Глава 19

Аверин

Антон сидел в приёмной генерала и ждал своей очереди. Кто бы знал, как он не хотел сейчас здесь быть и врать Соловьёву!

Дмитрий Васильевич, будучи хорошим другом Звягинцева-старшего, считал Альберта если не сыном, то родным человеком, и заботился о нём по-отечески. После того, как отец Альберта ушёл из семьи, Соловьёв поддерживал Галину Семёновну как мог. Но, несмотря на дружеские отношения с генералом, молодой человек строил карьеру сам, без его помощи, а если бы ею воспользовался, то носил бы сейчас совсем другие погоны. Да и должность занимал повыше. Но гордец Звягинцев предпочитал добиваться всего сам.

Когда Антон узнал о смерти Альберта, он самым первым из отдела приехал на место происшествия. Показав удостоверение сотруднику полиции, поднырнул под ограждающую ленту и, словно заворожённый, пошёл в сторону обгоревшей машины. Ему не верилось, что Звягинцева больше нет. Не верилось, и всё тут. Они были знакомы с детства, и Аверин прекрасно знал, что Альберта просто так не возьмёшь. Из скольких тот перестрелок живым вышел? А покушений и вовсе не сосчитать.

Аверин выискал взглядом следователя. Тот оказался совсем молоденьким, высоким, худым как жердь парнем. Форма на нём висела словно на корове седло. Склонившись над чёрным мешком, он записывал то, что надиктовывал криминалист. Антон сразу понял, что дело мальчишка не раскроет. Наверное, нашли самого «зелёного», чтобы висяк на него скинуть. Но это были уже не проблемы Аверина.

Антон подошёл к автомобилю практически вплотную, стараясь понять, что тут произошло. Машина сгорела полностью. Дорогой и презентабельный внедорожник, который стоил целое состояние, был теперь похож на консервную банку. После обстрела от стёкол ничего не осталось. На асфальте повсюду лежали гильзы. Это сколько же в него всадили?

Аверин обошёл машину. Он смотрел он на автомобиль, практически не моргая, и что-то не давало ему покоя. Что-то во всём этом было не так. Словно подвох какой-то имелся, и пазл в голове не складывался. Недоставало каких-то деталей.

Вернувшись к водительскому месту, Антон осмотрелся, а затем, подойдя к обочине, увидел спуск к лесной дороге. Вот оно! Аверин взглядом прошёлся по всей длине короткого спуска и заметил примятую полосу, ведущую вглубь леса, словно кто-то кубарем катился вниз.

Опер посмотрел по сторонам. Снег вокруг был чистым, нетронутым. Но не здесь. Антон даже сам прошёлся по этому спуску и заметил у первой попавшейся же сосны следы обуви и кровь. И от осознания того, что, возможно, Альберт всё-таки жив, на душе стало легче. Только вот остался ещё один вопрос: кто тогда там, в чёрном мешке? Кого приняли за Звягинцева?

Когда Аверин снова вернулся к месту происшествия, оказалось, что молодой следователь уже освободился. Антон не стал терять времени. Ему нужно было понять, что они знают.

– Добрый день. Старший следователь ОВД Северный Аверин Антон Николаевич, – представился он и показал удостоверение.

– Здравствуйте. Младший следователь Романенко Денис Сергеевич. Чем могу помочь?

– Альберт Владимирович Звягинцев, погибший, был начальником нашего отдела и по совместительству моим лучшим другом, – начал Антон и замолчал, отслеживая реакцию. На лице молодого следователя отразилось сочувствие. Отлично! Аверин надеялся, что проблем и ненужных вопросов не возникнет. – Не могли бы рассказать, что уже удалось выяснить?

– Да, конечно, – согласно закивал Романенко. – Но не думаю, что вы о чём ещё не знаете. Машина была расстреляна неизвестными, – молодой человек обернулся. – Вон там на трассе есть камера, она зафиксировала, как автомобиль Звягинцева обогнал чёрный фургон, из которого и стреляли. А потом внедорожник взорвался. Тело сгорело полностью. Личность погибшего определили только по номерным знакам машины. К сожалению, стрелков пока не удалось вычислить, но наши опера этим занимаются. Антон Николаевич, вы случайно не знаете, откуда ехал подполковник?

Аверин внимательно посмотрел на молодого следователя. Поняв, что никто из приезжих сотрудников полиции не заметил тот ведущий в лес след, облегченно выдохнул. Если Альберт всё же жив, то он, наверное, не хотел бы, чтобы его нашли.

– Нет, без понятия. Денис Сергеевич, у меня к вам будет небольшая просьба.

– Какая? – заинтересовался следователь.

– У Альберта есть мать, она сейчас с племянницей отдыхает на море. И я бы хотел попросить, чтобы вы предоставили мне самому сообщить об этой трагедии. Поймите, ей будет легче узнать о гибели сына от знакомого человека.

– Конечно, – молодой следак с облегчением выдохнул. Ему ещё, наверное, никому не приходилось сообщать о смерти близких, и Антон прекрасно его понимал. Сам помнил, когда первый раз пришлось это сделать. Чувство преотвратное.

– Большое спасибо. И ещё, если что-то узнаете или окажется нужна моя помощь, обращайтесь. Помогу чем смогу.

Антон протянул свою визитку, и Романенко уверил, что обязательно будет держать в курсе расследования.

А когда Аверин приехал обратно в отдел, на его телефон поступил вызов с неизвестного номера. Услышав голос друга, Антон облегченно вздохнул.  Но после всколыхнулась злость. Захотелось удавить гада. Вот почему он не посвятил в свои планы?

Если только… Альберт и не подозревал о своём убийстве.

И вот сейчас, сидя в приемной Соловьёва, Антон мысленно репетировал речь и настраивался держать лицо в присутствии этого мужчины. Дмитрий Васильевич никогда не был дураком, он с лёгкостью может распознать ложь, ему даже напрягаться не придётся. И главное сейчас – постараться сделать то, о чём так просил друг.

– Антон Николаевич, Дмитрий Васильевич вас ждёт, – позвала секретарь, и мужчина резко поднялся со своего места. Оправил китель и вошёл в распахнутую женщиной дверь.

– Входи, Аверин, присаживайся, – указал генерал на ближайший к себе стул. – Такое горе… Я даже и представить не мог, что мы так рано потеряем друга и товарища, – скорбным голосом проговорил он, и Аверину так погано стало от того, что сейчас ему придётся врать.

Соловьёв был хорошим мужиком, мировым. Несмотря на своё положение и высокую должность к подчиненным он относился с уважением, частенько помогал делом или советом. Но если кто-то был неправ, он никогда не скрывал этого и всегда говорил в лоб.

– Гале уже рассказали о гибели сына?

Генерал откинулся на спинку кресла и, сложив ладони перед грудью в замок, внимательно посмотрел на Антона. От этого пристального, изучающего взгляда у Аверина по коже прошлись мурашки. Фирменный взгляд Соловьёва даже взрослому мужику внушал желание залезть под стол.  На уловку не попадался лишь Звягинцев, и как ему это удавалось, никто не понимал.

– Нет ещё. Она не в городе, – отозвался Аверин. – Дмитрий Васильевич, я к вам с просьбой.

– Какой? – заинтересовался генерал.

– Я хотел бы забрать дело о гибели Альберта себе.

– Зачем? – удивился Соловьёв, приподнимая одну бровь.

– Ну, он был моим другом, и я лично хочу наказать тех, кто это сделал.

Дмитрий Васильевич побарабанил пальцами по столешнице, о чём-то раздумывая, а потом произнёс:

– Видишь ли, Антоша, какое дело… – генерал на мгновение замолчал, ловя растерянный взгляд подчиненного, а потом снова заговорил. – Я тут узнал кое-что. Оказывается, наш Альберт последнее время с девушкой жил. Еленой, кажется.

Антон тяжело сглотнул.

–Да, – не стал он скрывать.

– А ещё совсем недавно у него в квартире была обнаружена растяжка. Её нашёл сам Звягинцев и позвал тебя, Гладышева и двух оперов. И те по какой-то причине отвезли ту самую Елену в лесной дом и охраняли её до тех пор, пока их не сменили люди Филатова. Альберт же всё это время искал некого Попова Кирилла Вадимовича, мужа той девушки, которая, как оказалось, числилась погибшей. В тот вечер, когда Звягинцева расстреляли, напали на дом. Там нашли кучу трупов. И, вот совпадение, в эту же ночь в одну из частных клиник, спонсируемую Филатовым, поступило четверо мужчин с тяжелыми ранениями. А ещё раньше Филатов и Звягинцев работали вместе по делу о местном маньяке. Что скажешь, Аверин? Не находишь ли ты совпадений в рассказанной мной истории?

Антон не знал, что ответить. Он уже понял – генерал обо всём догадался. И, с одной стороны, даже обрадовался, что не нужно врать. А с другой стороны… Откуда Дмитрий Васильевич знает? Ведь Антон и Альберт работали чисто.

Внезапно Соловьёв со всей силы ударил кулаком по столу, и Аверин вздрогнул.

– Вы что, совсем со Звягинцевым охренели?! Провести меня хотели?! Думаешь, я не смогу сложить два плюс два?! Да не нужно быть гением, чтобы понять, что он жив! Я знаю Альберта лучше, чем он сам, хотя Звягинцев молодец, сделал всё чисто, не придерёшься.

– Дмитрий Васильевич… – промямлил Антон, но генерал его перебил:

– Ну надо же, систему решили они раком нагнуть! Кишка ещё тонка! Давай, колись, что он этим хочет добиться.

И Аверину ничего не оставалось, кроме как кратко, но по существу, обо всём рассказать. Закончив, Антон почувствовал, будто с плеч бетонная плита упала.

В кабинете ненадолго повисла тишина, разбавляемая лишь тиканьем настенных часов.

– Ладно. Как мы ему можем помочь? – наконец сказал генерал, немного отойдя от услышанного.

– Пока не знаю, – покачал головой Аверин. – Я пытался найти Лену, но всё без толку, куда её дел Попов – узнать не удалось. Альберт нанял одного спеца, и тот уже работает. Надеюсь, что скоро нам будет известно, где девушка.

– Хорошо. Ты, Антон, пока не рассказывай Альберту, что я всё знаю. Не нужна Звягинцеву лишняя информация. А этим делом пусть Романенко занимается, я сам, лично, ему его отдал. Парень молодой, но толковый. У тебя же сейчас будет и так много работы. Во-первых, надо подготовить почву. Когда всё закончится, Звягинцеву придётся «воскреснуть», и ни у кого придраться к его возвращению даже мысли возникнуть не должно! Не знаю, скажем, смерть была специально спланирована, мы вычисляли преступника, – генерал махнул рукой, мол, сам придумаешь, и продолжил: – Ну а во-вторых, после того, как Альберт вернётся, на отдел посыплются проверки. Все должны быть к этому готовы. И чтобы никаких «хвостов»! С Галиной я сам поговорю. Аккуратно расскажу, что и как. Она поймет, умная баба. А что касается Звягинцева, – Дмитрий Васильевич сделал паузу, со значением глядя на Аверина, – ты должен мне докладывать о каждом его шаге. Он один не справится с Поповым, – Соловьёв покачал головой и пояснил: – Я кое-что уже про него узнал. Непростой субъект. И в тот момент, когда Альберт ошибётся – а он ошибётся, потому что его мозги сейчас заняты только тем, как спасти Елену, – мы должны быть рядом. И помочь, чтобы он конкретно не обосрался. Понял меня?

– Так точно! – отрапортовал Аверин.

– Вот и хорошо. А теперь иди, займись работой. Если что узнаешь, звони мне в любое время.