Глава 10

Диана.

-Как прошел день? – Родион разговаривает со мной по телефону и что-то жует. Вот гад! Я так хочу есть, что аж желудок сворачивается в голодную фигу.

-Плодотворно, - даю абстрактный ответ.

-Что это значит? Ты узнала все детали операции и готова поделиться со мной?

-Нет, ничего я не узнала. Здание, как Форт-Нокс. На каждом шагу камеры, датчики, детекторы распознавания лиц…

-И это все твои достижения за день? Узнать очевидное?..

-Не все. Еще я разлила стакан воды на дорогущий итальянский письменный стол Разжаева и чуть не выбила ему зубы.

-Гм… Кх-кх… — это Родион подавился, и пытается откашляться. - Ну ты… - пытается выдавить из себя слова, продолжая кашлять.

-Ага, молодец, - подытоживаю грустно.

Уже который раз бросаю взгляд в зеркало заднего вида и наблюдаю одну и ту же картину: за мной едет машина представительского класса. Решаю сделать маневр, чтобы точно удостовериться, что за мной слежка. И если это она самая, то версия такая… лайтовая. Эти люди хотят, чтобы я их заметила. Если бы планировали убить, давно бы зажали в темном переулке и ножичком по горлу «чик».

Подъезжаю к светофору. Зеленый начинает предупреждающе мигать. И как только загорается желтый, давлю на газ и пролетаю перекресток, будто за мною гонится стая диких собак. Преследователю моему приходится ехать уже на красный, и он делает это, нарушая правила.

-Родион, за мной хвост, - ставлю в известность начальство.

-Диана, с тобой события развиваются так быстро, что я не успеваю выпить и чашки кофе. Включи маячок, я пришлю группу.

Сбрасываю звонок и включаю на телефоне специальную программу, отслеживающую местоположение.

Моим преследователям надоедает играть со мной в кошки-мышки. Машина обгоняет меня, подрезая, а потом включает аварийку, предлагая остановится у обочины по-хорошему. Мне остается лишь подчиниться.

Кладу телефон в карман пиджака и опускаю стекло.

Из машины выскакивает парнишка в черном костюме. Элит-охрана… В ухе гарнитура для связи с остальной охраной. При ходьбе пиджак чуть оттопыривается, значит там оружие. И весь он такой… прямо Кевин Костнер в лучшие годы.

Мне было бы страшно, если бы так не хотелось жрать!

Чуть наклоняю голову к окну и громко интересуюсь:

-Какие-то проблемы?

-Добрый вечер, Диана Александровна, Лев Николаевич приглашает вас на ужин.

Сразу кричать: «Ура!» или поинтересоваться причиной приглашения?

-Я могу отказаться?

-Нет.

Чего и стоило ожидать. Решаю не припираться. Молча глушу машину, складываю нужные вещи в сумку. Беру пальто и выхожу из машины.

-Прошу, - вежливо приглашает меня охранник пройти к их машине. И даже открывает заднюю дверь.

Сажусь внутрь. Запах кожаного салона, дорогих парфюмов и табачного дыма… прямо улет.

-Добрый вечер, Диана, - улыбается во все тридцать два Лев Николаевич.

-Добрый… слава богу все ваши зубы на месте, - говорю искренне, прикладывая руку к сердцу. Уверена, со своей зарплаты я вряд ли смогу оплатить ему стоматолога в какой-нибудь швейцарской клинике. Максимум – это в нашей городской поликлинике. – Почему вы решили пригласить меня на ужин? – честно, причина мне абсолютно непонятна. Я точно не зацепила его, как женщина. Если быть объективной, то его секретарь не менее привлекательна. Думаю, что у нее и титул есть… не меньше «Миссис а-ля 2015 года».

-Захотелось с тобой поговорить. Просто так, по душам… почему-то мне кажется, что собеседник ты стоящий.

-Лучше, чем работник?

-Ха-ха… Вот видишь, уже точки соприкосновения… мне понятен твой юмор.

А мне бы понять его истинные мотивы.

-Куда вы меня приглашаете?

-В «La Fleur de Sel». Тебе нравится французская кухня?

-Мне нравятся все заведения, где большие порции, - ну, раз ему заходит мой юмор, пусть смеется. Посмотрим, кто будет смеяться последним…

-Ха-ха… твоя откровенность – это что-то с чем-то. Давно я не встречал таких открытых и свободных людей. Наверное, это потому, что тебе нечего скрывать?

Летит в меня вопрос, словно топор лесоруба. Ух! Пролетел прямо возле головы…

-Все что-то скрывают. Моя мама до сих пор думает, что я в восьмом классе отравилась котлетой в тесте из школьной столовой, но я-то знаю, что дело в сигарете, которую мы выкурили с одноклассницами на перемене за гаражами.

-Ох, если бы мой отец знал о всех моих юношеских экспериментах и неудачных опытах, лишил бы наследства.

-У вас строгий отец?

-Был… Он покончил жизнь самоубийством.

-Оу, простите, - стараюсь выдавить из себя сочувствие.

-Это было давно… И просить прощения не стоит. Ты же не виновата в его поступке.

Последнее предложение произнесено с такой интонацией, что я не особо понимаю, какого рода оно – вопросительное или повествовательное? И эта неясность заставляет мои «крепкие орешки» поднапрячься.

Машина останавливается. Смотрю через стекло на здание, где расположен ресторан. Очень даже… Большие окна, вазоны с вечнозелеными растениями, приятное освещение. Охранник открывает мою дверь и подает руку.

-Спасибо, - принимаю помощь и выхожу.

Делаю первый шаг внутрь ресторана и… будто попала в Лувр. Нет, я там не была, но вот сходство один-в-один.

-Нравится? – со снисходительной улыбкой интересуется Лев.

-Эм… боюсь, у меня не соответствующий вид для такого заведения, - поворачиваюсь к зеркалу в пол при входе.

-Не переживай, тут демократичная публика. - Кстати, он с самой первой встречи тыкает мне, будто я разрешала. А почему я выкаю? Непорядок.

-Как скажешь, - официант движением руки предлагает следовать за ним, провожает к заказанному столику, - ты же не против неофициального обращения? – кидаю на него вопросительный взгляд через плечо.

-Не против. Поверь, ты поймешь сама, когда переступишь линию дозволенного. – Ох и не нравится мне этот Лев… сейчас он реально похож на льва, который присматривается к жертве. Только я не олениха и не какая-то там гну… Я птичка… вот она я, а вот меня нет… хоп, и упорхнула.

Присаживаемся за столик. Официант протягивает меню.

-Что вы можете посоветовать? – обращаюсь к официанту.

-Рекомендую Еscargots de Bourgogne, - официант явно выделывается, произнося название блюда с таким чистым французским акцентом. Но вид-то у него явно не французский… а наш, родной… отечественный. И это веселит.

-Что это, и с чем это едят? – подпираю голову рукой и жду дальнейших разъяснений.

-Это улитки, - поясняет за официанта Лев, не отрываясь от меню.

-О, нет! На сегодня такого этакого с меня достаточно, - отмахиваюсь от официанта. Конечно, съеденные Стасом моллюски ни при чем, но впечатления они оставили неизгладимое.

-Клод, принеси нам Blanquette de veau… - диктует заказ Лев. Ой, все! Все, что он говорит – это для меня изысканный мат. Чем накормит, за то и спасибо.

Официант уходит, остаемся наедине. Натягиваю улыбку и жду. Почему-то мне кажется, что у Льва накопились ко мне вопросы.

-Ты была когда-нибудь в Лондоне?

Морщу лоб, пытаясь вспомнить, где я вообще была. Мысленно открываю загранпаспорт и листаю страницы.

-Это тот, который на острове? – задаю дурацкий уточняющий вопрос. Конечно, я была в Лондоне, но… я не признаюсь. А зачем он спрашивает? И почему я должна говорить ему правду?

Лев кивает, отпивая воду из стакана, но продолжает пронизывать меня своими глазами-льдинами. Он уверен, что сможет считать мое вранье?! Наивный.

-Все, что я знаю о Лондоне: «London is the capital of Great Britain», - говорю с такой интонацией и выражение лица, будто и правда сожалею, что там не побывала. - Зато я проезжала забавную австрийскую деревушку Факинг, - добавляю с улыбкой. – К сожалению, дальше ближнего зарубежья я не выезжала.

-А у меня четкая уверенность, что когда-то, лет пять назад, я уже видел тебя, Диана, - загадочно прищуривается Лев.

Что говорить? «Моя твоя не понимать!». И почему он уверен, что знаком со мной? Я его-то его не помню.

-Говорят, что у каждого на земле есть свой двойник…

-Ага, а еще тройник и удлинитель, - хмыкает.

-Зря вы, Лев Николаевич хмыкаете. Между прочим — это научно доказано. Может вы где-то встретили на просторах большой планеты мою не самую порядочную копию. Такая себе «злая сестра-близнец». А что? Вполне. Вот на каком языке она разговаривали?

-Я видел лишь фото, - задумчиво выдает Лев.

Вот оно, сомнение! Четко читается на его лице! Ну, здравствуй, родимое, я уже тебя заждалась. Все остальные его вопросы и попытки вывести меня на чистую воду, разбиваются о мою железобетонную уверенность.

Не поймал меня за руку, значит гуляй, Лева!