Глава 6.Таран + Наденька

Все вернулось в прежнее русло.

Рабочие дни ничем не отличались от предыдущих. Нужно прийти раньше начальства, рассортировать документы, скопившиеся за половину прошлого дня, разложить на столе Тарана в зависимости от важности вопроса, начиная с самых срочных, которые лежали ближе к краю, а не требующие срочного вмешательства отодвигались вглубь. Заказать обед. Обзвонить всех, с кем назначена встреча, уточнить нюансы. Встретить с улыбкой Станислава Станиславовича и приготовить черный кофе с двумя ложками сахара. Выслушать и записать все просьбы, приказы и пожелания. Через два часа принести черный чай с лимоном и сахаром. Ближе к обеду принять посетителей, снова приготовить кофе или чай. Проводить взглядом удаляющегося мужчину на обед и спокойно выдохнуть. Теперь можно не улыбаться, а сесть и тихонько на себя ругаться за несдержанность и глупость.

И через сорок минут, широко улыбаясь, продолжить безукоризненно выполнять свои обязанности. А дальше совещание, очередные встречи, и ровно в шесть услышать дежурное: “До завтра, Надежда Игоревна».

И словно не было ночи, проведенной в объятиях друг друга, и простой болтовни под бокальчик прохладного шампанского, танцев и безудержного хохота, разносившегося по номеру.

***

– Доброе утро, – в приемную вплыла миниатюрная молодая женщина. Надя ее прекрасно помнила, не так давно, три-четыре месяца назад, Станислав Станиславович довольно часто проводил с миниатюрной блондинкой время. А если судить по тем подаркам, что Надя заказывала по поручению Тарана, то не в шахматы они играли на досуге.

– Доброе утро, – поздоровалась Надежда и принципиально не добавила имя-отчество, хотя прекрасно помнила. Все же ни один десяток презентов были отправлены по адресу блондинки.

– Стасик у себя? – поинтересовалась, не поднимая глаз. Действительно, разве стоит утруждать себя и одаривать элементарным вниманием какую-то помощницу?

– Станислава Станиславовича еще нет.

– Хорошо, я подожду его в кабинете, – не дожидаясь разрешения или какой-либо реакции, двинулась в сторону двери.

– Только не раздевайтесь, пожалуйста, – вырвалось ехидное замечание. Такого непрофессионализма девушка не ожидала от себя, но, спохватившись, добавила: – Я проветривала, там прохладно, – указала взглядом на легкий тренч в руках.

– Спасибо, – прошипела та в ответ, явно понимая намек.

И один визит переполнил чашу терпения. Сколько ни храбрилась и ни делала вид, что ей все равно, Надя постоянно поглядывала на дверь, за которой скрылся Таран. Прислушивалась к каждому шороху или доносившейся громкой фразе. И могла поклясться, что пара, оставшаяся за закрытыми дверьми кабинета, веселилась. Хохотала, возбужденно разговаривала, а потом все стихло, и на душе стало совсем мерзко.

***

События понеслись диким галопом.

– Ксения Валерьевна, – заискивающим тоном обратилась Надя. – Ксюш, – все же решила перейти на “ты», надеясь на положительный исход. – Я завтра не смогу выйти. Подмени меня, пожалуйста, – девушка на том конце провода застонала, но не отказала в просьбе.

– Хорошо, – недовольно проворчала она, – но предупреди своего Стасика. И оставь подробную инструкцию к нему. А то в прошлый раз он меня чуть не сожрал, когда принесла чай на двадцать минут раньше положенного.

– Я все расписала. В верхнем ящике стола блокнот, – заверила Надя.

Если не хватит дня для перезагрузки и выработки иммунитета к бывшим подружкам шефа, то возьмет больничный и как следует прополощет себе мозги, затуманенные глупыми мечтами.

Отправив глубоко за полночь СМС о плохом самочувствии, рассчитывая на то, что Стас давно спит, смогла наконец расслабиться. Телефон издал звук принятого сообщения, девушка быстро пробежалась взглядом:

– Можешь взять пару дней, выздоравливай, – прочла вслух. Первое обращение на «ты» за вторую неделю. – Нужно было раньше заболеть, – фыркнула она с обидой.

За те сутки, которые Надя смогла выкроить, она пришла к твердой уверенности в том, что нужно признаться хотя бы самой себе в чувствах, которые испытывала к своему шефу. Глупо отрицать, что Станислав Станиславович всегда привлекал ее как мужчина. Но пока границы общения оставались исключительно деловыми, с притяжением, желанием, неоправданной глупой ревностью можно было бороться.

А сейчас?

А сейчас Надя была уверена в том, что не сможет изображать просто помощницу. Улыбки и вежливые диалоги отнимали слишком много сил.

И не обойтись одним днем, а нужен куда больший промежуток времени.

«Станислав Станиславович, я буду болеть еще пару недель. Нет, месяц, а лучше два. Сохраните за мной рабочее место и оклад. Спасибо, и до встречи, когда я перестану питать глупые надежды!»

Девушка грустно рассмеялась своим мыслям, промокнула непрошеные слезы махровой простыней и приняла решение.

Завтра же написать заявление по собственному желанию.

Вместо спокойствия утро принесло девушке пульсирующую головную боль. Надя приняла таблетку и, допив кофе, взяла в руки чистый лист. Быстро написала заявление, с кислой улыбкой поставила дату и подпись. Зная расписание Тарана наизусть, выбрала момент, когда она не могла встретиться с мужчиной случайно в коридоре, отнесла бумагу в отдел кадров, уведомив о том, что на две недели законной отработки уйдет на больничный.

Девушке даже не пришлось много врать, внешний вид и упоминания о температуре послужили убедительным аргументом для выдачи больничного листа терапевтом.

И ничего. Абсолютная тишина. Ни звонка, ни сообщения.

«Стасу плевать, есть ты или нет», – пришла она к этой грустной мысли.

Шел пятый день, как она трусливо оставила заявление на столе начальника отдела кадров и сбежала, ничего не объяснив Стасу.

Громкий стук, а после продолжительная трель звонка оглушили крохотную квартиру.

– Открывай, Надежда Игоревна, – дверь сотряслась еще от нескольких ударов. – Соседка сказала, что ты дома! – раздался громкий голос почти бывшего начальника.

Девушка подошла и глянула в глазок, но слух ее не подвел. На площадке второго этажа «хрущевки» инородными телами возвышались двое: Станислав Станиславович и его охранник Николай.

– Можно дверь снять с петель, – посоветовал шкафоподобный мужчина. Дважды ударил фалангой указательного пальца о металлическое полотно. – Или вскрыть, не металл – фольга, – дал второй дельный совет. Таран одарил охранника тяжелым взглядом, но отказываться от идей не спешил.

– Ну, откроешь? Или Коля идет за монтировкой? – он взглянул в глазок.

– Открою, – поспешно выкрикнула Надя, наблюдая, как амбал уже развернулся к лестнице, ведущей вниз.

Девушка приоткрыла дверь и встретила гостя на пороге.

– Не пригласишь?

– Не думаю, что вам будет уютно в моем жилище.

Мужские ладони легли на плечи, и девушку буквально вдавили внутрь квартиры.

– А теперь четко, быстро и по пунктам. Что происходит? – мужчина, подперев спиной дверь, сложил руки на груди.

– Ничего особенного, я увольняюсь, – твердо ответила, глядя на хмурое лицо.

– А почему я узнаю об этом не от тебя? И я не визировал твое заявление, но вот Марина Алексеевна говорит об обратном. Я все еще жду объяснений. Я настолько плохой начальник, что не достоин быть предупрежденным нормальным, взрослым способом? Лично? – Таран склонился чуть вперед и внимательно смотрел в глаза девушки, на лбу залегла глубокая морщина. – Что-то не слышу ответа, – повернул голову и указал пальцем на ухо: – Вот сюда, Наденька, следует ответить на все мои вопросы.

– Я нашла место, – выкрутилась девушка, вспоминая предложение заклятого друга Тарана. – Кузнецов уже давно меня звал к себе. И я решила согласиться.

– Кузнецов? – переспросил мужчина, выпрямившись.

– Кузнецов, – подтвердила она слова кивком головы.

– Да ты что? А больше никто ничего не предлагал?

– Нет.

– Это хорошо. Сколько он готов тебе платить? Я дам больше.

Надя округлила глаза, не ожидая подобного предложения. В глубине души теплилась надежда, что он пришел к ней как к женщине, а не к ценному сотруднику.

– Мне не нужны деньги.

– Ты сама себе противоречишь, – едкая улыбка мелькнула на лице мужчины.

– Мне не нужны твои деньги, – не выдержав, выкрикнула в лицо.

– Ну наконец-то, поговорим начистоту, – Стас принял расслабленную позу и осмотрел узкий коридор. Слева стояла вешалка для верхней одежды, о которую уже трижды ударился затылком. – Я не для этого ехал по пробкам через весь город, чтобы слушать твое сопение.

– Мог и позвонить, – Надя перешла на “ты”, терять уже было нечего. Хорошей рекомендации ей не видать, да и скандала не избежать.

– А ты бы взяла трубку? – поинтересовался Таран ехидно.

– Нет.

– Я все еще жду, – он резко дернул головой от нетерпения и сквозь зубы выругался, снова ударившись о рогатину с золотистым круглым набалдашником.

– Я все сказала. Мне предложили другое место, и я согласилась, – Надя повторила легенду.

– Минутку, – мужчина достал телефон и несколькими движениями пальцев нашел нужный номер. – Привет, Дим, – Надю бросило в жар. Это он Дмитрию Олеговичу Кузнецову сейчас звонит?! – Твоими молитвами, а у тебя? – поинтересовался в ответ. – Рад-рад, – в тоне слышались лживые нотки, которые мужчина не торопился скрыть. – Скажи мне, пожалуйста. Ты когда успел переманить мою помощницу? – Надя не разбирала слов, но с каждой фразой лицо Стаса мрачнело, а глаза наливались чернотой. – Понял, – коротко ответил и сбросил вызов. – Он просил тебя завтра не опаздывать, ждет в девять, – скрипя зубами, передал слова Кузнецова.

– С-с-спасибо, – Надя с трудом справилась с волнением.

– Раз все дело было в деньгах… – произнес Таран растерянно. – Могла попросить. Я бы не отказал в повышении зарплаты.

– А в чем же еще могло быть? – с пренебрежением фыркнула девушка, глядя в растерянное лицо.

– Я подумал, это из-за того, что произошло на свадьбе, – мужчина подрастерял уверенность.

– Ты про секс? – спросила Надя слишком громко. – Нет. Я отношусь к подобным вещам легко и просто, – встретила уверенно недоверчивый взгляд и произнесла с улыбкой: – Прощайте, Станислав Станиславович.