Глава 13

Прошло больше недели. За эти дни они практически не созванивались. Только один раз Лена набрала знакомый номер, когда было невмоготу и буквально требовалось услышать его голос. А слышать и чувствовать этого мужчину хотелось постоянно. И как она умудрилась так влипнуть? За такой короткий срок вселила в своё сердце Звягинцева, и теперь его оттуда уже не выдернуть.

А ещё она постоянно думала о том, что же дальше. Как всё закончится? Так хотелось верить, что всё будет хорошо и прошлое оставит её в покое,  даст жить нормальной жизнью. Под прошлым она подразумевала мужа и всё, что с ним было связано.

Последнее время, когда Лена подходила к окну своей спальни и стояла, глядя на густой лес, ей казалось, что из-за плотной стены сосен на неё кто-то смотрит. И это чувство с каждым днём лишь обострялось, отчего становилось не по себе. Она сказала об этом своим охранникам, которые в тот же день прочесали несколько километров леса вокруг дома, но не нашли каких-либо следов наблюдателя.

Сегодня Лена долго ворочалась в кровати, не в состоянии уснуть. А когда все-таки победила бессонницу и медленно стала проваливаться в сон, то почувствовала, как рядом прогнулся матрас и кто-то очень бережно поцеловал её в губы. Ноздри тут же защекотало от знакомого аромата одеколона с нотками красного перца, и губы сами по себе расплылись в радостной улыбке.

– Ты приехал, – прошептала она еле слышно.

– Приехал, – раздался довольный мужской голос возле уха и мочку нежно прикусили. – Не мог больше без тебя, красивая.

Лена распахнула веки и встретилась с тёмно-изумрудными озёрами глаз, которые внимательно всматривались в её лицо. Сердце тут же громко забилось. Она была безумно рада видеть Альберта. Те короткие разговоры по телефону не приносили облегчения. Последние дни она только и думала о своём мужчине. Лена ещё никогда так ни в кого не влюблялась. Да, у них со Звягинцевым не было красивой истории любви с походами в кино и конфетно-букетным периодом. Всё вообще началось с угроз и попыток манипулирования, и она уж точно не думала, что это зайдёт настолько далеко.

Альберта не назовёшь принцем на белом коне и уж тем более идеалом мужчины. Он уже давно погряз в безразличии и жестокости этого мира. Любовь и страсть ему были чужды, он привык брать желаемое силой. Всё, что захочет, и брал, не обращая внимания на человеческие судьбы. Власть и деньги – вот монета, которой он расплачивался. И до сих пор его слабостью были лишь мать и племянница, их охраняли круглосуточно. А теперь появилась и она.

– Что же ты со мной делаешь, красивая? – прошептал Альберт ей в губы, целуя и устраиваясь удобнее между её ног.

Стянув с себя боксеры, вошёл быстро, напористо, и тут же поймал женский всхлип губами. Поцеловал нежно, томительно долго, вкладывая в этот поцелуй все свои чувства. Даже поразился тому, откуда эти чувства взялись. Ведь он ни разу не делал первый шаг и уж тем более никогда не показывал своих эмоций. Да и какие эмоции? Его душа со временем очерствела, и внутри теперь плескалось лишь безразличие. Тех, кто мог пробудить в нём хоть что-то, было ничтожно мало. И вдруг эта девчонка. Она влезла в его жизнь, переворачивая всё с ног на голову, и казалось, что это только начало.

Сегодня ночью им не удалось поспать, всё время они провели за более интересным занятием, и оба были этому рады. Рассвет встретили уставшими и запыхавшимися, лёжа голыми на разворошённой кровати и смотря в тёмный потолок. Лена, прижавшись к груди Альберта, слушала, как сильно бьётся его сердце.

– Расскажи что-нибудь о себе. А то как-то нечестно получается: ты обо мне знаешь всё, а я, кроме того, что ты был женат, вообще ничего, – тихо проговорила она. Хотелось вновь услышать его грубоватый и такой уже родной голос, пробирающий до костей.

– Поверь, красивая, в моей жизни нет ничего интересного. А самое главное, что ты должна знать, тебе известно.

– Так нечестно, Звягинцев! – повторила она, приподнимаясь и возмущенно глядя ему в лицо.

– Лен, мне и правда нечего рассказать, – хмыкнул Альберт. – Я не герой, чтобы хвастаться какими-то поступками.

– Для меня ты герой. Мой герой, – прошептала она, нежно коснувшись его губ своими.

– А ну, скажи ещё раз, красивая! Больно уж сладко звучат эти слова из твоего прекрасного ротика.

–Неа, – хохотнула она и тут же была опрокинута на спину, а Альберт навис над ней.

– Хочешь, чтобы я тебя пытал?

Он склонился и кончиком носа провёл по её скуле и подбородку, вдыхая аромат, от которого сносило крышу. От этого прикосновения по белоснежной женской коже пробежали мурашки.

– Очень хочу, – прошептала Лена чуть слышно.

– Сама напросилась.

Он снова впился в её губы жадным поцелуем, а потом, резко оторвавшись, спустился к шее, языком прошёлся по ложбинке между грудей, взял в рот один сосок, нежно пососал. Изо рта Лены вырвался протяжный стон. Звягинцев улыбнулся, и его губы спустились ниже, к животу.

– Альберт, – позвала Лена. Он поднял голову, глядя на неё с немым вопросом, и она продолжила: – Ты завтра уедешь ведь?

– Лен, тебе именно сейчас так важно это выяснить?

– Да. Просто хочу знать, когда ты снова приедешь.

Он тяжело выдохнул и опять приблизился к её лицу.

– Я уеду с самого утра. Пойми, мне нужно во всём разобраться. К тому же то, что я сейчас здесь, ставит под удар тебя. По-хорошему, я не должен был приезжать, но не смог сдержаться. А когда приеду? Не знаю. Надеюсь, очень скоро.

Это были последние вопросы, которые она задала, потому что Альберт больше не дал ей говорить, из её рта вырывались только стоны страсти.

Лена проснулась от ярких лучей солнца, что светили в её окно. Настроение держалось на отметке «прекрасно», а мышцы после бурной и бессонной ночи немного ныли. Она уснула только под утро и совсем не почувствовала, как Альберт ушёл. Хотя дала себе слово, что не будет спать и проводит его, но сон оказался сильнее.

Впервые за свою жизнь она решила, что сегодня целый день проваляется в кровати, смотря телевизор. Только примет душ, спустится на кухню, чтобы позавтракать и прихватить каких-нибудь фруктов.

Так она и сделала. После душа практически бесшумной мышкой спустилась на первый этаж и остановилась внизу лестницы, глядя на лысые затылки четырёх мужчин. Её охранники снова смотрели спортивный канал и о чем-то спорили. Она улыбнулась. Всё повторялось как в день сурка. Каждое утро, стоило ей спуститься вниз, в гостиной она видела одну и ту же картину. Разве что программы, которые смотрели эти бугаи, менялись.

– Доброе утро, мальчики! – громко сказала Лена. Те самые мальчики, больше похожие на медведей гризли, как по команде обернулись.

– Доброе, – ответили хором.

– Только уже обед, – добавил один из них.

– А, это не важно, – отмахнулась девушка. – На вас завтрак готовить?

Мужчины тут же заулыбались. Они вообще могли несколько раз за утро поесть. Лена не удивлялась их хорошему аппетиту. Оно и понятно, такие тела прокормить нелегко.

После дружного приёма пищи она набрала в тарелку фруктов, прихватила коробку сока со стаканом и пошла к себе наверх. Мужчины снова вернулись к просмотру спортивной передачи. Поднявшись в комнату, Лена забралась на кровать с ногами и включила телевизор. Каналов было не много, и большинство из них показывали новости, но она смогла найти мелодраму, которую просмотрела практически весь день. И ей так безумно понравилось это амёбное времяпрепровождение, что девушка решила когда-нибудь повторить.

Время уже близилось к вечеру, и за окном порядком стемнело. Лена поднялась с кровати, собираясь идти на первый этаж. Нужно отнести тарелки, да и не мешало бы хоть один раз за день на улице побывать. Девушка уже занесла ладонь над ручкой двери, когда приятный голос диктора заинтересовал её, и Лена обернулась к экрану телевизора.

– Мы прерываемся на важные новости. Сегодня рано утром на шестьдесят девятом километре окружного шоссе была расстреляна машина. Автомобиль взорвался. Преступники скрылись с места происшествия, и пока их не удалось вычислить, хотя камеры дорожного видеонаблюдения зафиксировали момент нападения. В машине находился один человек, к сожалению, он не выжил. Личность погибшего установлена. Это подполковник полиции ОВД Северный Альберт Владимирович Звягинцев, совсем недавно получивший звание за поимку опасного преступника. Приносим соболезнования родным и близким погибшего. Всех, обладающих какой-либо информацией по данному происшествию, полиция просит позвонить по горячему номеру…

Лена, словно в бреду, смотрела на экран. Там было издалека видно, как машина Альберта движется по трассе, её обгоняет какой-то чёрный фургон. Стоило фургону оказаться впереди, у него открылись задние дверцы, и оттуда высунулся мужчина с оружием. Машину Звягинцева расстреляли практически в упор. Буквально несколько секунд – и она взорвалась.

На негнущихся ногах Лена подошла к кровати и рухнула на неё. Сколько так просидела, практически не дыша и не понимая, что вообще происходит, она не знала. Из оцепенения её вывел какой-то грохот. Вынырнув из себя, Лена поняла, что этот самый грохот больше всего похож на выстрелы. Девушка подбежала к окну, осторожно выглянула из-за шторы.

Возле ворот стояли два чёрных фургона, очень похожих на тот, который преследовал Альберта. Из них выпрыгивали мужчины, окружая дом и обстреливая его.

В этот момент дверь комнаты резко распахнулась, и на пороге показался один из охранников.

– Надевай сапоги и куртку, тебе надо бежать! – протараторил он, подходя к шкафу, доставая оттуда одежду и кидая ей в руки.

– Что происходит?

– Шевелись! – рявкнул мужчина.

Лена тут же послушалась. Быстро натянула сапоги, куртку уже надевая на бегу.

Они спустились на подвальный этаж, весь заваленный какими-то коробками и прочим хламом. Где-то сбоку висела лампочка,  постоянно мигая. Охранник целенаправленно подошёл к одному из старых шкафов и отодвинул его. Там обнаружился туннель.

– Это потайной вход. Он ведет в лес. Найди дорогу, поймай попутку, пешком тебе до города вряд ли добраться. Дальше пойдёшь в клуб «Avalon» и спросишь Фила. Кодом будет: «Привет от Хмурого». Поняла?

Лена согласно кивнула, но тут же покачала головой.

– А ты? Вы что, здесь останетесь? – дрожащим голосом проговорила она.

– Да, и ещё, – продолжил мужчина, не отвечая на её вопросы. Достал откуда-то из-за пояса небольшой фонарик и пистолет. – Стрелять умеешь?

– Нет.

– Ничего, жить захочешь – научишься. Прежде чем выстрелить, сними с предохранителя. Вот так, – он щёлкнул рычажком. – Магазин полный.

Охранник всунул ошалевшей Лене в руку оружие и фонарик и подтолкнул к дыре в стене. Девушка по инерции прошла пару шагов и уже хотела обернуться, когда послышался скрежет, и проход пропал, снова закрытый шкафом.

Простояв несколько мгновений и дрожа то ли от холода, то ли от страха, Лена запахнула куртку, достала из кармана шапку и попыталась засунуть на её место пистолет, но тот, естественно, не поместился. Вспомнила, что в фильмах оружие носят за поясом штанов, и решила убрать его туда, чтобы не мешался. Она прекрасно понимала, что никогда не сможет ни в кого выстрелить.

Светя фонарём, Лена пошла вперед, постоянно оглядываясь. В абсолютно глухой тишине туннеля казалось, что за ней кто-то наблюдает. Но сколько бы она ни вслушивалась и ни вглядывалась, так никого и не заметила.