинай без меня, приеду поздно.

Да вали, ты куда хочешь. Надежде привет.

Столько ждала этот момент, и вот он настал, но никакого восторга от самостоятельного вождения не испытала. Села за руль, запустила двигатель, доехала, припарковалась. В отличие от меня Фролов явно сейчас куда веселее время проводит.

Как и было велено, зайдя домой, прежде чем снять туфли, отправила Дамиру сообщение, он их обычно тут же читает, но не в этот раз. Специально засекла время, две галочки внизу текста окрасились в синий цвет спустя аж двадцать минут.

Не до меня Фролову, ой не до меня…

Домашних обязанностей у меня теперь нет, так что можно балдеть.

Только вот балдела я как-то странно. Час, сидя на полу возле аквариума, рассказывала акулятам, чем плоха Надя и почему она не подходит Дамиру. После пошла ужинать, ну то есть открыла холодильник, глянула, что в нём есть и закрыла. Далее решила посмотреть какой-нибудь фильм, тыкала пультом, тыкала, так ничего интересного и не нашла.

Ну и скукота же быть одной дома!

Позвонила Ба, в надежде, что хоть она меня развеселит, но бабуля заявила, что разговаривать ей сейчас не с руки, потому как с бокалом шампанского в ванной отмыкает.

О-о-о, кстати о водный процедурах, что-то я давно джакузи не навещала, Фролов же сказал, что поздно придёт, надо бы этим воспользоваться.

Посчитав, что времени у меня целая уйма, решила к пене и пузырям добавить свечей, ароматного масла, музыку, возможно даже накапаю в бокал три капли вина.

Кайфую по полной. В ванной пахнет миндалём и ванилином, слух услаждает плеск волн и ненавязчивый крик чаек, ну эту музыку в пень, включила «Звуки моря часть 3», тёплая вода приятно обволакивает тело, а массаж из пузырьков расслабляет до такой степени, что я на полном серьёзе рискую уснуть. Но это не страшно, на всякий случай будильник на девять часов завела.

Который собака серая только что прозвенел, значит, пора закругляться, тушить свечи, спускать воду и насухо вытирать ванну, чтобы Фролов не догадался, что я в ней купалась.

Широко зевнув, только положила руки на бортик, чтобы впоследствии на него опереться и встать, как телефон пиликнул, оповещая о входящем сообщении.

«Оля, у тебя всё хорошо? Задержусь. Не жди, ложись спать».

«Ок».

Ну ничего себе Дамир до интима дорвался, даже решил с Надеждой заночевать. Совет им да любовь, и чтобы их ночью комары покусали.

Подлила горячей воды, а чтобы шея не затекала, подложила под затылок свёрнутое в несколько раз полотенце и хоть кожа на ладонях и пятках давно от воды сморщилась, всё равно вновь улеглась.

Сердце ёкает, потому как почувствовала кожей лица волну прохладного воздуха, словно кто-то в нагретую ванную дверь открыл.

Распахиваю глаза и единственное, что хочу, это взять и как русалочка превратиться в пену морскую.

— Я думал, ты спишь, — будничным тоном сообщает Дамир и вместо того, чтобы выйти из ванной, проходит внутрь и прикрывает за собой дверь.

Погрузилась в чашу глубже, теперь на поверхность торчат лишь моя мокрая макушка, перепуганные глаза и нос.

Фролов, словно он в ванной один, и в его джакузи с выпученными глазами не сидит ни какая девица, берётся за галстук, расслабляет узел, снимает и вешает на крюк.

Надеюсь, пока я здесь нахожусь, это первая и последняя вещь от которой он решит избавится.

А вот и ни фига….

Дамир, не сводя с меня глаз, с невозмутимым лицом принялся расстёгивать сверху вниз пуговицы на рубашке.

Мама дорогая, он что белены по дороге домой обожрался, или это Надежда его накормила?! Что он творит?!

— Так понимаю, ты меня позже ждала. Да?

Фразу вроде бы мужчина произнёс и будничным тоном, но как в этот момент у него лукаво блестели глаза…. Представляю, как он надо мной в душе ржёт, буквально обхохатывается до упаду.

Согласно киваю. Вот же я дура, какого чёрта испытывала судьбу, не до такой же степени была перепачканная, чтобы отмокать до сморщенной кожи.

— И я думал, что вернусь позже, — заметил мужчина и вытянул низ рубашки из брюк, чтобы добраться до оставшихся пуговиц. Через пару мгновений взору предстаёт обнаженный мужской торс, и я сглатываю, причём жадно и шумно, словно я тут сижу и умираю от жажды. — Планировал сегодня все семьи лично навестить, чьи родственники пострадали на стройке, чтобы успокоить, финансово поддержать, но жена одного из работников в последний момент перенесла встречу. У неё двое маленьких детей, и принимать меня в позднее время ей неудобно. Договорились, что она сама завтра в офис подъедет. Оля, если она будет с детьми, ты же найдёшь чем их занять, пока мы разговариваем?

Что?! То есть ты не с Надеждой где-нибудь в спальне простыни мял, а бедняжка весь вечер мотался и навещал родственников сотрудников, предлагая им помощь?!

У-у-у, как же это мило и сверхответственно. Было чуть в лужицу от умиления не растеклась, но Фролов, сняв рубашку, не только быстро привёл меня обратно в чувства, но ещё и активировал режим полной боевой готовности.

— Дамир, прости, а что ты делаешь? — с нажимом поинтересовалась я. — Всё понятно, без спроса забралась к тебе в ванну, виновата, но то, что ты тут при мне раздеваешься, ни в какие ворота не лезет.

Ну а что, разве я не права? Если я нарушила его личные границы, это же не означает, что и ему теперь обязательно нужно себя вести как поросёнку.

— Прощаю конечно, — взявшись за ремень, изрекает Дамир, расстёгивает пряжку ремня, затем ширинку и снимает штаны. — Да, возможно стоило сначала дать тебе время собраться и уйти, но мне очень надо в душ. Могу посоветовать отвернуться ну и тоже у тебя прощение попросить.

— Дамир! — возмущенно выкрикнула я, но мой писк никаких действий со стороны мужчины не возымел, он снял с себя боксеры и даже не подумал натянуть их обратно.

Зажмурилась конечно, но то что надо не только успела увидеть, но ещё и исхитрилась в деталях рассмотреть.

Да уж…. Как говорится показали товар лицом. Я теперь Надежду куда лучше понимаю. Ох и не зря она гордость дома под матрацем оставляет, когда на свидание к Фролову идёт. Где же она ещё найдёт «товар» такого выдающегося размера, особенно с учётом того, что к этому «товару» прилагается привлекательный и небедный мужчина тридцати пяти лет.

В душевой зашумела вода, распахнув глаза огляделась, а убедившись, что теперь меня и Дамира отделяет пусть и стеклянная, но из-за напыления не совсем прозрачная перегородка, проворней любого ниндзя выпрыгнула из джакузи и облачилась в халат.

Ну по крайней мере мне теперь уже не сверкать перед Фроловым голым задом и не трясти… в общем это сейчас неважно. Важно поскорей смыться отсюда, вырыть себе ямку, лечь в неё и, притворяясь дохлым хомячком, ждать, когда чувство стыда не пройдёт.

— Ольга, ты же сейчас не ускачешь как заяц, перед уходом обязательно прибери за собой, особенно свечи.

Фролов, какие к чертям свечи? Мне бы трусы свои для начала найти. Вот куда я их клуша засунула?

Глава 39

Полежала в пузырьках. Называется, расслабилась телом и душой, что после всю ночь кошмары смотрела. После того, как сверкая сморщенными от воды пятками, удрала из ванны Фролова, чтобы хотя бы сегодня больше с ним не встречаться, забежав к себе, выключила свет, нырнула в постель, укрылась с макушкой одеялом и, дыша через раз и прислушиваясь к каждому шороху, притворялась спящей. А когда, наконец, заснула, жутчайшая ситуация, что наяву как бы уже закончилась, продолжилась в моём подсознании.

Причём белиберда мне виделась исключительно на банную тему и в любой сцене присутствовал Дамир. Обнаженный Дамир. Даже если вначале он и был одетым, то под послед его голый зад и причиндалы в обязательном порядке и крупным планом сверкали во всей красе. До такой степени насмотрелась, что теперь если передо мной положить сто пятьдесят фотографий с мужскими ну этими…, то безошибочно укажу пальцем на тот, что «носит» Дамир. Ещё бы я ведь Фролова во сне даже мыла и далеко не спину ему тёрла….

Утром категорически не хотелось выходить из комнаты, но я себя «взяла за шиворот» и заставила. Что сделано, то сделано, всё, что в моих силах, это лишь на какое-то время отсрочить встречу с Фроловым, ну не позавтракаю я, а дальше то что? Вечность же не получится прятаться, всё равно поеду вместе с ним на работу и весь день мы проведём в одном офисе. Так что чем быстрее переживу неловкий момент, тем меньше измучаюсь его ожидая.

— Доброе утро, — старательно контролируя голос, чтобы звучал как обычно, зайдя на кухню, поздоровалась с опекуном.

Мужчина, что уже в брюках и рубашке сидел за столом над дымящей чашкой кофе поднял на меня взгляд.

— Доброе утро, Ольга. На всякий случай уточняю, если ты душ ещё не принимала, я специально для тебя у себя в ванной оставил чистые полотенца.

Вот ведь гад! Значит, делать вид, что вчера ничего не произошло, мы отказываемся, мы хотим тролить. Ладно.

— Спасибо, конечно, но в следующий раз не утруждайся, я всегда, когда твою ванную навещаю, свои беру, — заявила я и как ни в чём не бывало, присела за стол. — М-м-м, у нас сегодня блинчики. Вкуснятина. Анна Леонидовна у тебя конечно не домработница, а ценнейший клад. Кстати, всё хотела спросить, ты хоть раз сам-то в джакузи плавал?

— Нет.

Судя по выражению лица, Дамир офигел от моего откровенного признания, но, что странно не в плохом смысле, похоже его эта ситуация забавляет.

— И зря. Рекомендую. Только самый мощный режим не включай, средний напор – в самый раз.

— Учту. В крайнем случае, если не разберусь, тебя позову. Ты же придёшь?

Не донеся блин до рта, застыла. Я что до сих пор в кровати и сплю?

Да вроде бы нет…уж слишком вокруг всё реально. Тогда какого…., Дамир смотрит на меня, как сладкоежка на булочку? И вопрос он задал с явным подтекстом, ясно же, что таким тоном и голосом не напор в джакузи приглашают настраивать, а договариваются непотребством заняться.

Чтобы оправдать причину, почему медлю с ответом, в срочном порядке откусила кусок от блина и демонстративно тщательно пережёвываю, а сама во все глаза таращусь на Фролова и соображаю, что происходит.

Неа, ну не может он намекать мне на толстые обстоятельства. Я же для него и сейчас третьеклашка с двумя косичками. Значит опять тролит, только уже «по-взрослому». Потому как вампирюга не получил свою дозу, я ведь не смутилась и не покраснела, когда он о вчерашнем инциденте упомянул.

— Приду, — скромно пробормотав, можно сказать ублажила Дамира, потому как порой, куда умнее сделать вид, что человек победил, чем долго и упорно с ним бодаться.

***

Случайно поймав своё отражение в зеркальных дверцах шкафа приёмной, поняла, что взвалила на свои плечи слишком тяжёлую ношу. Глаза безумные, волосы дыбом, между ухом и плечом зажата телефонная трубка, правой рукой записываю на листке электронную почту, что мне диктуют, а в промежутках левой жму кнопки кофемашины. Иными словами – зашиваюсь. Потому как на мне теперь, и работа секретаря, и руководство процессом внедрения внутреннего электронного документооборота, и обязанности личного помощника генерального директора.

Винить в том, что во время рабочего дня мне некогда даже сбегать до туалета, могу только себя. Никто же за язык не тянул, когда говорила Фролову, что до него доходит слишком много лишней и пустой информации, что с большинством вопросов, и я могу справиться. Вот теперь из-за собственной чрезмерной инициативы и хлебаю большой ложкой заботы, что в должностной инструкции не прописаны.

— Ольга, а что, мой отдел самый рыжий? — толкнув дверь приемной, прорычал Тихонов.

Нет, у Максима точно шпион в коридоре сидит, и как только Дамир уходит из кабинета, бежит к нему и докладывает. Мол, Ольга одна, можно идти и свободно трепать её нервы.

— Максим Владимирович, я вас не понимаю, пожалуйста, сформулируйте вопрос более точно, — отвечаю я, хотя на самом деле так и тянет рявкнуть: «Закройте дверь с другой стороны, не тратьте ни мое, ни своё время, ваши подкаты мне работать мешают».

— Оленька, ты когда нас визитом своим осчастливишь?

Макс проходит внутрь и, усевшись в кресло напротив моего стола, закидывает ногу на ногу.

— Максим Владимирович, не сочтите за труд, напомните, а зачем мне вас осчастливливать визитом?

— Ну как это зачем? Для обучения. Ты же новшества внедряешь. Фролов даже грозился, что отстающему отделу, премии ко дню основания фирмы не видать. А мы нуждающиеся, премия нам необходима.

Ага, особенно тебе…. Видела я твой трудовой контракт, у меня чуть глаза на лоб не полезли от количества нулей.

— Уверяю, у вас всё хорошо. В отстающих точно не окажетесь.

— Оля, тебе что сложно? Зайди, проведи инструктаж, я же не прошу для всех, только для меня. А я потом уж всех обучу. М-м?

Закатив глаза, вздохнула. Может, взять ручку и Тихонову на лбу написать «Нет, вы не в моём вкусе»? Ну правда, не смешно уже, изо дня в день одно и тоже….

Присев, сложила на столе руки в замке.

— Максим Владимирович, честно признайтесь вы мазохист или садист? Каждый раз, когда Дамир узнаёт, что мы общались, он после час на вас орёт. Из чего выходит, либо вам нравится, когда на вас спускают всех собак, либо вы получаете удовольствие, когда другой человек нервничает.

Лицо Тихонова непривычно приобрело серьёзный вид.

— Ольга, а третий вариант ты не рассматриваешь? Может мне плевать на реакцию Фролова. Может я ради минуты наедине с тобой готов пожертвовать работой? Может я впервые в жизни влюбился?

Глава 40

Смотрю на торжественное лицо Максима и диву даюсь, а ведь он действительно верит в то, что говорит. Наверняка Тихонов, каждый раз женился, как он думал, по великой и светлой любви, и скорый развод с новым последующим браком в его планы никак не входили. Просто он такой человек, мгновенно воспламеняется, но и быстро перегорает. Вообще, если посмотреть на его жизненный путь со стороны и беспристрастно, то он – несчастный человек. Большинство людей, когда находят свою пару, создают семьи, рожают детей и довольны долгие годы. Его же момент счастья длится не дольше чем щелчок пальцами. Раз и закончился. Раз и острые волнующие чувства угасли и ещё недавно такая любимая и желанная женщина только лишь раздражает и скорей хочется её заменить на другую.

Макс как будто постоянно стоит в длинной очереди за чем-то ценным, а когда это получает, оно резко становится ему не нужно, и он встаёт в новую очередь. Нескончаемый замкнутый круг, постоянное одиночество и пустота.

— Максим Владимирович, если у вас всё, попрошу далее от работы меня не отвлекать. Инструктаж, раз вы настаиваете, конечно же, будет проведён, но не мной лично, — заявила я, а когда Тихонов вознамерился возразить, сразу предупредила. — Если вы чем-то недовольны, то обращайтесь с жалобой напрямую к Фролову.

— Ты, Оленька, однако сегодня не в духе, я лучше в другой раз зайду.

Тихонов непринуждённо мне подмигнул и, поднявшись с кресла, не торопясь покинул приёмную.

Дабы не откладывать в дальний ящик обещание на счёт инструктажа, набрала номер Артёма, системного администратора.

— Привет, это Ольга. Артём, не в службу, а в дружбу, навести нашего коммерческого директора и…

— Ольга, извиняюсь, что перебиваю, но я как раз у тебя на этаже. Давай, я к тебе через минуту забегу? Наконец и познакомимся лично, а то на телефоне беспрестанно висим уже второй день, а ещё не встречались.

— Да, конечно, давай. Жду, — легко и беззаботно согласилась я, но когда сбросила вызов, разволновалась и помчалась к зеркалу, проверять, как выгляжу.

Ну а что собственно в этом такого? Судя, по голосу мы с Артёмом примерно одного возраста, он приятный, умный и с чувством юмора.

Взбила волосы, чтобы казались пышней, подушечками пальцев пригладила брови, облизнула губы и бегом обратно уселась за рабочий стол, чтобы успеть принять эффектную позу.

Надеюсь, бархатный голос Артёма не ввел меня в заблуждение, и парень выглядит хотя бы приблизительно так, как нарисовало воображение. А видится он мне сероглазым высоким брюнетом, чуть худощавым, но в меру, а ещё у него густые брови, прямой нос и пухлые губы.

Дверь приёмной начинает распахиваться и синхронно с ней, от любопытства и предвкушения, раскрывается и мой рот, а глаза расширяются, наверняка если на меня со стороны посмотреть, можно решить, что я виртуозный фокус смотрела, а сейчас наступил кульминационный момент.

Вошедший молодой человек, сделав вглубь пару шагов, остановился, что позволило мне с удобного ракурса хорошенько его разглядеть. Полная противоположность моим представлениям, но это совсем не означает, что я разочарованна.

Рост ближе к среднему, про такой обычно говорят – идеальный. Телосложение – ладное, не толстый и не худой, в меру спортивный, думаю, под его толстовкой не прячутся ярко выраженные кубики от тренировок, но и лишнего жира там – нет. Светлый шатен, волос слегка вьётся, или, даже можно сказать, просто хорошо лежит. Цвет глаз из-за расстояния между нами, не вижу, но предположительно карие. Одет в классический лук программиста, серая толстовка, удобные потёртые синие джинсы, огромное часы на запястье, кроссовки. Так понимаю дресс-код на IT-отдел не распространяется.

И характер Артёма с его жизненной позицией мне уже нравятся, если я не стесняясь оцениваю парня во все глаза, то он смотрит на меня осторожно, я бы даже сказала смущённо. Значит, как минимум излишней самоуверенностью не страдает, как большинство здешних мужчин.

— Артём? — будучи в полной уверенности, что передо мной стоит именно он, интересуюсь я, потому как не знаю, с какой более удачной фразы начать разговор.

— Он самый, —кивнул парень.

— Проходи, присаживайся, — чуть привстав, указала рукой на кресло.

Артём присел, и вновь заработал плюсик, потому как позу принял нормальную, не развалился барином, как обычно это делает Тихонов, и ноги широко не раздвинул, словно пытается продемонстрировать шпагат, чем постоянно грешит начальник охраны, да, впрочем, не только он, а много ещё кто.

— Приятно познакомится лично, — заметил Артём и при этом, как бы мне головой поклонился.

— Взаимно, — непроизвольно расцвела я.

— У тебя же ко мне есть поручение, да?

Ой, есть… Только давать его тебе что-то совсем не хочется. Представляю, как Тихонов будет рвать и метать, что не я к нему пришла, а Артём. Ну да ладно, Максим не до такой степени зубастая пиранья, чтобы ни в чём не повинного парня живьём сожрать. Да и скорей всего не дойдёт дело до инструктажа, Тихонов и без всяких подсказок отлично ориентируется в программе. Артём и минуты не пробудет в кабинете коммерческого директора, как тот его отошлёт.

Вкратце объяснила парню, что от него требуется, и даже намекнула на недовольство со стороны Тихонова, к достоинству Артёма его это не испугало и не смутило. Пообещал сегодня же к Максиму Владимировичу зайти, а после позвонить и рассказать, как всё прошло.

Артём ушёл, оставив меня под глубочайшим впечатлением. Даже уже и не помню, когда в последний раз общалась с настолько адекватным молодым человеком. Вот ничего в нём нет отталкивающего, всё у него в меру, не хвастается, но и себя не принижает, и скромный, но в то же время и не зажатый, и симпатичный, но не чересчур, например, если рядом с ним пойду, никому из окружающих в голову не придёт сказать: «Мог бы себе и покрасивее кого-то найти».

По сему резюмирую, он для меня отличный вариант! Обидно будет если у него есть девушка … хм-м… девушка, а кто интересно мне сказал, что он не женат?

Глава 41

Только мысли унесли меня в район облаков, где я с упоением наслаждалась фантазиями о нашем первом свидании с Артёмом, как явился Фролов и, иносказательно говоря, дернув за ногу, спустил меня с небес в кресло приёмной.

— Ольга, через пять минут выезжаем, я пока к себе загляну, а ты будь добра, позвони Софье Дмитриевне и узнай, собралась ли она, если нет, обязательно поторопи.

А вот это кстати здравая мысль. Зная Ба, не удивлюсь, что её чемоданы до сих пор пустыми стоят, а на кровати лежит ворох одежды, который она в сто пятый раз примеряет, решая, какие наряды ей собой в Прагу взять.

Ключи от нашей квартиры с бабулей утром прихватить с собой не догадалась, поэтому нам с Фроловым пришлось звонить.

— Ба, ты вообще, что ли окна не открываешь? — активно отмахиваясь от дыма, что ураганом налетел, после того, как дверь открылась, заворчала я. — Фу гадость какая, я так понимаю, ты ещё и пыталась перебить запах дыма духами?!

— Ольга, мы не виделись столько времени, а ты начинаешь с придирок, — пристыдила меня Ба, словно я без повода высказала претензию, а тот факт, что в квартиру без противогаза заходить просто страшно – сущий пустяк.

— Софья Дмитриевна, если вам на своё здоровье плевать, вы хотя бы об легких Ольги подумали, — разумеется Дамир не смог промолчать.

— Пф-ф, — фыркнув, Ба состроила недовольную и вместе с тем обречённую гримасу. — Вы ещё слишком молоды, чтобы быть такими брюзгами, такое ощущение, как будто это вам сорок пять с хвостиком, а не мне, — записав меня и Дамира в пенсионеры, бабуля обвела нас внимательным взглядом и засияла. — А вам кто-нибудь уже говорил, что вы вместе эффектно смотритесь? Потрясающе красивая пара. В офисе, наверное, только о вас и гудят.

Мне и раньше доводилось чувствовать потребность, дать Ба подзатыльник, когда она при посторонних что-нибудь ляпала не впопад, но никогда при этом мне не хотелось сделать ей больно, а сейчас очень даже хочется.

— Регистрация через полтора часа, а мы топчемся на пороге. Ба, ты же собрала чемоданы? — резко сменив тему, чтобы не дай бог её никто дальше не стал развивать, только вознамерилась войти внутрь, как Фролов выставив руку по принципу шлагбаума, попросту меня не пустил.

— Нет, Ольга, ты спускаешься вниз и ждёшь возле машины.

— Оленька, подожди, только туфли надену и вместе выйдем, — в срочном порядке выпалила бабуля и, так же быстро сняв с крючка связку ключей от квартиры, протянула её Фролову. — Дамир, ты же тут без меня справишься? Чемоданы в спальне, ещё проверь везде ли выключен свет, закрыты ли окна и воду перекрой. Пожалуйста.

— Как у тебя дела? — уже на улице, ласково погладив меня по спине, поинтересовалась Ба.

«До того, как ты по эффектную пару сказала, всё было отлично», — крайне хотелось выплюнуть эту фразу, но бабуля как никак улетает, не хочется сорится перед разлукой, вот вернётся из Праги, тогда строго с ней и поговорим.

— Я сегодня познакомилась с молодым человеком, — мечтательно закатив глаза и прижав руки к груди, начала я. — Работает у Дамира в IT- отделе, классный, добрый, внимательный, а как он забавно смущался, когда мы разговаривали, думаю ….

— О-о-о, всё ясно, — не вежливо перебив, Ба пренебрежительно махнула рукой. — Этот парень не твой вариант, даже не трать на него время.

— С чего ты так решила? — возмутилась я, — Почему не мой? На меня, что хороший парень внимание не может обратить?

— Конечно может, если он не слепой. Но дело не в нём, а в тебе. Видишь ли, Оленька, если мальчик стеснительный, он серьёзно тебя никогда не увлечёт. В девяносто пяти процентах случаев из ста, девочки выбирают себе мужчин похожих на отцов. Да, Миша погиб, но тебе тогда было уже десять лет, уверена, его образ плотно успел укорениться у тебя в подсознании. И поверь на слово, мой сын стесняться, просто не умел. Тебе нужен уверенный в себе мужчина, пробивной, умеющий добиваться цели. Например, как Дамир.

— Ба?! — рявкнула я, да так громко, что аж прохожие обернулись.

— Что? Ты же сама говорила, что вы поладили. Да я это и сама поняла, после того как вы несколько недель вместе прожили и друг друга не поубивали.

Прикрыв глаза, медленно считаю до десяти….

Да нифига этот метод не работает, когда самый близкий в мире человек мелит откровенную чушь!

— Ба, я даже далеко углубляться не буду, и не стану напоминать, какой он вредный и нудный, — ткнув себя кулаками в бока, зашипела я. — Просто вспомни, что мне девятнадцать, а ему тридцать пять. Он для меня старикан.

Если бы злость настолько сильно не поглотила, может быть и раньше обратила внимание на то, что Ба сигнализирует глазами, косясь в сторону подъездной двери, но увы и ах, заметила я это лишь после того, как высказалась.

— Дамир вышел да? — шепнула я лишь одними губами, и Ба в ответ слегка кивнула.

Глава 42

Тушите свет! Да уж, мягко сказано – получилось нехорошо. Укоротил бы мне кто-нибудь мой длинный язык, чтобы не несла всякую ересь. Да и ладно, если бы сказала действительно то, что думаю, но ведь нет же. Нелицеприятное мнение о Дамире давно поменяла на противоположное. Он эрудированный, остроумный, с ним всегда есть о чём поговорить.

Бли-и-ин, я же его ещё и стариканом обозвала! Ну это вообще несправедливо. Фролов, без всякого преувеличения, просто шикарен, другого слова не подберёшь.

Дамир с невозмутимым лицом подходит к автомобилю и, открыв багажник, грузит туда чемоданы.

Мы же с Ба, боязливо прижав уши, безмолвно за ним наблюдаем.

Может, извиниться?

Ага, ну просто потрясающая идея. И как это будет звучать: «Дамир, прости за то, что назвала тебя старым вредным занудой»? То есть, проще говоря, ещё раз оскорбить, только уже глядя в глаза.

Нет уж….

Самым правильным, на мой взгляд, будет взять пример с Дамира. Он ведёт себя так, как будто ничего не услышал, хотя об этом даже не стоит и мечтать, с учётом расстояния меньше трёх метров и громкости, на которой верещала, даже глухой бы каждую букву расслышал. Вывод – сделаю вид, как будто ничего криминального не сказала.

По дороге в аэропорт выручала бабуля, она говорила и говорила.… В общем, разряжала обстановку, как только могла, и то я сидела как на иголках. Чувство дискомфорта и вины ни на минуту меня не отпускало. Когда же мы с Ба попрощались, стало втройне тяжелей. Я хотела общаться с Дамиром как обычно, но даже слово не получилось из себя выдавить.

По возвращению домой, мы с Фроловым разбрелись по своим комнатам, что, впрочем, было для нас обычным делом после рабочего дня, только вот к восьми вечера Дамир к ужину не вышел.

Ковыряясь вилкой в салате, прождала Фролова за накрытым столом двадцать минут, после не выдержала, постучала в дверь его спальни. Но мне мало того, что никто не открыл, но даже и не ответил, хотя тарабанила громко и далеко не один раз.

М-м, да-а…. честное слово, вместо игнорирования, лучше бы Фролов меня отчитал, ну как он умеет.

С тяжёлым осадком на сердце убрала обратно в холодильник нетронутый ужин, вернулась к себе в спальню и, приняв душ, забралась в кровать. Утро вечера мудренее.

Часы показывают половину второго ночи, а я до сих пор пялюсь в потолок. Не высплюсь – не жужжать мне завтра в приёмной трудолюбивой пчёлкой, зависну перед монитором как зомби, и весь день солью псу под хвост. Сдёрнув оделяло, резко подскочила на ноги и потопала на кухню. Надеюсь, в аптечке найдётся что-нибудь, что поможет заснуть.

Поиски снотворного пришлось отложить, потому как ещё из коридора заметила, что кухонное окно подсвечивается со стороны улицы. Сменив направление, прошла через гостиную на террасу, чтобы потушить кем-то там оставленный свет.

Шлёпая босыми ногами по плитке, наслаждаюсь тем, как приятно дотрагивается до кожи прохладный ночной воздух, как кокетливо играется с волосами лёгкий ветерок, а когда дохожу до фонаря, вместо того, чтобы его выключить, любуюсь панорамой утопающего в бесконечных огнях города.

Настолько красиво, что аж сердце от восторга замирает.

— Тоже не спится? — раздаётся голос Дамира, и я от неожиданности вздрагиваю всем телом и всхлипываю.

— Чёрт возьми, — приложив ладони к груди, выдыхаю я. — Я тебя не заметила и испугалась.

Да я и сейчас не особо вижу Фролова, глаза только что и угадывают очертания фигуры. Он словно специально прятался, занимая кресло в самом тёмном углу.

— Да нет, я спала, просто пить захотела и пошла на кухню, — понятия не имею, но зачем-то начала врать. — Увидела на террасе свет, решила, что его забыли выключить… как-то так. А ты почему не спишь?

Ну я просто кладезь идиотизма. Нашла о чём спрашивать. Из-за меня же и не спит. Вернее, из-за моего языка без костей.

— У меня почти та же история, только мне не воды захотелось…. — усмехнулся мужчина, а следом раздался звон. Если меня зрение не обманывает и слух не подводит, кажется, Дамир дотянулся рукой до столика и бокалом ударил об бутылку.

— А что ты пьёшь? — проявила я любопытство.

— Коньяк.

Если бы умела, свистнула. Гадина я, конечно, довела Фролова, что он теперь тут сидит и глушит коньяк в одиночку.

— Накапаешь и мне три капли?

Ого, как я осмелела или даже более правильней будет сказать – обнаглела.

— Три капли, говоришь, — задумался Дамир. — Нет.

Ну особо я и не надеялась, с десяти лет перестала в чудеса верить.

Повисла неудобная молчаливая пауза, по-моему, мне давно пора сматывать удочку и уходить, меня же сюда не приглашали.

— Спокойной ночи, — пожелала я, но сама даже с места не сдвинулась.

А может, мне сейчас извиниться? Фролов принял на грудь, значит, немного расслабился, вокруг красота. Более располагающей обстановки для разговора сложно представить.

— Дамир, ты меня прости за то, что я сегодня ляпнула возле машины, когда Ба провожали. На самом деле так не считаю, просто Ба меня разозлила и я…. В общем, сказала чушь, и мне теперь стыдно. Пожалуйста, не обижайся.

Ну вот, хоть с опозданием, но я это сделала.

— Ольга, обида это вообще не про меня....

— Тогда почему к ужину не вышел и не ответил, когда стучала? — лишив Дамира возможности договорить до конца, выпалила я.

— Не из-за обиды, Ольга. Не из-за обиды. Осторожничал. Уж очень мне хотелось доказать, что ты не права.

Глава 43

— Дамир, да я и без всяких доказательств отлично знаю, что не права. Говорю же, под эмоциями наболтала. Раньше ты мне, возможно, и казался немного занудным и вредным, но точно не теперь.

Конечно же, смягчила пилюлю. Ну не говорить же Фролову, что на самом деле до того, как с ним жить начала, практически его ненавидела.

Сначала услышала, как мужчина сглотнул, так понимаю, вновь к коньяку приложился, затем, судя опять же по звукам, поставил бокал на стол, а после фигура Фролова резко выросла в два раза и начала ко мне приближаться.

Ой, надеюсь, Дамир под мухой не буйный. До этого момента он при мне крепкий алкоголь в себя не вливал, как он на него действует - понятия не имею. А то по-разному же бывает, вот наш сосед с третьего этажа - дядя Миша. Трезвый – человек человеком, мухи не обидит, а как горло промочит, так сразу в злобного терминатора превращается.

Не моргая, напряжённо жду, когда на Дамира свет упадёт. По выражению лица, думаю, сразу определю, безопасно ли с ним с пьяным наедине оставаться или лучше, сверкая пятками, убежать и спрятаться под кроватью.

Фух, нормально всё. Дамир какой угодно, но только не агрессивный. Да и не пьяный он вовсе, не знала бы, что коньяк пил, ни за что не догадалась бы.

— Оля, ты меня не так поняла, — подойдя вплотную к ограждению и облокотившись на оное в нескольких от меня сантиметрах, выдохнул Фролов. — С тем, как ты меня обрисовала, я как раз и согласен. Характер у меня дрянь, но какой уж достался.

А-а-а, ясно теперь всё, слово «старикан» Дамира за живое задело. Как и мужчина, повернулась лицом к городу и тоже на ограждение облокотилась.

— Ты не старый, тебе всего тридцать пять. А на вид и того меньше, даже упоминать об этом не стала… Ты почему смеёшься? — повернув голову в сторону Фролова, возмутилась я.

— Потому что опять чуть - мимо, Оля.

Похоже, всё-таки я ошиблась, и Дамир надрался. Смотрит на меня странно, аж не по себе.

— Мы можем до утра в ромашку играть. Будет проще, если ты сам скажешь, что не так.

— Ты сказала Софье Дмитриевне, что из-за разницы в возрасте я тебе как мужчина не подхожу. Выражалась ты, конечно, другими словами, но смысл такой. Ты не права.

У Фролова сейчас такое лицо, как будто я сегодня днём у подъезда с пеной у рта Ба доказывала, что два помножить на два получится пять, а он сейчас такой умный меня, дуру, поправил и назвал верный ответ.

— А если это моё мнение?! — довольно резко отозвалась я. — Ты можешь себе представить в качестве любовницы пятидесятилетнюю женщину? Как раз разница такая же, как и у нас с тобой – пятнадцать лет.

— Вполне.

Мало того, что Фролов ответил с убедительной интонацией, так он ещё перед этим сделал вид, что задумался над вопросом.

— «Вполне» – это потому что в теории, а если бы на практике - ты бы сказал «Никогда». Ответь искренне.

— Я так и сделал. Представил, что ты старше меня на пятнадцать лет, и всё устроило.

— Дамир, сколько ты выпил?

В качестве извинения за вопрос, широко улыбнулась.

— Не очень много. А почему ты об этом спросила?

Вдохнула и выдохнула.

— Да какой-то дикий у нас разговор. Можем ли мы быть парой?! Дамир, ты же мне вроде как….

— Как кто?! Точно не отец и даже не родственник.

«Оля, топай отсюда, — подсказал внутренний голос. — Может, Дамир и не пьяный, но он явно сейчас не в себе».

— Ну да, ну да, — закивала головой и сделала вид, что подавила зевок. — Поздно уже, пойду спать.

Одной рукой Фролов ухватил меня за затылок, другой обнял за талию и к себе подтянул.

Сказать, что растерялась — ничего не сказать.

— Ты чего? — отталкивая от себя мужчину, только и успела пролепетать, как он впился в мои губы и жадно поцеловал, да так, что я себя потеряла.

Меня опоили, одурманили, да всё что угодно, но я не в себе. Губы и язык Фролова безраздельно властвуют над моим ртом, а я, вместо того чтобы влепить пощёчину, умираю и вновь возрождаюсь от наслаждения. Он не целует, он меня пьёт. Руки Дамира блуждают по моему телу, мнут, гладят, ласкают, и мне бы сгореть от стыда, но я горю лишь от вожделения. И чем податливее становлюсь, тем больше требует от меня мужчина. Среди звуков нашего учащённого дыхания раздаётся глухой стон, он-то и действует на меня, как ведро холодной воды на голову.

Это же я только что от блаженства стонала!

Твою же… Дамир держит меня навесу, а я обвиваю его бёдра ногами….

Мои руки у него под футболкой, а ногти впились в кожу спины….

Мы целуемся….

— Отпусти! — взвизгнула я, активно заёрзала и в ту же секунду, получив свободу, коснулась босыми ступнями прохладного пола террасы.

— Аккуратнее, — меня мотнуло в сторону, Дамир хотел придержать, но я ему не позволила.

— Не трогай. Вообще ко мне не подходи.

— Оля, не надо так нервничать. Я же на тебя не нападаю, — мужчина, сделав шаг назад, в подтверждение своих слов чуть поднял руки.

— Да! А минуту назад это что было? — Мы поцеловались.

Если я верещала, то Фролов говорил спокойно и тихо.

— Проспись сначала. Толку-то с тобой сейчас разговаривать, — огрызнулась я и пулей вылетела с террасы.

Забежав к себе в спальню, на всякий случай подпёрла дверь прикроватной тумбочкой, а затем отправилась в душ чтобы остыть, успокоиться, привести мысли в порядок, ну и самое главное - смыть с себя запах и поцелуи Дамира.

Глава 44

Остаток ночи провела в размышлениях, и так и сяк вертела ситуацию, но она всё равно не казалась мне однозначной. С одной стороны, Дамир вроде как принудил меня к поцелую, с другой - я же не сопротивлялась и какое-то время, пока мозги не встали на место, даже отвечала на поцелуй.

Ой, позор, позор….

Как вспомню, что засовывала ему в рот язык и царапала спину, так удавиться и хочется.

Вот как теперь ему в глаза смотреть?

Промучившись ни один час, кто прав, кто виноват – так и не решила, зато выбрала для себя стратегию поведения. Обвиню Дамира во всех смертных грехах, потребую извинений и клятвенного обещания, что впредь он до меня даже пальцем не дотронется.

Из комнаты к завтраку вышла при полном параде, за долгую бессонную ночь успела и одежду тщательно подобрать, и идеально волосы уложить, и макияж нанести аккуратно. А ещё я себя специально науськала, покопалась в памяти и вспомнила все неприятные моменты, связанные с Дамиром, чтобы встретиться с ним злой, раздражённой и ни в коем случае не спасовать.

— Ну, есть что мне сказать? — рявкнула на Фролова, что как ни в чём не бывало со свежим отдохнувшим лицом спокойно пил за столом кофе.

Подняв взгляд, Дамир медленно с чувством, с толком и расстановкой нагло, совсем как вчера, ощупал меня глазами и этим самым одним махом вышиб из-под ног почву. Мне вновь захотелось забраться под кровать и, зажмурившись, лежать там и стыдиться.

— Доброе утро, Оля. Как спалось?

«Если ты сейчас ему как надо не ответишь, если отпор не дашь, то… то тряпка ты половая….»

— Спасибо. Хреново. Вчера человек, который вроде как должен заботиться и опекать, приставал ко мне в пьяном угаре. И, судя по виду, ни капли не стыдится, не раскаивается и не собирается извиняться.

— Ольга, за речью следи. Чтобы я от тебя больше таких слов не слышал.

— Чего? — у меня глаза на лоб полезли от беспредела. — Значит, несколько часов назад я была достаточно для тебя взрослой, чтобы ты позволил себе ко мне под лифчик забраться, а сейчас вновь в дитё превратилась, которому запрещено слово «хреново» произносить. Хреново. Хреново. Хреново. Что хочу, то и говорю. Ясно?

— Всё, высказалась? Полегчало?!

— Полегчает мне после того, как слово дашь, что ситуация на террасе никогда не повторится.

— А ещё извинюсь, да? — добавил Дамир.

— Да подавись ты своими извинениями. Обойдусь. Всё равно же будут неискренними. Просто пообещай!

— Нет.

Бред какой-то. Ну начудил Фролов по пьяной лавочке. Бывает. Ну сидит теперь, корчит в целях самозащиты, как будто ничего особо криминального не натворил.

Обещание-то почему дать отказывается?

— Хорошо, — кивнув, глухо произнесла я, развернулась и отправилась обратно к себе в спальню.

— Далеко ли? Нам выходить через пятнадцать минут.

— Это тебе через пятнадцать минут выходить, — не останавливаясь, крикнула я. — А у меня в планах переезд, увольнение и поиски новой работы.

От кухни на приличное расстояние уже отошла, но всё равно до ушей донеслось, как звонко Фролов ударил кружкой с кофе по блюдцу, как истошно скрипнули ножки стула по полу, когда он с него встал, и следом, разумеется, послышались быстрые шаги.

— Ольга, неужели думаешь, что я позволю тебе съехать? — прилетело в спину, когда переступала порог спальни.

— Думаю, да, — заявив, скрылась я в гардеробной, а вышла оттуда уже с чемоданом. — Мне же не десять лет. Меня уже нельзя заставить что-то делать или не делать против воли, — под взбешённым взглядом Дамира бросила чемодан на кровать и откинула верх. — Захочу и немедленно уеду. Как ты меня остановишь, к батарее наручниками прикуёшь? — усмехнулась я, но, зная Фролова, на всякий случай сразу предупредила. — Если что - не советую, и глазом не моргну, сдам ментам.

— Есть и более действенные методы тебя остановить, — сквозь зубы прорычал Фролов.

— А-а-а, да, точно, — с ехидной интонацией пропела я. — Сейчас угрозы пойдут. Машину отберёшь? Перестанешь давать деньги? Ну и самый главный козырь - отзовёшь оплату за дом, и каникулы Ба в Праге закончились. Валяй. Делай. Как-нибудь уж переживём. Не помрём, да и ладно, — с надрывом выплюнула и наверняка от напряжения покраснела. Плевать, мне тут не перед кем красоваться.

Да и не одна я здесь побагровела. Судя по цвету лица, у Дамира из-за злости скакануло давление, и даже, если мне не кажется, сосуд лопнул в правом глазу. Что не удивительно, ведь на Его Всемогущество и Вседозволенность посмела тявкать какая-то шмакодявка.

Всё, мне хана…. Даже страшно представить, что сейчас начнётся. Надеюсь, когда Фролов со мной закончит, моё тело будет возможно опознать.

Кстати, а с какой такой радости я до сих пор жива?!

Глянув на мужчину, пришла в замешательство. Вместо того, чтобы рвать и метать, он, склонив голову, глубоко и часто дышал. Складывается впечатление, что старается успокоиться. Но ведь такого не может быть! Зачем?

Чёрт! Ему и правда плохо. Всё-таки тридцать пять – это не восемнадцать, в придачу постоянный стресс на работе, да плюс вчера пил. О-ё-ёй, доводить Дамира до больничной палаты никак не хотела.

От одной мысли, что Фролова может не стать, сердце сжалось до размера горошины, а в душу закрались холод и пустота. Нет, он обязательно должен быть, кто же мне будет жизнь портить, нравоучения часами читать, да я просто и не смогу без него.... Вот же я коза, закатила скандал из-за поцелуя, который, между прочим, мне понравился до одурения.

— Где болит? — подскочив, понятия не имею для чего, Дамир же не ранен, но начала ощупывать его плечи и грудь. — Сердце? Давление? Что?!

Глава 45

Фролов таращится на меня как на умалишённую. Я что, дала маху и с безумным видом прыгала тут перед ним без повода?

Как от раскалённой конфорки, резко одёрнула от него руки и, отступив на шаг назад, уточнила на всякий случай:

— Ты хорошо себя чувствуешь?

Мужчина, удивлённо выгнув бровь, теперь смотрит вопросительно. Он что, действительно не понимает, почему я его о здоровье спросила?

— Ты покраснел, согнулся, дышал странно. Решила, вдруг инсульт или инфаркт. Хотела уже звонить в «Скорую».

Ещё от переживаний чуть сама дубу не дала, но если ты здоровый, то знать тебе об этом совсем не обязательно.

Дамир натурально завис. Ну просто взял и погрузился в собственные размышления. Ему что, именно сейчас приспичило о смысле жизни подумать? Может, пальцами перед его носом пощёлкать, напомнить, что я всё ещё здесь?

Резко тряхнув головой, Фролов самостоятельно отмер и наконец-то соизволил ответить:

— У меня нет проблем с самочувствием, у меня проблемы с самоконтролем. Ты выговорилась, а теперь слушай. Продолжишь собирать чемодан, и твоё предложение с наручниками и батареей превратится в реальность. Да, возможно, вчера перегнул палку и что подобное не повторится ­обещать не стану. Но это совсем не означает, что наплевал на твою претензию или не принял её к сведенью. Останешься, продолжишь работать в фирме и с высокой долей вероятности, об этом не пожалеешь, но если продолжишь настаивать на переезде и увольнении, в этом случае гарантирую - после ты эти решения возненавидишь.

Дамир

Ольга настолько возмущена, что даже не может выразить протест словами. Она как рыба, выброшенная на берег, хватает ртом воздух, но при этом ни звука не издаёт. Представляю, какой сволочью я сейчас в её глазах выгляжу. И что самое интересное, я полностью с ней согласен.

­— Если мне хотя бы покажется, — тыча мне в лицо острым ноготком, зашипела Оля, — что у тебя появилась мысль повторить вчерашний трюк на террасе, Дамир, я клянусь, тут же раз и навсегда вычеркну тебя из жизни, и меня уже ни одна угроза не остановит. И если после мы когда-нибудь и встретимся, то произойдёт это в суде или в полиции. Надеюсь, предельно ясно выразилась, ты всё понял?!

— Понял, — не без облегчения подтвердил я. — Предлагаю забыть о случившемся, работать и делить крышу как раньше.

— Как раньше ­— точно уже не будет. Ты всё испортил, — заявив это, Оля стянула с кресла сумочку и направилась к выходу.

— Надеюсь, что не испортил, а просто поторопился, — одними губами прошептал я сам для себя, когда девушка уже вышла из спальни.

— Дамир, долго тебя ждать? Пошевеливайся. Я не собираюсь из-за тебя на работу опаздывать.

Что по дороге, что в самом офисе отношение Ольги ко мне не теплело, она вела себя со мной, как с чужим человеком, причём не очень ей приятным. Зрительный контакт дольше нескольких секунд не поддерживала, если и разговаривала, то лишь по необходимости, когда я её о чём-нибудь спрашивал, да и то старалась отвечать лаконично и тут же находила предлог уйти.

За прошедшую неделю мы с Ольгой сблизились, причём я намеренно не старался быть лучше, чем есть, потому как считаю, что показывать человеку лишь положительное, утаивая недостатки, это лицемерие, приравненное к обману. И тем не менее она не сразу, конечно, а через несколько дней, но уже от меня не шарахалась, не делала вид, что ложится спать в десять, лишь бы вечернее время со мной не проводить.

У нас даже появились свои ритуалы. В тёплую солнечную погоду после ужина мы гуляли по парку, в дождь бесцельно катались по городу, а когда никуда не хотелось, просто включали фильм и вместе смотрели. Сегодня же, так понимаю, вечер в одиночестве мне гарантирован. Да и не только сегодняшний. Теперь, чтобы Оля вновь к себе подпустила, придётся вывернуться наизнанку.

Причём мне известно, как коротким путём вернуть её расположение ­ — за откровенным разговором раскрыть перед ней все свои карты, но воспользуюсь им лишь в самом крайнем случае, когда уже вообще не останется других вариантов.

Узнает, что имеет надо мной безграничную власть, что все мои угрозы — это чистой воды блеф, что откажись она тогда ко мне переезжать или вернись вчера в квартиру Софьи Дмитриевны — никакой ответной реакции с моей стороны не последовало бы, раз и навсегда потеряю над Ольгой контроль.

Понятия не имею, где находится та черта, когда Оля из подопечной превратилась в смысл всей жизни и стала той женщиной, без которой нет причины дышать. Если Ольга когда-нибудь попросит назвать дату, скажу, что это был её восемнадцатый день рождения, но, боюсь, и в этом даже самому себе стыдно признаться, произошло это многим раньше. Единственное, что меня оправдывает, если не учитывать несколько последних недель, я к ней даже в мыслях и пальцем не прикасался.

Ощутив резкую потребность почувствовать близость Ольги, посмотреть на неё, вдохнуть запах, звоню ей, чтобы попросить принести мне в кабинет чашку кофе, только девушка трубку не берёт.

Какого чёрта она опять вышла. Сколько можно повторять, что по всем вопросам сотрудники должны сами к ней ходить, а не наоборот?

Набрав номер мобильного девушки, слышу за стеной музыку, то есть она ещё и телефон с собой не взяла. Минуя приёмную, выхожу в коридор и тут же натыкаюсь взглядом на Ольгу. Не факт, конечно, но судя по направлению, она идёт из туалета, то есть указание моё не нарушила, запрет же не касается посещения дамской комнаты.

Выдохнув через нос, только собрался вернуться к себе, как из своего кабинета выплыл Максим. Тут два варианта: либо ему сказочно везёт выходить в коридор, когда Оля мимо идёт, либо сволочь специально караулит, но за подобной ситуацией наблюдаю третий раз.

Глава 46

Максим стоит ко мне спиной, девушка высоко взгляд не поднимала, плюс от приёмной, возле которой нахожусь, до офиса Тихонова приличное расстояние, поэтому эти двое вряд ли догадываются, что у их встречи имеется зритель.

Ольга ускоряет шаг и, меняя траекторию, прижимается к противоположной стене от Максима. То есть наглядно показывает, что не горит желанием с ним общаться. Макса, разумеется, это ничуть не смущает. Рожу его не вижу, но представляю, как он сейчас довольно лыбиться. Девушка, практически поравнявшись с Тихоновым, отрицательно качает головой, из чего вытекает, что он ей что-то предложил, а она отказалась. Ольга получает амнистию за правильное поведение, Тихонов же допросился….

— Никуда не отлучайся, — и в мыслях не было на Ольгу рычать, но Макс, сука, взбесил. — Вернусь через десять минут, будешь нужна.

— Как скажете, Дамир Олегович, — проскальзывая в дверной проём, подчёркнуто официально цедит она в ответ, и желание выдрать кадык Тихонову усугубляется в несколько раз.

Случалось, конечно, обходился и без прелюдии, но, как правило, не отказываю себе в удовольствии перед мордобоем ещё и психологически пресануть. Да и человек, зная, в чём конкретно не прав, куда эффективней усваивает вдалбливаемую мысль. Но зайдя в кабинет к Тихонову, увидев его физиономию, представив, с какой целью он караулит мою Олю, о чём, глядя на неё, фантазирует, накатанная схема дала сбой. Какие к херам разговоры? Эта сука на моё зарится!

— Перезвоню, — с интересом наблюдая за тем, как к нему приближаюсь, Макс обрывает телефонный разговор и, поднявшись с кресла, тянет мне ладонь для рукопожатия. — А я как раз к тебе собирался, «Градтек» отказываются с нами по отдельному прайс-листу работать, предлагаю….

Голова Тихонова резко дёргается от удара, одновременно с этим раздаётся хруст. Дезориентированный Макс, шатаясь из стороны в сторону, пятится назад, натыкается на кресло, опрокидывает его набок и следом сам оседает на пол.

— Твою же... — обхватив затылок ладонями и корчась от боли, несвязно пробормотал Тихонов и выплюнул изо рта кровь вместе с зубом. — Лучше бы ты мне челюсть сломал, нахрена было зуб выбивать?

— Ничего, вставишь, — прорычал я и уточнил. — Ты понял за что?

— Понял, — усмехнулся Максим и, подняв на меня взгляд, заявил: — Только на результат не особо рассчитывай. Она для меня не прихоть, не отступлюсь.

— Макс, ты сорокалетний трижды разведённый и в данный момент женатый мужик. Если нет совести, включай инстинкт самосохранения. Больше предупреждений не будет. Не отстанешь от Ольги, и твоя нынешняя жена станет вдовой.

— Надо бы рот продезинфицировать, — резко сменив тему, не без усилий, но Макс поднялся на ноги, прихрамывая, доковылял до шкафа и, вынув оттуда бутылку, обернулся на меня и спросил. — Ты будешь?

— Давай, — согласился я.

— Похоже, на сегодня мой рабочий день завершён, — опрокинув в себя пятую порцию коньяка и занюхав её воротом собственной рубашки, неразборчиво из-за опухшей щеки пропел Макс. — Начальство же не против?

— Не против, вали домой, пьяная морда. И завтра чтобы контракт с нужными ценами мне в зубах принёс, иначе…. Макс, да выключи ты уже звук на телефоне или наконец прими вызов, — раздражённо рявкнул я.

— Неа, это Лерка трезвонит. Что, кстати, странно. Как сказал ей о разводе, надула губы и со мной не разговаривала, — взяв в руки телефон, Тихонов прищурился. — О-о-о, сообщение от неё пришло. Муть какая-то… Дамир, ты, случаем, не знаешь, что это такое?

— Знаю, — глянув на экран, широко улыбнулся я. — Это фото УЗИ плода, и, судя по тому, что прислала тебе его жена, ты скоро станешь отцом.

На глазах протрезвевший Макс ошарашенно уставился на меня и, крепко выругавшись, с недоумением произнёс:

— Как Лерка умудрилась забеременеть? Она же на таблетках!

Судя по тону, будущий папаша не в восторге от своего нового статуса.

— Ты таблетки жене сам покупал? Контролировал, принимает ли она их?

— Делать, что ли, мне больше нечего? Нет, конечно.

— Ну вот тебе и ответ. Лера их попросту не пила, поэтому и забеременела.

— Слушай, Дамир, а вдруг Лерка не беременная? Скачала фото из интернета и мне прислала, ну чтобы я с ней не разводился. Может же такое быть, а?

И вот этот дебил занимает у меня кресло финансового директора?

— Макс, ты несёшь бред, похоже, голову тебе стряхнул. Давай ещё раз щёлкну, чтобы мозг на место встал, — занёс кулак, чтобы Тихонову ударить по темени, но он, подскочив на ноги, увернулся.

— Почему бред-то?

— Потому что ты не герой мыльной оперы. У Леры два высших образования. Своё прибыльное дело. Отец, в конце концов, генерал. Ей двадцать пять, она красавица, я вообще удивляюсь, как ты уломал её пойти за тебя замуж. Забыл как кипятком брызгал, когда вы с ней познакомились? Что ты тогда говорил? «Она та самая, больше ни на кого не посмотрю». А сейчас что? Лера, оказывается, решила тебя ребёнком к себе привязать. В себя уже приходи. Оттого, насколько правильно себя поведёшь, зависит, увидишь ли ты, как растёт твой сын или дочь, либо же станешь субботним папашей без особого права голоса. Как другу советую, идёшь домой и падаешь жене в ноги. На счёт развода скажешь, чёрт попутал. Кризис среднего возраста, должность нервная и всё в этом духе.

— Тебе легко рассуждать, — гаркнул Тихонов. — Советы он тут раздаёт. А мои планы? Никого бля… не волнует, чего я хочу. Лерка, зараза, меня просто перед фактом поставила, а ты и рад. Ольга и без беременной жены близко к себе не подпускала, а теперь….

Макс огляделся вокруг и, не найдя ничего более подходящего, на чём можно было бы выместить злость, пнул и так опрокинутое вверх колёсиками кресло.

— Всё, Макс, завязывай, поплакал и хватит. Трезвей и бегом мириться с женой, — ударил я Тихонова по плечу и собрался на выход.

— Дамир, так, для сведенья. С кем конкретно не скажу, сам вычисляй, но имей в виду, Ольга с одним сотрудником фирмы сдружилась. Ну ты понимаешь к чему у них дело идёт. И, на мой взгляд, у парня куда больше шансов, чем у тебя. Он с Ольгой на одной волне, и, в отличие от некоторых, легко впишется в её круг общения.

— Думаешь, для неё это важно? — замерев возле двери, поинтересовался я.

— А то… ещё как.

Глава 47

Ольга

Вместо обещанных десяти минут, Фролов отсутствовал почти час, а когда вернулся, не успев зайти в приёмную, заявил:

— Ольга, если есть что-то срочное, быстро заканчивай. У нас вечером рейс, надо успеть заехать домой и собрать вещи на три дня.

— Командировка? — предположила я, и Фролов, стремительно приближаясь к своему кабинету, на ходу кивнул. — И что, моё присутствие обязательно?

— Нет, но одну я тебя на трое суток оставить не рискну.

— А что такого? Мне же не пять лет, — возмутилась я. — Незачем всю дорогу держать за руку. Я не поеду, и так ничего не успеваю. Только завтра в двух отделах вместе с айтишниками веду семинар, людей специально из отпусков вызывали, чтобы послушали, послезавтра….

— Ладно, — как-то подозрительно быстро сдался Дамир, — но чтобы двадцать четыре часа в сутки оставалась на связи. После работы сразу домой и вечером не вздумай куда-либо выходить. Если уж сильно станет скучно, разрешаю пригласить друзей, но без ночёвки и алкоголя.

До конца не верила, что Фролов улетит в командировку без меня, всё ждала, что он в последний момент предъявит железобетонный аргумент, и мне непременно понадобится отправиться с ним. Но Дамир уже в самолёте, а я с акулятами в квартире одна.

Если на работе порой даже до туалета добежать некогда, то дома, с возвращением домработницы, вообще делать нечего, вокруг идеальная чистота, ужин приготовлен, всё постирано, отглажено и разложено по местам. Со скукой боролась, обзванивая друзей и умирая от зависти, слушая, как они по полной программе отрываются на летних каникулах. В прошлые выходные всей бандой забурились к Олегу на дачу, так веселились, что пришлось вызывать пожарных для тушения бани. Позавчера ходили в новый только что открывшийся клуб, причём бесплатно, двоюродная сестра Натки им где-то Vip-пригласительные раздобыла. Сегодня же весь день подрумянивали свои тушки в аквакомплексе под открытым небом и купались в бассейне.

Бли-и-ин, как же им хорошо! Как же обидно, что все удовольствия проходят мимо меня.

Дабы не нажить себе лишних проблем, пока не узнала, как развлекаются все наши, предложение Дамира — пригласить в гости друзей, даже не рассматривала. Но ведь Фролов сам мне это предложил, я же не просила. Рассудила так - если поставить алкоголь под строжайший запрет, наша компашка не должна разрушить квартиру Фролова до основания. Главное - кабинет на ключ запереть, чтобы ни чьи ручонки до акулят не дотянулись, а остальное вредительство я после либо отмою, либо отремонтирую.

На следующий день, уже в обед, связалась со службой доставки и заказала угощения для гостей. Дамир до этого времени успел позвонить несколько раз, но я даже словом не обмолвилась о намеченной вечеринке, постфактум поставлю в известность, скажу ­- получилось спонтанно, поэтому заранее и не предупредила о сабантуе.

Когда в восемь вечера в квартиру Фролова вместо шести человек ввалилось целых одиннадцать — забеспокоилась, но то были цветочки, а ягодками стало то, что Олег, проигнорировав мою просьбу об алкоголе, прихватил с собой несколько упаковок пива.

Первые два часа вечеринки сама себе напоминала занудную бабушку, только и занималась тем, что призывала всех к порядку, делала музыку тише и выгоняла с горизонтальных поверхностей парочки. После же, поняв, что все мои усилия бесполезны, махнув рукой на шум и любвеобильность друзей, отпустила ситуацию, пусть себе плывёт по течению. Ничего не горит, ничего не затопляется, рыбки невредимы и надёжно укрыты под замком, а с остальными последствиями, как и планировала, завтра с утра разберусь.

— Оля, слушай, я что-то никак не пойму, ты какого ныла из-за переезда? — развалившись в кресле, а ноги закинув на соседнее, Ната демонстративно обвела взглядом террасу. — Тут же полный фарш. У тебя здесь огромная спальня со своей ванной, гардеробная, забитая новыми шмотками, тачка с личным парковочным местом под попой. Подруга, а ты, случаем, не зажралась?

— Нет, — уверенно ответила я. — Тебе просто лишь одна сторона у медали видна, а на обороте, – тотальный контроль и запреты. Мне без разрешения даже в аптеку за анальгином нельзя сходить, и машина вроде бы как есть, но куда хочется на ней не поедешь. Вы позавчера у Олежки на даче шашлыки жарили и загорали, а я в офисе десять часов отпахала. И так каждый день, вы на каникулах отдыхаете, а я работаю.

— То есть ты считаешь, нам везёт, а тебе нет? — как-то с обидой, и, я бы даже сказала, со злостью выплюнула Наташа.

— А разве нет?

— Про всех не знаю, но лично мне всё это веселье уже поперёк горла. Прикольно куда-нибудь выбираться раз в неделю, но каждый день – перебор. И если бы у меня встал выбор - работа или каникулы, не задумываясь, вышла бы на работу. Только никуда не берут, резюме отсылаю, но ещё даже ни на одно собеседование не сходила. Никому не нужен сотрудник без опыта и на два месяца. А у Олега на даче была жесть. На одной кровати спали по трое, постель влажная и, если честно, вонючая, мошкара искусала, юбку теперь не надеть. Олег опять до чертей накидался, чуть баню не сжёг, от соседей много «приятного» выслушали, это ещё хорошо люди попались интеллигентные, другие бы – побили и правильно сделали. Так что, Оля, по моему мнению тебе сказочно повезло.

Девушка тяжко выдохнула и залпом допила пиво в бокале.

Слова подруги заставили меня посмотреть на ситуацию другими глазами, а ведь я действительно не такая уж и обделённая, каковой считала себя. На самом деле, что я пропускаю в офисе? Да ровным счётом ничего полезного или важного. Что я, в клубы никогда не ходила или не купалась в бассейне? Зато за несколько недель работы в приёмной узнала куда больше, чем за год учёбы в институте, уверена, мне опыт личного помощника директора в будущем ох как пригодится.

— Ната, ничего обещать не могу, но хочешь, с Дамиром поговорю, чтобы он тебя на лето в свою фирму взял?

— А-а-а, — завизжала подружка и, раскинув руки и перебравшись ко мне на диван, начала обнимать и целовать. — Спасибо, спасибо, спасибо….

— Да ещё не за что, Фролов же может и отказать, — едва выговаривая слова из-за тисков, напомнила я и об отрицательном варианте.

— Ну и что, спасибо за то, что предложила, ты реально лучшая. Кстати, как тебе новая девушка Олега?

— Лада? Не знаю, не решила ещё. Ну красотка - спору нет. А что?

— Имей в виду, она ещё та сучка….

— Тшш, — шикнула я и, отстранившись от Наты, стрельнула глазами в сторону двери террасы, без слов говоря, что эта самая Лада только что вошла.

Через пять минут общения с новой подружкой Олега, я уже полностью разделяла мнение Наташи о ней. Сучка – лучше определения и не подберёшь. Ей наш Олег вообще по боку, как найдёт более выгодный вариант, и глазом не моргнёт, его бросит. И, судя по всему, Лада кое-кого уже себе приметила. Как поняла, она сначала у Олега выспросила, как зовут хозяина квартиры, после погуглила и то, что она нашла в интернете, ей, видно, сильно приглянулось. И присела она к нам с Наткой не просто так, а со мной сдружиться и о Дамире больше узнать. Только фиг ей без масла, а не Дамир. Наше с ней общение этим вечером и ограничится, и никогда она с Дамиром в жизни не встретится, и не из-за того, что я ревную, а потому что…. да просто потому что не встретится и всё тут.

— Оля, ты бы вышла, — Мишка одной головой заглянул на террасу. — Там в дверь звонят. Мы спросили - кто. Мужик сказал, что хозяин.

Глава 48

Стоило представить лицо Фролова, и что он скажет, как только наткнётся на первую банку пива, сердце учащённо забилось и бросило в жар.

— Если это Дамир – крышка котёнку, не гадить ему больше в папины тапки, — с обречённостью смертника, кладущего шею на плаху, выдала я, но тут вдалеке и совсем слабо забрезжила пусть и призрачная, но надежда. А что, если ребята просто решили надо мной приколоться? — Миш, скажи, что пошутил?

Парень, сочувственно выдохнув, отрицательно мотнул головой.

— Оля, я же не придурок, чтобы так жёстко шутить.

Ей богу, лучше бы ты им был.

— Я не поняла, а мы тут что, нелегально? — с явной претензией поинтересовалась Лада и, подперев бока кулаками, возмущённо уставилась на меня.

— Мы - легально, пиво – нет, — отозвалась я, сомневаясь, правду ли ответила. Дамир друзей пригласить разрешил, но он наверняка имел в виду двух-трёх человек, а не толпу из одиннадцати.

— Оль, чего мы стоим? Давай оббежим всю квартиру и пиво попрячем, — сгребая в охапку со столика две банки, предложила Наташа, и её идея сработала бы, если бы за дверью стоял не Фролов, а кто-то другой.

— От Дамира бесполезно прятать, всё равно найдёт, а за сокрытие улик после ещё отдельно спросит. Ну всё, пошла я сдаваться, — стоило мне заявить, как Натка вцепилась в руку.

— Оля, можно я у тебя в комнате спрячусь?

— Тоже мне, подруга, — фыркнула Лада и уверенно шагнула ко мне. — А я тебя поддержу, вместе откроем.

— Нет, — резко отрезала я. — Обе здесь сидите.

Помимо того, что девчонок попросила оставаться на террасе, я ещё туда отправила и всех остальных, потому как это единственное место, откуда друзья не услышат, как Дамир морально меня перемалывает в труху.

Короткие шорты, больше смахивающие на трусы, и топ без бюстгальтера – это не тот вид, в котором стоит появляться перед Дамиром, особенно в сложившейся ситуации, поэтому мигом забежала к себе и накинула халат. Опекун и так долго ждал, пока ему откроют, так что простоит он на тридцать секунд больше или меньше – разницы нет.

Прижавшись ладонями к двери и поднявшись на цыпочки, посмотрела в глазок. Чуда, разумеется, не произошло, на меня в упор смотрел опекун.

Дамир не выглядел злым и взбешённым, но это ровным счётом ничего не означает, я его как облупленного уже изучила, у него на лице порой тишь да гладь, а в душе ураганы бушуют.

Если бы знала молитву, прочла бы, а так просто перекрестилась.

— Привет, а я тебя только завтра ждала.

Это точно мой голос только что прозвучал или котёнок под лавкой жалобно плакал?

— Я и сам думал, вернусь завтра, но вопрос быстро решился, — пришлось попятиться, чтобы Фролова впустить. — Ты как тут без меня, всё хорошо?

— У меня гости.

— Да, я уже догадался, когда молодой человек спросил: «Кто там?»

Что-то я не пойму, Дамир действительно улыбается или отрепетировал новую форму оскала?

— Без меня, одиннадцать человек, — сообщила я.

— Отлично, значит вам нескучно, — непринуждённо заметил мужчина и, сняв обувь, шутливо щёлкнул меня двумя пальцами по носу. — Оля, расслабься. Я же сам тебе посоветовал друзей пригласить и не собираюсь ругать.

Ага, это потому что ты ещё не учуял запах алкоголя.

— Мы пиво купили, немного, но всё же…. — призналась и виновато потупила взгляд в пол.

— Ты пила?

Здравствуй, рычание и недовольная интонация. Эх, а всё же так хорошо начиналось.

— Нет, — ответила я и не солгала.

— Ну и умница.

А-а?

Уставилась на Фролова и пытаюсь понять, в чём подвох, с чего это он вдруг резко добреньким стал?

—То есть и сейчас всё в порядке? — мужчина кивнул, и я напомнила. — Но ты же ставил условие - без алкоголя.

— Ольга, это условие касалось только тебя. Ты явно трезвая, так что проблем нет.

А вот мне кажется, что я в зю-зю наклюкалась, и ко мне в голову запрыгнула весёлая горячая белка, потому как то, что сейчас происходит, иначе, чем глюками, не объяснишь.

— В любом случае мы уже собирались расходиться, так что….

— Если на самом деле собирались, то пожалуйста, но если из-за меня - тогда не стоит. Вы мне никак не помешаете. Я к себе, хочу с дороги принять душ. Кстати, тебе бы переодеться, принимать гостей в халате – невежливо, — заявил Дамир и ушёл к себе в спальню.

Всё-таки есть у Фролова какая-то сверх способность к внушению, он велел мне переодеться, и я как под гипнозом направилась в спальню, а ведь куда было бы правильней и логичней пойти на террасу и успокоить друзей. Сказать им, что вечеринка продолжается, только вести себя нужно скромней и чуть тише.

Забредя к себе, я не торопилась от слова совсем. Сначала без движения посидела на кровати, размышляя о странной реакции опекуна на алкоголь. Нутром чуяла неладное, но где конкретно зарыта собака – никак не понимала. После долго разглядывала вещи в гардеробной, решая, что надеть. В итоге из спальни вырулила в джинсах и футболке, когда пролетело добрых двадцать минут.

Из гостиной громыхнул дружный хохот целой толпы, и я остолбенела. И не из-за того, что ребята перекочевали с террасы, а потому что среди множества голосов распознала смех Дамира. То есть он сейчас сидит в кругу моих друзей и вместе с ними ржёт?

И это тот самый Фролов, что практически не смеётся, что не переваривает шумные посиделки, да и в принципе как вид в целом недолюбливает людей? Всё, мой мир уже никогда не станет прежним.

— О-о-о, а ты где была? — воскликнула Натка, что только что вышла из гостевого туалета.

— В спальне, переодевалась.

— М-м-м, понятно. А Дамир заказал целую кучу пицц и огромный набор ролл, между прочим, со срочной доставкой. Так что скоро уже привезут, — девушка приблизилась и ткнула мне в плечо пальцем. — И так, к сведению, он классный, а не гадкое гэ, как ты его постоянно описывала. Пошли, врушка, — подруга кивнула в сторону гостиной, — Мы в новую прикольную игру режемся.

— Да-да, сейчас подойду, — пообещала я, но с места не сдвинулась.

Блин, у меня стойкое чувство, что очутилась в альтернативной реальности, где опекун не тиран и зануда, а прямо-таки весельчак и рубаха-парень.

Кое-как заставила себя идти дальше, но напротив кухни вновь замерла, потому как Миша явно с какой-то целью обыскивал шкаф за шкафом.

— Ты что-то потерял? — поинтересовалась я.

— Да, бокалы для коньяка, в гостиной их всего два, надо ещё три.

— Второй верхний шкаф от окна, — выпалила я, но тут же запротестовала. — На кой чёрт они тебе понадобились?

— Представляешь, Дамир решил нас угостить коньяком тридцатилетней выдержки. Очуметь, когда его разливали, я ещё не родился. Наверняка стоит как чуток подержанная тачка. Кстати, ты будешь, на тебя бокал брать?

— Нет, лучше я воздержусь, у меня и так мозги набекрень.

— Ну как хочешь, — парень, сцапав бокалы, помчался в гостиную, но прежде чем выйти из кухни заявил. — Оля, а ты чего на Дамира всю дорогу бочку катила, он же прикольный чувак?

— Миш, не беси, иди куда шёл.

Глава 49

Словно вхожу на территорию минного поля. С опаской шагнула из коридора в гостиную и обвела взглядом обстановку со всеми присутствующими.

Разумеется, заметила и что диваны передвинуты с прежних мест ближе к центру комнаты, и что туда же перемещён стол, и что друзья держат в руках карты, и что их лица выражают азарт от игры, но это всё для меня в данный момент неважные мелочи, потому как рядом с Дамиром сидит Лада. И эта корова строит опекуну глазки.

Даже когда Фролов, шантажируя, заставил переехать к нему, и то мне так сильно не хотелось его прибить, как сейчас Ладу. Да я даже и не знала, что могу испытывать настолько свирепую злость. У меня натурально в висках стучит и голова кружится от желания убивать.

Раньше всегда считала, что состояние аффекта – это не более чем хитрый трюк адвокатов, добивающихся для своих клиентов более мягкого приговора. Сейчас же, когда на своей шкуре прочувствовала, что себя действительно из-за ситуации или чужого неправильного поведения можно не контролировать, мнение изменила.

Нет, я не схвачу нож и не брошусь с ним на Ладу или Дамира, но я очень и очень к этому близка.

Да что же со мной такое?

Мне вообще должно быть фиолетово, что Лада заглядывает к Фролову в глаза и смотрит на него, как бездомная голодная собачонка на человека с сумкой, под завязку набитой сосисками и колбасой. Какая мне разница, что она оттянула свой топ вниз, чтобы во всей красе третий размер рекламировать?

— Опять мой ход, — изображая удивление, возмущается Лада. — Но мне же нечем ходить.

—Тогда бери карту, — подсказывает ей Михаил.

— Ага, там же взрывная лежит, нет уж, я проиграть не хочу. Дамир, помоги, чем мне сходить?

Лада чуть ли не пересаживается на колени к Фролову, чтобы показать ему свой веер из карт. Гадина тупоголовая, а как насчёт того, чтобы прежде чем садиться играть, правила прочитать?

Дамир вытягивает у девушки карту и бросает её в центр стола, и после у меня окончательно от ярости темнеет в глазах, потому как эта дрянь благодарит его за подсказку, целуя в щёку.

Дамир, что, казалось, был полностью поглощён ходом игры и новой длинноногой знакомой, неожиданно взял и на меня в упор посмотрел. Понятия не имею почему, но меня как будто с поличным на преступлении подловили. Возникло ощущение, словно я не в многолюдной комнате за Фроловым с Ладой наблюдала, а на цыпочках подкралась к спальне и украдкой подглядывала за ними через замочную скважину.

— А меня возьмёте играть? — воскликнула я, лишь бы ну хоть что-то сказать.

— Жди очереди, участвуют максимум шесть игроков, — пояснил Олег и, пододвигаясь ближе к Мишке, беззвучно предложил присесть рядом.

Как только заняла место за общим столом, опекун вытянул карту, означающую, что он проиграл. Все как один загудели: «Подорвался, подорвался!»

— Оля, хочешь взять мои карты? — предложила мне Лада, резко охладев к игре.

И почему это, интересно?

— Нет уж, не надо.

Чёрт, ну зачем я скривилась и фыркнула? У меня же нет веской причины недолюбливать Ладу. Если бы Ба меня сейчас видела, разочаровалась. Она-то у меня умница и мастер пускать пыль в глаза. Если у неё на карте ноль, вышагивает по магазину, словно у неё сегодня на покупки выделен миллион.

— Я возьму, — карты девушки сцапал Олег и этим самым ситуацию немного, но сгладил.

Половина товарищей режется в карты, другая часть коньяк дегустирует, всем весело и комфортно, а я от злости готова грызть стол. Лада, не обременённая игрой, полностью сконцентрировалась на Фролове, прижалась к нему как к грелке в сорокоградусной мороз, хрен отдерёшь, и что-то на ухо шепчет.

Дамир, выслушав девушку, кивнул, они оба встали и уединились на террасе.

Твою же налево, это вообще что? Почему так хреново. Чувствую себя так, словно бетонная плита в несколько тон упала на меня с высоты ста метров и размазала в лепёшку. Дышу часто и глубоко, но воздуха всё равно катастрофически не хватает, такое ощущение, что мне в душу не только плюнули, но и нагадили, да так, что за век не убрать. Если ещё недавно мечтала Ладу прибить, то теперь самой отчего-то не особо жить хочется.

Каким-то лишь чудом сообразила, что если немедленно не уберусь из гостиной, случится великий позор. А именно - без видимого повода разревусь и впаду в истерику перед друзьями. Сглотнув ком, практически ничего не видя перед собой, но старательно делая вид, что всё хорошо, сползла с дивана и чуть ли не наощупь добралась до своей спальни. Там-то я и расслабилась, осела на пол и, низко склонив голову, горько разревелась.

— Нельзя, я не одета, — отреагировав на стук в дверь, рявкнула я.

Неужели не понятно, если человек ушёл, значит, ему необходимо побыть одному?!

— Да это я, не кипишуй, — прошептала Наташа, что вопреки запрету всё же вошла. — У-у-у, а крокодильи слёзы у нас по какому поводу?

— Ната, если ты мне подруга, то сделаешь вид, что ничего не было, закроешь дверь с той стороны и уйдёшь, — не поднимая глаз на девушку, прошипела я.

— Ага, хреновая подруга так бы и поступила, а я не такая, ты меня хоть выталкивай - не уйду.

Глава 50

Помимо того, что Наташа наотрез отказалась уйти, она ещё присела рядом и крепко обняла. От участия подруги на душе потеплело, но и почему-то себя стало жальче. Как следствие - прижавшись к девушке, разрыдалась в два раза сильней.

— И правильно, поплакать порой полезно, негатив через слёзы выплёскивается на ура, — приговаривала подруга, поглаживая меня по спине и покачивая, словно убаюкивает ребёнка. — Оля, а ещё, когда выговоришься, легчает.

Не отрывая от груди девушки мокрого носа, мотнула головой.

— Ну тогда я за тебя сама всё скажу, а ты, если что, поправишь, — выдохнула Ната и начала. — Влюбилась ты в Дамира как кошка. И теперь….

— Не правда, — резко отстранившись от девушки, запротестовала я. — Не совсем же я кукареку.

Натка, закатив глаза, беззлобно надо мной посмеялась.

— Влюбилась-влюбилась и даже не спорь, против доказательств не попрёшь,— подруга за край низа оттянула от себя серую майку и многозначительно посмотрела на огромное пятно из слёз, что я наплакала. — И ничего в этом криминального или стыдного нет. Вы не родственники. Оба взрослые. Он, конечно, чуток старше тебя, но зато такой… такой. Блин, да он охренительно обалденный. И ревнуешь ты его мощно, но то, что удрала с поля сражения – это ошибка.

— Ага, ещё скажи, что мне эту Ладу при всех надо было за космы оттаскать, — шмыгнула я обиженно носом.

— Ещё чего, много чести. Надо было мне сказать, я бы мигом дрянь нейтрализовала.

— Как?!

— Придумала бы как.

— Ну так думай, как этих двоих выкурить с террасы. Как представлю, чем они там занимаются, аж дурно становится.

— Да без проблем. Только мне нужна мотивация. Признайся вслух, что по Дамиру сходишь с ума и ревнуешь его до потери сознания. И так, в виде бонуса, спрашиваю из любопытства, давно у тебя к нему… ну, всё началось?

— А что, без признаний-то никак? — пропищала я.

— Неа, — девушка широко улыбнулась и напомнила: — Оля, давай бегом. Тик-так. Время идёт. Лада там к твоему мужчине свои поганые ручонки тянет.

Вдохнула, выдохнула и, настроившись, выпалила:

— Ну, да, наверное, люблю. Когда это началось - понятия не имею, может, неделю назад, а может, и когда у меня груди ещё не было. Не знаю! Довольна?

— Довольна.

— Тогда топай. Тик-так, — передразнила я девушку.

— А уже не требуется. Если бы ты в спальню не убежала, то сама бы увидела, как Лада с террасы ровно через минуту вся расстроенная выползла и, поджав облезлый хвост, вообще домой укатила. Отшил её твой прЫнц.

Воображение у меня и само по себе бурное, а тут ещё Натка, сообщая новость, активно рожицы строила и самые сочные моменты интонацией выделяла. В общем, как улепётывала Лада, увидела, как наяву, отчего мои губы и расползлись от уха до уха. Аж неудобно. Лада, конечно, та ещё суч… штучка, но всё же так откровенно радоваться чьей-то неудаче…. И кто после этих мыслей зануда, Фролов или всё-таки я? У меня в груди невероятный микс из блаженного триумфа и небывалой лёгкости растекается, а я о какой-то этичности по отношению к чужому человеку рассуждаю, о которой он даже и не узнает.

— Ну и… — тянет подруга.

— Да вот думаю, расцеловать тебя за то, что осчастливила или покусать в воспитательных целях. Ты почему сразу не сказала? Из меня бы лишние пол-литра жидкости через глаза не вытекли.

— Целуй, давай, неблагодарная, — девушка подставила щёку и поторопила. — И бегом умываться и заново краситься, а то нас скоро хватятся.

В ванной в отражении зеркала обнаружила катастрофу: нос распух, как будто мне в него кто-то хорошенько заехал, губы потеряли форму и раздулись до размера вареников, а о красных глазах и цвете лица вообще лучше помолчать.

Пока умывалась, для контраста чередуя горячую воду с холодной, Ната сгоняла на кухню и принесла лёд, чтобы я им кожу протёрла, после для верности пусть и на пять минут, но налепила патчи, причём не только на нижние веки, а обклеила всё лицо. Далее в ход пошли уже маскирующие средства: база, тональный крем, румяна, хайлайтер…. В итоге старания вроде бы оправдались, ну по крайней мере, Наташа, придирчиво меня осмотрев, вынесла вердикт, что последствия слёз стёрты.

Подруга не соврала, когда мы с ней вернулись в гостиную, никто с подозрением на меня не глазел и не спросил: «А что с лицом?»

Весело прогудели мы не только остаток вечера, но и прихватили часть ночи. Фролов, конечно, был в ударе. Во-первых – он гармонично влился в совершенно незнакомую ему компанию, а во-вторых, ещё и умудрился стать главным заводилой.

Провожала я ребят по домам хоть и довольная, но вымотанная донельзя, а ещё держалась за живот, потому как от нескончаемого смеха, мышцы в районе пресса болели как от интенсивной тренировки, а ещё из-за непрерывной улыбки скулы сводило.

— Дамир, ты же после самолёта, как на ногах-то только стоишь? Не надо мне помогать, иди лучше ложись, — заметив, что мужчина из нижнего ящика достал пакеты, наверняка, чтобы собрать по квартире мусор от вечеринки, отправила я его в постель.

— Эх, Ольга-Ольга, — тяжко вздохнул Фролов, с осуждением качнул головой и занялся уборкой.

В четыре руки дело спорилось быстро, пока Дамир набивал пакеты, я успела остатки еды сложить в контейнеры и убрать в холодильник. Затем мы вместе занялись посудой, а именно - я загружала в посудомойку то, что мне Дамир из гостиной приносил.

— Оля, тебе не нужно меня больше ревновать, в этом нет смысла, — находясь у меня за спиной, произнёс Фролов и, кажется, легонько поцеловал в макушку, хотя в последнем я не уверена, могло и почудиться.

Обомлев, застыла на месте. Если и ждала подвох, то многим раньше. Никак не сейчас. С того времени, как с Наткой от меня вышли, пролетело несколько часов, и с Дамиром мы наедине уже оставались, но он и словом не обмолвился. Он что, специально поднял эту тему после того, как основательно мою бдительность усыпил, чтобы застать врасплох?

— Я тебя ревновала?! — резко развернувшись к мужчине лицом, выпалила я с усмешкой. — Глупость какая.

— Конечно ревновала и ещё как, — в голосе у мужчины не прозвучали ноты превосходства, сарказма или усмешки, но я всё равно от негодования чуть не захлебнулась. — Если бы ты только себя видела, когда на нас с Ладой смотрела, а после вышла из комнаты заплаканная, — Дамир провёл большим пальцем у меня под нижним веком, словно там и теперь блестели слёзы, а он их вытирал.

— Издеваешься? Зачем придумываешь чего не было? Я не ходила зарёванной. Да если бы кто из ребят… особенно Олег, увидел, что я плакала, тут такое бы началось. Так что….

— А никто, кроме меня, не заметил. Не все за тобой так пристально наблюдают, как я, — смотрю в глаза Дамира и вижу - он уверен, что прав. И ведь он действительно прав.

Блин, ещё секунда и точно лопну от злости и безысходности. Ситуация патовая, что бы сейчас не сделала, что бы не сказала, всё проигрываю.

— Ещё раз повторяю, ты мелишь чушь, — оттеснила от себя мужчину, нервно сдёрнула полотенце, что закрепила на поясе джинсов, и так как оправдываться мне было нечем, сгорая со стыда, рванула из кухни. — Остальное сам приберёшь.

Глава 51

Не смотря на то, что из-за вечеринки в постель легла поздно, а из-за обвинений в ревности уснула ещё позже, утром глаза продрала как обычно, а именно - в шесть. То есть всё, можно официально объявлять, что к рабочему графику я прикурилась.

Сейчас, оглядываясь на вчерашний день, складывается впечатление, что он не более чем плод воображения. Потому как уж слишком нереальные события происходили. Дамир отжигал вместе с моими друзьями, я его… ну, да, ревновала, а ещё вслух призналась Наташе, что по самые уши влюблена.

Кстати насчёт влюблена. Когда ночью ворочалась, сама себе клятвенно пообещала подойти утром к зеркалу и на свежую голову честно ответить на этот вопрос. Но то ведь лишнее, я и так отлично знаю ответ. Да.

И это проблема, причём не какая-нибудь, а грандиозная. И её никак нельзя пускать на самотёк. Для начала было бы неплохо определиться, хочу ли я отношений с Фроловым, потом не мешало бы выяснить о планах Дамира….

Я сейчас действительно на полном серьёзе размышляю, спать мне с опекуном или нет?!

Дикость и бред!

Или же…

Вот же вляпалась … фиг разберёшься.

С одной стороны - это же вредный деспотичный Дамир, с ним кашу не сваришь. На моей памяти не существовало человека, с чьим мнением он бы считался. С другой - как вспомню наш поцелуй на террасе, и дух захватывает от ощущений. В тот момент меня более чем устраивало, что он полностью над моим телом и личностью доминировал. А если ещё представить, что с ним буду не я, а какая-нибудь Лада, то сразу накатывает тоска и выть хочется.

В общем, всё сложно. Фролов мне в каком-то смысле отца заменил, начиная с четвёртого класса каждое первое сентября самолично за руку на школьные линейки водил. Даже представить себе не могу, как проснуться с ним в одной кровати, посмотреть в его глаза и со стыда не сгореть, но…. Но как утверждает Ба, человек – такая тварь с любыми переменами свыкается, а ещё говорит, не попробуешь не узнаешь, и всегда лучше сделать, чем не сделать, и после долгие годы об этом сожалеть.

То есть пускаюсь в авантюру?

— В авантюру, — уже вслух повторила я и усмехнулась.

А кто сказал, что у Дамира насчёт меня серьёзные планы? Или что его интерес ко мне искренний? Может, внимание ко мне как к женщине не более чем садистский трюк, чтобы пока, по его мнению, «не подрасту», от других мужчин держать на расстоянии. Ну а что, когда речь идёт о Фролове, ни одну дикую мысль нельзя исключать.

То есть просто прогулялась по кругу, с чего начинала к тому и вернулась — как быть - ума не приложу.

— Ольга, ты хотя бы встала?! — сначала раздался голос Дамира, а после послышалось несколько ударов в дверь.

—Тьфу ты блин, испугал, — вздрогнув, шёпотом ругнулась я и крикнула: — И даже одеться успела. И тебе доброе утро.

— Поторопись, завтрак готов.

Либо я уже из ума выжила и мне кажется, либо у Дамира сегодня действительно есть чудная цель – ни с кем из сотрудников меня наедине не оставлять.

Первым делом, как только вошли в офис, Фролов заявил, что дверь между приёмной и его кабинетом теперь постоянно держим открытой. Дальше – больше. Куда бы мне ни понадобилось, у Дамира всегда находился предлог меня сопроводить. Бедные сотрудники, когда он в офисах вслед за мной появлялся, кто бледнел, кто краснел, кто начинал заикаться. Если же, наоборот, ко мне кто приходил, то в кабинете Дамира становилось необычайно тихо, телефонный разговор тут же заканчивался, а если имелся посетитель, то его сразу просили на выход. Ну чтобы, так понимаю, подслушивать не мешал.

Ситуацию воспринимала практически с юмором ровно до тех пор, пока ко мне в гости не заглянул системный администратор Артём.

В последние дни парень ко мне часто наведывался, и приходил он как по рабочим вопросам, так и без них. Причём в последнем случае Артём не выдумывал предлог и честно признавался, что зашёл с одной единственной целью – посидеть, со мной пообщаться. И именно искренность молодого человека в сочетании с его непринуждённостью меня больше всего и подкупали, но сейчас эти качества, с учётом открытой двери в кабинет Фролова, могли сыграть только лишь в минус.

— Добрый день. Присаживайтесь. Я набросала список глюков программы, которые следует дописать. Давайте по нему пройдёмся, — невозмутимым голосом сама озвучила причину визита Артёма, умышлено перешла с ним на «Вы», а чтобы парень догадался в чём дело, усиленно стреляла глазами в сторону кабинета Дамира и туда же тыкала пальцем.

— Оля, мы же вчера по этому списку, как ты выразилась, прошлись, — насмешливо заметил Артём и, вытянув руку, тоже указал на вход в кабинет Фролова. — Ты маячишь, чтобы я дверь прикрыл?

Машинально хлопнула себя ладонью по лбу. Ну почему мужчины порой такие тугодумы? Если бы на месте Артёма была Натка или Ба, да они бы за секунду сообразили, что не просто так я несу полный бред и мне следует подыграть.

— Закрыть?!

Неужели жест рука-лицо ни о чём парню не сказал, зачем он вновь про дверь уточнил, да ещё и так громко?

— Не надо! — шиплю и показываю парню на стул, чтобы всё-таки прижал свою пятую точку, и у меня появилась возможность шёпотом ему объяснить, в чём, собственно, дело.

Только привстала, чтобы перегнуться через стол и тем самым максимально сократить расстояние между мной и Артёмом, как в приёмной объявился Дамир.

— Оля, я что-то сделал не так, почему мы вновь на «Вы»?

Замолчи уже, а! Такое ощущение, что айтишнику перед входом в приёмную мозг начисто удалили.

— Проблемы? — поинтересовался Фролов.

Опекун в офисе – царь и бог, он себе и без предлога бы позволил вмешаться в наш диалог, а тут Артём ему ещё и причину подкинул.

— Нет-нет. Всё в полном порядке. Обычное недопонимание, — уверила начальство и, переведя взгляд на Артёма, попросила: — Зайдите, пожалуйста, позже, я сейчас занята.

— Х-хорошо, — с явной неохотой согласился молодой человек, поднялся с кресла и, несколько раз недоумённо на меня оглянувшись, вышел.

Ох как недобро Фролов проводил парня взглядом, а когда за ним захлопнулась дверь, на меня посмотрел как на провинившуюся.

— Замечал, все программисты не от мира сего? — спрятав под столом руки, чтобы босс не заметил, как у меня подрагивают пальцы, хохотнула я. — И этот Артём тоже немного ку-ку.

— Замечал, — ухмыльнулся Дамир. — Оля, тебе придётся съездить домой и привезти папку, серая, лежит на столе в кабинете. Не думал, что она понадобится, но вышло иначе.

— Когда? Прямо сейчас? У меня просто…

— Да, это срочно.

Глава 52

Догадывалась, что Дамир не просто так меня из офиса отослал, но отказать ему и не поехать за папкой никак не могла. Открытая конфронтация его бы лишь ещё сильней разозлила, а вот повиновение и покладистый голос, которым я с ним перед отъездом лепетала, вполне могли и задобрить.

Первым делом, как только села в машину, попыталась предупредить Артёма, что над его головой собрались тучи, но парень сбросил мой вызов и прислал смс, что сейчас ему говорить неудобно, он скоро перезвонит. Но не через десять минут, ни через полчаса он меня так и не набрал, а когда я ему сама вновь позвонила, его сотовый оказался выключенным, трубку стационарного рабочего телефона программист тоже не брал.

Вернувшись с папкой в офис, я не понесла её сразу Фролову, а зашла в IT- отдел.

— Где Артём? — разглядывая пустой стол, с которого исчезли не только лотки с документами, но и личные вещи парня, такие как водяной маятник, фотография кота и кружка с улыбающимся смайликом, задала я вопрос, несмотря на то, что ответ уже был ясен.

— А Артём ту-ту, больше у нас не работает.

— Час назад работал и уже нет? — ошарашенно пробормотала я.

— Ага, сами в шоке, что так бывает.

Ну, Фролов, ну, гад, ну держись!

Не помня себя от возмущения, поднялась на верхний этаж и в прямом смысле с ноги ворвалась в кабинет Фролова.

Дамир был не один, он принимал главного инженера и его заместителя, но присутствие посторонних ни капли меня не смутило, и я выкрикнула:

— У тебя совесть есть?!

— Ольга, а обсуждение данного вопроса полчаса не подождёт? Как видишь, я занят.

Всё бесит: и гнилой характер Фролова, и его до невозможности спокойный тон, и то, как он на меня снисходительно смотрит. Мол, дитё дитём, что с неё взять.

— Ничего, ты сегодня пачками от себя людей отсылал, чтобы следить за мной не мешали. Разом больше, разом меньше — нет разницы.

Главный инженер и его заместитель замерли и не дышат, даже между собой не переглядываются. Уверена, будь на то их воля, в воздухе бы растворились.

— Совещание закончено, — сообщил Дамир, и мужчин как ветром сдуло.

— Совещание? — с сарказмом повторила я. — Ну и быстрый же ты. Меня всего час не было, а ты и человека успел уволить, и совещание организовал. Прямо-таки скоростной поезд. По дороге-то не укачало?

— Папка где? — откинувшись на спинку кресла, поинтересовался Дамир.

Хороший вопрос, а действительно где она? Задумавшись, смутно вспомнила, что вроде бы бросила её на свой стол. Молча развернулась, дошла до приёмной, схватила нужную вещь, а когда вернулась к Дамиру, подняв руки вверх, со всего маху впечатала папку в столешницу.

— Вот, возьмите, пожалуйста.

Мужчина с невозмутимым видом посмотрел на пол, куда со стола из-за моей выходки улетела добрая половина бумаг, не торопясь поднял завалившийся стакан с ручками и лишь после удостоил меня взглядом.

— Столько шума из-за системного администратора. Ольга, палку не перегибай.

У меня от протеста аж дыхание перехватило, и прежде чем получилось хоть звук произнести, как рыба на берегу несколько раз просто ртом воздух хватала.

— Да ты, да ты…. Да у тебя не только совести, но и души нет. Ты лишил человека заработка лишь потому, что я с ним подружилась. Подружилась, слышишь, Дамир, не более… Кто тебе дал право вершить судьбы? Артём отличный работник, он ничего плохого не сделал. Ты ему сейчас лично позвонишь, извинишься и примешь обратно. А если нет, то я… то я…. не знаю, что будет, но тебе точно не понравится.

— Присядь, — мужчина кивнул на кресло, но я демонстративно топнула ногой и упёрлась кулаками в бока, показывая, что у меня и в мыслях нет подчиняться.

Фролов встал, быстрым шагом приблизился, и я и ойкнуть не успела, как он меня практически за шкирку усадил, а сам, положив на оба подлокотника ладони, навис сверху.

— В следующий раз, прежде чем закатывать истерики, будь добра, выясни, а всей ли информацией обладаешь. Да, я уволил системного администратора, за которого ты так переживаешь, но лишь для того, чтобы повысить. Назначил его начальником IT–отдела в северном филиале. И чтобы ты знала, данная перестановка для сотрудника не только была добровольной, но и желанной. Более того, я пошёл ему навстречу тем, что здесь именно уволил, а там заново принял, потому как при такой схеме он ещё и компенсацию за неиспользованный отпуск получит. Ну что, Оля, есть ко мне ещё претензии или на этом закончим?

— Ну ты и жук, — усмехнулась я и, подняв голову, врезалась в мужчину возмущённым взглядом. — Великолепно партию разыграл. Браво. Я якобы в луже, а ты опять на коне. Только вот проблема в том, что люди для тебя не более чем фигуры на шахматной доске. Захотел и передвинул, захотел и пустил в расход, захотел и заставил делать так, как тебе лишь одному угодно.

Фролов шумно выдохнул и прорычал:

— Ты просто высокопарными словами льёшь воду, без сути. А по факту сотрудник получил повышение и крайне был этим доволен. Умей признавать неправоту.

— Манипулятор, вот ты кто. Конечно, Артём доволен, кто спорит. Дело же не в этом, а в причине повышения. Почему именно сегодня и так срочно? Разве не из-за меня?

— Я в своей компании могу принять любое кадровое решение, и если оно не противоречит трудовому кодексу, то о его причинах никому не должен сообщать. Если повысил, значит, посчитал нужным. Всё на этом. Свободна.

Дамир вернулся в своё кресло, но я уходить не спешила. Сколько можно уже под ним прогибаться? Он играет на дудке, а я как марионетка пляшу. Хватит!

— Поговорим о моём наследстве. И это не вопрос. Я настаиваю.

— Придёт время и обязательно поговорим, — коротко и ясно отшил меня Фролов, раскрыл папку, которую привезла, и как ни в чём не бывало начал изучать документы.

— Нет. Сейчас. Мне надоело, что ты каждый раз тычешь мне в лицо фразу «Моя компания». С чего она только твоя?!

— С того, что я ею руковожу. Ольга, выйди, выпей чаю, успокойся и если тебе так хочется обсудить тему наследства, вернись через час. Сейчас конструктивного разговора в любом случае не получится.

— Ты меня гонишь, потому что чувствуешь решительный настрой, — подскочив на ноги, заявила я. — Надеешься, что через час я вновь превращусь в…. да в размазню я превращусь, которую можно годами завтраками кормить. Нет. Больше никаких отсрочек. Требую своё наследство и немедленно.

Глава 53

— Мы не всегда получаем то, что требуем. Увидимся через час.

Фролов, демонстрируя, что для него меня больше в кабинете как бы нет, взялся за трубку стационарного телефона и нажал кнопку быстрого набора.

Вот он - момент истины, который покажет и мне, и Дамиру размазня Ольга или всё-таки нет.

— Я знаю о твоих махинациях, — сообщила я. — Так что клади трубку и слушай.

Фролов, рискуя сломать телефон, резко вернул трубку на место и, недовольно уставившись на меня, выплюнул:

— Какие ещё махинации? Ольга, что ты несёшь?

— Ты ликвидировал фирму отца и создал новую, но уже на своё имя. Понятия не имею, как ты эту аферу провернул, но мне крайне любопытно. Уверена, налоговая и прокуратура тоже заинтересуются, если я обнародую этот факт. Так что если проблемы не нужны, ты мне всё компенсируешь.

— М-да-а, — качнув головой, задумчиво протянул мужчина. — То есть перед выбором меня ставишь. Хорошо. Я говорю тебе - нет. И чтобы ты понимала, уточняю. Ты гарантировано получишь наследство, но лишь тогда, когда я решу, что время пришло. Другого ответа ты от меня не услышишь.

По выражению лица вижу, Дамир не даст задний ход, но и я тоже.

— Не я выбрала войну, а ты. Хорошо запомни этот факт, — развернулась и, хлопнув дверью, вышла.

Грозила опекуну налоговой и прокуратурой, но то были крайние меры, мне ведь тоже невыгодно, если у Дамира начнутся проблемы, его финансовое положение пошатнётся, и как следствие - я меньше от него получу.

Отъехав от здания фирмы на несколько километров, припарковалась и, с помощью телефона зайдя в интернет, начала штудировать адвокатов. И как выбрать хорошего, если их миллион?

Хотя, кажется, знаю к кому мне обратиться. Как-то раз Дамир на совещании упоминал об одном юристе, говорил он отличный специалист. А ещё он крайне опрометчиво заявил, что между ними с давних пор пробежала чёрная кошка, и они друг друга мягко сказать недолюбливают. А это означает, что Фролов не сможет, подкупив, перетянуть юриста на свою сторону. Вот мне и пригодилась работа на опекуна.

Секретарь, как выяснилось, наикрутейшего адвоката предложила записать меня на приём не сегодня и не на завтра, а через месяц, но я схитрила, попросила девушку передать начальнику с кем конкретно планирую судиться, и вуаля - меня уже ждут.

Прибыв по нужному адресу, долго не решалась открыть дверцу машины и выйти на улицу. Ведь пока я лишь на словах угрожала Дамиру, обратная дорога у меня есть, но как только переступлю порог офиса юриста, все мосты между мной и опекуном тут же моментально сгорят.

Сейчас я не чувствую любви к Дамиру, но не потому что разлюбила, а потому что на него злая. Но злость и обида рано или поздно пройдут, и что потом?

Вот же я идиотка, Фролов дурит меня, наследство отказывается отдавать, а я сопли опять развела. Не может быть будущего у людей, если один другого обманывает.

— Павел Анатольевич освободился, вы можете к нему пройти, — голос секретаря выдернул меня из размышлений.

Несмело поднявшись с дивана, медленно приближаюсь к двери, а если быть точнее, то к точке невозврата.

В сумке раздалась трель, и я вздрогнула, словно это не мой телефон привычной мелодией зазвонил, а чужой, кем-то незаметно мне подкинутый.

— Привет, Ба, — отозвалась я. — Мне тут немного….

— Ольга, у меня потрясающая новость, если стоишь, лучше присядь, — не дослушав, перебила родственница.

— Мне сейчас неудобно. Поговорим позже. Я тебе сама перезвоню.

— Ты не расслышала? У меня бомбическая новость, — весело гнёт своё Ба. — Все твои дела и заботы на её фоне, уверяю, бледнеют.

— Ба, меня ждёт адвокат, если пропущу встречу, следующую ждать месяц. А надавить на Дамира я хочу как можно раньше, иначе никогда наследство не получу.

— Ольга, ради всего святого, скажи, что ты ещё никаких действий не предпринимала и к адвокату пришла впервые!

Если бы Ба просто разволновалась из-за моего похода к юристу, я бы поняла. Дамир долгие годы держал нас с ней в ежовых рукавицах и открыто с ним конфликтовать действительно страшно. Но Ба не просто разволновалась, судя по голосу, она на грани нервного срыва.

— Ба, я знаю, что делаю и у меня, разумеется, есть козыри. Не хотела тебя расстраивать, но Дамир уже давно ликвидировал папину фирму и открыл свою. Конечно же, всё это он сделал незаконно. Ба, не нервничай, не думаю, что дело дойдёт до суда, я Дамира просто припугну.

— Вышла, я сказала!

Опешила. До этого момента бабушка на меня никогда не кричала.

— Нет. Это моё наследство и оно мне нужно! Хватит вам уже всем меня за маленькую держать, давно выросла и способна сама решать, что правильно, а что нет.

Ба выругалась, да так крепко, что у меня не только уши в трубочку завернулись, но и волосы на голове дыбом встали.

— Ольга, нет никакого наследства, и никогда не было. Пока дел не натворила, беги оттуда.

Глава 54

Такое чувство, что из помещения вдруг испарился весь кислород, дышать глубже, чем я сейчас, невозможно, а воздуха всё равно не хватает. Ещё у меня что-то со слухом и зрением. Обстановка комнаты искажена и плывёт перед глазами, а в ушах гул, как будто провода трещат от электрического напряжения.

— Павел Анатольевич очень занятой человек, вы заходите или как? — недовольно зудит секретарь.

— Ольга, Оленька, ты меня слышишь? Уходи, — обеспокоенно требует Ба.

Дурдом.

— Нет, встреча отменяется, обстоятельства изменились, — едва ворочая языком, отказываюсь от визита к юристу и, обращаясь к Ба, говорю: — Будь на связи, через минуту перезвоню.

Из здания, где располагался офис юриста, не вышла, а пулей вылетела. Но надежды не оправдались, дышать легче не стало, и уличный воздух мозг не прочистил, зато из-за спешки ноет плечо. Торопясь, не вписалась в дверной проём и со всего маху врезалась.

Руки буквально чесались набрать номер бабули и немедленно потребовать объяснений, но вытерпела и позвонила лишь тогда, когда села в авто.

— Почему наследства даже не существовало? Расскажи мне всё! — услышав голос Ба, потребовала я.

— Оля, оно того не стоит. Для твоего же блага, просто вычеркни этот день из памяти и живи….

— То есть мне за правдой к Фролову придётся идти?! — рявкнула я.

Шантаж сработал, Ба тяжко вздохнула и начала:

— Сразу оговорюсь, у Дамира был повод все эти годы нас содержать. Он всем, что имеет, обязан Мише. Это сейчас Фролов успешный бизнесмен с капиталом, а когда мой сын, твой отец, его к себе в фирму взял, он был зелёным мальчишкой чуть старше тебя. Приехал бог весть откуда столицу покорять, не имея жилья и денег, без опыта и образования. Чутьё у Миши всегда было отменное, вот он в Дамире талант и разглядел. На первых порах крышу дал, не возражал, когда тот в институт поступил, научил всему, что сам знал, через какое-то время сделал правой рукой. Шесть лет они проработали, но после их пути разошлись. Миша загорелся выгодной, но крайне рискованной сделкой, Дамир же был категорически против. На почве несогласия возник конфликт, из-за которого Фролов из фирмы ушёл, а Миша на той сделке сильно прогорел, потерял львиную долю активов компании. Сын, пытаясь исправить ситуацию, ввязывался в другие авантюры и каждый раз неудачно. В конце концов, он принял решение ликвидировать своё детище, а на оставшиеся крохи начать новое, но не успел.

— Папа с мамой попали в аварию и оба погибли, — Ба долго молчала, и я довела её мысль до логического конца.

— Верно, а ты осталась на моё попечение и это при том, что меня сначала содержал отец, потом муж, затем сын, и я никогда нигде не работала. Оля, я в то время от отчаянья хотела забраться в петлю, ведь мне надо было не только себя, но и ребёнка кормить и одевать. Кому я тогда только не звонила, у кого только помощи не просила, но все лишь сочувствовали и говорили, что как-нибудь всё наладится. Дамир был последним в списке, к кому я обратилась. Мы с ним не особо ладили, да и с Мишей они расстались далеко не друзьями. К моему удивлению он приехал, выслушал и пообещал подумать, чем сможет помочь. Я и не надеялась, что он вернётся, но через три дня Фролов привёз мне денег, и не какие-нибудь крохи, а солидную сумму. А ещё сказал, чтобы не экономила, потому как эту сумму будет выделять нам ежемесячно. Когда точно - уже и не вспомню, наверное, через два года, Дамир заикнулся, что считает нужным тебя и во взрослой жизни финансово поддержать. Он не уточнял, сколько и когда выплатит, но я догадывалась, что это будет целое состояние.

Если до этого момента я кусала губы, но терпела, Ба не перебивала, то тут меня понесло:

— И как же, интересно знать, благородные намеренья Дамира превратились в лапшу на моих ушах, а?

— Это я придумала басню. Сказала, что когда подрастёшь, тебя ждёт отцовское наследство.

— Зачем?! — крикнула в трубку я.

— Да чтобы ты не чувствовала себя нищенкой на паперти с вытянутой рукой, которой Фролов даёт подаяние. Чтобы воспринимала содержание и предстоящую выплату как должное, как своё законное, чтобы комплексы не шли впереди тебя. Вот я, например, хоть у кого возьму и ещё попрошу, и не стану считать себя до скончания века обязанной, но твой склад характера совершенно иной, ты бы так не смогла. Дамир, когда впервые о наследстве от тебя услышал, сразу сообразил, что не сама ты это придумала. Строго меня отчитал, но, выслушав мои доводы, правду для тебя не открыл, а со временем и сам начал поддерживать именно эту версию. Как-то так, Оля. Как-то так.

— Ба, ты хоть осознаёшь, что натворила? Ты из меня сделала неблагодарную тварь, что не ценила к себе доброго отношения и лишь требовала, а ещё обманывала. Все наши спектакли перед Фроловым теперь иначе чем обыкновенным мошенничеством с целью выманивания денег не назовёшь.

— А я считаю, что правильно поступила, и твоя реакция со словами служат тому доказательством. Передо мной стояла задача, чтобы ты из благодарности не причислила Дамира к лику святых, и я с ней успешно справилась. Ни о чём не жалею.

— Лик святых, — фыркнула я. — А как насчёт того, чтобы элементарно научить меня Фролова уважать? Я же за глаза глумилась над ним, а ты это поощряла.

Глава 55

К согласию мы с Ба не пришли. Она не только настаивала на своей правоте, но и требовала, чтобы я играла перед Дамиром неведенье и не раскрывала факт, что мне теперь всё известно. Разумеется, наотрез отказалась. В отличие от родственницы, у меня совесть есть, а ещё нет желания и дальше загонять себя в бездонную яму долгов. Всё, достаточно. Фролов и так на меня слишком много потратил и не только финансов, но нервов и времени.

Скинув вызов Ба, обнаружила три пропущенных звонка и несколько сообщений, естественно, от Дамира. Перезвонила и пообещала, что через два часа вернусь в офис. А как тут не перезвонить, человек же переживает, причём делать он это ну никак не обязан.

Ну вот, до старта нового и не самого простого периода в моей жизни осталось два часа. Времени в обрез, но надо как-то успеть.

Добравшись до квартиры Фролова, совершенно ничего не сортируя, набила чемоданы своими вещами. Да, забирать гардероб, полностью оплаченный опекуном — неправильно, но и раздетой я точно другую жизнь не начну. Элементарно нечего будет надеть и обуть на собеседование, а без заработка просто загнусь. Прощаясь с акулятами, я чуть не пустила слезу, и они словно почувствовали, что видимся в последний раз. Все, как один, выплыли из укромных мест и кружили возле моей пятерни, прилепившейся к стенке аквариума.

Из-за отсутствия даже лишней минуты, дальше коридора я в нашей квартире с Ба не проходила, бросила сумки у входа и помчалась в офис к Дамиру. Наша с ним встреча и станет финальным аккордом, а после… а что будет после – время покажет. Главное - немедленно снять с его шеи двух иждивенок, несмотря на трудности, окончить институт, затем крепко встать на ноги, чтобы в будущем по возможности хотя бы частями вернуть всё, что задолжала.

В здании фирмы Фролова осознала две вещи. Первая и очевидная – больше не чувствую себя здесь хозяйкой, а вторая - чтобы на другом месте работы ко мне все с уважением и приветливо относились, этого придётся добиваться самой, там за спиной не будет Дамира.

На первом этаже в банкомате сняла с карты всю наличность, если экономить, то на пару месяцев хватит, а если совсем уж ужаться до одного хлеба и молока, то и полгода протянуть можно. Да, вновь поступок лицемерный, но необходимый. Теперь придётся быть реалисткой, когда получу первую зарплату – неизвестно, а за проезд, мобильную связь и за продукты надо платить ежедневно. Зато после положила в пакет банковскую карту и ключи с документами от машины, чтобы отдать лично в руки Дамира и больше от него ничего не принимать.

Оглядев каждый уголок приёмной, тоскливо вздохнула, буду скучать по своему первому рабочему месту и не раз и не два вспомню, как же мне здесь трудилось легко и комфортно.

— Можно войти? — спросила я, приоткрыв дверь кабинета Дамира.

Подняв глаза, Фролов с облегчением выдохнул. Невооружённым взглядом видно, что из-за моего отсутствия он беспокоился, а как только вернулась, с его плеч свалился груз переживаний. А я ведь ему абсолютно чужая и, несмотря на это, он с десяти лет меня опекал, наставлял, полностью обеспечивал, а я, неблагодарная, только и делала, что его заботу в штыки воспринимала. Надо же, учиться он меня заставлял, чуть ли не каждый день по этому поводу ныла. И что теперь. Как выяснилось, кроме отличной учёбы и знания нескольких языков, у меня за душой больше ничего и нет.

Прошла внутрь, присела в кресло напротив Дамира, а начать разговор не могу, все отрепетированные фразы куда-то из головы улетучились.

— Как налоговая с прокуратурой поживают? — смешливо поинтересовался Дамир, и отнюдь не для того, чтобы съязвить, а с целью разрядить обстановку.

— Не знаю, наверное, хорошо. Я никуда не ходила, — потупив взгляд и разглядывая исключительно собственные колени, отозвалась я, но после, всё-таки набравшись храбрости, посмотрела на опекуна и произнесла: — Прости меня, пожалуйста, я была не права.

Клятвенно обещала самой себе стойко выдержать разговор, но уже на слове «прости» из глаз ручьём хлынули слёзы, голос зазвучал как жалобный писк, а когда я с грехом пополам озвучила мысль, уткнулась лицом в ладони и разрыдалась.

Слышу, как Фролов откатывается в кресле, наверняка, чтобы встать и ко мне подойти, а это последнее, что мне сейчас необходимо.

— Дамир, пожалуйста, оставайся на месте, — уставившись на мужчину заплаканными глазами, взмолилась я. — Если меня сейчас пожалеть, расклеюсь окончательно и уже не соберусь.

— Хорошо-хорошо, — Дамир тут же присел обратно. — Оля, а как насчёт того, чтобы всё забыть и вместе выпить кофе? М-м-м? Если не хочешь здесь, можно поехать в твой любимый ресторан, посидим на веранде, я тебе даже разрешу бокал красного сухого вина… понюхать.

Хохотнула сквозь слёзы. Никто и никогда ко мне не будет относиться так, как Дамир. Я ему, можно сказать, тюрьмой угрожала, обвиняла во всех смертных грехах, а он меня на веранду приглашает вино нюхать.

— Спасибо огромное, но нет….

— Оля, а что с твоим лексиконом? Одни «спасибо» и «пожалуйста». У тебя сегодня день вежливых слов? Прекращай, мы близкие люди. Поругались. Бывает. Забыли и идём дальше.

Ну зачем Дамир так добр со мной?!

— Помнишь, ты как-то раз говорил, что у тебя с крутым юристом вражда? Так вот, я запомнила это и сегодня к нему на приём записалась, чтобы подать на тебя в суд. Встреча не состоялась лишь по тому, что Ба позвонила и вынужденно рассказала, что родители на самом деле мне ничего не оставили, и что все эти годы ты добровольно непонятно зачем нас содержал. А ещё… — и тут меня понесло. Открыла Фролову всю нелицеприятную правду: как мы его за глаза называли, как с Ба готовились к его визитам, как я специально для него платья страшненькие покупала, как мы пироги из пекарни за свои выдавали…. Сообщила не с целью обидеть, а чтобы он разочаровался и с лёгкой душой меня в свободное плаванье отпустил.

— Оля, ты так на меня смотришь, словно ждёшь, что я тебя за шкирку вон выгоню, — когда закончила, усмехнулся Дамир. — Можно подумать, я идиот и всего этого не знал.

— Если знал, зачем на нас деньги тратил? — удивилась я.

— Потому что я любою тебя, — не задумываясь, ответил Фролов.

Глава 56

Сердце, ёкнув, остановилось, а когда вновь застучало, билось о грудную клетку, как одуревшее. Понятия не имею, что с кожей и какого она цвета, могу лишь надеяться, что моя голова не похожа на перезрелый помидор с причёской и хлопающими глазами. Оля. Соберись. Фролов не о той любви говорил, о которой ты подумала, а о отеческой.

— Это не любовь, Дамир, а благодарность, причём чувствуешь ты её не к нам с Ба, а к моему отцу. Но всему же есть разумный предел, ты и так мощно переплатил. Папа тебе, конечно, помог, но это не делает тебя обязанным до конца дней, — опять опустив голову, бормочу я, чтобы взглядом не встречаться с опекуном. — Даже если бы ты не встретил отца, в любом случае добился бы успеха. Он просто чуть ускорил процесс.

— Оля, ты это к чему сейчас мысль ведёшь?

— К тому… — начала говорить, но к горлу подступил ком, и чтобы продолжить, пришлось сначала сглотнуть. — К тому, что я тебе безмерно благодарна, — на этих словах почему-то решила встать. — Огромное тебе спасибо. Как только у меня появится возможность, постараюсь хоть частями вернуть долг.

— Да твою же мать, Ольга! — рявкнул Дамир, с размаху треснул по столу кулаками и тоже поднялся на ноги. — Хватит уже нести чушь. Ты ничего не должна. Так и знал, что враньё Софьи Дмитриевны в итоге закончится чем-то подобным. Оля, прости, не хотел кричать, и злюсь я не на тебя, а на ситуацию, — лишь когда Фролов заговорил со мной интонацией, с которой обычно общаются с маленькими пугливыми детьми, поняла, что зажмурилась, обхватила себя руками и пригнулась, словно опасаюсь, что меня здесь кто-то ударит.

— Нет, это ты меня прости, — заставила себя выпрямиться. — И за то, что все эти годы не ценила к себе доброго отношения, и за то, что сейчас ухожу. Вещи от тебя я уже перевезла. А вот здесь в пакете… ну, в общем, это не моё.

Положив пакет на стол, направилась к выходу, но услышав шаги, развернулась.

— Дамир, не настаивай, чтобы осталась. Не могу. Просто не могу и всё тут. Я такое о тебе думала. Такое о тебе говорила. Мне так стыдно. Мне в прямом смысле больно смотреть на тебя. Пожалуйста, позволь уйти.

Фролов не только остановился, но и, соглашаясь, кивнул.

— Тебе необходимо время новость переварить. Хорошо, я тебе его дам, но после мы обязательно поговорим.

Странно и непонятно, но, зайдя в нашу с Ба квартиру, как ни старалась, ощущения, что вернулась домой, не почувствовала. Наоборот, всё почему-то казалось чужим и незнакомым, словно я здесь не прожила всю жизнь, а случайно забрела в гостьи. Бесцельно просидев на кухне возле окна добрых пятнадцать минут, заставила себя чемоданы из коридора перенести к себе в спальню, но на этом вся моя активность закончилась. Ну не хочу я шевелиться от слова «совсем», и даже больше. Была бы возможность, то легла бы на кровать и, как медведь, впала до следующей весны в спячку, а если было бы можно совсем не просыпаться – тоже бы не отказалась.

Как там мои акулята? А чем, интересно, занят Дамир? Чёрт, там у нас в холодильнике блинчики уже третьи сутки лежат! Лишь бы выкинул и не съел….

Укладываясь в кровать, очень рассчитывала на ночь. Думала, сон перезапустит нервную систему, и утром я проснусь не такой угнетённой и разбитой, какой засыпала.

Надежды не оправдались, стоило мне только продрать глаза, как вчерашние проблемы и переживания тут же вернулись. Более того, если вчера мне было позволительно просто овощем в кресле сидеть и качаться вперёд-назад, как пациентке дурдома, то сегодня хочешь-не хочешь, через силу, но придётся шевелиться, и первоочередная задача – найти пусть и небольшой, но стабильный доход, ну то есть работу. Вторая – наведаться в магазин, дома вообще ни шиша нет: ни кофе, ни зубной пасты, и даже с наличием туалетной бумаги беда, остался один початый рулон.

На составление резюме убила два часа, затем столько же ушло на рассылку. Разумеется, никто не бросился мне тут же звонить и приглашать на собеседование, поэтому отправилась за продуктами.

Проверив почтовый ящик, нащупала там счёт от ТСЖ на оплату коммунальных услуг. Блин, да у меня оба глаза нервно задёргались от цифр. Неужели реально каждая квартира во всём доме столько платит? Это же очуметь как дорого.

А я странная, ведь бумагу от ТСЖ вижу не в первый раз и даже не во второй, и в те разы суммы приблизительно были такими же, но тогда они не показались мне такими уж неподъёмными. Вывод - дорого или нет - главным образом зависит от факта, есть ли у тебя деньги или же в кармане ветер гуляет.

В супермаркете, накидав в корзину продукты, прежде чем подойти к кассе, примерно прикинула, сколько за всё заплачу – волосы на голове зашевелились. И это при том, что никаких деликатесов не брала, а хотела купить лишь исключительно необходимое. Сколько я там планировала продержаться на имеющиеся деньги? Если ужаться, то полгода? Ага, сейчас. Нет же конечно!

Львиную долю продуктов вернула обратно на полки, а некоторые товары заменила на более дешёвые аналоги. Никогда раньше не ощущала себя бедной, и это, наверное, одно из самых омерзительных чувств за всю мою жизнь. А ведь живу с этим ощущением всего час, и мне уже от него невмоготу. Что же будет через месяц, а через год?

Ничего, как говорит Ба, человек такая скотина, что ко всему привыкает, и я свыкнусь, что теперь некоторые вещи позволить себе не смогу.

Если первый день стойко ждала звонков от возможных работодателей, то на второй день решила взять трудоустройство в свои руки и начала обзванивать вакансии сама.

«Пришлите резюме, мы его рассмотрим и если заинтересуемся, то свяжемся с вами», — вот такой ответ каждый раз слышала, когда себя в сотрудники предлагала.

На третий день я уже не питала иллюзий и поняла, что работу по будущей экономической специальности мне в данный момент не найти. Студенты очного отделения, без опыта, такие, как я, если и нужны, то в других областях. Моё резюме полетело по вакансиям: официантов, продавцов, фасовщиц, а также обратила внимание на частные объявления: выгул собак, няни, помощь по дому….

И на этот раз на меня не обрушился шквал звонков, но один всё же был, и меня пригласили на собеседование на должность домработницы, правда, длилось оно три секунды. Предполагаемая работодательница, когда я постучалась, не впустив даже в квартиру, внимательно оглядела меня с ног до головы и заявив: «Ой нет, не подходите», — просто-напросто захлопнула перед моим носом дверь.

Утром четвёртого дня намеривалась обойти окрестности в радиусе километра от дома, загляну во все магазины, химчистки, аптеки, салоны красоты, где могут пригодиться моя голова и руки. Поэтому сразу после сна, для бодрости, в течение тридцати минут занималась аэробикой, затем приняла душ, уложив волосы, чуть подкрасилась, надела строгий костюм и только собиралась обуться, как в дверь позвонили.

Ни один из моих знакомых в гости без предварительного звонка не придёт. Поэтому, ожидая, что за дверью либо соседи, либо пришли какую-нибудь услугу предлагать, со спокойной душой глянула в глазок, и тут моё спокойствие ускакало. Фролов.

Глава 57

Притворюсь, что меня нет дома.

Ага, Дамир в упор смотрел на глазок, можно подумать, он не заметил, как тот потемнел.

Ну я и дрянь. Человек долгие годы на добровольной и бескорыстной основе меня кормил, поил, учил, сейчас, чтобы добраться сюда, отстоял в пробке, а я такая - нет, не хочу и не открою.

— Привет, — распахнув дверь, поздоровалась я, и сердце от тоски сжалось в тугой узел. Боже мой, как же я по опекуну наскучалась. Главное - только виду не показать, а ещё не разреветься.

— Привет, как дела? — переступая порог квартиры, поинтересовался Дамир, и от звука его голоса у меня чуть глаза от блаженства не закатились.

— Да нормально всё, — попятилась назад, уступая в прихожей мужчине пространство.

А ну, Ольга, возьми волю в кулак и соберись. Растёкшаяся лужица не сможет начать новую самостоятельную жизнь, а продолжит висеть на чужой шее.

— Оля, если тебя не затруднит, я бы от кофе не отказался, — держа курс на кухню, сообщил Дамир.

Упс, из-за режима строжайшей экономии, кофе у меня нет, так же, как и чая. Блин, единственное, чем могу угостить – это сухари с изюмом и кипяток.

Если бедность не порок, как утверждают, почему мне тогда от того, что элементарно не могу человеку налить в чашку кофе, хочется отодрать ламинат и в пол закататься?

— Прости, Дамир, но у меня кофе нет, — кое-как выдавила из себя признание и быстро выдумала уважительную причину. — Закончился, как и заварка, а в магазин не успела сходить.

— Да не проблема, — махнул мужчина рукой, но за кухонный стол, тем не менее, всё равно присел, на поверхности которого лежали листки с заметками по вакансиям и раскрытый ноутбук, хорошо хоть в спящем режиме.

Ноутбук бегом переложила на столешницу гарнитура, а бумаги сгребла в охапку и решила от греха подальше унести к себе в спальню.

— Будь как дома, сейчас вернусь.

«Будь как дома! Это что за идиотское выражение?» - мелькнуло в голове.

Добравшись до комнаты, на всякий случай прикрыла за собой дверь. Думаю, пять минут я могу себе выделить, чтобы выдохнуть и в относительную норму прийти. Спрятав листки в шкаф, видимо, по моему мнению, – самое надёжное и укромное место, побрела к зеркалу, дабы проверить, не похожа ли я на перепуганного зайца. Но именно так и выглядела, и даже ещё хуже.

Заставила себя улыбнуться, потому как где-то слышала, что это должно поднимать настроение, для румянца пощипала щёки, для ясного взгляда проморгалась. Толку никакого. В отражении стоит всё тот же зашуганный заяц с поджатыми ушами и хвостом, только теперь у него на щеках два красных пятна с неестественным контуром.

Блин, вечно у меня всё через одно место….

Потопала обратно какая есть и застала Дамира за разглядыванием содержимого холодильника. Ну, а что, человеку сказали чувствовать себя как дома, он этим предложением и воспользовался.

— Потерял что-то?

Дамир обернулся, несколько секунд на меня пристально и недовольно смотрел, а после принялся выкладывать на стол мой продовольственный запас.

— В кастрюле у нас отварные слипшиеся макароны. А ты, Оля, хорошо готовишь, из чего делаю вывод - макароны настолько дешёвые, что даже у тебя они в месиво разварились. Дальше имеется плавленый сырок, банка паштета и на этом всё. Шикарный ассортимент.

— Про макароны на плите я забыла, вот и результат, а то, что ничего нет, так уже говорила, не ходила ещё в магазин, — на мой взгляд, правдоподобно выкрутилась я.

— Угу, — мужчина кивнул и показал мне сырок. — Неувязка, Оля, тут дата указана изготовления. Вчерашнее число. То есть ты была в магазине вчера, но ничего не купила. И даже кофе, а ты кофеман каких мало. Я так понимаю, у тебя совсем денег нет, верно?

— Нет, деньги у меня есть, но я экономлю, — глухо отозвалась я, по ощущениям густо покраснев. Ну а смысл уже отпираться, чёртова дата на сырке сдала меня с потрохами.

Фролов ничего не ответил, зато зачем-то взял мой ноутбук, при этом, видимо, задел клавишу, что тут же отменило спящий режим, и экран засветился.

— Вообще-то, это личная вещь, как зубная щётка, — подлетев к мужчине, попыталась забрать, но Фролов легко свободной рукой оттеснил меня в сторону.

— Значит, горничной в отель хочешь устроиться. Если тебя наймут, руководству отеля сказочно повезёт. Наводишь порядок отлично. Сам проверял. Могу дать рекомендацию. Плюс знаешь несколько языков.

Дамиру не понадобилось рыться в ноутбуке, он ожил там, где и заснул, на открытой странице сайта по поиску работы на вакансии горничной.

Вернув ноутбук на место, мужчина молча присел и, нахмурившись, задумался.

— Любая работа достойна уважения, — заметила я.

— Согласен. Я сам работал полгода на стройке разнорабочим. Принеси, подай, убери… но другую мне тогда никто не предлагал. У тебя же есть выбор. Зачем же ты выбираешь ту, что явно хуже и никакой пользы для выбранной профессии в будущем не принесёт? Не хочешь от меня помощи – хорошо. Вернула карту и машину – ладно. Для чего понадобилось увольняться?

Фролов говорил негромко и чересчур ровно, в монотонном режиме, и это означает лишь одно - он в дикой ярости.

— Мне надо научиться жить самостоятельно, — осторожно, боясь спровоцировать бурю, произнесла я.

— Верно. Должна. Через пять лет, — выплюнув, мужчина сорвался на крик. — Ольга, ты год назад за школьной партой сидела! В твоём возрасте все поголовно от кого-то зависят, или им приходится отказываться от учёбы, чтобы себя содержать. Дети, а судя по поступкам ты, так или иначе, всё ещё ребёнок, должны быть под присмотром. Так что собирайся, мы едем в офис, а после - домой.

— У меня есть бабушка, если ты не забыл. И я никуда не поеду.

Дамир, разжав кулаки, выдохнул. Складка между бровями разгладилась, а лицо приняло нейтральное выражение.

— Софье Дмитриевне самой бы нянька не помешала, — поднявшись, мужчина подошёл и взял меня за руку. — Ты же не станешь с этим спорить?

С этим утверждением не только я, даже сама Ба спорить не станет.

Молчу.

— Оля, голодать и работать в ущерб учёбе – не выход. Не хочешь оставлять всё, как было, - давай найдём компромиссный вариант.

Большим пальцем Фролов нежно поглаживает кожу ладони, отчего тепло растекается по всему телу. Он смотрит на меня так заботливо, и я знаю, стоит мне сказать «да», и он заслонит от любой невзгоды. Боже мой, ничего я никогда так не хотела, как сейчас раскинуть руки, податься вперёд и прижаться к груди мужчины, которого безумно люблю. Мне стоит лишь согласиться, и все проблемы в миг улетучатся, не будет больше собеседований и звонков работодателям, вновь начну покупать всё, что желает душа, не видя ценников и не задумываясь, что сколько стоит, но…. В этом случае разве я смогу себя уважать и считать полноценной личностью? Тысячи людей сталкиваются с финансовыми трудностями, но как-то же справляются.

— Дамир, либо я самостоятельная, либо нет. Здесь компромисс не найдёшь. Отпусти меня, вот увидишь, я выплыву.

Глава 58

С грехом пополам, но Дамир уехал, а я осталась, что можно считать чудом. Ведь в какой-то момент думала - всё, сейчас перекинет через плечо, посадит в машину и сидеть мне под замком ровно до того момента, пока не соглашусь вновь стать иждивенкой.

Разумеется, Дамир не просто так ушёл, а с обещанием вернуться, когда намаюсь и поумнею. Причём если просветление до нового учебного года не наступит, он грозился этому процессу помочь. Как уж опекун собрался мне мозг ставить на место, он не уточнил, но, зная его натуру, метод явно кардинальный, возможно, болезненный и стопроцентно мне не понравится.

Пытаться устроиться на работу после спора с Дамиром – вообще не вариант. Помимо того, что в душе творится чёрте что, ещё и взгляд потерянный, и руки трясутся, как у не опохмелившегося алкаша. Лучше в таком состоянии к будущим возможным работодателям не показываться, ведь второго шанса произвести первое хорошее впечатление не будет.

Зато, раз уж сегодня день разбора полётов, можно позвонить Ба. В любом же случае когда-то надо мириться, у меня не настолько много близких людей, чтобы ими направо и налево разбрасываться. Да, бабушка долгие годы обманывала, заставила поверить в наследство, которого нет, но она это делала из благих намерений, потому что искренне считала, что мне так будет комфортней жить.

— Неужели решила сменить гнев на милость, — пропела Ба, приняв вызов.

— Прости, что не брала от тебя трубку, мне было нужно время остыть. В прошлый наш разговор ты о чём-то важном хотела сообщить, я готова услышать ошеломительную новость.

— Дамир сказал….

— Я полностью отказалась от поддержки Фролова и это моё решение прошу уважать, и давай хотя бы сегодня не будем больше поднимать эту тему, — тут же перебила бабушку, чтобы с ней вновь в доску не разругаться.

— Хорошо, — хоть и нехотя, но она согласилась. — Ты сидишь?

— Уже да.

— Можешь меня поздравить, через месяц выхожу замуж!

— Хм-м, — хохотнула я. — А если серьёзно?

— А я серьёзна как никогда. Поэтому и советовала присесть. Ну и где мои поздравления?

Интересно, что Ба имеет ввиду под фразой «Выхожу замуж»? Ну не в самом же деле она в шестьдесят семь лет под венец собралась. Может, секс?

— Оля, ты чего молчишь, не переварила ещё? — выждав не особо долгую паузу, поинтересовалась Ба.

— Жажду подробностей, — отозвалась я. Если честно скажу, что не поверила в её скорую свадьбу, как пить дать обидится.

— А-а-а, ну держи. У Сержа свой туристический бизнес, в Чехию он перебрался пятнадцать лет назад. За плечами три жены и три развода. Детей, слава всему, нет. Познакомились мы в ресторане. Я ужинала одна, он был один. Дождался, когда моя бутылка шампанского опустеет и преподнёс новую. Между прочим, заказал самое дорогое. Он вообще крайне щедрый мужчина и потрясающий любовник. Если бы ты знала, что мы творим по ночам…

— Ба, — возмутилась я. — Вообще-то с внучкой разговариваешь. Интимные подробности можно и опустить.

— Ольга, да будет тебе известно, в сексе нет ничего стыдного или неестественного. Нормальная потребность организма, полезная для психологического и физического здоровья, — пристыдила меня Ба за реакцию и поинтересовалась: — Ну как, ты за меня рада?

— Очень, — отгоняя от себя мысли, как конкретно Ба с кавалером тешится по ночам, выдавила из себя и спросила: — А Серж в курсе, что у него через месяц намечено бракосочетание?

Ба по большому счёту мечтательница и часто выдаёт желаемое за действительное, наверняка её ухажёр ни сном ни духом по поводу её планов насчёт свадьбы.

— Понимаю, почему так говоришь. Сама была в шоке, когда Серж предложение сделал. Не поверишь, но я ему, глупая, сначала отказала. Посчитала, что в моём возрасте быть невестой уже неприлично, но Серж настаивал и, в конце концов, переубедил. Стереотипы, навязанные обществом, – это всё глупости. Если ты счастлив, то тебе до чужого мнения должно быть всё равно….

Ба самозабвенно разглагольствовала на тему «Счастье вопреки всему миру», и до меня медленно, но верно начало доходить, что про свадьбу она ничуть не шутила.

— Сколько ему лет? — оборвала я монолог Ба.

— Какая разница сколько? Главное - он меня любит!

— Сколько ему лет? — требовательно повторила я.

— Пятьдесят один и что? Да, у нас есть в возрасте разница, но кого она волнует?

— Разница с мужчиной в шестнадцать лет в первую очередь должна волновать тебя. Ба, ты у меня самая классная, современная, выглядишь просто отпад, но….

— Что но? Ты старая кляча?! Ольга, грубишь.

— Ба, он мошенник. Ты что, телевизор не смотришь? Ты сказала, что у него есть свой бизнес, в офисе у него была? Видела, где он живёт? С соседями разговаривала? Надеюсь, он ещё никакую бумагу на подпись тебе не подсунул?

— Ольга, остановись! Не держи меня за неадекватную. Подольше твоего на свете живу и в людях разбираюсь, особенно в людях противоположного пола. Да я всю жизнь мужиками жонглировала, как хотела. Если говорю, что Серж от меня без ума, значит, оно так и есть. С чего вдруг ты решила иначе?!

Ба не просто разозлилась, она рассвирепела, орала так, что телефон от уха пришлось подальше убрать.

— Хорошо, Серж влюблён. Убедила. Всё, больше не спорю, — чтобы вернуть разговор в мирное русло, я якобы подняла лапки вверх. Ведь зачастую лучше немного отступить, чем бой проиграть. — Только мне вот что непонятно. Если вы оба такие современные и общественные шаблоны вам не указ, для чего тогда сдался этот штамп в паспорте? Официальный брак ну никак на ваши отношения не повлияет, не укрепит их, и любить вы друг друга больше не станете, зато бумажной волокиты целый вагон. Встречайтесь просто так.

— Предлагаешь мне жить во грехе? Ольга, ты меня за кого принимаешь? — заявила бабуля, и я непроизвольно закатила глаза.

— Ба, комедию ломать завязывай. Ты кому рассказываешь про жизнь во грехе? Давай посчитаем, сколько у тебя было любовников и сколько замужеств. Явный перевес в одну из сторон, да. Тебе не кажется, что спохватилась поздновато, а?

— Ну как ты не поймёшь, официальный статус жены много преимуществ даёт, — вот теперь Ба затараторила своей привычной интонацией, а именно - хитрожопой. — Если Серж вдруг, тьфу-тьфу, конечно, но отдаст богу душу, я, как жена, смогу претендовать на наследство, — заявила родственница, и у меня челюсть рухнула вниз и достала аж до самых колен, вот у кого надо учиться с оптимизмом смотреть в грядущий день. Серж моложе Ба на шестнадцать лет, но она явно его намерена пережить. — А если он, ну это совсем невероятно, но вдруг решит уйти от меня, то ему придётся заплатить мне отступные за безболезненный и быстрый развод.

— Ага, а не боишься, что платить придётся тебе, а не ему?

— Ольга, ты просила уважать твоё решение, так будь добра, сделай то же самое, уважай моё.

Глава 59

Если образно выражаться, то сегодня в меня Ба с Фроловым выпустили каждый по пуле. И если Дамир только ранил в плечо, то Ба близенько подошла, хорошенько прицелилась и из дула вылетел контрольный – аккурат промеж глаз.

Нахожусь в полном ауте, это не день, а какой-то круг ада. От бессилия не знаю, в какой угол забиться, чтобы там и помереть. В течение часа уже бесцельно брожу из одного конца квартиры в другой, потому как опасаюсь, если остановлюсь, рухну в лежачее положение и начну в истерике колотить по полу кулаками, ногами и лбом.

Ба наивно полагает, что именно она дёргает за верёвочки, а Серж в роли марионетки. Я же на девяносто девять и девять десятых процента уверена, что не она дурит, а дурят её. Представляю, как у этого Сержа глаза загорелись, когда Ба начала перед ним корчить из себя миллионершу. Живёт в шикарной вилле, ужинает исключительно в ресторане, украшений полно, два раза один и тот же наряд не надевает, деньгами сорит…. Фролов, блин, с его щедростью и тут подгадил. Понимаю, что он не виноват, но всё равно злюсь.

Как пить дать, если Ба выйдет замуж, её муженёк наизнанку вывернется, но обдерёт нас до нитки. Его, конечно, ждёт неприятный сюрприз, потому как у невесты из приданого имеется лишь одна-единственная квартира, но с учётом стоимости жилья – это не так уж и мало.

Чем дольше размышляла над ситуацией, тем мрачней мне виделся итог бабушкиной свадьбы. И я уже не крышу над головой боялась потерять, а саму Ба. А что, если эта скотина женится на ней, обманным путём присвоит имущество, а чтобы всё было шито-крыто, организует Ба несчастный случай или сделает так, что у неё якобы случится инфаркт. Шестьдесят семь лет, шампанское с сигаретами каждый день, никто и не усомнится, что смерть наступила из-за возраста и вредных привычек. Кому я после что докажу?

В общем, так: либо предупрежу беду, либо, возможно, останусь на этом свете одна, без единой родной души. Кроме Фролова, мне помощи просить не у кого, поэтому тут уж надо решать, что мне дороже, гордость или родная кровь. Разумеется, выбираю Ба. Она мне, конечно, после голову открутит за инициативу, ну и пусть. Лишь бы жила.

Утром следующего дня собралась и поехала к Дамиру на поклон.

Несмотря на отсутствие пропуска, в здание фирмы попала без каких-либо проблем. Дежуривший охранник, ещё до того, как приблизилась к турникету, приветливо мне улыбнулся, поздоровался и, не дожидаясь, когда приложу карту к считывающему устройству, сам включил для меня зелёный свет. Попадавшиеся на пути бывшие коллеги, с которыми успела так или иначе по работе столкнуться и познакомиться, приветственно кивали, интересовались как жизнь, в общем, приняли, словно родную, как будто я не увольнялась, а просто вернулась из отпуска.

Войдя в приёмную и увидев, что за моим столом вновь хозяйничает Мария Сергеевна, испытала неконтролируемую и не поддающуюся объяснению ревность. Да, по большому счёту – это её законное рабочее место, но почему-то всё равно невероятно раздражает, что она сидит в моём кресле, кладёт локти на мой стол, барабанит пальцами по моей клавиатуре, трогает мои папки, а заметки чёркает моей ручкой, что тоненько пишет нежно-голубым цветом и никогда не мажет. Причём ручка – точно именно моя, лично заказала у снабжения таких целую партию.

— Привет, Ольга, ты к нам какими судьбами? — поинтересовалась Мария, предварительно выдавив из себя крайне неискреннюю улыбку, но и на том, как говорится, спасибо. Вообще-то, я бы на её месте мне бы по голове за сорванный отпуск степлером настучала.

— Здравствуй, мне по личному вопросу нужно к Дамиру Олеговичу. Спроси, пожалуйста, сможет ли он меня сейчас принять.

Маловероятно, конечно, но если Фролов откажется со мной разговаривать или из вредности перенесёт встречу на следующий день, план действий у меня наготове. Ещё дома решила в этом случае дверь штурмовать.

Мария Сергеевна, кивнув на диван, жестом предложила присесть, а сама подняла трубку, нацелилась пальцем на горячую кнопку связи с шефом, но почему-то в последний момент передумала нажимать, а вместо этого заговорщически зашептала:

— Оля, а ты к нам насовсем или так, в гости?

Вздохнула, а кто ж его знает.

— Как получится. А что?

— Во-первых – я отпуск не догуляла, а как бы хотелось, во-вторых – через две недели у главного инженера освободится место секретаря. И ещё до твоего ухода Дамир Олегович мне сказал, что скорей всего его займу я, причём с солидной прибавкой к окладу. Теперь же мой перевод накрывается медным тазом. А Главный инженер, как начальник, – отличный. Опять же ответственности в разы меньше, да и работы, — сообщила женщина и, недобро на меня посмотрев, добавила: — Тут же кто-то не в меру прыткий в моё отсутствие постарался и до невероятных размеров раздул фронт работы. А затем уволился….

Упс… по мою душу булыжник полетел в огород.

Одарив меня строгим взглядом с укором, Мария позвонила Фролову и тут же сообщила, что могу проходить.

Да-а-а, недолго длилась моя самостоятельная песнь, недели не пролетело, и как миленькая приползла с вытянутой рукой к Фролову за подаянием, пусть и не финансовым, хотя… как посмотреть. Наверняка Дамир сильно потратится, если согласится сорвать свадьбу Ба.

Хватит уже себе плешь проедать, не для себя пришла просить и это меня оправдывает. Наверное.

Глава 60

Либо я появилась в удачное время, когда Дамир был не особо занят, либо он ради меня отложил дела, но когда вошла, он сидел за чистым столом без бумаг, со сложенной крышкой ноутбука. Его поза говорила о том, что он приготовился слушать, а глаза выдавали неподдельный интерес и любопытство к предстоящему разговору.

— Ну что сказать, удивлён, — заметил Фролов и вытянул руку, указывая на кресло напротив себя. — Нет, я тебя ждал, но не так скоро.

— И зря, если бы не обстоятельства - не пришла.

«Оля, у тебя мозги есть? Какого…. ты огрызаешься? Забыла, что стоит на кону?!»

— Результат важней причин. По крайней мере, для меня. Рассказывай, что случилось. Ведь я правильно понял, у тебя есть проблема?

Практически дословно пересказала наш вчерашний с Ба разговор, опустила лишь некоторые незначительные детали.

— М-да-а-а, — слегка качнув головой, протянул Фролов, когда я закончила. — Софья Дмитриевна живее всех живых. И что ты от меня хочешь, чтобы я её от свадьбы отговорил?

— Нет. Она рогом упёрлась. Словами её не переубедить. Может… — блин, как же сформулировать фразу, смысл которой заключается в том, чтобы один мужчина другого взял за грудки и тряханул так, чтобы ему мало не показалось, — …может, ты этого Сержа как-нибудь припугнёшь?

— Хорошо, — согласился Дамир, — но ты же понимаешь, что взамен я выставлю тебе ряд условий?

Ого, то есть не одно и не два, а целый ряд.

Понятно, похоже, что Дамира перестал устраивать статус опекуна, и теперь он метит в рабовладельцы.

— Разумеется, понимаю, не первый же год знакомы.

Дамир, пропустив мимо ушей и моё язвительное заявление, и то, каким едким тоном его произнесла, сразу перешёл к делу:

— Первое – переезжаешь обратно ко мне. Второе – вновь на меня работаешь. Третье – если я тебе что-то советую, ты, не споря со мной, поступаешь так, как говорю.

Очуметь можно! Третий пункт мне особо понравился. Фролов специально напоследок оставил самое сочное? То есть если выразиться точнее, меня лишают права голоса в своей же собственной судьбе. Прекрасно. Ну а что? Теперь за ненадобностью можно мозг удалить, за меня же есть кому думать.

— А срок? Или мне до пенсии с тобой жить?

— Срок есть. Либо пять лет, либо пока диплом о высшем образовании не получишь. То есть если возьмёшь академ, то пять лет в шесть превратятся.

Пять лет. Жесть. Это больше четвёртой части, чем я на данный момент прожила. Если не ошибаюсь, за убийство по неосторожности сажают на два года, а Фролов меня лишает свободы на целых пять.

— То есть если ты мне скажешь сигануть вниз с крыши, мне прыгать?!

Дамир скривился, и я тут же отреагировала:

— Ну а что? Надо же на всякий случай уточнить?

— Да.

— Издеваешься?

— Ольга, не задавай идиотских вопросов. Я ни разу не действовал тебе во вред и впредь не собираюсь. Все мои требования будут исключительно в твоих интересах. И ты как бы должна это знать. Не первый же год знакомы, — зло выплюнул Дамир мою недавнюю фразу.

— И как соглашение зафиксируем? Договор составим и кровью подпишем, да?

— Нет. Твоего слова мне вполне хватит, — удивил он. Любопытно. И откуда это ко мне взялось столько доверия? — Но прежде чем его дать, хорошо всё взвесь. Как ты понимаешь, договор обратной силы просто не может иметь. Тебе нужно время, чтобы подумать и дать ответ? Но имей в виду, без ответа я действовать не начну!

— Вчера уже подумала. Согласна.

— Подожди, Оля. Мы ещё не обговорили один момент. А если выяснится, что Софья Дмитриевна собралась замуж за порядочного человека, и свадьбу не понадобится отменять, ты же после не заявишь, что наше соглашение аннулировано?

— А я тебе говорила, что он моложе Ба на шестнадцать лет?

— Говорила, но всякое случается.

— Не заявлю. Всё останется в силе.

— Тогда по рукам, — Дамир резко встал и протянул мне ладонь.

Не беря пример с Фролова, не поднимаясь на ноги, подалась чуть вперёд и пожала его руку, а когда подняла глаза и встретилась с ним взглядом, в душе зародилось чувство, что только что с дьяволом сделку заключила. Если Дамир планирует пользоваться своей властью лишь в моих интересах, почему он тогда на меня смотрит с таким предвкушением, словно с этой секунды я его персональная крепостная, обязанная по щелчку пальца выполнять любое желание?

— И когда ждать результатов, ты уже сегодня начнёшь действовать? — забирая руку обратно себе, поинтересовалась я и на всякий случай уточнила: — Это я о Ба и Серже говорю.

— Да, я понял, — открыв верхний ящик стола, кивнул Фролов. — Начну незамедлительно. Софья Дмитриевна и для меня человек не чужой, тоже о ней беспокоюсь. Как что-то конкретное узнаю, сразу сообщу, — мужчина бросил на край стола, что находился ближе ко мне, две связки ключей, которые, разумеется, мне были до боли знакомы. Одна связка отпирала мой четырёхколёсный подарок, другая - квартиру Дамира. — Твоя машина здесь, на подземной парковке. Домой вернусь в шесть. Намёк, к какому часу ты должна успеть перевезти вещи, понят?

— По-твоему, я метеор? — недовольно фыркнула я, сгребая в охапку ключи.

— Ничего, съехала ты молниеносно, значит, и сейчас справишься. Только не вздумай сама поднимать чемоданы, возьми в помощники Яна Марковича. Я ему позвоню, предупрежу, — Дамир, прихватив телефон, присел в кресло и крутанулся в нём, отворачиваясь от меня к окну, тем самым наглядно показывая, что наш разговор исчерпан.

— Ну?! — судя по тому, с каким нетерпением и трепетом Мария протянула вопрос, пока я была у Дамира, она, не дыша, крепко сжимала кулачки и молилась, чтобы я вновь заняла её место.

— С завтрашнего дня приступаю к обязанностям, — безрадостно сообщила я, и женщина, звонко хлопнув в ладоши, счастливо улыбнулась, а после и вовсе, задрав подбородок к потолку, кого-то там вверху поблагодарила:

— Спасибо, спасибо….

Глава 61

По прошествии нескольких дней меня начало преследовать стойкое ощущение, что факт моего возвращения в дом Фролова и выход на работу обрадовал абсолютно всех, разумеется, за исключением меня самой. Домработница Дамира все уши мне прожужжала, что он, бедный- несчастный, пока я у него не жила, ни разу за всё время к ужину не притронулся, а как я вернулась, так у него и аппетит появился, и здоровый цвет лица, и вообще улучшилось настроение. Правда, я этого улучшенного настроения не заметила, про остальное не знаю, ничего сказать не могу. Коллеги же, когда в приёмную ко мне заходили, облегчённо вздыхали, а после все, как один, в голос жаловались, что после моего увольнения Фролов как с цепи сорвался и лютовал страшно. Доходило даже до того, что некоторые хитрили и если дни отпуска в запасе имелись, то ,от греха подальше, оформляли отпуска и дома отсиживались, чтобы в период репрессий под горячую руку босса не попасть. Опять же, Натке подфартило. Как я ей и обещала, спросила у Дамира, найдётся ли место для моей подруги у него в фирме. И о, чудо! Он её взял. Правда, не в головной офис, а в филиал, но она всё равно, когда ей новость сообщила, в прямом смысле прыгала от восторга до потолка.

Мне же не до восторгов. Несколько дней назад клятвенно себе пообещала стать самостоятельной и что? Все планы порушены, и есть вероятность, что теперь никогда не узнаю, что могу и чего стою сама по себе без поддержки Фролова.

— Тебе понравилась рыба? — поинтересовался Дамир и не для того, чтобы узнать моё мнение, а чтобы не ужинать, как вчера, например, в полном молчании.

— Да, — односложно и без энтузиазма отозвалась я. Хотя по отношению к Анне Леонидовне это несправедливо. Форель у неё сегодня действительно удалась, нежная, сочная, буквально тает во рту, а сливочный соус с итальянскими травами – это вообще, как по мне, так шедевр.

— Может, тогда я тебе ещё положу? — мужчина, не дожидаясь согласия, потянулся к тарелке, чтобы добавки мне положить.

Честное слово, ну сколько же уже можно? После того, как Дамир проинспектировал мой пустой холодильник, при любом удобном случае пытается меня накормить до отвала.

— Нет, спасибо, — вежливо, но опять же отстранённо отказалась я.

Ну не получается у меня с Фроловым общаться так же легко и непринуждённо, как раньше. Не могу забыть, что я теперь у него в заложницах на целых пять лет. Эта мысль, словно невидимая удавка на шее, душит, мешает и крепкую бетонную стену между нами возводит.

— Хорошо, — опекун вернул кусок рыбы обратно на блюдо, — больше места останется для десерта.

Понятия не имею, что со мной происходит, видимо, во мне поселилась Баба Яга, которая постоянно против всего на свете, но пока Дамир о десерте не упомянул, планировала закончить ужин кусочком «Красного бархата», а теперь как отрезало. Ну вот от слова «совсем» сладкого не хочу.

— Я уже всё, наелась, — заявила я, поднялась под пристальным и крайне недовольным взглядом Дамира, сложила посуду, из которой ела, в посудомойку и вышла из кухни.

— Оля, можно? — через полчаса ко мне в спальню постучался Дамир.

— Да, заходи, — спрятав под подушку телефон и укрывшись одеялом по шею, чтобы было похоже, что спать собралась, нехотя разрешила войти.

— Ты уже легла? Восемь всего, — удивился Дамир.

— Устала, — объяснила я и для правдоподобности зевнула.

Фролов нахмурился.

— Ты, случаем, не приболела? Ольга, я в твоём возрасте сутками пахал и не уставал.

Дамир, подойдя к кровати, измерил мне температуру, положив на лоб ладонь.

— Не горячая, — выдал он заключение. — У тебя нет сил, потому что ты на свежем воздухе совсем не бываешь. Я, собственно, поэтому и пришёл. Прогуляемся по парку? Полчаса. К озеру сходим, уток покормим или пойдём к той большой клумбе, где дядька в красном костюме своих мопсов выгуливает. Тебе же нравятся мопсы, м?

Перед глазами тут же замельтешили кадры из наших прошлых прогулок с Дамиром. Вечер, солнце ещё достаточно высоко, но его лучи уже не обжигают, как днём, а ласково и ненавязчиво греют. В парке многолюдно, но никто никому не мешает: любители фитнеса бегают, кто-то на лавочке книгу читает, с детской площадки доносятся звонкие голоса, обстановка безмятежная и расслабляющая. Лично для меня гвоздём программы в парке всегда были мопсы в количестве пяти штук, которых в одно и то же время выгуливал мужчина в красном костюме. Банда маленьких хулиганов – иначе эту компашку не назовёшь. Они то дружно ямы рыли, выдирая из земли с корнем газон, то вандализмом занимались на клумбе, то находили палку и потешно грызлись из-за неё между собой.

Оказывается, и хорошие воспоминания могут вызвать тоску, если знаешь, что дорогие сердцу моменты уже не повторятся. Ведь тогда я считала себя наследницей и думала, что с Фроловым на равных, теперь же превратилась… даже не знаю, как называется мой статус - иждивенка, нахлебница, приживалка….

— Ну так как? — Дамир напомнил, что ожидает ответ.

— Ты меня просто приглашаешь или приказываешь?

Прежде чем озвучить вопрос, прокрутила его в голове, и он не показался мне настолько грубым, как вышло на деле.

— Приглашаю, — пояснил Фролов, но на этот раз его голос прозвучал сухо.

— Я уже легла, давай в другой раз, — отказалась я, потому как соглашаться уже не имело смысла. Теперь не только у меня, но и у Дамира явно отсутствовало настроение для прогулки.

— В другой, так в другой, — мужчина кивнул и направился к выходу, но перед самой дверью застыл, а после и вовсе ко мне развернулся. — Ольга, а ты уверена, что у тебя действительно есть повод впадать в депрессию? Что-то в твоей жизни пошло не так, как планировала? Так спешу обрадовать – это произошло далеко не в последний раз. Более того, оказаться в зависимости от человека, который тебя любит, – это не самое плохое, что может произойти. Гораздо страшнее оказаться в ситуации, когда тебе нужна помощь, а рядом нет никого, кто бы мог и имел желание тебе эту самую помощь оказать. Подумай над этим.

Прежде чем я собралась с мыслями, чтобы хоть что-то ответить, Дамир оставил меня одну.

Долго смотрела на дверь, за которой скрылся Фролов, но через какое-то время резко откинула в сторону одеяло и вслух себя отругала.

— И в самом деле, что я как старая кляча улеглась в восемь вечера.

Глава 62

Нарезая по комнате круги, анализировала своё поведение в последние дни и недоумевала, почему вела себя как избалованный капризный ребёнок? С утра и до ночи ходила с недовольным лицом и надутыми от обиды губами, с Дамиром разговаривала исключительно сквозь зубы, на рабочем месте вообще инициативы не проявляла, занималась лишь необходимым минимумом, но не более. То есть особой пользы фирме не приносила.

А что, собственно, плохого мне сделал Фролов? Согласился уберечь Ба от свадьбы с мошенником? Заставил жить в комфорте и в полном достатке? Вынудил взять обратно машину? Ну, да он просто сволочь и гад!

Надо бы извиниться и чем скорее, тем лучше.

Накинув на сорочку халат и туго завязав пояс, я подбрела к зеркалу. Выгляжу так себе, на троечку: косметики на лице ноль – сразу после ужина миццелярной водичкой кожу протёрла, волосы последний раз расчёсывала ещё в офисе, перед тем как спуститься на первый этаж пообедать, глаза… А вот глаза как раз-таки живые, сразу видно, после долгого сна у человека разум наконец-то проснулся. Ну то есть сойдёт, пойду какая есть, не на свидание же собралась. Только волосы в порядок приведу, и брови щёточкой причешу, чтобы в разные стороны не торчали, ну тогда и кончики ресниц подкрашу, а чёрт с ним, и губы освежу блеском.

Обойдя всю квартиру, Дамира так и не нашла, выходит, он у себя в спальне. Это единственная комната, куда не заглядывала. А спальня, в отличие от кабинета или гостиной, - это не нейтральная территория, а глубоко личная, да ещё и мега интимная. Не хотелось бы именно там разговаривать, но раз уж решила, дело надо доводить до конца.

— Дамир, можно войти? — постучав три раза в дверь, спросила я.

В ответ послышался голос Фролова, но что конкретно он сказал - не разобрала. Наверное, разрешил зайти. Дамир же не станет, как я, хлюздить и прятаться в углу от обиды.

Толкнув дверь, шагнула практически в полумрак. Плотные тяжёлые шторы комнаты задёрнуты наглухо, солнечный свет, конечно, внутрь сквозь них всё равно проникает, но лишь слегка. Его хватает ровно настолько, чтобы случайно не наткнуться на впереди стоящий стул, но недостаточно, чтобы, например, открыть книгу и почитать.

И в данном случае, с учётом, в каком виде застала мужчину, скудное освещение, скорей, играет мне на руку, чем наоборот. Фролов стоит ко мне спиной, и он определённо только-только вышел из душа. Из прикрытых мест - одни бёдра, обёрнутые полотенцем.

Очуметь можно, зрелище не для слабонервных. Такое ощущение, что он специально принял эффектную позу и напряг мышцы, чтобы у меня по подбородку потекли слюни.

— Прости, я, когда стучала, не совсем поняла, что ты сказал, — сглотнув, промямлила я.

— Да ничего, ерунда. Предупредил, что не совсем одет, но если этот факт не смущает, чтобы входила, — пояснив, мужчина развернулся ко мне лицом, подняв руки, смахнул с волос влагу и кивнул в сторону гардеробной. — Одну минуту, сейчас вернусь, только накину что-нибудь на себя.

Где-то когда-то читала, что если девушка на пляж надевает купальник на верёвочках, то окружающих мужчин должна преследовать мысль потянуть за них, чтобы, собственно, развязать. Так вот, ответственно заявляю - работает теория и ещё как! У опекуна, конечно, не верёвочки, а узел из полотенца, что некрепко держится не где-нибудь, а в области паха, но я бы прямо с удовольствием за него потянула….

Нет, всё-таки как же хорошо, что темно и не видно, как тут одну девушку от вида не совсем, но почти голого мужчины не по-детски колбасит.

Фролов скрылся за дверью и меня вроде как отпустило. Или нет? Или нет! Теперь вожу носом и принюхиваюсь, как собачонка, учуявшая где-то поблизости колбасу. В комнате витает умопомрачительный шипровый запах, и это именно тот аромат, который обычно улавливается от Дамира. Только сейчас он более насыщенный, поэтому слышится ярче и острей. М-м-м….

Блин, у меня на нервной почве гормоны взбесились? Я себе сейчас не второкурсницу Олю, а сексуального маньяка напоминаю. Похоже, будет не лишним анализы сдать.

Фролов вернулся и не сказать, что он оделся, как обещал. Тонкие просторные штаны из трикотажа, что весьма хлипко и низко держатся на бёдрах, не особо кардинально отличаются от полотенца. А футболка где? Что, все до одной в стирке?

Честное слово, теперь уже и не знаю, что лучше - злиться на Дамира или как сейчас…. докатилась, мне даже думать стыдно о том, что испытываю.

— Присядешь? — указал мужчина на два кресла, что стояли в глубине у окна.

Э-э-э, нет, так далеко проходить опасно и чревато непредвиденными последствиями.

— Нет, спасибо, я буквально на пару слов.

Так, а что у нас с голосом, почему не говорим, а пищим?

Дамир же на ногах не остался, но и кресло не занял, а широко, как обычно это делают исключительно мужчины, расставив ноги, присел на кровать и всем своим видом и внимательным взглядом продемонстрировал, что приготовился слушать.

— Я пришла извиниться, — на удивление бодро начала я, попросила прощение и за поведение, и за грубость, и за то, что на работе филонила. Но вот когда пришло время пояснить, по какой причине так поступала, тут моё красноречие и иссякло. — Ну то есть я как бы всё понимала, но делала всё равно, как делала. Как бы это была и я, и не я. Словно со стороны на себя смотрела, осуждала, но говорила…. О боже, почему же это так трудно объяснить?! — не выдержав собственного косноязычия, взвыла я.

— Оля, всё, не мучайся. Я тебя прекрасно понял, — заверил Дамир и, встав, начал ко мне приближаться. — В тяжёлых ситуациях порой сложно себя контролировать, — под конец этой фразы, его ладони, видимо, в знак прощения и поддержки, легли мне на плечи. Ох, если бы Дамир знал, что про самоконтроль он попал как раз в самое яблочко. Я тут ноги друг к другу крепко прижимала, когда он находился в другом конце комнаты, а теперь, похоже, голодным волком завою.

Глава 63

— Мне даже как-то неудобно от того, что ты такой всё понимающий и прощающий, — как чувствовала, так и сказала.

— То есть я опять виноват? — чуть склонив голову набок, поинтересовался Дамир не без доли упрёка.

— Нет-нет, я не это имела в виду, — было начала оправдываться я, но когда мужчина расплылся в ироничной улыбке, сообразила, что надо мной просто-напросто подшутили. — Веселишься?

— Есть такое, — согласился Фролов и раскинул руки. — Дай я тебя обниму, — даже не поняла как, но ровно через мгновение оказалась плотно прижата к мужской груди. Причём к голой и мега вкусно пахнущей. — Если ты начала признавать свои ошибки, да ещё и это озвучивать вслух, значит взрослеешь.

Фролов ласково поглаживает меня по спине, мягким голосом хвалит за то, что самостоятельно смогла разобраться в себе. Я, конечно, слушаю, и даже, насколько это позволяют объятия, киваю, но ни черта не понимаю, что он говорит. Какой там, сосок Дамира находится в трёх сантиметрах от моего рта, и все ресурсы тела брошены на то, чтобы не поддаться соблазну и не попробовать такой ли он вкусный, как выглядит.

— Дамир, я это… пойду уже к себе, а то ты же отдыхать собирался, — тоненько пропищала я и заёрзала, чтобы поскорей отпустили. А то моё самообладание вот-вот лопнет как финансовая пирамида.

— Да, конечно, беги, — больше мужские руки и грудь меня не согревали, Дамир отстранился, но тут же, вопреки своим словам, он начал медленно ко мне склоняться.

О Боже, Дамир удумал меня поцеловать? Определённо! Для чего ему ещё ь

Да гори оно огнём, синим пламенем. Я же тоже хочу этот поцелуй. Причём «хочу» - не совсем подходящее слово, а вот «изнемогаю» - в самый раз.

Прикрыла глаза, выше задрала подбородок, надула губы и встала на цыпочки.

Ощутив горячее прикосновение ко лбу, вытаращила глаза.

Твою же налево…. какой же это позор. Интересно, Фролов понял, какую часть лица я ему подставляла для поцелуя? Разумеется, понял, он же, в конце концов, не дебил и не слепой.

- Доброй ночи, Оля.

— И тебе, — в ответ буркнула я, развернулась, и стыд погнал меня прочь из комнаты.

Лишь со второй попытки удалось взяться за ручку, а первая закончилась тем, что попросту промахнулась. Затем вдруг решила забыть, в какую сторону в квартире открываются все двери, дёргала-дёргала и несколько мгновений искренне недоумевала, почему же выйти не получается. Ну и под конец вишенка на торте моей неуклюжести. Выпрыгивая из спальни, не вписалась в проём и больно плечом ударилась о косяк.

— Оля, ты как? — всполошился Дамир.

— Ага. Отлично. Полный порядок. Приятных снов.

Чтобы мне провалиться….

Полночи ворочалась, мучаясь вопросом, как завтра показываться Фролову на глаза. Это же надо было так опрофаниться. Губки вытянула, на цыпочки поднялась, глазки прикрыла… Есть ли ум у человека?

Понятно, что со временем неловкость после конфуза пройдёт, но как пережить первый день? Сначала решила свести общение с Дамиром до возможного минимума. А именно, хотя бы с ним не завтракать. Даже придумала как. Совру, что проспала. С дорогой в одной машине до офиса ничего не поделаешь, придётся, стиснув зубы, терпеть и делать вид, что разглядывание прохожих – лучшее и самое увлекательное занятие в мире. На работе планировала организовать самой себе задание, требующее беготни по этажам.

Но то было, пока не вспомнила слова Ба: «Если дала маху, не вздумай прятаться, краснеть и заниматься прочими глупостями. Наоборот, голову держи высоко, смотри на всех уверенно и, желательно, с высока. Вот увидишь, люди сразу решат, что ни в какую постыдную или смешную ситуацию ты и вовсе не попадала».

Поэтому утром встала даже не вовремя, а за час до звонка будильника. Приняв душ, по полной программе нанесла на лицо макияж, волосы утюжком вытянула до зеркального блеска, оделась куда смелей, чем обычно, но главное - повторяла себе и повторяла: «Я не буду суетиться и краснеть при Дамире, я самая уверенная в себе девушка».

В коем-то веке к завтраку вышла первой и к тому времени, когда появился Дамир, у меня на столе уже было всё готово.

— Доброе утро. Ого, — глянув на стол, изумился Дамир. — Ты когда успела?

— Чуток проснулась пораньше. Не всегда же тебе меня кормить, — на удивление легко отозвалась я и при этом без какого-либо дискомфорта смотрела на мужчину.

Совет Ба работает и ещё как! Самовнушение и правильный настрой – наше всё.

Мы с Фроловым присели и размеренно болтали о том и о сём. Слава всему, о вчерашнем вечере не вспоминали.

— У тебя кофе закончилось, — заметив, что у Дамира кружка пустая, сказала я, тут же встала и вместе с его кружкой направилась к кофемашине.

— Оля, сядь. Сам сварю. Ты и так полностью одна приготовила завтрак, — Дамир тоже поднялся, как и я, подошёл к кофемашине и аккуратно забрал у меня кружку.

— Нет, сегодня на кухне повар я, а ты мой гость, — вернула себе кружку обратно.

Фролов настаивал на своём, я с ним не соглашалась, в итоге кружка убежала от нас обоих, а именно - выскользнула из наших рук, упала на пол и разбилась.

— К счастью, — резюмировал Дамир. — Сейчас что-нибудь принесу, чем можно собрать осколки, — мужчина направился в сторону коридора. — Оля, только ничего голыми руками….

— Ай, чёрт, — сидя на корточках и наблюдая за тем, как капля крови выступает из пальца, всхлипнула я.

— Оля! Ну как так? Сильно порезалась? — Дамир тут же вернулся, заставил подняться и внимательно на мой палец посмотрел.

— Да ерунда, царапина. Даже кровь уже не идёт. Ну почти.

— Ходячая ты моя катастрофа, — качнул Дамир головой, наклонился и мою ладонь поцеловал.

Либо руки – моя самая эрогенная зона, либо не знаю что, но меня аж в пот бросило, и все вчерашние ощущения, что испытывала в спальне Дамира, вновь нахлынули только с утроенной силой.

Как говорит Ба: «Если что-то нельзя, но очень сильно хочется, то можно».

— Царапина или нет, всё равно надо забинтовать, — заявив, мужчина посмотрел на шкаф, где хранилась аптечка.

- Ага, — поддакнула я и облизнулась. — Обязательно забинтуем.

Цепко схватив Дамира за ворот рубашки, рывком потянула мужчину на себя и как оголодавшая впилась в него поцелуем.

Глава 64

Фролов явно не ожидал от меня такой прыти, и даже на какое-то время застыл. Но то длилось недолго, пару мгновений или и того меньше, а после он взял инициативу в свои руки. Одним резким и где-то, возможно, даже грубым движением он прижал меня к себе настолько близко, насколько это возможно, обнял до хруста костей и в прямом смысле ураганом обрушился на мои губы.

Понятия не имею, что со мной происходит. Казалось бы, со всей жадностью и страстью целую Дамира, тесно к нему жмусь, впиваюсь через ткань рубашки в его кожу ногтями, но мне всё мало. Хочу больше, острее, быстрее, он нужен мне полностью, весь, целиком. Едва сдерживаю желание укусить. И судя по тому, что всё чаще и чаще от поцелуев мужчины испытываю хоть и сладостно-томительную, но всё же боль, наши с ним желания полностью совпадают.

Фролов шумно и отрывисто дышит, мне также катастрофически воздуха не хватает, но я лучше задохнусь, чем хоть на секунду прерву наш алчный в своей жадности неистовый поцелуй. Не выпуская меня из объятий, мужчина чуть приседает, и я тут же закидываю на его талию ноги. Узка юбка мешает, но чтобы быть ближе к Дамиру, я и не такой дискомфорт готова терпеть.

Фролов неожиданно разорвал поцелуй. Разочарованно застонав, тяну его обратно. Он упорно не возвращается, но при этом меня с рук не спускает. Затуманенным взглядом замечаю, что мужчина той рукой, что меня не придерживает, смахивает со стола посуду на пол. Судя по звуку, что-то падает и катится, а что-то разбивается вдребезги. До некоторых предметов Фролову физически не дотянуться, но он находит выход из ситуации. Просто с одного края поднимает стол, и всё, что осталось, слетает.

Для чего Дамир расчистил стол, догадалась, когда он меня на него усадил и вклинился между ног.

О, да, так действительно лучше, но Дамир не спешит этим пользоваться, не наклоняется, не ласкает и не целует, он меня разглядывает. Но оттого, как он это делает: греховно, плотоядно и необузданно, в прямом смысле полыхаю огнём. Казалось бы, мы оба неподвижны, но градус страсти зашкаливает и с каждой секундой неумолимо только растёт. Такое ощущение, что ещё чуть-чуть и от напряжения упаду в обморок.

— Ты уверена? — обхватив моё лицо ладонями, Дамир дал мне возможность передумать.

— Уверена, — хрипло шепнула я, и не успела ахнуть, как одним резким движением он разорвал на моей груди блузку.

Очуметь, у меня от возбуждения аж в глазах потемнело, и данный факт явно не ускользнул от Дамира, об этом сказал его ликующий и ещё более потемневший взгляд.

— Даже так, кто бы мог подумать, — протянул Фролов. Я не поняла, о чём это он, но прозвучало как комплимент.

— И я хочу тебя видеть, — вытянув рубашку мужчины из брюк, принялась снизу вверх расстёгивать одну пуговицу за другой, а когда торс и грудь полностью обнажились, исполнилась моя вчерашняя мечта. Я обхватила сосок Дамира губами и попробовала каков он на вкус. М-м-м… потрясающе….

Долго смаковать мне не позволили. Ухватив за подбородок, мужчина сначала заставил на него посмотреть, а затем вновь овладел моими губами.

Крышесносный поцелуй длился, возможно, минуту, а может быть, и целую вечность, но за это время Дамир успел с меня всё снять, за исключением плавочек. Мне же не так сказочно везло, умудрилась только рубашку с Фролова стянуть. Пыталась расстегнуть ремень на его брюках, но помимо того, что пальцы не особо слушались, так ещё помешал хитрый замок.

— Ты куда? — выдохнула я, когда Дамир, подняв на руки, куда-то меня понёс.

— В спальню.

Дверь в комнату Дамир открыл с ноги, быстрым шагом добрался до кровати, аккуратно меня уложил, а сам спешно сделал то, что мне самой не удалось, он разделся. Полностью. Причём ни разу не отвёл от меня взгляд.

Мамочка дорогая, он в меня не поместится, ни за что и никогда. Хотя, как уверяла Натка, если ты готова, то всё всегда туда помещается. Сама-то я ещё не проверяла, поэтому придётся поверить подруге на слово.

Когда колено Дамира коснулось кровати, в голову пришла мысль, что если он разделся, то и мне следует снять те крохи, что каким-то чудесным образом до сих пор остались на мне. Приподняв таз, потянула плавочки вниз.

— Нет! — рыкнул Дамир. — Я это сделаю сам.

Глава 65

И вот опять Дамир проявил доминирование. И как тогда, когда он разорвал на мне блузку, через моё тело словно двести двадцать вольт пропустили. Что чувствую – словами не передать: сердце как дурное колотится, кончики пальцев подрагивают, дышу, словно десять километров только что пробежала, а внизу живота так тянет, что готова выть то ли от боли, то ли от удовольствия.

Фролов забирается на кровать, но не ложится, а, стоя на коленях, надо мной возвышается. Жадно вгрызаюсь глазами в его абсолютно идеальное тело. Создав Дамира, природа совершила преступление против женского рода. Это же чистой воды провокация, нельзя быть настолько шикарным. Но не широченные плечи, рельефные руки, накаченный пресс или крепкие ноги – самое сексуальное, что есть у Фролова. Крышу у меня рвёт от того, как он на меня смотрит - жадно, необузданно, сгорая от вожделения.

Едва касаясь подушечками пальцев моей кожи, Дамир проскользил от груди до живота, вызывая у меня бурю мурашек и непроизвольный стон. Следующие же касания были куда ощутимее и жёстче, от них у меня сами по себе закатились глаза, тело выгнулось, а ноги призывно разъехались в стороны.

Если Дамир и дальше будет медлить, я, похоже, начну его умолять.

Приподнялась на локтях и уже с возмущением уставилась на мужчину, но Дамир меня тут же, надавив на плечи, прижал обратно к матрацу, зато сам сверху навалился и принялся покрывать поцелуями. Сначала щёки, затем губы, после шею, особое внимание груди уделил. А когда он спустился вниз и обжигал влажными касаниями живот, едва сдерживалась, чтобы от нетерпения не начать материться.

Плавочки наконец поползли вниз, и это внушало надежду, что в скором времени мой пожар всё-таки возьмутся тушить. Одуреть! Лежу перед мужчиной в чём мать родила, и ни капли смущения не испытываю, наоборот, получаю истинное наслаждение от того, что он разглядывает, трогает где вздумается и жарко целует.

— Ау-у, — всхлипнула я, потому как Дамир добрался до сосредоточения моего желания и начал что-то невероятное языком вытворять.

Насчёт громкости - не скажу. Возможно, я и орала, но есть вероятность, что и тихо хрипела, но головой мотала точно активно, и, ухватив простынь, с силой вытягивала её из-под матраца, тряслась, выгибалась, а в какой-то момент на полном всерьёз думала, что сердце не выдержит, и я умру от умопомрачительно сладких мук.

В паху что-то закручивалось, и с каждой секундой оно увеличивалось в размерах, набирало темп, и уже сейчас от эпицентра по всему телу шли волны неизвестного мне ощущения. Чувствую, ещё буквально чуть-чуть и громыхнёт взрыв. И когда до него осталась сотая миллиметра, Фролов зачем-то прекратил вытворять чудеса.

Если бы могла шевелить языком, Дамир бы много интересного узнал о своих садистских наклонностях, а так просто лежу и хочется рыдать.

А нет, уже не хочется, мужчина нежно с осторожностью ввёл в меня палец, а следом и второй.

— Ещё, — слетело у меня с губ, и я почувствовала, как уже далеко не палец ласкает меня.

Вот оно, неужели сейчас это случится?!

Разгорячённая влажная мужская грудь прикоснулась к моей груди, и я ощутила всю тяжесть тела Дамира и то, как он медленно и с натяжением входит.

Натка постоянно советовала, что когда ситуация случится, максимально расслабиться. Какой там, разумеется нет. Я натянута как струна, Фролов тоже напряжён до предела, его аж трясёт.

— Оля, ты как? — прохрипел Дамир.

Честно пыталась хотя бы один издать в ответ звук, даже несколько раз для этого сглатывала, ничего не вышло. И я, в знак, что в себе и жива, моргнула два раза. Мужчина смотрел в упор и стопроцентно это видел, но всё равно его словно барьер останавливал. Тогда я ещё крепче обхватила его бёдра ногами и что есть сил на себя потянула.

Дамир в прямом смысле как зверь зарычал, а я ощутила не то чтобы очень сильную, но всё же боль, режущую, острую и, слава всему, быстротечную. Вначале мужчина двигался осторожно и бережно, затем быстрее и глубже, но в какой-то момент он потерял над собой контроль, и это было потрясающе. Всегда и везде сдержанный Дамир сорвался с цепи, и все его накопленные эмоции и страсть буквально фонтаном выплёскивались наружу.

Кровать ходила ходуном, билась о стену и истошно скрипела. Фролов издавал какие-то страшные звуки и только что зубами из меня клоки плоти не выгрызал. Я бесстыдно громко стонала, температура в комнате, судя по нашим мокрым телам, жаре и нехватке воздуха, подскочила до отметки плюс сто градусов по Фаренгейту, но это самое потрясающее, что когда-либо со мной происходило.

До того, как у меня внутри в прямом смысле разорвалась бомба, я ещё хоть что-то, но понимала, слышала, ощущала. Но после взрыва, кроме гула, никаких звуков не стало, глаза вроде и открыла, но перед ними стояла тёмная и мутная пелена, конечности обмякли и словно превратились в желе. Лишь когда Дамир рухнул на меня, я немного очухалась, мужчину трясло, а в меня определённо что-то крайне горячее изливалось.

Глава 66

Странное чувство, тело ломит так, словно я завалилась, и по мне пробежалась оголтелая толпа футбольных фанатов, опаздывающая на матч. Но при этом мне до одурения хорошо, блаженная улыбка с лица не сползает, а ещё я бы с превеликим удовольствием какую-нибудь задушевную песню затянула. Вот оно, значит, как, ну теперь ясно, почему мир на сексе помешан.

С тех пор, как Фролов на меня рухнул, лежит неподвижно и если бы тяжело не дышал, однозначно задалась бы вопросом, живой ли он, потому как даже спящие люди и то не бывают настолько расслабленными, как сейчас Дамир. Лица мужчины не вижу, но даю голову на отсечение: у него открыт рот, не исключено, что даже течёт слюна и обязательно закрыты глаза.

Кстати насчёт глаз, рано или поздно он их откроет и даже больше, мне придётся в них посмотреть….

Ёпереганды… и что же теперь будет?

Медленно и верно осознаю, что натворила, причём кроме себя обвинять некого. Первая полезла к Дамиру, и он мне давал шанс одуматься, спрашивал, уверена ли я, но у меня же тогда зудело, мне же тогда и море, и океан – всё было по колено. Твою ж мать, я как алкаш, что по пьянке наворотил дел, а протрезвев, задумался о последствиях. Блин, ещё и простынь наверняка вся уляпанная. Надо всё обязательно самой убрать, чтобы домработница не увидела.

«Оля, какая к чертям домработница! О чём ты думаешь? Забыла, что на тебе лежит голый Дамир? Вот твоя основная проблема!»

— Мне надо в ванну, — пропищав, заёрзала я и попыталась сбросить с себя мужчину, но, разумеется, с учётом моих физических возможностей и веса мужчины, сделать это не удалось. — Дамир, приподнимись, пожалуйста, — жалобно попросила я. Судя по телодвижениям, Фролов сначала мотнул головой, ну как бы ответил «Нет», но после всё же сжалился и скатился с меня на матрац.

— Дай мне минуту, вместе пойдём, я тебе спинку потру, — сонно и вальяжно пропел Дамир, поднял руку, явно чтобы меня приобнять, но я буквально выпрыгнула из постели.

Твою же дивизию, я нагишом и ничего нет рядом, чем можно было бы прикрыться.

— Оля?!

Всё, судя по голосу, Дамир полностью оклемался, а это означает, что надо срочно делать ноги.

— М-м-м, нет, мне компания не нужна, — выпалила я, не глядя на Дамира, бросила взгляд на то место, где только что лежала, к великому удивлению там не было даже намёка на окровавленное пятно, и, сверкая голым задом, выскользнула из спальни.

Добежав до своей комнаты, зашла в ванную, закрылась, включила воду, но прежде чем встать под душ, убедилась, что крови у меня нигде нет.

Интересно, а Дамир понял, что у меня это случилось впервые? Может, да, а может, и нет. Ясен пень, что я почувствовала, как внутри что-то рвётся, но Фролову же, в отличие от меня, не было больно, возможно, он данную деталь упустил. Пусть будет, что упустил и не заметил. Так на Фролове меньше ответственности, а на мне стыда и позора.

Надо же, не было крови, то есть я вошла в тот процент женщин, которые, если бы родились несколькими столетиями раньше да или просто в другой стране, могли быть закиданы прилюдно камнями за интимную добрачную связь.

Чуть до потолка не подпрыгнула от испуга, услышав, что в дверь требовательно барабанят.

— Оля, у тебя всё хорошо? Зачем ты закрылась?!

Ну, здравствуйте, последствия! Хотя бы немного позже прийти не могли, обязательно сразу надо было нагрянуть?

— Я в норме! — прикрыв глаза ладонями от стыда, крикнула я, а вопрос, зачем понадобилось запираться, оставила без пояснений. Проклятье, мы же с Дамиром на работу опаздываем, верней, уже опоздали. — Может, ты пока в офис отправишься один, а я примерно через час сама подъеду, м?

Ха, классика жанра, секретарша переспала с боссом и теперь на правах любовницы со спокойной душой отлынивает от работы.

— Нет, я тебя подожду, — с другой стороны двери отозвался Дамир, и надежда, что у меня получится выкроить для себя немного времени, чтобы осмыслить и принять факт секса с опекуном, рухнула. — Позвоню Марии, предупрежу, что задержимся или…. В общем, улажу вопрос. Выйдешь - поговорим.

О нет, только не разговоры, вот их-то я и боюсь как огня.

Обездвижено стояла под душем, пока кожа на ладонях и ступнях не скукожилась, после ещё столько же, опустив на сидение крышку, провела на унитазе и никак не могла себя уговорить покинуть «убежище».

Трусиха! А ещё совсем недавно такой уж смелой была. До седых волос же здесь всё равно от Дамира не спрячусь, рано или поздно придётся ведь выйти.

Буквально за шкирку заставила себя подняться, на негнущихся ногах добрела до двери и, прислонившись к ней ухом, прислушалась. Вроде бы тишина. Пока есть возможность, не мешало бы одеться, а то явится Фролов выкуривать меня из ванной, а на мне одно полотенце.

Повернув собачку в бок, приоткрыла дверь и сначала только голову высунула, огляделась и, никого не заметив, как воришка, украдкой на цыпочках поскакала до гардеробной.

— Накупалась?

Провались пропадом эта моя мега огромная спальня! Кто вообще придумал делать комнату размером с двухкомнатную квартиру? Вот моя бывшая спальня - три метра на четыре, прямоугольная, без всяких выступов, углов, закутков, в ней фиг спрячешься, только что под кроватью.

Бьюсь об заклад, Дамир умышленно возле входа в кресло уселся, чтобы его не было видно.

— Ольга, ты куда? — спросил Дамир, когда я, никак не отреагировав на вопрос, продолжила движение в выбранном направлении. — Оля, — не поняла как, но мужчина меня догнал и, ухватив за локоть, остановил.

— В гардеробную, Дамир. Мне надо одеться, — вцепившись в узел полотенца так, как будто от его целостности зависит моя жизнь и глядя исключительно на свои распаренные ноги, прошипела я и дёрнулась в сторону. Но Фролов руку не разжал и не отпустил.

— Оля, мне кажется или ты меня избегаешь? В чём дело?! — смотрю по-прежнему в пол, но возмущённый голос Дамира мигом подстёгивает воображение, и я ясно вижу, с каким негодованием мужчина на меня смотрит.

Серьёзно? Неужели он не понимает? Он тот самый Дамир, а я та самая Оля, что несколько лет назад сидела у него на коленях, лопала конфеты и звала его дядей.

Похоже, пока не объяснюсь, в покое меня не оставят и всласть погрызть себя за глупость тоже не дадут. Ну что ж…

— Мне стыдно, неловко и вообще я готова провалиться сквозь землю. Инициатором была я, поэтому и вся вина лежит только на мне…. — я сбивчиво и суетливо довольно долгое время доносила до Фролова мысль, что не знаю, как нам после случившегося находиться под одной крышей.

— Оля, остановись и, в конце концов, посмотри уже на меня, — в какой-то момент, перебив, потребовал Дамир.

— Не могу, — отрицательно мотнула головой, а когда мужчина приподнял мой подбородок, зажмурилась.

— Оля, не будь ребёнком, открой глаза. Ну? Давай-давай, — мужчина попытался уговорить, но я упёрлась рогом и ни в какую. Тогда он рывком обнял за талию и к себе подтянул. Тут-то мои глаза широко и распахнулись, и я взглянула своему страху в лицо, причём в буквальном смысле.

«Ольга, ты драная похотливая кошка, ты ведь его опять хочешь!» — раздался в моей голове ехидный смешок.

— Не надо, — забыв про узел на полотенце, упёрлась ладонями Дамиру в грудь и что есть сил надавливаю, чтобы его ещё ближе не подпускать.

— Ну вот, ты на меня посмотрела. Небо не рухнуло, земля не разверзлась, всё в полном порядке. Верно?

Сглотнула и опять отвела взгляд в сторону.

— Ольга, то, что между нами произошло – вполне естественно и случается между людьми. Тут ничего стыдного нет. Ты не должна прятаться от меня и избегать.

Фролову хорошо говорить, он мужчина, а они, как известно, к случайному сексу относятся куда спокойнее, чем женщины. Вон мой приятель Олег, не всегда даже помнит имя девушки, с которой переспал.

— Не представляю, как дальше жить с тобой в одном доме, — тихо призналась я.

— Как раньше жили, так и продолжим, — с лёгкостью в голосе заметил Дамир. — Ты как бы предпочла: чтобы мы дома остались или в офис поехали?

Судя по формулировке, вариант, что мы с Фроловым сегодня проведём день врозь, мне не предлагают, выбрала меньшее из зол.

— В офис.

Глава 67

С тех пор как мы с Фроловым расколотили кружку на кухне, без малого прошло четыре дня. Тогда он на моё заявление: «После кувыркании в постели, у нас не получится жить, как раньше!», ответил: «Очень даже получится!», и что удивительно – не соврал. Да, мы дружно делим быт, без трений взаимодействуем на работе, вечерами катаемся на машине или ходим на прогулку в парк. В общем, полный порядок. Правда… к нашим видам общения добавился весьма пикантный пункт – мы регулярно занимаемся сексом, минимум три раза в день!

Вчера, например, утро вроде бы началось целомудренно, встали, позавтракали, вышли из квартиры и бац…, в лифте друг на друга накинулись. Даже не помню, как возвращались домой. Подозреваю, я бюстгальтер выставила на обозрение, а Дамир расстёгнутой ширинкой сверкал. Опоздав в офис на полтора часа, мы занялись прямыми обязанностями? Разумеется – нет. Фролов попросил принести ему кофе, и опять понеслось. Мы во второй раз опробовали его стол и в пятый диван. После обеда босс изъявил желание, чтобы я сопровождала его на встрече с подрядчиком – не доехали! Затем, когда отдышались, Дамир на заднем сиденье головой улёгся мне на колени и провёл переговоры по телефону. Ну а вечером, после ужина Фролов как заглянул ко мне в спальню, так из гостей до утра и не выходил.

В остальном, да, всё как обычно, только вот после сегодняшней ночи до сих пор ноги трясутся...

Угораздило же меня залететь в порочный замкнутый круг, что разорвать нет ни сил, ни желания. Но и бесконечно спать с Фроловым непонятно на каких условиях – тоже не выход.

Помимо того, что в своих чувствах никак не разберусь, ещё и не знаю, что лежит на душе у Дамира. Кто я для него? По-прежнему подопечная? Секретарша с внештатными обязанностями? Любовница? Подстилка? Кто?!

По-хорошему нам бы откровенно всё обсудить, но как только Фролов на эту тему рот открывает, я тут же увожу разговор в сторону, самым безотказным способом – штаны с него стягиваю.

Спрашивается зачем? Да потому что трусиха. А если он заявит, что между нами просто секс без обязательств и чтобы на большее не надеялась. Да я после лучше с себя кожу сдеру, чем позволю ему ещё хоть один раз ко мне прикоснуться. Расходиться с Дамиром по разным кроватям совсем не хочу, и из-за этого занимаюсь самообманом, зарыла голову в песок и делаю вид, что проблемы не существует.

А их целый ворох. И главная боль – это Надежда.

Расстался он с ней, или ему эта мысль даже в голову не приходила? Единственное в чём уверена, за последние четыре дня Дамир не встречался с Надеждой, потому как мы с ним были неразлучны двадцать четыре часа в сутки. То есть совсем уж до грязи дело не доходило, с нами обеими он не спал.

В общем – дурдом на колёсах. Если бы кто из подруг в подобную историю вляпался, покрутила у виска и сказала: «Самой-то не противно? Прояви характер и разберись уже со своим мужиком. Если он непроходимая сволочь, всё равно ведь расстанетесь, так зачем мучиться и тянуть кота за хвост?»

Да, когда раздаём советы другим, мы умные, смелые и решительные, а как требуется навести порядок в собственной жизни, то большинство превращается просто в людей, и я определённо вхожу в этот процент.

— Ну что, Ольга, поднимешь дяде Максиму настроение, расскажешь, как ты по нему сильно скучала? — Макс есть Макс, толком ещё порог приёмной не переступил, а паясничать уже начал.

— Ага, прямо очень, ночами не спала и рыдала, вся подушка промокла от безутешных слёз, — включилась в игру и ехидно так поинтересовалась. — Кстати, не подскажешь, а с какой такой радости я должна была по дядечке тосковать?

— Здравствуйте, приехали, — парень недоумённо выкатил глаза и развёл руки в стороны. — Я, вообще-то, в отпуске находился. А ты что, моего отсутствия на работе даже не заметила?

— Неа, — прикусив кончик карандаша, откликнулась я.

— Паразитка, — обиженно буркнул Макс и присел в кресло посетителя напротив моего стола.

— Хорошо отдохнул?

— Да так себе, — мужчина поморщил нос. — Не самое это лёгкое в мире занятие, с утра и до ночи супруге пятки лизать, чтобы ей перехотелось со мной разводиться.

— О как! Семью решил сохранить? Мудрый взрослый поступок.

— А никуда теперь не денешься, — Максим тяжко вздохнул. — Рано, конечно, в сорок-то лет, но и в таком сопливом возрасте, хочешь не хочешь, придётся взрослеть. Папашей же скоро стану.

— Здорово, поздравляю, — воодушевлённо тяну я, как того требуют нормы приличия, но после, решив, отбросить условности, интересуюсь. — Ты сам-то рад?

— Очуметь, как рад, — активно кивает мужчина. — У меня, кстати, есть снимок УЗИ. Показать?

— Давай.

Озвучивать согласие – явно было пустым сотрясанием воздуха. Максим не дожидаясь ответа, нырнул во внутренний карман пиджака, вынул бумажник и аккуратно достал фото. Но прежде чем мне показать, он трогательно и тепло не только на него взглянул, но и погладил, что у меня аж от мимимишности момента, глаза оказались на мокром месте.

Кто бы мог подумать, чертяка-потаскун Макс и супер папаша.

— Мой пацан, — гордо заявил он, кладя передо мной на стол фотографию. — Скажи, похож, да?

— Сходство определённо есть, — безбожно сочиняю я, чтобы Максима не разочаровывать, а на самом деле, силюсь понять, где у ребёночка голова, а где попка.

По большому счёту смотрю на кляксу, а ведь эта клякса – маленький человечек, и он уже для двоих людей, для мамы и папы – самое важное и ценное, что есть в этом мире.

Сглотнула и осторожно, чтобы макияж не размазать, указательными пальцами вытерла с глаз лишнюю жидкость.

— Оля, а ты чего ревешь-то?

— А я и сама не знаю, — шмыгнула носом и обмахиваю лицо руками. — Внезапно плаксивость какая-то накатила. Всё из-за тебя, между прочим. Решили уже, как назовёте?

— Неа, спорим ещё. Лерка кричит, что Евстигнеем. Скажи не очень, да? Андрюха – вот нормальное пацанское имя.

Высказать мнение – не успела, Фролов вышел из кабинета.

Прижав уши, притихла. Обычно, когда Дамир застаёт меня в компании Тихонова, летят молнии, раскатывается гром и поднимается шквальный ветер, то есть достается всем, и, по моему мнению, в особенности мне.

Сижу в кресле и обтекаю.

А что вообще происходит?

Дамир и Макс, здороваются, словно с их последней встречи прошло десять лет, а до этого они в детском саду сидели на соседних горшках, в школе от звонка до звонка чёркали ручкой по одной парте, а в институте вместе бегали по девчонкам. Обменялись рукопожатием, обнялись, друг друга похлопали по спине, и в итоге Фролов пригласил Тихонова к себе.

— Оля, когда Макс уйдёт, принеси мне, пожалуйста, кофе? — пропустив сначала Тихонова в кабинет, отдал мне распоряжение босс.

Изумлённо выгнула бровь и напомнила:

— Час назад же «кофе» пили.

— Что поделать, — пожал он плечами. — Зависимость у меня с некоторых пор. Постоянно тянет на кофеин.

Глава 68

Приблизив раскрытую ладонь ко рту, дыхнула. Порядок. Пахнет недавно съеденной карамелькой.

Нет, Ба меня учила- учила, что мужчины уважают и носят на руках лишь тех женщин, которые себя любят и знают свою цену, а мне всё как об стенку горох, — проверяю свежесть дыхания….

Решено окончательно и бесповоротно – пока Дамир не поклянётся, что расстался с Надеждой и не прояснит, кто мы друг другу, кофе мы вместе не пьём. Обойдётся.

Нащупала в сумочке флакон духов, распылила их над головой, и как советовала Коко Шанель – искупалась в ароматном облаке.

Тьфу ты… Решено значит, а зачем подушилась?

Для себя, исключительно для себя….

Примерно через тридцать минут, Максим с широченной улыбкой вышел из кабинета Фролова, бросил на меня лукавый взгляд и поинтересовался:

— Оля, а ты меня случайно не просветишь, что это у нас Дамир Драконович в Дамира Добренького превратился? Я ему: «Прости, брат, но договор с финнами в этом месяце не подпишем». Так как боец я опытный, знаю, как кое-кто на плохие новости реагирует, сразу пригнулся, приготовился к крику, вазелин на всякий случай поставил на стол, а он мне: «Ладно, но держи руку на пульсе». Это как?

— У всех людей бывает хорошее настроение. Дамир Олегович не исключение, — пожала плечами я.

— Нет, не то. Дело в другом. Не могу объяснить, но у него рожа какая-то уж слишком довольная. Чтобы он так светился, какой-то пункт в его жизни должен был ну прямо выстрелить. Даже?

— Ну и поинтересовался бы у самого Дамира. Меня-то зачем пытать?

— Так спрашивал, молчит партизан. Я вот как рассуждаю, — мужчина резво приблизился к моему столу и плюхнулся в кресло напротив, — Что конкретно меня бы настолько порадовало, чтобы я подобрел? Крутая тачка, здоровенная хата или баба. В принципе всё. К машинам Дамир прохладно относится, место жительства он не менял, значит что? Правильно. У него новая любовница завелась. Оля, а ты чего молчишь?

Пошёл бы ты в лес погулять, ромашки понюхать.

— Я не молчу, а внимательно тебя слушаю.

— Ага, и нос морщишь. Не понравилось, что я тебя любовницей назвал? Так давай перефразирую. У Дамира новая любимая, и это, Ольга, ты, — Макс ткнул в меня пальцем.

— Я-то тут причём?! И вообще топай уже, а? Работы навалом, некогда глупости слушать.

— Ты-ты, — хохотнул Максим, поднялся и, насвистывая романтическую мелодию, сделал милость – удалился.

«Любимая», — произнесла мысленно это потрясающе красивое слово и вздохнула: «Да, я готова стать для Дамира любимой».

А что если оно так и есть?

Не спрошу – не узнаю.

Взбив волосы, чтобы казались пышней, встала, одернула юбку, поправила блузку, выпрямила спину и уверенной походкой направилась к кабинету Дамира, прижму его к стенке и всё выпытаю.

Ой, кофе забыла сварить. Ну и чёрт с ним. В этот раз обойдёмся без реквизита.

Толкнув дверь, оглядела с виду пустой кабинет, резонно предположила, что Дамир в уютной комнате под названием туалет, вошла и тут с правой стороны от меня, что-то большое и тёмное шевельнулось, всем телом вздрогнула от неожиданности и за сердце схватилась.

— Ты меня испугал, — заворчала я на Дамира, который привалившись к стене, караулил меня, как паук муху.

— А ты заставила себя ждать, — прорычав, мужчина в мгновение ока оказался передо мной и с жадностью впился мне в губы.

Слышу, как ключ проворачивается в замке, следом руки Дамира тянуться к вороту моей блузки и шустро расстёгивают пуговицы.

— Мне надо кое-что тебе сказать, — отвернув голову в сторону, выдыхаю я.

— Говори, я не буду мешать, — Фролов приседает и, покрывая мой уже голый живот поцелуями, дергает молнию юбки вниз, а затем беспрепятственно стягивает её с бёдер, причём вместе с бельём.

Разумеется, очухалась, уже в другом месте, а именно возле стола в согнутом виде, прислоняясь к его поверхности грудью, над ухом шумно дышит Фролов, прижимается и крепко обнимает за талию.

— Прости, я всё-таки тебя перебил. Весь во внимании.

Разговаривать о серьёзных вещах, когда на тебе надеты только туфли и один рукав блузки – нет, так дело не пойдёт.

— Мне бы сначала в душ, я кое-где опять липкая.

— Вместе пойдём, — довольно, как сытый кот проурчал мужчина и укусил мою мочку уха.

— Ну уж нет, — возмутившись, забарахталась под мужчиной. — Я тебя знаю, ты меня там опять испачкаешь.

— Оля!

— Нет. Через час люди придут. Помнишь, что случилось в прошлый раз, когда ты меня перед предыдущей планёркой на совместный душ уломал? Толпа из двадцати мужиков топталась в приёмной, и я такая вся помятая, местами мокрая и лохматая выныриваю из твоего кабинета. Больше подобного позора моя гордость не переживёт.

— Оля, все о нас уже знают. Макс сказал, что в фирме несколько последних дней «Мы» – это новость номер один. Так что не бери даже в голову. Или ты стыдишься, что связалась с мужчиной намного старше тебя? — Дамир звонко шлёпнул меня по ягодице.

Как же удачно, что Фролов не видит моего лица, а то я блаженно лыблюсь от уха до уха, как

пациентка дурдома.

А-а-а, кто-нибудь, зажмите мне рот, а то завизжу ведь от восторга.

Мы! О нас! Связалась!

То есть из слов Фролова выходит, что мы не просто организмами дружим, а между нами есть отношения.

Хорошо, что не успела поднять разговор о Надежде. Вот совсем не к чему обсуждать со своим мужчиной его бывшую. Всё, нет её, была и сплыла....

— Дамир. — М-м-м?

— Я передумала. Предложение совместного похода в душ ещё в силе?

Глава 69

Льётся расслабляющая мелодия, горят ароматические свечи, я нежусь в джакузи, а часы показывают, что рабочий день в самом разгаре.

Ну красота же?!

Корпоративы – это чудесно. Сегодня юбилей фирмы, и Фролов всю женскую часть коллектива отпустил домой ещё до обеда, чтобы успели, как следует пёрышки почистить и в фей превратиться.

Между прочим, эту мудрую и крайне полезную идею, в его голову вложил не кто-нибудь, а именно я. Поэтому вполне справедливо, что мне как самой привилегированной даме в организации, главный босс дозволил работу сегодня вообще прогулять.

Телефон, что лежал на бортике ванной, разразился трелью, и я поморщилась: мне от блаженной неги в пузырьках, даже руку было лень поднимать, но бросив взгляд на экран и увидев фото Дамира, резко присела и схватила мобильный.

— Привет, — промурлыкала я.

— Звоню узнать, успеешь ли ты собраться к шести вечера?

Голос у Фролова потрясающий, исключительно мужской, но при этом не особо грубый, а от едва заметной хрипотцы, у меня аж волоски на коже дыбом встают. Слушала бы и слушала….

— Угу, в принципе я уже почти готова, по сути, осталось только чуть-чуть реснички подкрасить, — сдувая с колена облачко из пены, немного преувеличила я степень своей готовности к корпоративу.

— Оля, у меня есть новость, тебе её как сообщить по телефону или всё-таки лично?

— Что такое?! — забеспокоилась я, потому как в голове сразу заметались тревожные мысли. Первая из них и наверняка самая идиотская – Фролову надоело, что я с ним живу, и он хочет разъехаться, вторая – у Дамира со здоровьем проблемы, ведь недавно он был у врача, но о результатах обследования так даже и не заикнулся….

— Речь о Софье Дмитриевне.

— А новость хорошая или плохая? — осторожно поинтересовалась я.

— На мой взгляд, хорошая.

Фух, наверняка новость о том, что Сержу удалось прижать его лживый хвост, и он скрылся с горизонта подальше от Ба, охмурять и дурить других доверчивых и впечатлительных дам солидного возраста.

— Тогда сейчас говори.

— Софья Дмитриевна выходит замуж за крайне обеспеченного человека. Злодей Серж оказался весьма добропорядочным гражданином с преуспевающим бизнесом. Абсолютно никаких грешков, кроме мизерного административного штрафа пятилетней давности за ним не числится. Он действительно был три раза женат, все его жёны после развода получили крупную сумму и теперь весьма небедно живут.

— Ха-а-а, — выдала нервный смешок и призналась. — Я в шоке!

— У меня была такая же реакция, но факты говорят сами за себя. Софья Дмитриевна выходит замуж за мужчину намного моложе себя, и с материальной точки зрения, ей этот брак принесёт выгоду. Ты как, справишься без меня с новостью, или мне пораньше подъехать?

— Справлюсь конечно. Не надо пораньше.

— Договорились. И, Оля, ты бы уже выныривала из ванной, у тебя осталась всего пара часов.

— А откуда….

— Эхо, и слышно, как вода плещется, да и тебя уже хорошо изучил, в особенности голос, когда ты говоришь не совсем правду.

Упс…

После разговора с Дамиром ускорилась, и даже когда позвонила Наташа, включила громкую связь, чтобы не терять драгоценное время. Болтали мы с подругой о том о сём, вернее в основном говорила я, делясь с ней отличными новостями и некоторыми подробностями личной жизни, но в какой-то момент, поймав в зеркале своё до одури счастливое отражение, застыла и умолкла.

— Алло…, алло! Ты куда делась? Оля-я. Связь, что ли, оборвалась?

— Нет- нет, со связью порядок. Мне просто стало как-то не по себе. Ната, а ты не находишь, что у меня всё слишком уж хорошо?

— Оля, ты это о том, что после белой полосы жди чёрную? — уточнила подруга.

— Да, именно об этом.

— Ерунда – это полная, суеверие тёмных людей…,

Ната долго доказывала свою правоту и в конце концов ей удалось отогнать от меня тягостные и грустные мысли.

Никогда бы не поверила, что выражение лица другого человека во мне может вызвать дикий восторг, но Фролов пришёл, увидел меня при полном параде, и сие маловероятное событие свершилось.

Ох, как же он смотрел! Гремучая смесь из вожделения и злости, пламени и льда….

— Я это не сниму, — выставив палец вперёд, чеканя по слогам сразу предупредила я, когда заметила, что в глазах Дамира тьма одерживает победу над светом. — И даже не начинай.

Фролов сглотнул.

— Когда мы вернёмся, я это сожгу, — мужчина, копируя мой жест, показал пальцем на платье. — И так будет. И даже не начинай.

Улыбнувшись, пожала плечами, соглашаясь с вынесенным несчастному платью вердиктом и, крутанувшись, показала главную фишку наряда – обнажённую спину.

Позади раздался тяжёлый вздох и злобное бормотание, если уши не обманули, Фролов матерился.

«Голой» как выразился Дамир, до автомобиля мне дойти, не позволили, в принудительном порядке накинули на плечи пиджак, в ресторане я его конечно с боем, но сняла, но Фролов не оставлял попыток его обратно на меня закинуть. То видите ли я замёрзла, что аж кожа мурашками пошла, то на меня все пялятся… предлоги вообще не заканчивались, но я стойко держалась, это наш первый совместный выход в свет, если дам слабину, так и дальше по накатанному и пойдёт.

— Дамир, — чуть толкнув мужчину в бок, кивнула на середину зала. — Некоторые танцуют. Я бы тоже не отказалась.

Мужчина отреагировал молниеносно, он поставил на ближайший стол сначала свой, а затем и мой бокал и, предложив взять его под руку, повёл к плавно двигающимся парам.

— Одну секунду, — непонятно из-за чего Дамир резко остановился и нырнул ладонью в карман брюк, достал телефон, взглянул на экран и с сожалением на меня посмотрел.

— Что?

— Мне придётся ненадолго отлучиться….

— Сейчас?! — ошарашенно произнесла я и не потому что боюсь или не хочу оставаться одна, просто это из рода фантастики, чтобы меня оставили без присмотра в развратном платье в окружении мужчин.

— Это важно. Прости.

— Нет, я не в претензии, просто удивлена. Иди конечно, если надо. Ты же мне потом расскажешь, что произошло?

— Обязательно, — Дамир, наклонившись, поцеловал меня в щёку и спешно ушёл.

— Лично я отказываюсь верить глазам, — услышала я за спиной голос Максима, что, судя по интонации, находился уже навеселе. — Как это цербер свою лакомую косточку бросил посреди дороги, а вдруг её кто-нибудь очень проворный захапает себе?

— Ага и я о том же, — выдохнула и развернулась к мужчине. — Макс, ты-то потанцуешь со мной?

Максим грустно скривился.

— То есть я из-за будущего ребёнка стал настолько безопасным мужчиной, что ты сама предлагаешь мне себя обнимать?

— Не обнимать, а танцевать, — улыбнулась я и подбодрила. — Не переживай, твоя слава главного… хм… кобеля не померкнет ещё долгие годы.

— Оля, а ты не обидишься, если я не пойду танцевать, — близко ко мне подбредя, шепнул мужчина. — Я жене обещал. М?

— Ну если жене обещал, какие могут быть тогда разговоры….

Глава 70

— М-м-м, как интересно, а Павел опять сошёлся с женой, — непонятно о ком начал говорить Макс, стягивая с подноса официанта два бокала, — Держи, пока папа не видит, можешь свой язычок макнуть во взрослый напиток.

— Спасибо, — поблагодарила я за шампанское, огляделась вокруг, убедилась, что Фролова поблизости нет, и с удовольствием сделала большой глоток. — Макс, ты о ком говоришь? Что-то не поняла.

— Вон, видишь, пара танцует. Выпендрёжно так. Баба в белом платье и здоровый мужик.

— Ну, вижу, — приметив весьма эффектную пару, кивнула я.

— Ещё неделю назад он с моделью лет двадцати жил. И как его жена каждый раз после любовницы домой пускает? Не пойму. Ну ладно один раз собрал чемоданы, хлопнул дверью и к другой ушёл. Да хрен с ним пусть даже два раза сфинтил. Но тут же ситуация стабильно случается раз в год. Он уходит, а она его через месяц обратно берёт, — удивился Макс и хохотнул. — У них в семейном кодексе точно так же как в трудовом с работодателем, ежегодный обязательный отпуск прописан.

— Фу, гадость какая, — скривилась я и предположила. — А может жене плевать на благоверного, может он для неё лишь кошелёк, который обеспечивает ей безбедную жизнь.

— Ясен пень, что когда Павел возвращается – она получает свой мешок денег, а он – любимую женщину.

— Любимую?! — возмутилась я. — Не соглашусь. Тут любовью и не пахнет. Скорей удобную женщину.

Макс пожал плечами, по лицу вижу, он моё мнение не разделяет, что собственно следом вслух и говорит:

— С бабками Павла, он бы себе удобных нашёл целую кучу, но ему-то нужна именно жена. Лично я сам схемы каждый раз ползти к одной и той же юбке не понимаю, но у меня есть приятель, с ним почти та же история. Он на протяжении уже многих лет встречается с женщиной, при этом не отказывает себе в романах на стороне, но его любовницы как приходят, так и уходят, а та дама, как ни странно, всегда при нём. Бывает, Оля, так у мужиков. Что и любит, и за другими волочится. Мы же худшая половина человечества на планете.

— Слушай, Макс, у меня от твоих рассказов и философии голова разболелась, — раздражённо прошипела я. На физическом уровне не переношу, когда светлое чувство любви опошляют, а Тихонов его буквально с грязью смешал. — Твоя жена, случайно, не ждёт звонка от мужа, чтобы удостовериться, что он ни с кем не танцует, а?

— Это ты молодец, что напомнила, сам-то забыл. Ну всё, не скучай.

Поёжилась, мне бы сейчас помыться, а то такое ощущение, что не о чужой жизни сплетни услышала, а искупалась в помоях.

Спасибо судьбе, мне достался самый лучший в мире мужчина. Голову даю на отсечение, Дамир никогда не станет, скрываясь по углам, изменять. Если он когда-нибудь полюбит другую, уверенна, сначала придёт ко мне, честно признается, поставит в наших отношениях точку и лишь после заведёт новый роман.

Тьфу- тьфу…

«Чтобы ни случилось, надо же об дерево постучать?», — задалась я вопросом и кулаком три раза ударила по столу.

Тьфу- тьфу…

— Дамир, — заметив своего мужчину у входа в зал, крикнула я и, привстав на цыпочки, махнула рукой. — Не только глухой, но ещё и слепошарый, — заворчала я, когда он никак не отреагировал.

Успела лишь один шаг сделать навстречу, как остолбенела…

Надежда свойственной ей изящной походкой вошла в зал, Дамир к ней подошёл, и они обнялись. Причём первым именно он к ней потянулся. Затем Фролов взял её ладони в свои руки и что-то сказал. Она улыбнулась и явно ответила.

Закрыла глаза, а вдруг, когда я их открою и посмотрю на вход в зал, окажется, что там никого нет, и встреча Дамира и Нади мне померещилась.

Распахиваю глаза, но чуда не происходит, Фролов, обняв Надю за талию, непросто её куда-то ведёт, он, чуть склонившись к женщине, охотно с ней разговаривает.

Если в прошлый раз, когда я наблюдала за ними, Надя заискивала перед Фроловым, то теперь их радость от свидания обоюдная.

Он оставил на празднике меня одну, чтобы встретиться с ней. То есть когда встал выбор либо я, либо она, он предпочёл Надежду.

Такое чувство, что меня окатили целой бочкой со смесью льда и воды, тем самым смывая розовые очки, в которых я, как блаженная, всё последнее время даже не ходила, а летала.

В ушах гул, пульс зашкаливает, сердце вот-вот вырвется из груди, хотя нет у меня больше никакого сердца, его выдрали с корнем, бросили на пол и растоптали. Смотреть на Дамира и Надю – чистой воды мазохизм, но я просто физически не могу отвести от них взгляд и прекратить эту пытку.

А когда Фролов открывает перед Надеждой дверь и они уединяются, у меня из горла непроизвольно вываливается судорожный всхлип, который я пытаюсь сдержать, зажав рот ладонью.

Зачем они ушли из общего зала? Чтобы что? Чтобы заняться…. Даже в мыслях я не в состоянии закончить фразу. Потому как, невыносимо больно и тяжело, осознавать, что любимый мужчина сейчас прикасается к другой, целует, ласкает, что-то шепчет.

А как же я?!

В голове резко всплывает наш разговор с Максом, и логическая цепочка выстраивается сама по себе. Его обезличенный друг – это Дамир, его постоянная дама – Надежда, а я… а я одна из целой череды ничего не значащих для Фролова любовниц.

То есть вообще никто!

Сглатываю, чтобы побороть подступившую тошноту, но омерзительное чувство лишь усиливается. Взявшись за горло, кое-как добралась до ближайшего свободного столика и осела на стул.

— Девушка, извините, вам помочь? — приподняв низко склонённую голову, вижу озадаченное лицо официанта. — Перебрали? Вызвать вам такси?

Он решил, что я напилась? Нет. Мне в спину воткнули нож, поэтому едва живая. — Спасибо, не надо, — выдавливаю из себя, опираюсь рукой об стол и встаю. Мне необходим свежий воздух и как можно дальше отсюда уйти.

Глава 71

Не помня себя, выбежала на улицу и зло усмехнулась. Начался дождь. Погода под стать ситуации, мне только и остаётся что рыдать, оплакивать отношения и любовь, которые на самом деле существовали лишь у меня в воображении.

Как я могла быть такой идиоткой, почему прямо не спросила у Дамира, что для него значу? Он бы ответил «Оля, ты как женщина для меня пустое место» на этом и разошлись.

А почему это я дура, а ни Фролов последняя сволочь? Разве он не обязан был меня предупредить, чтобы планов не строила и губы на его счёт не раскатывала?

Да, в любви мне не клялся, но он со мной спал, приглашал на свидания, в конце концов, мы каждое утро вставали с одной кровати.

С каких это пор отношения таковыми не считаются, если двое вслух об этом не поговорили?!

Рассуждения в одно мгновение превратили моё отчаяние и пустоту в злость, и душа потребовала расправы.

Чёрта с два, со мной такой номер не пройдёт. Уединились голубки, ничего я вас потревожу.

Влетев обратно в ресторан, сначала навестила дамскую комнату, ну не закатывать же скандал с растрёпанными волосами. Вытерла размазавшуюся тушь под глазами и, промокнув салфетками влажную кожу плеч и груди от дождя, вышла на тропу войны.

Ненавижу Надю всем сердцем, но к ней нет претензий, она не укладывала меня на горизонтальную поверхность стабильно три раза в день. Моя цель – Дамир.

Кастрирую гада, и дело с концом.

Уверенным шагом дохожу до двери, за которой скрылась сладкая парочка Твикс, с остервенением дёргаю за ручку и смотрю на уютный, но пустой кабинет для гостей, что не желают находиться в ресторане в общем зале.

— Что-то быстро управились? — выплёвываю я и, развернувшись, шарю глазами по посетителям.

Дамира нетрудно найти, слишком приметный, чтобы затеряться в толпе.

А где же Надежда, пудрит нос в туалете и надевает трусы? Да и фиг с ней, я не её крови жажду.

Когда Фролов замечает, что я к нему приближаюсь, у него хватает наглости сделать вид, как будто он долго и упорно меня искал.

Дамир не один, а в компании солидной семейной пары. И судя по тому, что он им что-то говорит, а они внимательно смотрят в мою сторону и улыбаются, обо мне идёт речь.

— Оля, позволь тебе представить…, — на этом Фролов умолкает, потому как я, стащив с подноса официанта бокал, выплеснула предателю содержимое прямо в лицо.

— Вы нас извините, мы отойдём, — ровно и спокойно обратился Дамир к обомлевшей супружеской паре и, ухватив меня под локоток, куда-то повёл.

Надеюсь, мы идём в укромное место, а то при свидетелях не с руки откручивать Фролову голову. Нет, мне без разницы, что после приезда полиции, люди дружно укажут на меня пальцем и в голос заявят, что истерзанное бездыханное тело – это моя работа. Переживаю, что кто-нибудь из числа особо сердобольных оттащит меня от Дамира, прежде чем он испустит дух.

О как! Судя по траектории, мы явно двигаемся в сторону кабинета, где совсем недавно, теперь уже мой бывший, лапал Надежду. Брезгливо, конечно, но… за неимением лучшего, сойдёт.

Мужчина всё так же молча открыл передо мной дверь и, чуть отстранившись, жестом предложил зайти первой.

Джентльмен хренов.

Хотя нет – Казанова недоделанный.

В течение часа уже со второй девушкой здесь уединяется. Только со мной ему однозначно не будет так хорошо, как с Надей. Вот был бы он мазохистом, тогда, да, возможно, и получил удовольствие. От побоев.

Уже внутри кабинета Дамир встаёт напротив меня и, вытерев ладонью с лица остатки шампанского, вопросительно приподнимает бровь.

Ну то есть ждёт объяснений. Конечно же, я объяснюсь, разжую всё до мельчайших деталей.

Пока шли по залу, у меня голова от количества пламенных речей взрывалась, а сейчас силюсь, ну хоть что-нибудь из себя вытянуть, но только и могу, что злобно и напряжённо пыхтеть.

В итоге агрессия выплёскивается из меня, но не изо рта, размахнулась и залепила мужчине пощёчину.

Кожа на ладони в агонии от шлепка, жжёт так, словно руку на раскалённую плиту положила, но душа требует ещё мести, и Фролов получает другой удар по щеке.

Держи Иуда!

Вторую пощёчину Дамир предвидел, поэтому в отличие от первого раза его голова не дёрнулась в сторону. Только странно то, что ведь и третья не исключена, а он даже попыток не делает защититься, стоит смирно и терпит.

У Дамира раскраснелось лицо и мне бы этим зрелищем насладиться, но выходит наоборот, чувствую какие-то неуместные угрызения совести. Нашла кого жалеть. Он-то, обнимая другую, обо мне не задумывался, просто взял и начихал, что ножом режет по живому.

— Полегчало? — поинтересовался Дамир, когда мои руки, безвольно повиснув по швам, больше ему не угрожали. — Теперь надо выговориться.

Нет, ну каков, а? Мало того что наставил мне рога, так ещё и психотерапевта из себя корчит.

— Ты…, — ткнув пальцем мужчине в грудь, начала я, — самый лживый, самый лицемерный, самый подлый человек из всех тех, кого я когда-либо встречала. Строишь из себя мистера совершенство, морали обожаешь другим читать, а сам..., а сам, а сам до сих пор спишь со своей драгоценной Надей. Причём даже того, что я здесь поблизости нахожусь, не постеснялся. Что так сильно зачесалось, или то, что я за дверью вашему акту остроты придавало?

Глава 72

Дамир таращится на меня, как будто несу полную ахинею, и он ничегошеньки не понимает. Неужели опустится до того, что начнёт отпираться? Если это так, то получается, я его совсем не знаю.

Ошеломлённое лицо Фролова, оскорбляет и рождает во мне вторую ещё более свирепую волну злости. И я вываливаю на него всё, начиная с детских обид и заканчивая претензией, что даже не догадался о моей девственности, которую он в наш первый раз забрал.

Вопила долго и громко, пока в какой-то момент не поняла, что уже даже слова не произношу, а, выдавая страшные звуки, взахлёб рыдаю, причём делаю это в объятиях Фролова, а он тихо шепчет, чтобы успокоилась, гладит то по спине, то по волосам и постоянно целует в макушку.

— Оля, ты из-за слёз, видимо, не слышишь меня, но ничего, хоть сто раз повторю. Я порвал с Надеждой, когда она в последний раз приходила ко мне в офис, и с тех пор до этого вечера мы не виделись. И сегодня между нами ничего не было….

— Врёшь, — кричу и отталкиваю Фролова. — Думаешь, я не помню последний визит Нади к тебе? Ага, как же. Она вывалилась из твоего кабинета вся помятая, а когда я к тебе зашла, ты сидел весь в помаде.

— И о помятом виде и о помаде, ты верно сказала, — Дамир сделал попытку меня подтянуть, но я не позволила. — Надя не очень хорошо приняла новость, что между нами всё кончено. Вела она себя, мягко говоря, неадекватно. Пришлось даже применить силу, чтобы её от себя отодрать. Оттого у неё и был помятый вид, а на мне помада.

— Да? Как интересно, — ехидно заметила я. — Значит, месяц назад, ты её с себя как прилипшую грязь смахивал, а что же тогда сегодня произошло, что ты к ней мило заглядывал в глаза, улыбался и нежно держал за руки?

— Оля, Надя просила без острой необходимости об её делах не распространяться, — склонив голову, выдохнул Дамир.

— Ну, разумеется, — хлопнула в ладоши. — Если не знаешь ответ, напусти таинственного тумана и прикройся вымышленным обещанием, мол и рад бы всё объяснить, но не могу, дал слово молчать.

— Я не давал слово молчать и так понимаю, острая необходимость точно есть. Надя позвонила мне позавчера и попросила о помощи. Ей самый крайний срок, через две недели нужно быть в Германии, работает она на себя, без образования юридического лица, а ещё не имеет недвижимости, в визе могли отказать. Я ей просто помог с документами, которые сегодня и передал.

— Туфта какая-то, — фыркнула я. — Зачем ей так срочно понадобилось в Германию?

— Затем, что там первоклассные онкологические клиники.

Твою же налево….

Если Наде понадобилась онкологическая клиника, вероятно, у неё рак. Грустно, страшно и безумно жалко. Красивая, утончённая, молодая…. Господи, дай ей сил и терпения победить болячку, и чтобы она к ней никогда не вернулась.

То есть, Дамир был рад видеть Надежду и держал её за руки не из-за вдруг вспыхнувшей страсти, а из сочувствия к не чужому для него человеку? Скорей всего так и есть, ведь я до того, как о болезни узнала, чуть ли не мечтала воткнуть Наде вилку в глаз, а сейчас об этом даже совестно думать.

Шмыгнув носом, вытерла слёзы со щёк и, подняв на Дамира виноватый взгляд, на всякий случай уточнила, верно ли я поняла:

— Надя больна?

— Да, — с тяжёлым выдохом подтвердил он.

— Значит, ты мне не изменял?

— Конечно же, нет. И даже не надейся, что когда-нибудь дам тебе повод уйти. Всё. Моя. Уже не отвертеться, — улыбнулся мужчина и, распахнув руки, позвал. — Иди ко мне, драчунья, будем мириться.

Мелкими шажочками вплотную подошла и лбом уткнулась Фролову в грудь.

— Я, по-моему, маху дала, да?

— Есть такое, — руки Дамира заботливо сжали меня в объятиях. — Но и без моей вины не обошлось, не надо было уходить без объяснений.

— Вот это точно, — шустро согласилась я. — Не представляешь, как было обидно и плохо. Такое в голову лезло. Чуть с ума не сошла.

Дамир сначала поцеловал в макушку, а после осторожно приподнял мне голову за подбородок, чтобы ему в глаза посмотрела.

— Зато я кое-что архиважное для себя выяснил.

— И что же? — нахмурилась я, потому как до сих пор всю трясёт, а у Фролова лицо, как у кота, который исхитрился не только стащить с хозяйского стола сосиску, но и успел её умять, пока никто не видит.

— Ты меня ревнуешь. И ещё как!

— Ну и какая от этого радость? Или тебе понравилось по щекам получать, а? — прищурилась я.

— Получать по щекам – это последствия ревности, а мне больше интересна причина. Ты меня любишь, — последнюю фразу Дамир произнёс утвердительной интонацией, и он прав, влюблена до беспамятства, но почему-то от неловкости вся сжалась и голову низко склонила.

Я красотка! Мы с Фроловым спим, словно кролики в брачный период, при свете дня и где, как говорится, приспичит, в кабинете, когда за дверью народ, на заднем сиденье автомобиля, а разговаривать с ним о чувствах, тут я стесняюсь.

Надо уже признаваться и из него ответное признание выбивать.

— Да. Чуть-чуть, — с помощью указательного и большого пальцев, показала расстояние в два сантиметра.

Дамир покашлял.

— Я, конечно, на большее рассчитывал, но для начала и этого хватит, — Фролов явно ржёт надо мной, хоть и говорит серьёзным тоном. — А я тебя вот так люблю, — мужчина, взяв мои руки, развёл их друг от друга на максимальное расстояние. — То есть сильней.

— Ага, щас! — возмутилась я и осеклась, ой..., похоже, поддалась на провокацию. Да и чёрт с ним. — Любить сильней чем я тебя просто невозможно!

Дамир рассмеялся, подтянул к себе, а когда я в него врезалась, сжал так, что аж косточки захрустели.

Эпилог

Помешивая в кастрюле пасту, незаметно поглядываю на Антошку и Катю. Не зрелище, а умора. Жаль, под рукой нет телефона, заснять бы, да боюсь, момент спугну суетой. Антоха сидит за столом и с высунутым языком размашисто и, разумеется, неаккуратно чёркает карандашом по раскраске, рядом, приподнявшись на цыпочки, стоит Катюша, наблюдает за братом и хмурится. А как же, ведь разукрашивает он неправильно, не старается, выходит за контур, что, по её мнению, недопустимо.

Какие же они у нас разные. Кате три с половиной года, но ответственности и рассудительности на все двадцать пять. В комнате у неё всегда идеальный порядок, поиграла с кубиками, сложила в коробку, отнесла и убрала на полку. Куклы не ломает, одежду не пачкает, из книг листы не выдирает. Антоха же сорвиголова, у него кое-где не одно, а целых два шила. Нет, три. Уже пять лет, а за ним глаз да глаз, чуть отвлёкся, и он уже барахтается в аквариуме с акулятами. Вот у кого в спальне смысла нет убираться, чистота и секунды не держится, а какое количество игрушек он в буквальном смысле превратил в пыль, даже не подсчитать.

О-о всё, Антону приелась раскраска, бросил и куда-то рванул. Катюша, заняв его место, прежде чем приступить к устранению недочётов, листки собрала в стопку, карандаши выложила по линейке и за ушки заправила волосы.

Сейчас сотрёт лишние линии, тщательно заполнит цветом и понесёт показывать… папе. Мнение мамы Катюшу мало интересует, я же только ахаю, охаю и восхищаюсь, а ей важна конструктивная критика, за ней-то она и идёт к Дамиру.

В дверь позвонили, и я, сняв фартук, помчалась встречать Сержа и Ба, заодно сразу конфискую у родственницы сигареты, а то у неё же хватит ума при детях опять закурить.

— Оленька, как же я по тебе соскучилась, — целуя в щёку, говорит Ба, а я тем временем ныряю в карман её пальто, но почему-то пачки не обнаруживаю, что странно….

— Антон, брось гадость, — слышу за спиной рык Дамира, оборачиваюсь и вижу, как мой сын в одной руке держит пачку, а в другой зажигалку.

Что-то отнять у Антохи – дело героическое и требует не только отваги, но и немалых усилий.

Дамир держал, мы с Ба отбирали, Серж, не понимая, что происходит, забился в угол, а Катюша закатывала глаза. Мол, мальчишка, что с него взять.

После Дамир отвёл Антона на серьёзный мужской разговор, разумеется, лишь для того, чтобы в очередной раз обсудить с ним поведение и не более. Ничего, чуть подрастёт и успокоится, Ба говорит, что я пока не пошла в школу, была точно такая же неуправляемая. Пока сын с мужем отсутствовали, успела пришить к блузке бабушки оторванный сыном бант и узнать у неё последние новости.

Серж предложил Ба скрепить их отношения не только по земным законам, но и по духовным, то есть обвенчаться, и она согласилась. А ведь были времена, когда я не верила в искренность его чувств, как же мне теперь за это неловко.

— Ты сегодня шустро, — заметила я, когда Дамир вошёл в спальню. — Вымотались из-за гостей и быстро заснули?

Дамир кивнул, запер дверь и, не сводя с меня глаз, подошёл к пуфику, на котором перед сном расчёсывала волосы, забрал щётку и самым нахальным образом отбросил её на столик.

— Вообще-то, я ещё не закончила.

— Вообще-то, кто-то мне сильно задолжал. Кто сегодня утром не пришёл ко мне в душ, а вместо этого болтал по телефону? М?

— Я не болтала, а вела переговоры. Важные.

— Оля, ничего в этом мире нет важней, чем супружеский долг. И я бы на твоём месте прямо сейчас начал его отдавать, потому как пени капают со страшной силой.

— Ну я как бы устала, — притворно зевнула я, чтобы мне кроме пеней ещё и штраф начислили, — Может, отложим до …. А-а-а…

Мгновение и Дамир перекинул меня через плечо, шлёпнул по пятой точке и как охотник добычу понёс в ванну. Всё, с меня сейчас спросят по полной программе, поскорей бы уже. Едва дождалась, пока муж детей спать уложит.

Конец