Глава 4
В голове и горле было обжигающе жарко, аж пекло! Пересохли губы. А в животе при этом, какое-то пугающе-морозное ощущение… Страшно. Боится, что не так поняла что-то, выставить себя в глупом свете опасается, да и Глеба в неудобное положение поставить.
Господи! Ну что за странности?! Ей же давно не шестнадцать, чтобы замирать, как неуверенная девчонка!
Однако проблема была в том, что этот конкретный мужчина всегда ей слишком нравился. Более того, что его несвободный статус позволял бы считать возможным. И Света не привыкла давать себе в этом волю. А за последние полтора года, так и вовсе от мужского внимания отвыкла, да и сама не интересовалась противоположным полом. Не до того стало за всеми заботами.
И тут такое вдруг!.. Будто с этим ярким воздушным змеем и в ее жизнь ворвалось что-то забытое, насыщенное, новое! Нечто непривычное, а оттого все же немного тревожащее…
Однако вот они стоят, а Глеб ее продолжает крепко обнимать и за руку держит, пока она пытается сделать вид, что обрабатывает ему «рану», простой царапиной оказавшуюся, к счастью. И у Светы сердце колотится в груди… как никогда ранее, кажется.
— Тогда, не будем портить этот замечательный день и продолжим прогулку? — предложил Глеб, глядя все еще так на нее, будто нечто невероятное сам только что увидел и теперь никак глаз отвести не мог.
Отчего Свете только больше потупиться хотелось, разучилась выдерживать или отвечать на такой мужской интерес. Тем более что на нее вот так и не смотрел никто и никогда вроде. Она и пожелав, не смогла бы описать внятно то странное бушующее напряжение, которое медленно разгоралось в глазах Глеба. Самой бы понять.
Или просто забыла, как оно бывает? В последние месяцы стало казаться, что уже все в прошлом, любые шансы и возможности, так и пройдет одна по жизни. Смерть сестры будто затерла все светлое, что умела ранее замечать. Света разучилась радоваться мелочам и доверять эмоциям. Увязла в некой глухой тоске и буднях, наполненных задачами и новыми проблемами, с которыми нужно было научиться справляться.
Правда, стоило объективно признать, что и ранее у Светы не особо с отношениями складывалось. Она так отчаянно стремилась добиться успеха в столице, что сама себе не оставляла времени на личную жизнь.
Да и планка, наверное, стояла в голове высокая, мало кто дотягивал. «Слишком ты требовательная», — говорила Тома со смехом, когда Света по телефону сестре жаловалась.
Пары свиданий хватало, чаще всего, чтобы отсеять кандидата. Хотя не одна она придирки высказывала, в сторону Светы тоже прилетало. Упреков в том, что слишком жесткая и прямая, сама характером на мужика тянет, наслушалась достаточно.
Может и, так… Правда, не считала себя такой. Просто сильной надо быть, если решила в столице карьеру строить, еще и свое агентство по недвижимости открыть, а не на кого-то работать. Тут ветреной и романтичной особе ничего не светит, вот и…
В общем, не складывалось как-то. А те, кто нравился или интерес вызывал, вот как Глеб, например, уже семьи имели. Табу для Светы без каких-либо оговорок. Были одни более-менее длительные отношения, но и те затихли как-то спокойно, без скандалов. Оба оказались слишком своими делами заняты, чересчур сосредоточены на том, что делали, иногда и времени не находили поговорить, не хватало сил на телефонные звонки.
Вот однажды встретились за ужином, сели друг напротив друга… И оба одновременно, кажется, осознали, что они чужие друг другу. И нет тут трагедии, но и смысла притворяться нет. Так и разошлись, просто поняв все, без страданий. Сейчас даже общались с тем мужчиной, созваниваясь время от времени, он юристом был, помог ей с нюансами оформления после смерти Томы. Иногда выходило чаще поговорить, чем когда состояли в официальных отношениях. Ирония судьбы, наверное.
Возможно, именно по всем этим причинам, она и растерялась настолько в данный момент, а не стоило, вероятно. Господи, да они же просто гуляют и можно этим наслаждаться! А дальше… время покажет.
— Давайте гулять, — согласилась, буквально заставив себя взгляд напротив его глаз держать. Открыто, не стесняясь и не смущаясь. Ну ведь взрослая же! — Только, уговор, если у… тебя, не дай бог, заболит голова или кружиться начнет, или еще что-то, ты мне сразу скажешь! — вот прям потребовала.
Потому что по племяннику уже поняла: мужчины крайне небрежно к своему здоровью относятся. А для Светы… Это теперь болезненная тема, чего уж там.
Глеб, показалось, чуть удивился и ее тону, и самому содержанию требования. Вот мелькнуло что-то в глазах, а потом он так вдруг улыбнулся, что у Светы дыхание перехватило и по-новой в жар кинуло, словно в душной комнате стоят, а не посреди парка, где довольно прохладно, несмотря на солнце.
— Света, у меня точно сотрясения нет, сама же признала, что всего лишь царапина, — начал мужчина. — Но… — стоило ей открыть рот, чтобы настоять на своем, как и Глеб тон поменял, чуть надавив голосом будто бы. — Я обязательно сообщу, если меня что-то начнет тревожить… Кроме очевидного удовольствия от прогулки с тобой, — закончил нежданно для нее и подмигнул.
Чем ее лишил и слов, и аргументов. И, воспользовавшись этим, устроил руку Светы на сгибе своего локтя, явно дав понять, что гулять они продолжат в большей близости.
М-да, с таким, скорее всего, она бы не сумела быть «мужчиной». Он ее на ходу обыгрывал, предугадывая и замечая нюансы, но и не продавливал, а как направлял туда, куда сам желал. Или просто характер смягчился? Ну и ладно, если так!
Как бы там ни было, Свете его слова доставили удовольствие… И она невольно улыбнулась, поняв, что вновь заливается смущением точно, как та девчонка, на которую не могла же быть похожа, а изнутри рвалось что-то позабытое и давнее.
— Хорошо… — чуть сглотнув, потому что с дыханием и голосом около него у нее наблюдались явные сложности, согласилась. — Меня устраивает, — признала.
Повернулась в направлении дорожки, по которой они до этого и гуляли, двинулась за ним следом, впитывая тепло и уверенность, которые ее спутник излучал. Как знакомилась с ним на неком ином, тактильном уровне, что ли. Пальцы очень уместно устроились на сгибе его руки, а Глеб еще внезапно и накрыл поверх те своей другой ладонью.
Миллион тактильных ощущений! По спине мурашки!..
И вдруг Света увидела то, что заставило замереть на полушаге, из-за чего и Глеб вновь остановился рядом.
— Тыква! — воскликнула, заметив впереди молодого паренька, может, ровесника Макса, который нес в руках как раз этот овощ.
Ой… Не подумала, что выйдет так громко, конечно. Парень невольно оглянулся на них и даже будто бы прижал к себе тыкву покрепче, словно решил, что Света бросится отбирать ту у него. Неудобно вышло, жуть!
И на них опять оборачивались все вокруг.
М-да, что-то с ее выдержкой не то сегодня. Да и вообще… Неизвестно, как Глебу парк запомнится после нынешней прогулки, но вот то, что их посетители парка запомнят, — это бесспорно.
— Света? — Глеб, кстати, удивился реакции, но смотрел с интересом. — Ты так тыкву любишь? — уточнил он, вместе с ней наблюдая за поспешным уходом ни в чем не повинного паренька. Мягко увлек ее вперед, уводя из центра внимания.
— Эмм… Нет, я ее вовсе не люблю, — скривила она гримасу, честно признавшись. — Но мне надо кафе украсить, за середину октября перевалило уже, а сейчас модно к Хэллоуину создавать антураж. И хоть я не особо считаю тот праздником, но клиенты любят яркость, и для бизнеса выгодно… если Максу верить. Это его бизнес-идея. У них в университете даже вечеринка будет по тематике. Да и многие украшают, смотрю, — поделилась с Глебом мыслями, пока они неспешно продолжили прогулку, в душе надеясь, что больше они не окажутся объектом всеобщего внимания.
А рука так легко и словно привычно уже в его ладони и на его локте устроилась, будто законное место заняла.
— И я обещала ему купить эти самые тыквы. Даже для меню по просьбе Максима пару позиций выбрала: тыквенный латте и пирог из тыквы с яблоком и корицей… Хочу попробовать, вроде нашла интересные рецепты… Но мое подсознание, кажется, саботирует эту идею из-за того, что сама не люблю тыкву, — вздохнула чуть трагично, покаявшись. Постаралась атмосферу вновь легкой сделать. — И я все время забываю их купить… Хоть одну, чтоб попробовать эти рецепты перед тем, как в меню вводить. А надо же и для декора еще несколько штук, но нести от базара по одной неудобно. И сено… — глянула на Глеба, опасаясь, что он решит, будто она не при себе немного. Да и неинтересны ему такие подробности могли быть.
Но мужчина, вместо этого, казалось, загорелся какой-то идеей изнутри. Словно включилось что-то невидимое, однако существенное! Вот ощутила в нем то воодушевление, которое ранее замечала не раз.
— Ну так чего же мы тогда тут блуждаем просто так, если есть повод тебе помочь и этих самых тыкв купить?! — вдруг воскликнул Глеб, как-то иначе ее руку стиснув. — И мы же на машине сегодня, можем хоть весь багажник теми забить! — похоже, его эта идея действительно вдохновила…
А она…
— Неожиданно, честно скажу. Но… Давай! — рассмеялась Света от настолько яркой его реакции и открытой готовности включиться. — Рынок у нас тоже интересный, есть на что посмотреть. Да и тебе с местами разными и полезными знакомиться нужно, — кивнула, уже сама куда воодушевленней отнесясь к перспективе выбора тыкв. В такой компании это показалось замечательной идеей!
И они быстро направились к началу парка, откуда и пришли, к припаркованному там авто Глеба, на котором он сегодня забрал Свету из кафе на эту их прогулку.
— А я люблю тыквенный суп… Думаю, и пирог должен выйти вкусным, — внезапно, когда уже подошли к машине и он открыл перед ней пассажирскую дверь, признался Глеб. Словно не был уверен, что для него это «солидное» предпочтение, что ли.
Так тихо, что она растерялась немного, не вполне поняв, как реагировать.
Но… пока сам мужчина обходил авто, Света вдруг вспомнила, что видела среди множества записей в интернете и очень интересный рецепт супа. Больше того, ей внезапно невероятно сильно захотелось попробовать тот приготовить!
Уже после Света подумала, что с таким же успехом они могли и в супермаркет поехать, тыквы сейчас везде есть, да и управились бы быстрей… Только ей точно не хотелось прекращать эту… Ну, хорошо, пусть будет «прогулку», не свидание же?..
Да и с рынком познакомить Глеба надо. Магазин что? Ничего нового, такой, каких и в столице сотни, мужчина там легко и просто сориентируется. А вот рынок нужно показать: рассказать, у кого продукты брать стоит, где лучше мясо, а у кого самый вкусный творог, овощи, фрукты; провести по рядам, чтоб изучил расположение и не растерялся в суматохе.
Где-то в глубине души имелись сомнения, а нужно ли это Глебу на самом деле? Или же мужчина, как давно привык, вероятнее всего, как раз в стандартном супермаркете отовариваться будет…
Но Света тут же прогоняла прочь такие мысли! Наверное, просто потому, что ей очень хотелось провести с Глебом больше времени. Да и показать город с лучшей стороны тоже! Казалось очевидным, что ему, прожившему свою жизнь в столице, все должно казаться здесь скучным и неинтересным… И некие, возможно, задвинутые в сторону риелторские привычки, продемонстрировать клиенту объект в самом лучшем свете, брали в ней верх. Или все еще проще? И Света всего лишь отчаянно хотела, чтобы Глебу здесь, в ее родном городке, понравилось?
Пожалуй, не готовая в тот момент разбираться, отстранилась от подобных размышлений. Куда приятней было наслаждаться хорошей компанией и веселой улыбкой на губах мужчины. У самой настроение улучшалось, хотя куда уж больше?
Прав оказался Макс, ей точно не хватало прогулок таких вот и возможности развеяться. Да и Глебу, кажется, тоже. Во всяком случае, он выглядел куда веселее и воодушевленнее, чем вчера.
— Ого! Да тут ажиотаж не хуже, чем в Киеве, — отрывая ее от размышлений, воскликнул в этот момент Глеб с явным удивлением.
И да, он был прав, не то что парковка около рынка, а всякое доступное место у обочины, а кое-где и тротуары, занимали машины.
— Пятница и суббота у нас основные базарные дни, — рассмеялась его удивлению Света. — Если придешь на рынок, может показаться, что опять в столице, — отстегнув ремень безопасности, она торопливо вышла из авто.
И тут же столкнулась с немного недовольным, показалось, взглядом Глеба, так же покинувшего машину. Что не так? Напряглась.
— Но ты не беспокойся, мы же не обязаны таскаться по всему рынку, — допуская, что ему вовсе не хочется толкаться среди людей, поторопилась заверить Света. — Я, конечно, хотела тебе все здесь показать уже заодно, но мы можем только в овощные ряды…
— Все нормально, я не боюсь толпы, — улыбнулся Глеб, приблизившись и вновь уверенно захватив ее ладонь в свою большую и горячую руку.
Так основательно прям взял, будто своей собственной рукой распоряжался. Свету отчего-то в жар бросило! Ну что за глупости, ей-богу! Не маленькая же! А во всем теле миллион ощущений от простого и невинного касания! Кожа пылать, показалось, начала. Она и позабыла, что может подобное ощущать… Что все еще живая, оказывается. Удивительно!
Захотелось по-глупому хихикнуть, вовсе не подобающе для ее возраста… Но Глеб смотрел, и Света как-то постеснялась выставить себя в его глазах дурочкой.
— Замечательно! — пришлось приложить усилие, чтобы голос остался ровным и не выдал ее неуместного смятения. — Значит, небольшую экскурсию по ходу поисков тыкв я тебе все же устрою, — она направилась ко входу на рынок, сама чуть плотнее их руки сжав, как потянула Глеба за собой. — Тут хороший выбор, если честно, — продолжала говорить. Может, чтоб скрыть это свое неуместное смущение. — Мне многие продукты нравятся гораздо больше, чем в супермаркете. Правда, и не поспорить, что магазин открыт всегда, что удобно, когда срочно нужно что-то купить, — будто засомневалась, нужна ли ему подобная возможность, оглянулась на спутника.
А он словно только этого ее взгляда и ждал!
— Есть подозрение, что я нынче в том периоде жизни, когда сам бог велел пробовать что-то новое, — улыбнулся шире Глеб, даже чуть подмигнув. — Готов и рынки изучать. Главное, чтоб мы в процессе о тыквах не забыли, а то Максим нам не простит, — очень актуально заметил, кстати.
Потому как Света, засмотревшись в его глаза, необычно лучащиеся теплом и весельем, забыла в данное мгновение и о причине их приезда, и о том, что и где расположено на родном рынке. Тут бы самой не заблудиться хотя бы! А то позора не избежать.
Пришлось отвернуться и, собравшись внутренне, вспоминать, куда поворачивать.
А народу вокруг в самом деле было немало! Такое впечатление, все в городе решили именно сегодня отовариться… Ну, кто в парке не гулял, конечно. Словно бы на работу и не ходил никто!
И как-то само собой Света вдруг почти впритык к Глебу прижатой оказалась. Мужчина будто бы подтянул ее к себе под бок ближе, и оберегая от остальных, и не позволяя человеческому потоку разделить их.
— Так куда идем? — хорошо, что его роста и масштабов хватало, чтобы с ними считались и обходили стороной, не толкая и не сбивая.
— Направо, там ряды с овощами и фруктами, — махнула в нужную сторону Света головой, как-то очень ярко осознав, что ей не хочется отстраняться. Абсолютно!
Было невероятно комфортно стоять вот так близко к Глебу.
— Матерь божья! У нас что, тыквенная облава?! Тетя Света, я намекал, что неплохо бы привезти пару штук, конечно. Но не заваливать же тыквами все кафе?! — Максим с непритворным ужасом смотрел на овощи, которые они с Глебом выгружали из багажника его авто.
Это все предстояло перенести в подсобку, вход в которую располагался с тыльной стороны здания.
Точнее, выгружали покупки Глеб и Макс, умудряющийся при этом еще и мнение свое высказывать. Свету не допустили к разгрузке. Глеб мягко обхватил ее плечи и довольно властно, кстати, отодвинул в сторону, стоило женщине только направиться к багажнику…
Не привыкшая к тому, что может рассчитывать на кого-то, она по привычке первой бросалась к любой работе и задаче, не приучена была помощи просить или ждать. Да и как-то по жизни усвоила, что проще и легче самой сделать. Даже если работа подразумевала физическое усилие.
Не везло им со старшей сестрой на помощников по жизни, наверное, вот и не наработался такой навык.
Оттого сейчас даже неловкость некую ощущала, что в стороне стоит, пока остальные переносят тыквы в подсобку… которая, к слову, все уверенней этими самыми тыквами заполнялась!..
Что ж… Да, возможно, они немного увлеклись. Но было так сложно остановиться, когда Света и Глеб увидели все разнообразие расцветок и форм! Продавцы на рынке явно следили за модой и тенденциями, так что выбор мог удовлетворить самый требовательный вкус. А учитывая то, что они с Глебом в принципе не знали, что им нужно… Вот и набрали всякого: и чтоб сладкая, и чтоб на суп подошла, и для декора отдельный ассортимент. Большие и маленькие, круглые и выгнутые, приплюснутые…
Будь Света одна, ни за что столько не нагребла бы — руками не донести, а вот машиной… В общем, отвела душу, хотя никогда не подозревала ранее в себе тяги к тыквенному шопингу.
— Мы… немного увлеклись, — признала уже перед племянником так, как оно есть. — Сложно оказалось устоять, каждая настолько красивая, — улыбнулась весело. — Ты посмотри только, вот эта! Так и просится разрисовать! — подхватила одну из оставшихся небольших тыковок, вертя в руках то так, то эдак, словно прикидывая, какой оттенок лучше.
— Боже, Света, ты еще и декорируешь? — недоверчиво усмехнулся Глеб, достав, наконец, последнюю тыкву и передав ту Максу.
Парень понес прятать добычу. Забили они подсобку, конечно, под завязку…
— Не то чтоб профессионально, но нахваталась всяких штучек, пока мы делали по квартирам и домам «хоумстейджи», выставляя их в лучшем свете при фотосессии. Это хорошо продвигало продажи… Но ты и сам знаешь, — ее улыбка стала чуть отдавать ностальгией.
Света скучала по тем временам, чего уж! По безумному ритму, драйву и попыткам собой все дыры закрыть, совмещать несовместимое, общаться с огромным количеством людей, помогать кому-то «свои» дома находить… Ей нравилось!
Но жизнь дальше идет. Сейчас вот новое направление понемногу начинает тоже отвоевывать место в ее душе: все эти премудрости со специями, тестом, сортами чая и кофе, обслуживанием клиентов…
— Да, действенный метод. Сколько бы ни говорили, что главное — стены, а встречать продолжают «по одежке», да и покупать частенько тоже, — согласился Глеб, и почудилось, что в его голосе отозвались похожие интонации.
Встретились взглядами, замерли на мгновение — будто и слова не нужны, поняли то, что другой не договорил, что в голове и душе всколыхнулось по ассоциациям. И улыбнулись тоже одновременно, почему-то весело от этого стало.
— Правда, я больше ворчал, чтоб быстрее заканчивали, объектов вечно было больше, чем у нас времени. А потом и вовсе перестал ездить, риелторы, отвечающие за объект, следили за процессом… Но было интересно, — как подведя черту этим воспоминаниям, добавил Глеб и…
Поднял руку, чуть неуверенно глянул на свою ладонь мельком, словно в чем-то сомневаясь. И все же поправил прядь у Светы, которая выбилась, на лицо упав.
А она не заметила, так на него засмотрелась! Да и в руках та самая тыква, было бы неудобно. Глеб же внимание обратил. Его пальцы легко отвели локон за ухо, едва задев при этом ее скулу. И насколько же ей стало от этого приятно!
Свету будто легкими уколами электричества пронзило, не болезненными, а такими, что кожу дразнят, будоража ощущения. По коже разбежались «мурашки», собравшись непривычным узлом под грудиной. И так остро себя живой ощутила! А еще женщиной… Ни боссом, ни тетей, не младшей сестрой, ни хозяйкой кафе даже, а просто женщиной, на которую с явным интересом смотрит тот самый мужчина, что и самой небезразличен.
Тревожно, страшновато немного поддаться, но так манит! Воздух в груди стоит, ни вперед, ни назад идти не желая!
— Что ж, в это сложно поверить, но мы победили, и все тыквы надежно заперты в камере, — шутливо воскликнул внезапно вернувшийся Максим.
И его чуть дурашливое веселье как раскрошило ту вязкую, тягучую атмосферу, что вот только что протянулась между Светой и Глебом, оплела тонкими нитями души.
Вздрогнула, невольно отведя взгляд. Жадно вдохнула, пытаясь это спрятать, жар в груди почувствовала.
— Что ж, раз со всем покончено, то и мне, наверное, пора, — в голосе Глеба явно усилие прозвучало.
Или это Света слышит то, что самой хотелось бы?
Но, даже если так, вдруг осознала, что не готова этот день, полный вовсе нежданных, но таких приятных открытий о себе и нем, завершить!
— Как это пора?! — встрепенулась, прижав тыкву к груди, как самое ценное свое имущество. — А пообедать нормально? И чай наш фирменный, булочки с корицей… Нет, без обеда мы тебя не отпустим, правда, Макс? — решила и племянника на помощь призвать. Взять количеством.
Макс, к счастью, тут же принялся кивать и поддержал заверениями, что уходить еще точно рано.
— Это самое меньшее, что мы можем тебе в благодарность за помощь с оравой тыкв предложить, Глеб. Сама бы я столько никогда не привезла, — вроде и старалась «обернуть» все легкой оберткой дружбы, взаимопомощи, общения, а сама то и дело на него сквозь ресницы смотрит, как в ответном взгляде разыскивая что-то.
Ну не готова отпустить сейчас Глеба! И отчего-то разгорается в душе твердая уверенность, что и ему уходить не хочется, только пытается быть вежливым.
— Я солгу, если попробую убедить вас, что не хочу есть, — в таком же тоне согласился Глеб, улыбнувшись как-то иначе. И в глазах его что-то сверкнуло, заставил Свету замереть в душе! Трепетно так, сладко.
— Точно на булочки соблазнился, — сделав вид, что склонился к ее уху, шутливым «шепотом» пробасил Макс.
— Однозначно, — кивнула Света, хихикнув.
— Черт, да вы читаете меня слету! — притворно огорчился Глеб.
И они вдруг рассмеялись все вместе, словно давным-давно вот так препираться привыкли! Дивная атмосфера какого-то тепла, общности окружила их, сделав даже прохладный ветер этого солнечного дня приятным.