Часть 7.
Алгарве, 26 сентября.
Теперь я знаю, какое время года в Португалии буду любить больше всего. Это осень. Конец сентября, а воздух по-прежнему прогревается до тридцати градусов тепла. Солнце совсем не жарит, и гулять по улочкам Лиссабона бесконечно приятно. Правда, из меня сейчас плохой гуляка - до родов осталось полтора месяца, и я стала совсем неповоротливой. Ноги сильно отекают. Многие блюда тоже под запретом - нельзя соленое, и все, что вызывает жажду. Ребенок дает большую нагрузку на почки, поэтому я больше не уплетаю безумное количество сладостей и жареного.
Вчера мы с Витей ездили к мысу Рока. Потрясающее место. Скалы и бесконечная изумрудно-голубая гладь океана. На обратном пути заехали в Лиссабон. Обедали в ресторанчике на свежем воздухе на площади Коммерции. Мне нельзя жареное, но сардины так восхитительно пахли, что я не удержалась. Думаю, в следующее посещение врача получу нагоняй за лишние килограммы.
Софийка - жуткая хулиганка. Она так толкается, что я не нахожу себе места. Особенно ей весело перед сном. Не знаю, что она делает в моем животе, но он ходит ходуном. А когда милая девочка пинает меня под ребра, становится совсем не весело.
Витя пытается с ней разговаривать. Кажется, наша малышка научилась различать голоса, потому что когда папа гладит мой не в меру разросшийся живот, она затихает, а потом снова активно толкается. В такие моменты я чувствую себя самой счастливой на свете.
Алгарве, 2 ноября.
Мои нервы на пределе. До родов осталось совсем немного - каких-то две недели, может, чуть больше. Мы с Витей уже подобрали клинику, в которой София появится на свет. Больше всего нас волнует вопрос о родах. Вместе, или я буду в родильном отделении одна? В интернете много противоречивых сведений про совместные роды. Витя в жутком напряжении.
Антон в планшете подливает масла в огонь.
- Нечего тебе там делать, братец! Жди в приемной, - с умным видом вещает он.
Эдуард весело сопит. Он так подрос! Даже не верится, что вначале весны мы видели маленького куксю в голубой шапочке с бубончиком. Теперь жизнерадостный малыш уверенно стоит на ножках в своей кроватке и улыбается самой счастливой улыбкой на свете.
- Неужели когда-нибудь и у нас будет такое же маленькое чудо? - машу мальчику в планшет я.
- Когда-нибудь? Осталось совсем недолго ждать, - приподнимает бровь Витя.
Я с любовью смотрю на него. Мой бедный муж! Сколько всего ему пришлось пережить за эти девять месяцев! И мой токсикоз, и истерики, и даже ремонт любимого дома… столько жертв в угоду моим капризам.
- А вы планировали, когда вернетесь в Москву? - подсовывая Эдуарду резиновое кольцо для режущихся зубок, спрашивает Антон.
- Мы тут не можем распланировать предстоящие роды, а ты про Москву, - морщится Витя. - Первые три месяца точно будем здесь. А там как карта ляжет.
Я вздыхаю. Кажется, я тоже очень соскучилась по Москве.
- Эрика, когда мы поедем в магазин за кроваткой? Надо все купить для Софи, - напоминает муж.
- Завтра, если я буду себя хорошо чувствовать, можем поехать в магазин.
Магазин детских товаров в Лиссабоне - это нечто! Мы купили переноску, сплетенную маленькую переноску цвета шампанского. Она такая красивая! Жду не дождусь, когда можно будет класть в нее нашу Софочку.
Мы покупаем кроватку - белоснежную, с удобным матрасом, и много всяких мелочей - жирафа, резиновую уточку и даже большого плюшевого медведя. Я и Витя - мы оба сгораем от нетерпения. Так хочется уложить нашу девочку в кроватку и качать ее в коляске! Кажется, мы не дождемся, когда же наступит самый счастливый день в нашей жизни - день, когда на свет появится наша дочь.
15 ноября.
В клинике нас ждут 16 ноября. Сегодня - последний вечер, который мы проведем в доме до появления не свет Софии. Вчера звонила моя мама. Она хочет прилететь, чтобы помогать нам с малышкой первые две недели. Потом ее сменит мама Вити.
А пока мы с Витей собрали нужные вещи в сумку и решили провести вечер в свое удовольствие. Правда, со мной мало удовольствий - только посмотреть какой-нибудь добрый фильм и пожевать чего-нибудь вкусного. Я настолько неповоротлива, что занимаю пол дивана в гостиной, а спать могу только на правом боку.
Роды начались внезапно. Ранним утром я проснулась от того, что простынь была совсем мокрая и холодная. Сначала я испугалась, что не успела в туалет. А когда поняла, что отошли воды, стало еще страшнее.
- Витя! Витя, просыпайся! У меня воды отошли, кажется…
Я сползаю с постели. Руки трусятся от страха. В глазах слезы. Даже не знаю, чего я боюсь больше - предстоящего процесса или того, что мы не успели добраться до клиники вовремя.
- У тебя что-нибудь болит? - Витя напуган не меньше меня. Роды назначены на 18 ноября. Еще только 16.
- Тянет низ живота, но пока не сильно.
- Ч-черт… Я вызову скорую.
Он хватает сотовый телефон. Я иду в ванную. Пытаюсь переодеться - на улице довольно прохладно, плюс десять и пасмурно. Не знаю, надевать колготки или нет? Воды отходят один раз или будут подтекать еще? Решаю, что колготки лучше все же надеть.
Когда я выхожу, Витя успел одеться и взять мои документы. Я надеваю просторное шерстяное платье. Живот болит сильнее. Теперь тянет поясницу, потом отпускает. Становится легче. Снова тянет.
- Эрика, все будет хорошо. В конце концов, если они и не успеют доехать, я рядом, - Витя обнимает меня, но я вдруг понимаю, что мне совсем не нужны сейчас слова утешения и объятия. В родильном отделении я хочу видеть только врачей. Витин голос будет нервировать меня еще больше.
- Вить… я сама буду рожать.
- Как сама? Эрика! Нет…
- Пожалуйста. Тебе придется подождать за дверью.
Низ живота сводит болью, и я вскрикиваю.
- Нет, Эрика! Никакой самодеятельности! Мы будем вместе! -судорожно хватает меня за руки муж.
- Мне больно! Где эти чертовы доктора?! Я рожу в прихожей, пока они до нас доберутся!
- Успокойся, я звонил три минуты назад. Ты так быстро не родишь. Это же первые роды.
У меня вот-вот начнется истерика. Хорошо, что врачи приехали довольно быстро. Десять минут, и я уже в машине скорой помощи.
Витя называет клинику, и нас быстро везут в Лиссабон. Мне жутко больно. Живот тянет, сводит волнами. Я жалею, что не согласилась на госпитализацию заранее. Сейчас бы со мной был мой доктор, а не трясущийся муж и сотрудники скорой помощи.
Меня увозят в отделение, а Витя все же остается за дверью.
Почему никто не говорит, что роды - это жуткая боль? Тебе хочется биться головой о стену, хочется кричать - а ничего не помогает.
Доктор объясняет мне, что матка раскрылась недостаточно. Что надо еще ждать, прежде чем меня отведут в родильное отделение.
- Я могу позвать вашего мужа, - на английском языке предлагает мне акушерка. - Хотите? Он очень переживает.
- Нет, нет. Мне и без этого плохо… сейчас меня все будет только раздражать. Скажите, что я его люблю, и пусть остается за дверью…
- Он очень хочет вас видеть.
- Ладно, пусть идет, если он такой настойчивый…
Очередная волна боли не дает мне дышать. Лежать можно только на спине. Сидеть нельзя, чтобы не повредить головку ребенка. Можно только выйти в туалет, он рядом с предродовой палатой.
Витя в белом халате и одноразовой шапочке тоже похож на доктора.
- Эрика, акушерка сказала мне, что как только у тебя начнутся схватки, нам надо говорить. О чем угодно, чтобы отвлекать тебя.
- Ладно, хорошо… говори, что хочешь…
Так проходит три часа. Схватки становятся все чаще, а период отдыха все короче. Я совсем измучена. Я больше ничего не хочу. Пусть только все закончится. Доктор озабоченно прослушивает мой живот и смотрит, насколько раскрылась шейка.
- Пора, - зовет меня в родильный зал он.
Витя помогает мне подняться. Акушерка поглаживает по руке.
- Муж пусть останется? - посматривает на меня она.
- Мне уже все равно. Все равно, понимаете? - чуть не плачу я. - Пусть сам решает, хочет он видеть это или нет…
Я больше не контролирую процесс. Слышу только требования тужиться, и, кажется, меня вот-вот разорвет на части маленькое существо, которое внутри.
Кто сказал, что роды - это романтично?! В кино, да, может быть! Но в реальной жизни - это кошмар…
- Пошла головка… еще тужься! Еще, Эрика…
Сейчас я плохо понимаю английский. Перед глазами все плывет. Я знаю, что мой муж где-то за моей спиной, а доктор и акушерка хлопочут передо мной, контролируя каждый миг появления на свет еще одного человека. Я кричу. Снова и снова, потому что это адская боль.
А потом в один момент все исчезает. Боль, тяжесть, это ощущение, что меня разрывает на части… И внезапно воцарившуюся тишину прорезает другой крик. Крик новорожденного ребенка.
- У нас девочка… - бормочет у меня над головой муж. - Маленькая девочка, Эрика…
Мне на грудь кладут маленький сморщенный комочек. Он сизого цвета, и его еще не мыли, но… он самый прекрасный на свете.
Я всхлипываю. Прижимаю к сердцу комочек, который причмокивает маленькими губками, и у меня его забирают.
Малышку обмывают и взвешивают.
- Три килограмма шестьсот граммов, - счастливо объявляет нам с Витей доктор.
Момент, когда твой ребенок появляется на свет - это непередаваемое счастье. Оно переполняет сердце, душу, и кажется, нет родителей, которые бы радовались так сильно, как мы с Витей. Меня увозят в палату, Витя звонит всем подряд по телефону, чтобы сообщить радостную новость - у нас есть София.
Ее приносят чуть позже - маленькую, хрупкую, замотанную в розовое одеяльце. На головке розовая шапочка. Я прижимаю ее к сердцу, и так счастлива, что боюсь даже дышать.
В палату возвращается Витя. Его лицо, осунувшееся от стресса, озаряет улыбка.
- София… Так вот с кем мы болтали по вечерам у мамы в животике… приятно познакомиться, моя маленькая девочка… - осторожно садится на край постели он.
- Хочешь подержать? - шепчу я.
- Очень хочу…
Я осторожно передаю Вите малышку. Он прижимает к груди и тоже боится вздохнуть.
- Мы же все купили? - посматриваю на него я.
- Кажется, да. - Шепотом отвечает он.
- Эрика, звонила твоя мама. Она уже в пути. А еще моя мама сказала, что не может усидеть на месте и тоже вылетает в Лиссабон.
- Кажется, наш дом не вместит столько бабушек… - приподнимаю бровь я. - Надеюсь, тетя Регина не собирается приехать?
- Нет, - смеется он.
- А что насчет завещания, Витя?
- Все в порядке. Через три месяца мы с тобой вернемся в Москву. Я снова встану во главе компании.
- Правда
- Истинная правда, Эрика. Адвокат дедушки уже звонил маме.
- Это отличные новости.
Софийка дергает ручкой во сне, и мы с Витей вздрагиваем. Переглядываемся и улыбаемся.
- Я люблю тебя, - шепчет он.
- Я тоже…
Его губы осторожно опускаются на мои. О, это уже не те горячие поцелуи, которые мы дарили друг другу после свадьбы. Нынешние поцелуи наполнены неторопливой нежностью и любовью. Но теперь у нас есть самое главное, самое бесценное сокровище - маленькая дочка. Отныне наш с Витей мир принадлежит ей одной.
Конец.
12.02.2019 - 23.03.2019