Глава 28

Диана.

-Ты долго будешь спорить? Или тебе погоны жмут?! – Палыч верещит, как резаный поросенок. А что я такого сказала? Да ничего! Ну наехала на него, послала… разок… правда завуалированно. Думаю, он и не понял посыла и точный адрес не запомнил. И причин для дикого крика я не вижу вообще. Да, все плохо, но всегда есть НО… ведь может быть еще хуже.

-Как я могу работать, если все мои действия становятся известны Разжаеву до того, как я успеваю хоть что-то предпринять и среагировать. Работаю на экспромте! Почему его вообще не проверили, прежде чем я влилась в тему?

-Все о нем известно, - с психом отвечает Палыч. Да еще так от меня отмахивается, скривившись, будто я несу чушь и ересь. А я ведь не такая… Я несу счастье, радость… лимитировано и конкретным людям, но все же…

-Да как же известно, если только после встречи с ним я узнала о его связи с сэром Лонкорфтом? Да и папочка о моих геройствах с того задания у Разжаева имеется.

-Да ты, где не появишься, там конец света, геройства твои бегут впереди тебя! А насчет Разжаева… кому надо, тот и владеет полным досье, - Палыч начинает перекладывать бумаги на столе, а это говорит лишь о том, что он не договаривает, - у меня нет нужного допуска. Задачу поставили, я дал указания вам… Значит плохо работаете вы, - тычет пальцем поочередно в нас с Родионом. – Начальство априори плохо работать не может, - бьет кулаком по столу.

Громко вздыхаю, пытаясь сообразить. И тут меня осеняет.

-Разжает работает на государство? – перевожу взгляд на Родиона, который сидит в рядом стоящем кресле. У него безучастный вид. Он снова сосет чупик. Вытаскивает его изо рта и рассматривает, словно это невидаль, и он намного интереснее и важнее, чем суть разговора. – Ты знал?

-Нет, - коротко отвечает и снова засовывает его в рот. Я бы и сама сейчас не прочь что-нибудь засунуть в рот, потому что оттуда норовят вырваться отборные маты.

-И как это понимать? – недоумевая развожу руки в стороны.

-Ладно… обрисую в двух словах. Лаборатория, которой управляет Разжаев, действительно имеет государственную долю. Раньше все разработки строго контролировались, а потом шло по накатанной. Но появился еще один дольщик, и влиять на его решения стало проблематично.

-Почему?

-Потому что он… тоже… - машет неопределенно руками в воздухе, пытаясь подвести меня к мысли.

-Один из нас? – предполагаю. – Конкурирующая контора?

Давно известно, что федералы недолюбливают разведку. И в совместных операциях устраивают настоящие разборки за пальму первенства, а в случае провала, всеми силами стараются перекинуть ответственность на другого. Иногда подставляют, а в основном, не договаривают о многом, стараясь использовать информацию, как аргумент о несоответствии. Хоть фронт нашей работы четко очерчен, не пересекаться не получается.

-Бр… - кручу головой, пытаясь отрезвить ум. Мозг закипает, сейчас подорвет черепную коробку. – Постойте, я понимаю, что у нас натянутые отношения с федералами, но мы все-таки служим одному государству. Зачем им подвергать опасности граждан?

-А кто тебе сказал, что пострадают наши граждане? Вакцина летит в Африку. Какая-нибудь благотворительная миссия вколет этот препарат, а имеющиеся там врачи соберут данные.

-А где вероятность, что врачи сами не заразятся? Насколько я помню, она передается воздушно-капельным путем? Ладно, суть сейчас не в этом, а в итоге… Что должно получиться в результате?

-Суперчеловек, - сдвигаю брови, пытаясь представить этого исполина. Илья Муромец, не меньше… только негроидной расы.

-Это как?

-Ну ты же читала отчеты со Шпицбергена. Ты и расскажи…

После всех событий прошедших дней, выуживаю информацию из дебрей своего мозга с трудом.

-… личинка паразитической мухи заносит микропаразита в организм жертвы, превращая его в носителя. Обычно носитель умирает, а если нет, то получает способность регенерировать ткани и органы, становится нечувствительным к холоду, - воспроизвожу отрывок из итоговой части отчета.

-И чем не суперчеловек? – спрашивает Палыч.

-Ничего не понимаю, - устало откидываюсь на спинку кресла. – Почему у нас с федералами возникли недопонимания? Понятное дело, что этот проект опасен, результат несоизмерим с количеством жертв, просчитать варианты развития невозможно…

-Для них интерес государства первичен… Суперчеловек – это в первую очередь воин. Кто откажется от такого? Наше же ведомство пытается балансировать на грани «приятельского общения» с другими странами, старается избежать конфликтов, добыть первыми информацию и просчитать варианты развития на два шага вперед. Вот поэтому НАМ дали указание производство оставить целым и невредимым, а зараженную вакцину и все материалы, уничтожить. Если эта разработка попадет не в те руки… наши терки и недопонимание с федералами покажутся детским лепетом.

-Я вижу один единственный вариант, способный решить проблемы одним махом – взорвать производство к чертям собачим. Бум! И нет проблем.

-Диана, я хочу выйти на пенсию с почестями, а не получить коленом под зад. Поэтому «Бум!» - отставить! Выкини из головы! Забудь!

-Ваши варианты? Вылить в унитаз, закопать, облить бензином и поджечь?

-Не знаю. Как-нибудь аккуратно, - морщится, становясь похожим на вяленый помидор, - и желательно не в нашей стране. Нам еще пандемии не хватает для полного счастья…

Хотела бы я быть суперчеловеком, как Халк… Нет, он становится большим и зеленым… зеленый не мой цвет. А вот человеком-Осой, вполне себе. Куда надо пролетела, кого надо прибила… Мечта…

-Какие средства я могу задействовать?

-Туманова своего можешь задействовать, - звучит так, типа: «его не жалко, бери, если надо», - ну и спецсредства… Выдай ей там, что попросит, - говорит Родиону, - только в разумных пределах. Мы не можем раздувать бюджет, тем более эта операция под грифом… - переходит на бормотание, как бабка на рынке, торгующая семечками.

Нет, меня просто «умиляет» вся эта ситуация! Крутись как хочешь, завтра похороны! Хочется рвать и метать!

-Свободны! Чего расселись? – гаркает на нас Палыч.

Вот он… Падлыч! Резко и нервно поднимаюсь, хочу показать крайнюю степень своего недовольства. Но ему пофиг, он даже не смотрит на нас с Родионом.

Выходим в коридор.

-И что ты думаешь по этому поводу? – интересуюсь мнением начальника поменьше.

-Все сложно… - начинает свою проповедь Родион.

-Даже слушать дальше не хочу, - поднимаю руку, останавливая этот неконтролируемый поток абсолютно ненужной и бесполезной информации. Как всегда… сама, сама… - Итак, дай мне «маячок», чтобы в случае чего, хоть труп мой нашли…

-Не писимизди. Труп мы всегда найдем.

-Оптимистично говоришь… - хмыкаю. Конечно, это все типа приколы, но не смешно. Как-то так.

Беру все, что кажется мне уместным и ухожу не прощаясь. Вроде, как якорь, чтобы вернуться. Но все это чепуха.

Страшно ли мне? И да, и нет. За себя не боюсь, отбоялась уже, конечно, умирать молодой в мои планы не входило, но работу я выбирала себе сама… пенять не на кого. А вот Димку жалко. Мало того, что я втягиваю его по уши в это дело, так еще и грусть съедает, как он будет жить без меня, если вдруг что. Самое обидное, что понимаю - хорошо будет жить… без меня.

Подхожу к машине. Через лобовое стекло вижу Димку, стучит нервозно пальцами по рулю. Отрываю дверь и сажусь в машину со словами:

-У меня все пл… - и тут я понимаю, что в машине есть еще кто-то. Резко оборачиваюсь. – Привет.

-Как долго я за тобой бегал, - качает головой Лев Николаевич. – Я так ни за одной женщиной не бегал. Ну здравствуй, родная, встретились наконец-то. – И улыбка у него такая радостная, искренняя, что прямо грех сомневаться в правдивости сказанного.

-Догнал, поздравляю. И? Что дальше?

-Если честно, ты мне только мешаешь. Выкинул бы тебя из машины, проблемную, да поехал по своим делам. Но как оказалось, Дмитрий Павлович с характером… Условия выдвигает… требует сохранить тебе жизнь.

Перевожу взгляд на Димку. Вообще, он человек мирный, но как у каждого сильного и самодостаточного человека, у него есть предел заложенного природой терпения. Сейчас его взгляд тяжелый, напряженный, решительный… Видно, предел достигнут и поблажек Льву никто давать не будет.