Глава 28. Красная шапочка

Марат жадно стискивал ее в объятьях, целовал шею, грудь, которые она с готовностью подставляла. Ника разомлела в его руках.

— Красную шапочку хочу, — нависнув над ней, хрипло произнес Марат.

— Ага! Щас! Обломись! — огрызнулась она.

Марат на несколько секунд замер, обдумывая ее отказ.

— Почему нет? — удивился он, — Ты ж делала мне раньше.

— Раньше я тебя любила! — с грустью произнесла она.

Ника и сейчас любила его, но разве могла бы она после того, как он предал ее, признаться в своих чувствах?

— Мстишь мне? — хмыкнул он.

Марат хитро прищурился и провел ладонями по ее оголенной груди, талии и внешней стороне бедер. От прикосновения его пальцев по ее коже побежал табун мурашек.

— Давай, ты сделаешь приятно мне, а я сделаю так же приятно тебе, — и он погладил ее по влажным складкам внизу, демонстрируя что он имеет ввиду.

— Нашел, дуру! Я тебе отсосу, а ты меня оставишь с носом! — прошипела она змеёй, — Я тебе больше не верю.

— Хорошо, давай одновременно! Шестьдесят девять, детка! Слабо? — выдохнул он с азартом.

Марат знал, что нужно не уговаривать ее, а бросить ей вызов, тогда это сработает.

— Ну, давай! Но учти, как только остановишься, я тоже остановлюсь… — Ника от возбуждения тяжело задышала.

— Замётано! Смотри, как бы тебе не остановится… — Марат улыбнулся этой своей обеззараживающей улыбкой, а в его глазах заплясали черти.

Они стояли посреди гостиной, в метре друг от друга, не решаясь сделать первый шаг. Марат плотоядно облизал нижнюю губу, предвкушая удовольствие. Его грудь вздымалась от частого дыхания, словно у призового жеребца после скачки.

Ника кивком головы указала на ковер:

— Чур я сверху.

— Не проблема, — Марат плавно развязал шнурки на кулиске трико, спустил их к щиколоткам. Быстро высвободив ноги из штанин, отбросил в сторону.

— Ложись, — приказала Ника.

— А ты разошлась… — намекал он на ее командный тон.

— Будем играть по моим правилам!

Марат кивнул и опустился на ковер. В сексе он готов был дать ей возможность поруководить. Сев по-турецки, Марат призывно посмотрел на нее снизу-вверх и поманил рукой. Ника дернула узел пояска и быстро скинула с себя халат, судорожно выдохнула и сделала два шага к нему.

— Иди сюда, — произнес Марат и, поймав ее за запястье, потянул к себе.

Ника, заметно нервничая, приземлилась ему на бедра. Марат притянул ее за голову и впился в губы поцелуем. Его язык проник глубже, сплетаясь с ее. То грубо, резко напористо, то ослабевая, переходя в нежную, неспешную ласку. Они целовались до тех пор, пока не стали задыхаться.

— Ложись, — продолжала командовать Ника.

Она толкнула его в грудь, придавливая к полу и развернувшись, поменяла положение, сев к нему спиной. Ее колени утопали в густом ворсе ковра.

— Давай сюда свою рыжую киску, — Марат с ехидным смешком потянул ее за бёдра, подтягивая к лицу и опаляя промежность горячим дыханием.

Ника зажмурилась, когда язык Марата прошёлся по ее нижним губам вверх-вниз, всосал клитор, при этом кончиком дразня вершинку. Чувствуя, что готова полностью отдаться желанию и получить долгожданную разрядку, Ника встряхнула головой, чтоб хоть немного прийти в себя. Не желая уступать в сексуальном поединке, она начала усердно ласкать член и мошонку Марата. Зажав ствол в ладони, захватила головку губами и стала сосать. Гладкая упругая плоть ласкала язык, слюной наполнился рот и она, покружив вокруг венца, захватила член глубже. Марат перестал ласкать и глухо взмолился:

— Детка, сбавь обороты!

Ника довольно улыбнулась и напротив усилила амплитуду движений, не забывая перекатывать яички пальцами, поглаживая кожу промежности, бедер и ягодиц. Она сжимала коленями его бока, потираясь животом о волосатую грудь Марата, вздымавшуюся от частого дыхания.

Ника стремилась во чтобы, то ни стало выиграть в этом их импровизированном поединке, доведя его до оргазма первым, но ласки усиливали и ее собственное желание. Марат сдерживался из последних сил, чтобы не завершится. Прижимая плотнее промежность к лицу, принялся активно сосать и лизать, введя один, а потом два пальца в лоно и отыскав точку Джи, надавил, запуская оргазм Ники. Она дернулась, вытягиваясь на нем. Бедра затряслись, и Ника хрипло закричала, оглашая пространство стоном. Марат слушал звуки своей победы, продолжая ласкать и стимулировать пальцами. А когда дрожь ее тела спала, Ника снова вернулась к оральным ласкам, и Марат наконец отпустил себя, кончая ей в ладонь.

Марат откинул голову на ковер и устремил взгляд в потолок, довольно улыбаясь и продолжая бережно поглаживать бедра, ягодицы Ники. Она же обессилила и распласталась на Марате, прижавшись щекой к его паху, вдыхая терпкий запах пота и семени. Ника улыбалась, на краткий миг ощущая полную гармонию со своим, несмотря ни на что, мужчиной.

Шесть лет назад, Москва

Жизнь Ники с Маратом напоминала брак с дальнобойщиком или капитаном дальнего плавания. Он надолго исчезал, иногда даже не предупреждая ее, и так же внезапно возвращался. По началу она пыталась задавать вопросы и требовать отчёта от него, но Марат пресек все на корню:

— Моя работа вне графика! Я сам иногда не знаю, когда должен буду уехать и когда вернусь! Потому если ты намерена быть со мной, то придется с этим мириться!

Он сказал ей, что работает в секретной службе охраны в Администрации Президента, что было в какой-то степени правдой. Подразделение безопасности, в котором он тогда работал, а сейчас возглавлял, действительно, подчинялось Президенту напрямую. И Ника смирилась, потому что она была готова на все ради него.

Такой формат их отношений накладывал свой отпечаток на их интимную жизнь. Когда Марат появлялся, он был очень голодным в плане секса. И Нике даже нравилось это, ведь подтверждало то, что она по-прежнему желанна для него и что он скучал. У нее всегда был наготове комплект красивого эротичного белья, чтоб момент воссоединения во всех смыслах был ярким.

Однажды Марат вернулся поздно вечером, и Ника, подлетев к нему в прихожей и поцеловав, упорхнула в спальню переодеться. Она на днях решилась заглянуть в секс-шоп. К каким-то серьезным экспериментам, например, игрушкам, Ника была не готова, но вот костюм шаловливой Красной шапочки ей приглянулся. Пышная короткая красная юбка, едва прикрывающая трусы, топик, обтягивающий бюст, и белые чулки на подвязках быстро оказались на ней. Покрутившись перед зеркалом, Ника одела красный чепчик.

— Если долго, долго, долго, если долго по тропинке

Если долго по дорожке топать, ехать и бежать,

То, пожалуй, то, конечно, то, наверно-верно-верно,

То, возможно, можно-можно-можно в Африку прийти.

— запела она, выходя из комнаты, и пританцовывая шла по квартире в поисках Марата.

Ника нашла его на кухне, где он глотал какие-то таблетки. Он обернулся на нее, и удивлённо округлил глаза.

— А-а, в Африке реки вот такой ширины, — Ника развернулась к нему спиной, взмахнув юбкой, как танцовщицы кордебалета, продемонстрировав попу в стрингах, — А-а, в Африке горы вот такой вышины, — задрала юбку, снова показав ему кружевное белье уже спереди.

— Ника, детка! Классный танец… — пробормотал он, обходя ее, — Но я очень сильно устал… — Марат скрылся за дверью ванной.

"Что?!", — оторопела Ника, — "Устал?!" Никогда такого не было, чтоб он с порога не овладел ей, а тут устал?! В начале она пребывала в шоке, потом стала свирепеть: "Это с кем же ты устал, сволочь?". Чтоб задать этот вопрос Ника ворвалась за ним в ванную, и остановилась на пороге.

Марат стоял у зеркала с оголённым торсом. На его рёбрах красовались черные гематомы, размером с бильярдные шары.

— О, Боже! Что это? — Ника оперлась о стену, стараясь удержаться на ногах.

— Все в порядке! Просто синяки от пуль. Я в броннике был, — прокомментировал Марат свой внешний вид, умываясь.

— Тебя могли убить, — ужаснулась она.

— Не, не должны были… — улыбнулся Марат, — Просто теперь болит, зараза, так, что вдохнуть нормально не могу. Потому прости, детка. Я б точно отжарил бы Красную шапку так, что волк бы обрыдался от зависти, но не сегодня, — Марат повернулся к ней лицом, вытираясь полотенцем.

Ника медленно подошла к нему, пытаясь рассмотреть его вблизи. Она осторожно коснулась его кончиками пальцев, а потом склонилась и поцеловала в самый большой синяк.

— Сядь, — Ника взяла его за руку и потянула, заставляя присесть на край ванной.

— Что ты задумала? — нахмурился он.

— Я что зря готовилась? — Ника скинула босоножки на высоком каблуке и опустилась перед ним на колени, — Я все сделаю сама…

— Ника, — прохрипел Марат, когда она стала расстёгивать ширинку на его джинсах.

Он держался за бортик ванной, запрокинув голову, пока Ника делала ему минет. С тех пор, если Марат желал такого вида ласки, то говорил, что хочет «Красную шапочку».