Глава 3

— Что ты здесь делаешь? — спросила, уверенно показывая свою неприязнь.

— Солнце, нам с тобой надо серьезно поговорить, — заявил Марк и подступил ближе. Я же мгновенно сделала шаг назад, потому что его приближение не стало для меня приятным. — Прошу, не делай поспешных выводов. Между мной и Алиной ничего нет. Да, мы переспали, но я тебя люблю, понимаешь?!

— Ты серьезно сейчас? — моему возмущению не было предела. Хотелось взять в руки тот букет и ударить ним мужчину по лицу, чтобы наконец мозг стал на место и он понял, что натворил. — Или я, по-твоему, на идиотку похожа? ТЫ С НЕЙ СПАЛ! Какие еще нужны слова, чтобы объяснить твоё отношение ко мне? О какой любви ты мне здесь говоришь?

— Солнце, послушай… — Марк снова наступал, а я понимала, что зря приехала сюда. Похоже, папочка решил организовать нам встречу и ласковые слова Марка должны были растопить моё сердце. Какая наивность с их стороны…

— Я тебе не солнце, Марк! — прошипела сердито. — Я не собираюсь выходить за тебя замуж. И это даже не обсуждается!

— Ты ошибаешься! — вот теперь и он разозлился. Когда услышал о свадьбе, сразу открыл свое истинное лицо. За шкуру свою испугался, придурок! — Наши родители уже обо всем договорились. Как только мы поженимся, компании объединятся!

— Меня это не интересует, — выдохнула и забрала из рук мужчины букет. Нет, я не собиралась присваивать эти цветы себе, просто сейчас у меня на них были другие планы. — Никакой свадьбы не будет и мне безразлично как ты будешь выкручиваться из этой ситуации.

Обогнув застывшего Марка, я зашла в дом и сразу направилась в гостиную, где сидели родители. Я видела, что они довольно напряжены, боялись, наверное, что я могу что-то натворить. Ну что ж, не зря боялись!

— Всем привет! — как можно бодрее заявила и бросила букет на небольшой стеклянный столик возле дивана, на котором сидели родители. — Чего такие грустные?

— Где Марк? — отец первым подскочил на ноги и оглядел меня придирчивым взглядом. — Надеюсь, что ты ему простила. В противном случае нам всем будет несладко.

— Нет, не простила, — упрямо возразила и мама испуганно ахнула. Она у нас вообще личность впечатлительная, не то что я. — Я не выйду за мужчину, который переспал с моей подругой. Это низко, папа!

— Ты опять за свое? — закричал отец. Похоже, его мои доводы не сильно впечатлили и это было неприятно. — Марк искренне раскаивается за то, что сделал! Он действительно тебя любит. Все мы совершаем ошибки, но это не повод обрубать всё под корень.

— Папа, ты что совсем меня не любишь? — обиженно воскликнула. — Как ты можешь отдавать меня тому, кто изменяет еще до свадьбы?!

— Дочка, Марк пообещал… — мама тоже поднялась на ноги, но слова давались ей с трудом. Похоже, понимала, что правда на моей стороне, но боялась подвести отца.

— Повторяю в последний раз: я не выйду за Марка! — упрямо возразила.

— Тогда и денег моих больше не получишь! — закричал папа, как сумасшедший. — Твоя машина, квартира, вся одежда принадлежит мне! Ты в этой жизни еще ничего не достигла сама! Ну что, готова начать самостоятельную жизнь или всё же перестанешь чудить и сделаешь всё правильно?

— Я никогда не думала, что скажу это, но мне обидно, что вы мои родители! — голос дрожал и очень хотелось плакать, но я этого не сделала. Молча достала из сумки ключи от квартиры и машины. Положила их на стол возле цветов и, развернувшись, пошла на выход.

К счастью, Марка уже не было и хотя бы это радовало. Вызвав такси, вышла за ворота и стерла одинокую слезу. Отец был прав, без него я ничего не стою и понимать это было менее больно, как видеть в глазах родных людей ненависть, направленную в мою сторону.

Единственным моим выходом сейчас было поехать к Лине. Подруга также жила одна и у меня был шанс, что она возьмет меня к себе пожить. Ну хотя бы на некоторое время.

К счастью, подруга была дома и как только открыла дверь, я сразу же бросилась ей на шею. Я долго плакала, а моментами, когда слезы заканчивались, рассказывала о том, что произошло в родительском доме.

— Не плачь, дорогая. Я уверена, что мы сможем что — то придумать, — нежно гладила меня по голове Лина. — Я не думаю, что твой папа такой жестокий. Все-таки ты его единственная дочь…

— Он не жесток, это правда, — вздохнула. — Но принципиальный. И теперь мне нужно где-то жить и работать.

— Насчет жилья не волнуйся, поживешь у меня, — заявила Лина. — А вот с работой может быть проблема… По образованию ты экономист, так, может, стоит искать работу в какой-то компании?

— Шутишь? — хмыкнула совсем невесело. — Ты сама прекрасно знаешь, что это образование я получала только для галочки, ведь так хотел папа. Из меня такой же экономист, как балерина.

— Что тогда делать? — нахмурилась Лина. — Точно! Ты же заканчивала курсы кулинарные!

— Заканчивала, — ответила. — Готовить я люблю и вроде неплохо получается.

— Вот и прекрасно! Пойдешь работать в ресторан моего папочки. Думаю, что он не будет против, — радостно заявила Лина.

Но я её радости не разделяла. Сидеть за столом в дорогом и пафосном ресторане это одно, а работать на кухне с простыми поварами — совсем другое… Это как упасть с неба на землю, а тогда еще и больно удариться.

— Евочка, я понимаю, что ты не привыкла к такому, но другого выхода действительно нет, — погладила мою руку подруга. — Если уж решила начинать самостоятельную жизнь, то этот вариант не самый плохой. К тому же что-то мне подсказывает, что твой папа не сможет долго обижаться и уже скоро вернет тебя обратно в семью.

Но как бы Лина не пыталась меня подбодрить, я в чудо не верила. Пришлось согласиться, чтобы уже на следующий день начать работу в одном из самых дорогих ресторанов города.

Первый день был одним из самых ужасных дней моей жизни. Коллектив меня не принял, ведь все знали кто я такая. Смотрели отрешенно и вообще стороной обходили. Единственное, что радовало, это шеф-повар. Настоящий итальянец Мауро Сторини открыто мне улыбался и закрывал глаза на мелкие ошибки.

Мауро всего тридцать лет, а он уже известный повар и довольно красивый мужчина. Меня поставили на холодный процесс, где я в течение дня делала нарезки для салатов. Кроме Мауро со мной никто не разговаривал и к вечеру эта напряженная атмосфера настолько сильно разрослась, что хотелось бежать из этой кухни, не оглядываясь.

— Как прошел твой первый день? — спросила Лина, когда мы ехали в её машине к ней на квартиру. Подруга заявила, что заберет меня и выполнила свое обещание.

— Ужасно, — буркнула. — Коллектив меня сторонится. Хорошо, что хотя бы Мауро на моей стороне, а то я бы точно сошла с ума.

— Мне кажется, что шеф-повар имеет к тебе какие-то чувства, — с улыбкой ответила Лина. — Присмотрись к нему получше, он неплохой человек.

— Да нет, сейчас мне не до этого, — вздохнула и прикрыла глаза. — Ох, у меня так болит всё тело. Теперь понимаю, что до сих пор я жила как принцесса.

— Жалеешь, что ушла из-под отцовского крыла? — заинтересовалась подруга, останавливаясь на очередном светофоре.

— Да нет, не жалею, — призналась. — Теперь понимаю, что реальный мир не так великолепен, как я думала. Мне больно и очень трудно всё это воспринимать. Но с другой стороны, я больше не похожа на комнатное растение, которое лишь поливали и давали наставления как надо жить.

Следующая неделя стала для меня настоящим тестом на выживание. Работы в ресторане было очень много и мне даже пришлось расстаться со своим крутым маникюром, потому что работать с длинными ногтями было просто недопустимо.

Но произошли и улучшения. Коллектив начал видеть во мне не только подругу владелицы, которая появилась здесь непонятно для чего, но и преданного работника. Я действительно старалась и люди это видели.

Прошло еще две недели и работа стала неотъемлемой частью моей жизни. Коллеги-повара больше меня не сторонились и работа начала доставлять удовольствие. Однажды я даже поймала себя на мысли, что не оставлю эту работу даже если отец снова вспомнит о моем существовании. Но за эти три недели папочка так и не появился. Зато приходил Марк и снова просил вернуться к нему. Конечно же, я отказывала и не было даже капли сомнений в том, что с этим мужчиной нам точно не по пути.

Вроде бы всё нормировалось и я начала задумываться над тем, чтобы снять отдельное жилье. Хотя Лина заявляла, что я могу жить у неё сколько пожелаю, но я понимала, что у неё также есть своя жизнь и я туда точно не вписываюсь.

Но в какой-то момент всё изменилось. Мои планы отошли куда-то в далекое будущее, а желание работать самостоятельно разрушилось.

Однажды утром я проснулась в таком ужасном состоянии, что едва добежала в туалет. Меня выворачивало минут десять и это были самые худшие мгновения моей жизни. Лина, увидев моё состояние, настаивала, чтобы я осталась дома. Но сегодня в ресторане был банкет и я не хотела подводить своих коллег.

Тошнота так стремительно отступила, как и появилась, поэтому я быстренько собралась и Лина отвезла меня на работу.

— Всё равно мне не нравится твой цвет лица, — заявила подруга, когда мы зашли в ресторан. — Ты уверена, что всё будет хорошо?

— Уже всё прошло, — улыбнулась, чувствуя себя достаточно хорошо. — Не волнуйся ты так, если станет хуже, сразу же оставлю работу.

Лина отпускала меня с тревогой в глазах, но я всё равно надеялась, что моё утреннее состояние больше не повторится. К тому же работы на кухне было действительно много и я даже не успевала остановиться на минуту, чтобы прислушаться к себе. Но как оказалось, радовалась я рановато.

В какой-то миг стало очень жарко, тело покрылось холодным потом и перед глазами всё закружилось. Я схватилась за стол, чтобы не упасть прямо посреди кухни и это не осталось незамеченным другими работниками.

— Ева, ты чего? — рядом появилась Маша, моя напарница и довольно хорошая девушка. — Плохо?

— Мне надо на свежий воздух. Голова закружилась, — прошептала и Маша позвала повара Колю, чтобы тот помог мне выйти на улицу.

Парень обнял меня за талию и мы медленно отправились в коридор. Тело едва меня слушалось и создавалось впечатление, что я смертельно больна. Так плохо мне еще никогда не было.

Уже в коридоре на полпути к выходу я почувствовала как резко становится хуже. Перед глазами закружились черные пятна, а тогда я просто рухнула на пол возле ног напуганного парня.